Решение № 2-166/2025 2-166/2025(2-4479/2024;)~М-3261/2024 2-4479/2024 М-3261/2024 от 21 января 2025 г. по делу № 2-166/2025

УИД 74RS0006-01-2024-005484-37

дело № 2-166/2025


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«22» января 2025 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Арутюнян В.Р.

при ведении протокола помощником судьи Гура А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о признании решения незаконным, возложении обязанностей,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (далее по тексту ОСФР по Челябинской области), в котором с учетом уточнения, просила признать незаконным решение УПФР в Калининском районе г.Челябинска №484518/20 от 11 декабря 2020 года об отказе в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», возложить на ответчика обязанность включить в страховой (общий трудовой) стаж с учетом положений ч.1 ст. 13 Федерального закона «О страховых пенсиях» период учебы с 01 января 1981 года по 30 июня 1983 года в Ереванском русском педагогическром училище им. Н. Островского, периода работы с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года в должнорсти учителя русского языка в Абовянской средней школе №1 Республики Армения, а также периоды ухода за детьми ФИО15., (дата) года рождения и ФИО16., (дата) года рождения, до достижения ими возраста полутора лет, и назначить страховую пенсию по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» с даты возникновения права, то есть с 11 июня 2020 года.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 11 июня 2020 года обратилась в УПФР в Калининском районе г.Челябинска, правопреемником которого в настоящее время является ОСФР по Челябинской области, с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», однако в назначении пенсии было неправомерно отказано. При этом период учебы с 01 января 1981 года по 30 июня 1983 года в Ереванском русском педагогическом училище им. Н. Островского, периоды работы с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года в Абовянской школе №1 Республики Армении, а также периоды ухода за детьми ФИО17., (дата) года рождения, ФИО18 (дата) года рождения, до достижения ими возраста полутора лет, неправомерно исключены при подсчете страхового стажа и определении права на пенсию.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель истца ФИО2 – ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении, с учетом последующего уточнения.

Представитель ответчика ОСФР по Челябинской области ФИО4, действующая на основании доверенности, до перерыва в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала, ссылаясь на неправомерность заявленных требований, отсутствие документов из компетентных органов Республики Армении, подтверждающих страховой стаж истца. Представила письменный отзыв на исковое заявление.

Представитель третьего лица Абовянская старшая школа №1 им. Хачатура Абовяна в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещались надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

В соответствии с положениями ст.8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в редакции действовавшей по состоянию на 04 октября 2018 года, право на страховую пенсию по старости имели мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

При этом, согласно ч.ч. 1,2 ст. 35 Федерального закона «О страховых пенсиях», продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2015 году составляла шесть лет. Продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная ч.2 ст. 8 данного Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивалась на один год согласно приложению 3 к Федеральному закону «О страховых пенсиях». Необходимая продолжительность страхового стажа определялась на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях»

Исходя из положений ч.3 ст. 35 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначалась при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. Необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определялась на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсий.

Как установлено судом, 11 июня 2020 года истец ФИО2 обратилась в УПФР в Калининском районе г.Челябинска с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях».

11 декабря 2020 года УПФР в Калининском районе г.Челябинска, рассмотрев заявление ФИО2 о назначении страховой пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», а также документы, представленные заявителем и (или) имеющиеся в распоряжении территориального органа ПФР, приняло решение № 484518/20 об отказе ФИО2 в установлении страховой пенсии по старости по причине отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа (не менее 11 лет) и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 18,6.

Как следует из указанного выше решения УПФР в Калининском районе г.Челябинска № 484518/20 от 11 декабря 2020 года, продолжительность страхового стажа заявителя составила 01 год 09 месяцев 13 дней, величина индивидуального пенсионного коэффициента – 8,765.

При определении права ФИО2 на страховую пенсию по старости не учтены периоды работы, проходившие на территории Республики Армения с 09 сентября 1985 года по 15 июля 1986 года, 16 января 1988 года по 20 марта 1989 года, 21 сентября 1990 года по 01 ноября 1997 гола, поскольку сведения о вышеуказанных периодах требуют документального подтверждения, однако компетентные органы Республики Армении на направленные в их адрес запросы, в установленный срок ответы не предоставили.

Разрешая требования истца о возложении на ответчика обязанности включить в её общий трудовой стаж спорный период работы с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года в должности учителя русского языка в Абовянской старшей школе №1 имени Х. Абовяна (ранее Абовянская школа №1 Республики Армении), суд учитывает, что в соответствии с ч.3 ст. 2 Федерального закона «О страховых пенсиях», в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

В частности, 13 марта 1992 года государствами - участниками Содружества Независимых Государств, в том числе Российской Федерацией и Республикой Армения, подписано Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения.

