Решение № 2А-10/2018 от 6 февраля 2018 г. по делу № 2А-10/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации



№2а-10/2018
07 февраля 2018 года
город Юрга
Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Буркова Е.М., при секретаре судебного заседания Турлай О.П.,

с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя административных ответчиков – военной комендатуры (гарнизона, ... разряда) (г. Юрга Кемеровской области) (далее – Военная комендатура) и военного коменданта данной Военной комендатуры – лейтенанта юстиции ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в Военной комендатуре, ефрейтора ФИО1 об оспаривании действий и решений военного коменданта этой же Военной комендатуры, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности и снижением ему размера премии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском, в котором, с учетом уточнений, указывает, что приказом военного коменданта от 11 декабря 2017 года №, с внесенными в него изменениями приказом от 29 декабря 2017 года №, он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащую заботу о своем здоровье, а также ему снижена премия за декабрь 2017 года до 01 процента.

Далее ФИО1 указывает, что нарушений Устава внутренней службы он не нарушал, своевременно доложил командованию о состоянии своего здоровья, вина в совершении дисциплинарного проступка доказана не была, от убытия в командировку не уклонялся.

ФИО1 также указывает, что при наложении взыскания командованием был пропущен десятидневный срок со дня, когда командиру стало известно о совершенном проступке, а в самих приказах отсутствуют ссылки на положения Дисциплинарного устава.

Кроме того, ФИО1 в иске приводит суждение о том, что приказ в действительности издан позднее, а при его вынесении военный комендант не принял во внимание характеризующий материал, наложив на него дисциплинарное взыскание не соответствующее тяжести.

Полагая свои права нарушенными, ФИО1 просит признать незаконными действия военного коменданта, связанные с привлечение к дисциплинарной ответственности, возложив на него обязанность отменить изданные приказы в части наложения на административного истца взыскания и установлении ему премии за декабрь в размере 01 процента.

В судебном заседании административный истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объёме, привели аналогичные доводы, изложенные в административном иске, дополнительно указав, что обращение ФИО1 в гражданскую медицинскую организацию было связано с отсутствием в военном госпитале соответствующих специалистов, которые могли бы оказать административному истцу квалифицированную помощь.

Представитель административных ответчиков ФИО3 в суде возражал против удовлетворения требований ФИО1, указав, что событие дисциплинарного проступка и вина ФИО1 в его совершении была установлена в ходе проведенного служебного разбирательства, решение о применении взыскание командованием принято своевременно и в пределах своей компетенции.

Военный комендант и представитель Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Новосибирской области» (далее – Учреждение), привлеченного к участию в деле в качестве административного соответчика, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, в суд не прибыли, о причинах своей неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали. При этом руководитель Учреждения просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд, с учётом положений части 6 статьи 226 КАС РФ, считает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие административных ответчиков, явка которых судом не признавалась обязательной.

Заслушав административного истца, его представителя и представителя административных ответчиков, исследовав доказательства по делу, военный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 7 статьи 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина, он не обязан доказывать свою невиновность, а неустранимые сомнения в виновности военнослужащего, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, толкуются в его пользу.

Положениями статьи 28.6 Закона установлено, что выяснению подлежат, в том числе, событие дисциплинарного проступка, вина военнослужащего, форма вины, мотивы совершения проступка и другие обстоятельства, имеющие значения для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности. При этом в качестве доказательств совершения проступка допускаются объяснения военнослужащего, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, и лиц, которым известны обстоятельства совершения дисциплинарного проступка, а также документы, в которых содержатся сведения, имеющие значение для решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с пунктами 1, 3 и 4 статьи 28.8 Закона по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство. Срок разбирательства не должен превышать 30 суток с момента, когда командиру стало известно о совершении военнослужащим дисциплинарного проступка, не считая периода временной нетрудоспособности военнослужащего. Порядок проведения разбирательства, полномочия командира, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Статьей 28.9 Закона также закреплено, что порядок и сроки рассмотрения командиром материалов о дисциплинарном проступке, а также виды решений, принимаемых командиром по результатам рассмотрения указанных материалов, определяются общевоинскими уставами.

Согласно статье 1 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Дисциплинарный устав), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года №1495, воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и приказами (приказаниями) командиров (начальников).

В силу статьей 3 и 4 Дисциплинарного устава воинская дисциплина обязывает каждого военнослужащего, в том числе, беспрекословно выполнять поставленные задачи в любых условиях, стойко переносить трудности военной службы, и достигается, в том числе, знанием и соблюдением военнослужащими законов Российской Федерации, других нормативных правовых актов Российской Федерации, требований общевоинских уставов и норм международного гуманитарного права, поддержанием в воинской части (подразделении) внутреннего порядка всеми военнослужащими.

