Решение № 2-2607/2019 2-2607/2019~М-830/2019 М-830/2019 от 7 мая 2019 г. по делу № 2-2607/2019

Дело № 2-2607/2019


Р Е Ш Е Н И Е.

Именем Российской Федерации.

08 мая 2019 года г. Пермь

Свердловский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Князевой О.Г.,

при секретаре судебного заседания Бакановой А.В.,

с участием:

помощника прокурора Свердловского района г. Перми Позняка А.В.,

истца ФИО1,

представителя истца – ФИО2 действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика – ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» о взыскании денежной компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» о взыскании денежной компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал у ответчика на разных должностях: формовщика, арматурщика, что подтверждается выпиской из трудовой книжки. Трудовые обязанности осуществлял в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, что повлекло получение профессионального заболевания и утрату трудовой способности. ДД.ММ.ГГГГ ему установлен диагноз: <данные изъяты>. Согласно Акта расследования профессионального отравления и профзаболевания от ДД.ММ.ГГГГ выполнял следующий объем работ: распалубка формы, чистка, смазка, упаковка арматуры, укладка бетона с помощью бетоноукладчика – в процессе работы подвергался воздействию вредных факторов.

Факт получения профессионального заболевания подтверждается Выпиской из Акта освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ, Выпиской из Акта освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ, Заключением клинико-экспертной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ №, Выпиской из истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГ, Выпиской из истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГ, Выпиской из истории болезни № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно Заключения № от ДД.ММ.ГГГГ врачебной комиссии по экспертизе связи заболевания с профессией установлен основанной диагноз: <данные изъяты>

В соответствии со Справкой Главного бюро медико-социальной экспертизы по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ бессрочно установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 %.

В связи с получением им профессионального заболевания просит суд взыскать с АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» денежную компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб.

Истец в судебное заседание не явился, о судебном заседании извещен, направил ходатайство о рассмотрении дела без его участия, на иске настаивал.

Представитель истца в судебном заседании иск поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Суд, изучив материалы дела, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить заявленные ФИО1 требования, пришел к следующему.

В соответствии с п.2 ст.37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ч.1 ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя, который обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В силу ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Кроме того, обязанность возместить моральный вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве, возлагается на причинителя вреда в соответствии с абз.2 п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В силу положений ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ и ст.227 Трудового кодекса РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Моральный вред взыскивается по правилам искового производства с работодателя в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Из пояснений сторон, письменных документов дела судом установлено, что согласно записям представленной в материалы дела трудовой книжки с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осуществлял свою трудовую деятельность в АООТ «Завод железобетонных и строительных конструкций №1» в должности -ДОЛЖНОСТЬ2-, с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность -ФИО4-. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 уволен в соответствии со ст. 31 КЗоТ РФ.

Из Акта расследования профессионального отравления и профзаболевания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 на ЖБК-3 проводил формовку железобетонных изделий с помощью ручного глубинного вибратора. Уровень локальной вибрации на них превышает предельно-допустимый уровень от 3 до 5 дБ. ФИО1 формировал плиты перекрытия на конвейере, при этом разравнивал бетон при включенном конвейере. В процессе работы подвергался воздействию следующих факторов: общая локальная вибрация, превышающая ПДУ до 2 дБ; шум, общий уровень которого в формовочных пролетах составляет 100-106 дБ при ПДУ – 80 дБ; значительные физическое перенапряжение мышц плечевого пояса, верхних конечностей, ног; микроклимат, по температурному режиму и относительной влажности соответствует санитарным нормам. Причиной профессионального заболевания прослужило несовершенное технологическое оборудование, дающее превышение вибрации у пульта управления до 2дБ, шума до 26 дБ; нерегулярное применение средств индивидуальной защиты от вибрации и шума; длительный стаж работы формовщиком в течении 7 лет; проведение медико-профилактических мероприятий не в полном объеме.