В соответствии со ст. 1 названного Соглашения, пенсионное обеспечение граждан государств - участников этого Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

Из приведенных положений международного соглашения, а также из положений ч. 3 ст. 4 Федерального закона "О страховых пенсиях" следует, что пенсионное обеспечение нетрудоспособных лиц, переселившихся из одного государства-участника Соглашения в другое, осуществляется в порядке, установленном законодательством государства, в которое прибыло лицо, претендующее на назначение пенсии.

Статьей 6 Соглашения от 13.03.1992 года определено, что назначение пенсий гражданам государств - участников Соглашения производится по месту жительства. Для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения.

Согласно ст. 11 Соглашения от 13.03.1992 года необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств - участников СНГ и государств, входивших в состав СССР или до 01.12.1991 года, принимаются на территории государств - участников Содружества без легализации.

В соответствии с п. 1 Письма Министерства социальной защиты населения Российской Федерации (далее - Минсоцзащиты Российской Федерации) от 31.01.1994 года № 1-369-18 при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств-участников Соглашения от 13.03.1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории бывшего СССР за время до 13.03.1992 года, а также после этой даты на территории государств-участников Соглашения от 13.03.1992 года.

Правление Пенсионного фонда Российской Федерации Распоряжением от 22.06.2004 г. N 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР» признает возможность включения в стаж, дающий право на назначение пенсии, периодов работы на территории государств - участников Содружества Независимых Государств не только за период до 13.03.1992 года, но и после этой даты - до 01.01.2002 года.

Указанным Распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации утверждены Рекомендации по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР.

Согласно п. 5 названных Рекомендаций для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств - участников Соглашения от 13.03.1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР. При этом трудовой стаж, имевший место в государствах - участниках Соглашения от 13.03.1992 года, приравнивается к страховому стажу и стажу на соответствующих видах работ. Периоды работы и иной деятельности, включаемые в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации.

Кроме того, из системного толкования указанных выше положений международного соглашения, а также из положений ч.3 ст. 4 Федерального закона «О страховых пенсиях» следует, что пенсионное обеспечение нетрудоспособных лиц, переселившихся из одного государства - участника Соглашения в другое, осуществляется в порядке, установленном законодательством государства, в которое прибыло лицо, претендующее на назначение пенсии, то есть в данном случае подлежат применению нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», а также Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утверждённые постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015.

В силу требований п.п. 10, 11, 12 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, установлено, что периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета, а при их отсутствии - документами, указанными в п.п. 11-17 данных Правил.

В частности, документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

В случае если трудовая книжка не ведется, периоды работы по трудовому договору подтверждаются письменным трудовым договором, оформленным в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений.

В данном случае судом установлено, что в спорный период с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года истец работала в Абовянской школе №1 Республики Армении в должности учителя, что подтверждается записями в трудовой книжке истца.

Кроме того, согласно справке №31 от 11 апреля 2024 года ФИО2 09.09.1985 года /приказом № 68/ была принята в среднюю школу № 1 города Абовян в качестве учителя русского языка, освобождена от работы 01.11.1997 г. /приказом № 72/. В 2010 году школа была переименована в Абовянскую старшую школу № 1 имени X. Абовяна.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для исключения указанного выше периода из общего трудового стажа истца, а потому требования истца о признании незаконным решение №484518/20 от 11 декабря 2020 года в части исключения вышеуказанного периода из страхового общего стажа, возложении на ответчика обязанности включить вышеуказанный период в страховой стаж являются законными и обоснованными, подлежат удовлетворению.

Доводы представителя ответчика о том, что указанный выше спорный период работы не подтвержден компетентными органами Республики Армении, со ссылкой на положения ч.9 ст. 21 Федерального закона «О страховых пенсиях», нельзя признать состоятельными.

Действительно, в силу указанной представителем ответчика ч.9 ст. 21 Федерального закона «О страховых пенсиях», орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, вправе проверять обоснованность выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений.

В то же время, учитывая, что основания сомневаться в достоверности представленной истцом трудовой книжки ответчиком суду не названы, то само по себе непоступление ответа из компетентных органов Республики Армении достаточным основанием для исключения вышеуказанного периода из общего трудового стажа истца, в данном случае являться не может.