В соответствии со статьями 81 и 83 Дисциплинарного устава, разбирательство, как правило, проводится без оформления письменных материалов. Командир (начальник) вправе принять решение о наказании военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, своей властью. Применение дисциплинарного взыскания к военнослужащему, совершившему дисциплинарный проступок, производится в срок до 10 суток со дня, когда командиру (начальнику) стало известно о совершенном дисциплинарном проступке (не считая времени на проведение разбирательства).

Согласно статье 82 Дисциплинарного устава при назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие и отягчающие дисциплинарную ответственность.

Статьей 343 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Устав), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года №1495, каждый военнослужащий должен заботиться о сохранении своего здоровья, не скрывать болезней.

В силу статей 356, 357 Устава военнослужащий не должен скрывать своего заболевания. При заболевании он обязан немедленно доложить об этом непосредственному начальнику и с его разрешения обратиться за медицинской помощью в медицинский пункт полка. Амбулаторный прием проводится в медицинском пункте полка в часы, установленные распорядком дня полка. Военнослужащие, внезапно заболевшие или получившие травму, направляются немедленно, в любое время суток, в медицинский пункт полка (госпиталь), а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения.

В соответствии со статьей 358 Устава после осмотра врачом (фельдшером) заболевшие в зависимости от характера заболевания направляются для лечения в лазарет медицинского пункта полка или госпиталь, а при необходимости в другие учреждения государственной или муниципальной системы здравоохранения либо им назначается амбулаторное лечение.

Анализ указанных положений закона позволяет прийти к выводу, что военнослужащий обязан незамедлительно доложить командованию о возникновении у него заболевания, препятствующего исполнять обязанности военной службы, и обратиться в медицинский пункт воинской части либо в военный госпиталь, а в экстренных случаях – в учреждение государственной или муниципальной системы здравоохранения. При отсутствии же в военной медицинской организации специалиста соответствующего профиля военнослужащий может быть направлен в медицинское учреждение, в котором таковой имеется.

Из копии телеграммы начальника Регионального управления военной полиции (по Центральному военному округу) от 01 ноября 2017 года видно, что военным комендантам, в том числе и Юргинского гарнизона, приказано к 05 ноября того же года предоставить списки военнослужащих, спланированных к убытию в служебную командировку.

Свидетель Н. в суде показал, что 03 ноября 2017 года он лично довел до ФИО1 о подготовке к убытию в служебную командировку на срок от одного месяца.

Как видно из копии телеграммы врио начальника Регионального управления военной полиции (по Центральному военному округу) от 30 ноября 2017 года военным комендантам приказано к 03 декабря 2017 года направить в служебную командировку, в том числе, ефрейтора ФИО1.

Согласно рапорту ФИО1 от 01 декабря 2017 года последний докладывает о невозможности убытия в служебную командировку по состоянию здоровья и прикладывает в обоснование этого копию медицинской книжки.

Как усматривается из рапорта начальника отделения Военной комендатуры от 01 декабря 2017 года, ФИО1 отказался убывать в служебную командировку по состоянию здоровья.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что причиной отказа убытия в командировку явилось неоконченное им лечение у врача стоматолога-пародонтолога.

Из копии выписки из приказа начальника Юргинского местного гарнизона от 18 ноября 2016 года № видно, что базовым военно-лечебным учреждением зоны медицинской ответственности считается филиал №4 Федерального государственного казенного учреждения «425 Военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации, за которым закреплена, в том числе, Военная комендатура.

Согласно копии справки ООО Частная медицина «Лекарь-Дент» от 30 ноября 2017 года ФИО1 с 15 по 30 ноября 2017 года проходил лечение у пародонтолога.

Как видно из копии медицинской книжки ФИО1 административный истец обратился в военный госпиталь к врачу-стоматологу 30 ноября 2017 года, который рекомендовал лечение у врача-пародонтолога. При этом 01 и 04 декабря 2017 года ФИО1 получал освобождение от исполнения служебных обязанностей по состоянию здоровья.

Свидетели Х. и Ю. в суде показали, что ФИО1 в середине ноября 2017 года сообщал им о лечении зубов, однако о тяжести заболевания, которая препятствует ему исполнять свои обязанности, не указывал.

Как видно из копии приказа военного коменданта от 11 декабря 2017 года № (в редакции от 29 декабря 2017 года №) ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение порядка обращения за медицинской помощью и за несвоевременный доклад о заболевании.

Таким образом, судом установлено, что 15 ноября 2017 года, игнорируя установленный порядок обращения за медицинской помощью, ФИО1 обратился в частную медицинскую организацию, где более двух недель проходил лечение, не обращаясь в военный госпиталь, а о тяжести своего заболевания, препятствующего исполнению служебных обязанностей, командованию доложил только 01 декабря 2017 года.