Приказом по <адрес> АООТ «ЗЖБК-1» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выплачено в счет возмещения вреда сумма в размере -ФИО5-. в месяц; сверх возмещения утраченного заработка выплачено единовременное пособие в размере -ФИО6-

Согласно Выписок из Акта освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз: <данные изъяты>

Таким образом, тремя Актами о случае профессионального заболевания ФИО1 установлено профессиональное заболевание: <данные изъяты>

Как следует из Заключения клинико - экспертной комиссии МСЧ № Городского центра профпатологии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз <данные изъяты>

На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате несовершенства технологических процессов и оборудования, работы в условиях повышенных вибрации и уровня шума.

Заключением врачебной комиссии по экспертизе связи заболевания с профессией -ОРГАНИЗАЦИЯ1- профессиональное заболевание ФИО1 подтверждено, установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно Справки № Филиала № Главного бюро медико-социальной экспертизы по <адрес> ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, в связи с профессиональным заболеванием от ДД.ММ.ГГГГ. Установлен срок установления утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

ДД.ММ.ГГГГ в адрес Ответчика ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ направлено Заявление о денежной компенсации морального вреда в связи с получением профессионального заболевания и утратой трудоспособности, размер которого определен -ФИО6-

Поскольку данное Заявление ответчиком оставлено без удовлетворения, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

Представитель ответчика, возражая против удовлетворения заявленных ФИО1 требований, в судебном заседании и в письменных возражениях на заявленные требования пояснил, что воздействие локальной вибрации и превышение эквивалентного уровня шума обусловлена спецификой технологического процесса и функциональными обязанностями профессии, поэтому работодатель не может полностью устранить воздействие указанных вредных производственных факторов. ФИО1 не соблюдал требования охраны труда и именно нерегулярно применял средства индивидуальной защиты от вибрации. Заявленные требования считает не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Исследовав обстоятельства настоящего дела и собранные по нему доказательства, суд не может согласиться с доводами представителя ответчика по следующим основаниям.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (статья 22 Трудового кодекса РФ).

Статьей 237 Трудового кодекса РФ предусмотрена компенсация морального вреда в связи с нарушением трудовых прав работника, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии со ст.150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, принадлежащие гражданину от рождения, неотчуждаемы, а моральный вред - это нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Согласно ч.1 ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации определяется судом в соответствии со ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации в денежной форме в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 Постановления от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (пункт 32).

Судом установлено, что причиной профессиональных заболеваний ФИО1 послужили длительные воздействия локальной вибрации и шума, превышающие предельно допустимые уровни, в связи с чем работнику Актами о случае профессионального заболевания установлено профессиональное заболевание. Вред здоровью ФИО1 причинен при работе во вредных условиях труда в организации ответчика, и заболевания истца являются профессиональными, находящиеся в причинно-следственной связи с воздействием общей и локальной вибрации, повышенным уровнем шума на рабочем месте, не обеспечением ответчиком здоровых и безопасных условий труда.

Таким образом, заболевания истца возникли в связи с виновными действиями работодателя, не принявшего меры к соответствию условий рабочей зоны установленным требованиям. Соответственно, поскольку выявленное у ФИО1 профессиональное заболевание возникло в период его трудовой деятельности на предприятии, его работа с момента заключения трудового договора протекала в особо вредных и особо тяжелых условиях труда, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности носит бессрочный характер, имеются основания для взыскания в пользу работника денежной компенсации морального вреда.

Принимая во внимание степень утраты истцом трудоспособности, наличие у него профессионального заболевания, установленного Актами освидетельствования, а также требования разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить частично заявленные ФИО1 требования и взыскать с АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» в его пользу -ФИО6-

Согласно ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере -ФИО6-

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Взыскать с АО «Завод железобетонных и строительных конструкций № 1» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд г. Перми в течение месяца со дня изготовления мотивировочной части.

Мотивированное решение изготовлено 17.05.2019.

Судья: О.Г. Князева