Ссылки представителя ответчика на то, что трудовая книжка не может быть принята к рассмотрению, так как оформлена с нарушением инструкции №162, а так же оформлена на имя «Авакян», однако фамилия истца «Аракелян», в данном случае основанием для отказа во включении в общий трудовой стаж истца спорного периода работы являться не может, поскольку сведения о работе, содержащиеся в указанной выше трудовой книжке оцениваются судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с иными представленными суду доказательствами, в том числе свидетельством о заключении брака между ФИО5 и ФИО6 от 25 июля 1985 года, архивной справкой службы социального обеспечения №С-9550 от 15 сентября 2020 года, выданной на имя ФИО19, архивной справкой службы социального обеспечения №С-9550/1 от 15 сентября 2020 года, выданной на имя ФИО20, справкой ГНТО «Старшая школа №1 имени Абовяна» №31 от 11 апреля 2024 года, выданной ФИО21.

То обстоятельство, что истцом по настоящему делу является ФИО2, в то время как архивная справка №С-9550 от 15 сентября 2020 года оформлена на имя ФИО22, не свидетельствует о недопустимости и неотносимости перечисленных выше доказательств к настоящему делу, поскольку как следует из материалов дела, истец ФИО7 вступила в брак с ФИО23 (дата) года, истцу присвоена фамилия «Аракелян».

Так же, исходя из сведений о фамилии, имени, отчестве, дате рождения, месте рождения, указанных в паспорте, а также в свидетельстве о заключении брака, свидетельстве о рождении детей, суд приходит к выводу, что ФИО24. и ФИО25., являются одним и тем же лицом, в связи с чем полагает возможным удовлетворить требования истца об установлении факта принадлежности архивной справки № 9550 от 15 сентября 2020 года, выданной службой социального обеспечения на имя ФИО1.

Кроме того, судом установлено, что ФИО2 обучалась в Ереванском русском педагогическом училище им. Н. Островского, что подтверждается соответствующим дипломом.

Возможность включения в страховой стаж периода обучения в высшем учебном заведении нормами Федерального закона «О страховых пенсиях» не предусмотрена.

Вместе с тем, в силу ч.8 ст. 13 Федерального закона «О страховых пенсиях», при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Исходя из положений ст. 91 ранее действовавшего Закона Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», подготовка к профессиональной деятельности - обучение в училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, повышению квалификации и по переквалификации, в средних специальных и высших учебных заведениях, пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре включались в общий трудовой стаж наравне с работой, перечисленной в ст. 89 Закона.

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», при разрешении споров, связанных с установлением и выплатой трудовой пенсии по старости гражданам ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста, в интересах граждан и в целях недопущения ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, на которые они рассчитывали до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан ими общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично), стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, может исчисляться с учетом законодательства, действовавшего на период выполнения соответствующих работ и иной общественно полезной деятельности, позволявшего засчитывать такие периоды в стаж при назначении пенсий на льготных условиях (Закон СССР от 14 июля 1956 года «О государственных пенсиях», Закон СССР от 15 мая 1990 года «О пенсионном обеспечении граждан в СССР», Закон Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и принятые в соответствии с ними подзаконные акты).

Исходя из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года № 2-П, норма п. 4 ст.30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в силу которой - во взаимосвязи с п. 2 ст. 31 того же Федерального закона - исключается льготный (кратный) порядок исчисления общего трудового стажа и отменяется включение некоторых нестраховых периодов в общий трудовой стаж при исчислении расчетного размера трудовой пенсии в целях оценки пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 01 января 2002 года путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал, по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не может служить основанием для ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, включая размер пенсии, на которые рассчитывало застрахованное лицо до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан им общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично).

Таким образом, в соответствии с подходом, который неоднократно подтвержден законодателем, в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, сохраняются ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства, действовавшего на момент приобретения права.

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным исковые требования в указанной части удовлетворить частично, возложив на ответчика обязанность включить период обучения с 01 сентября 1981 года по 29 июня 1983 года в общий трудовой стаж.

Указание представителя ответчика на недопустимость применения к спорным правоотношениям постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года № 2-П, в связи с отсутствием доказательств постоянного проживания истца на территории Российской Федерации до 01 января 2002 года, нельзя признать обоснованным.

Из представленных истцом копии паспорта гражданина Российской Федерации следует, что 22 августа 2017 года ей был выдан паспорт гражданина Российской Федерации, оценив указанные выше представленные истцом доказательства в совокупности с обстоятельствами, изложенными в исковом заявлениями, суд полагает доказанным, что истец постоянно проживала на территории Российской Федерации до 01 января 2002 года, в связи с чем правовых оснований не применять к спорным правоотношениям разъяснений, изложенным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2004 года № 2-П, суд не усматривает.

Помимо прочего, согласно п.3 ч.1, ч. 2 ст. 12 Федерального закона «О страховых пенсиях», в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. 11 данного Федерального закона, засчитываются, в том числе периоды ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в ст. 11 данного Федерального закона.