При таких обстоятельствах военный суд приходит к выводу, что действия военного коменданта по привлечению административного истца к дисциплинарной ответственности являлись законными и обоснованными, поскольку событие дисциплинарного проступка и вина ФИО1 в его совершении были установлены командованием в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Факт того, что ФИО1 сообщал своему непосредственному командиру о лечении зубов, не свидетельствует об отсутствия дисциплинарного проступка, поскольку административный истец, зная о необходимости убытия в длительную служебную командировку, о тяжести заболевания своевременно командованию не доложил.

Несостоятельным является довод административного истца об издании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности позднее указанной в нем даты, поскольку из представленной копии книги учета приказов военного коменданта видно, что данный приказ зарегистрирован 11 декабря 2017 года.

Утверждение представителя административного истца о праве ФИО1 на обращение за медицинской помощью в любую медицинскую организацию не свидетельствует о том, что ФИО1 должен реализовывать свое право минуя установленный Уставом порядок такого обращения.

Не установлено судом и нарушений сроков привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, поскольку о совершенном проступке военному коменданту стало известно 01 декабря 2017 года из указанного выше рапорта начальника отделения. В тот же день военным комендантом потребовано провести служебное разбирательство, о чем свидетельствует соответствующая резолюция на данном рапорте. При этом из заключения по материалам разбирательства следует, что оно было окончено 08 декабря 2017 года, в связи с чем десятидневный срок применения взыскания командиром был соблюден.

Утверждения представителя административного истца о порочности оспариваемого приказа военного коменданта по причине отсутствия в нем ссылок на нормы Дисциплинарного устава, регламентирующего процесс привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности, отвергаются судом как не основанные на законе.

Рассматривая требований ФИО1 в части его несогласия с решением военного коменданта об установлении ему размера премии за декабрь 2017 года в размере одного процента от оклада денежного содержания, суд исходит из следующего.

Как видно из оспариваемого приказа военного коменданта ФИО1 установлен размер премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей за декабрь в размере 01 процента.

Во исполнение требований статей 12 и 13 Закона и статьи 2 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» Постановлением Правительства Российской Федерации от 05 декабря 2011 года № 993 утверждены Правила выплаты военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей, в соответствии с пунктом 4 которых размеры премии в зависимости от качества и эффективности исполнения военнослужащими должностных обязанностей и порядок ее выплаты для военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации устанавливаются Министром обороны Российской Федерации.

Пунктами 77-80 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации 30 декабря 2011 года № 2700 (далее – Порядок) установлено, что на основании приказа соответствующего командира (начальника) военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, может быть установлен размер такой премии до 25 процентов оклада денежного содержания в месяц в зависимости от качества и эффективности исполнения обязанностей с учетом дисциплинарных взысканий.

Анализ указанных положений закона позволяет прийти к выводу, что установление личному составу такой дополнительной выплаты как премия за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей производится исключительно по усмотрению командира воинской части, устанавливается им в качестве стимулирующей выплаты, с учетом комплексной оценки результатов служебной деятельности конкретного военнослужащего.

Таким образом, положения вышеназванного Порядка не обязывают командира мотивировать решение об установлении конкретного размера данной выплаты военнослужащему, как и не определяют методику, по которой оцениваются эффективность исполнения подчиненными служебных обязанностей.

В оспариваемом Судаковым приказе военного коменданта, вопреки утверждениям административного истца, не идет речь о снижении размера премии в порядке наказания за проступок, а говорится об установлении конкретного размера денежной выплаты, что соответствует должностным полномочиям воинского должностного лица, устанавливающего такую дополнительную выплату в пределах своей компетенции.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что решение об установлении ФИО1 премии за декабрь 2017 года в размере 01 процента от оклада денежного содержания принято военным комендантом в пределах его компетенции и полномочий, с учетом приведенных выше положений закона, регулирующих возникшие спорные правоотношения.

Поскольку требования административного истца не подлежат удовлетворению, в соответствии со ст. 111 КАС Российской Федерации, понесенные им судебные расходы, связанные с обращением в суд с настоящим административным иском, возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении административного иска об оспаривании действий и решений военного коменданта военной комендатуры (гарнизона, ... разряда) (г. Юрга Кемеровской области), связанных с изданием приказа от 11 декабря 2017 года № (в редакции приказа от 29 декабря 2017 года №) о привлечении его к дисциплинарной ответственности и установлении размера премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей за декабрь 2017 года в размере одного процента от оклада денежного содержания, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Томский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.М. Бурков