В силу положений ст. 92 ранее действовавшего Закона Российской Федерации «О государственных пенсиях в Российской Федерации» также было предусмотрено, что уход неработающей матери за каждым ребенком в возрасте до трех лет и 70 дней до его рождения, но не более 9 лет в общей сложности, подлежат включению в общий трудовой стаж наравне с работой, указанной в ст.89 Закона.

В соответствии с п.2 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 02 октября 2014 года № 1015, в страховой стаж включаются (засчитываются), в том числе:

- периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, застрахованными в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации;

- иные периоды, в частности период получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности; период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более 6 лет в общей сложности.

Согласно п. 29 указанных выше Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет подтверждается документами, удостоверяющими рождение ребенка и достижение им возраста полутора лет (свидетельство о рождении, паспорт, свидетельство о браке, свидетельство о смерти, справки жилищных органов о совместном проживании до достижения ребенком возраста полутора лет, документы работодателя о предоставлении отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и другие документы, подтверждающие необходимые сведения).

Как установлено судом, 16 июля 1986 года у истца родился сын ФИО26 (дата) года - сын ФИО8, что подтверждается соответствующими свидетельствами о рождении детей.

Факт дожития вышеуказанных детей до возраста полутора лет подтверждается копиями паспортов.

Поскольку настоящим судебным постановлением на ответчика возложена обязанность по включению в общий трудовой стаж истца периода учебы с 01 января 1981 года по 29 июня 1983 года в Ереванском русском педагогическом училище им. Н. Островского, периода работы с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года в Абовянской школе №1 Республики Армении, то правовых оснований для исключения из стажа истца периодов ухода за вышеуказанными детьми до полутора лет не имеется, в указанной части требования истца тоже являются правомерными.

В соответствии с ч.1 ст. 13 Федерального закона «О страховых пенсиях», исчисление страхового стажа производится в календарном порядке, за исключением случая, предусмотренного ч.10 настоящей статьи об участи в специальной военной операции в период прохождения военной службы, в период пребывания в добровольческом формировании.

В случае совпадения по времени периодов, предусмотренных ст. 11 и ст. 12 Федерального закона «О страховых пенсиях», при исчислении страхового стажа учитывается один из таких периодов по выбору лица, обратившегося за установлением страховой пенсии.

Поскольку в данном случае периоды ухода истца до полутора лет за детьми, совпадают с периодом работы истца, то указанные выше периоды подлежат включению в страховой стаж с учетом положений ч.1 ст. 13 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Как следует из представленного ответчиком расчета, оснований не соглашаться с которым у суда не имеется, с учетом периодов, засчитанных в общий трудовой стаж истца настоящим судебным постановлением, на момент первоначального обращения с заявлением о назначении пенсии страховой стаж истца составлять 13 лет 11 месяц 22 дня, величина индивидуального пенсионного коэффициента – 19,610.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, установленных действующим законодательством, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Аналогичные условия изложены в Правилах обращения за страховой пенсией, фиксированной выплатой к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, накопительной пенсией, в том числе работодателей, и пенсией по государственному пенсионному обеспечению, их назначения, установления, перерасчета, корректировки их размера, в том числе лицам, не имеющим постоянного места жительства на территории Российской Федерации, проведения проверок документов, необходимых для их установления, перевода с одного вида пенсии на другой в соответствии с федеральными законами «О страховых пенсиях», «О накопительной пенсии» и «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», утвержденных приказом Минтруда России от 17 ноября 2014 года № 884н.

С учетом вышеизложенного, на ответчика следует возложить обязанность назначить истцу пенсию в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» с даты возникновения права, то есть с 11 июня 2020 года.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковые требования ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о признании решения незаконным, возложении обязанностей удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Калининском районе г. Челябинска № 484518/20 от 11 декабря 2020 года об отказе в установлении ФИО1 пенсии по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Установить факт принадлежности ФИО1, паспорт №, архивной справки № С-9550 от 15 сентября 2020 года, выданной службой социального обеспечения на имя ФИО27, (дата) года рождения.

Возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, ИНН <***>, обязанность включить ФИО1, паспорт №, в общий трудовой стаж с учетом положений ч.1 ст.13 Федерального закона «О страховых пенсиях» период учебы с 01 сентября 1981 года по 29 июня 1983 года в Ереванском русском педагогическом училище им. Н. Островского, периода работы с 09 сентября 1985 года по 01 ноября 1997 года в Абовянской средней школе №1 Республики Армении, периоды ухода за детьми ФИО28., (дата) года рождения, ФИО29., (дата) года рождения, до достижения ими возраста полутора лет.

Возложить на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области, ИНН <***>, обязанность назначить ФИО1, пенсию по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 11 июня 2020 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий В.Р. Арутюнян

Мотивированное решение изготовлено 05 февраля 2025 года