Апелляционное определение № 33-2204/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Суслова Е.А.

Дело № 33-2204/2026

(2-3059/2025)

УИД 64RS0046-01-2025-003449-20


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 марта 2026 года

г. Саратов

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Крапивина А.А.,

судей Брандт И.С., Сугробовой К.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ершовой М.О.,

с участием прокурора Мараховской О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Специализированный застройщик «Шэлдом» о взыскании компенсации морального вреда, акционерного общества «Специализированный застройщик «Шелдом» на решение Ленинского районного суда г. Саратова от 17 ноября 2025 года, которым исковые требования удовлетворены частично,

заслушав доклад судьи Крапивина А.А., объяснения представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, поддержавших доводы жалобы, представителя истца ФИО4, возражавшей по доводам жалобы, выслушав заключение прокурора Мараховской О.А., полагавшей решение суда законным и обоснованным, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Специализированный застройщик «Шэлдом» (далее по тексту - АО СЗ «Шелдом») о взыскании компенсации морального вреда.

Требования истца мотивированы тем, что истец является сыном погибшего ФИО12, смерть которого наступила по вине ФИО5, который работал у ответчика АО «СЗ «Шэлдом». Вследствие ненадлежащего исполнения своих трудовых обязанностей по должности стропальщика ФИО5 допустил нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, что повлекло по неосторожности смерть ФИО12 При этом между допущенными ФИО5 вышеуказанными нарушениями правил безопасности при ведении строительных работ и наступившими последствиями в виде смерти ФИО12 имеется прямая причинно-следственная связь. Таким образом, своими действиями ФИО5 совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 216 УК РФ, то есть нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В связи с причинением смерти отцу истец испытывает нравственные и физические страдания, выразившиеся в том, что истец остался без отца, без мужской поддержки, истцу были ценны его мудрые советы. Истец с отцом были очень дружны, любили проводить время вместе. Отец истца мечтал о свадьбе истца и о внуках, после смерти отца истец стал испытывать ощущение, что его жизнь также закончилась, очень плохо и грустно, он каждый день плачет, хотя понимает, что ему надо быть сильным, поскольку он несет ответственность за маму. Кроме того, истец испытывает панические атаки, боится находиться один дома, у него испортился аппетит и он плохо спит. Поскольку причинитель вреда ФИО5 в момент причинения смерти отцу истца находился в трудовых отношениях с ответчиком, компенсация причиненного морального вреда подлежит взысканию с ООО «СЗ «Шэлдом».

На основании изложенного, ФИО1 просил суд взыскать с ООО «СЗ «Шэлдом» компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Решением Ленинского районного суда города Саратова от 17 ноября 2025 года исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с ООО «СЗ «Шэлдом» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей и судебные расходы в размере 15 000 рублей.

Ответчик ООО «СЗ «Шэлдом», не согласившись с постановленным решением, подал апелляционную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права, просит вынести новое решение об отказе в удовлетворении требований. В качестве доводов указывает, что судом не учтены обстоятельства при определении размера компенсации морального вреда, так как размер компенсации зависит от лиц, предъявивших требования, а ранее Ленинским районным судом <адрес> выносилось решение о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО13, являющейся супругой ФИО12

Иные лица, участвующие в деле, на заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, уважительных причин неявки судебной коллегии не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали.

Информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Саратовского областного суда (http://oblsud.sar.sudrf.ru) (раздел судебное делопроизводство).

В силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения, согласно требованиям ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что приказом № л/с от <дата> ФИО5 принят на работу в АО «СЗ «Шэлдом» на должность бетонщика-арматурщика 2 разряда с <дата>.

Согласно протоколу заседания квалификационной комиссии № от <дата> ЧОУ ДПО «Саратовский учебный центр «Электронстрой» ФИО5 прошел проверку знаний по безопасным методам и приемам выполнения работ рабочих, занятых эксплуатацией ОПО по программе: «Подготовка стропальщиков ФНП № с изменением №

Из протокола заседания аттестационной комиссии по АО «СЗ «Шэлдом» № от 16 марта 2023 года ФИО5 прошел обучение по программе обучения и проверки знаний безопасности (промышленной безопасности) рабочих основных профессий (стропальщиков) поднадзорных Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору в объеме квалификационных требований, а также в объеме требований производственной инструкции для стропальщиков (РД 10-107-96) и/или инструкций для данной профессии, требований ФНП «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденных Приказом Ростехнадзора № 461 от 26 ноября 2020 года и сдал квалификационный экзамен.

Приказом президента АО «СЗ «Шэлдом» от 16 марта 2023 года № 29 «О допуске к работе персонала, обслуживающего подъемные сооружения к самостоятельной работе», ФИО5 допущен к самостоятельной работе стропальщика и назначен стропальщиком бригады ФИО11 на строящемся жилом комплексе 16-ти, 19-ти этажные многоквартирные дома со встроенными помещениями общественного назначения по ул. Маяковского, Степная в г. Энгельсе Саратовской области, как прошедший переподготовку (переобучение) и успешно сдавший экзамены в комиссии АО «СЗ «Шэлдом».

Согласно приказу президента АО «СЗ «Шэлдом» от 30 октября 2023 года № «О допуске к работе персонала, обслуживающего подъемные сооружения к самостоятельной работе», ФИО5 назначен стропальщиком бригады ФИО11

Как следует из п.п. 2.12.4, 2.13.2, 4.1, 4.3, 4.4 «Производственной инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ с применением подъемных сооружений», утвержденной президентом АО «СЗ «Шэлдом» 20 января 2021 года, стропальщик должен знать схемы строповки или кантовки грузов уметь выполнять обвязку и зацепку различных грузов для их подъёма и перемещения, стропальщик может приступить к выполнению работ по обвязке и зацепке груза для подъема его подъемным средством только после ознакомления со схемами строповки, технологическими картами или проектом производства работ; при обвязке и зацепки груза стропальщик должен в том числе обвязывать груз таким образом, чтобы во время его перемещения исключалось падение его отдельных частей (бревна, прутки, трубы и т.п.) и обеспечивалось его устойчивое положение при перемещении, строповку длинномерных грузов следует производить не менее чем в дух местах (схема строповки груза - строп 4СК1-3,2+4СК1-10,0 при подаче арматурных стержней или схема строповки груза - строп 4СК1-5,0+4СК1-10,0 при монтаже труб), при обвязке и зацепке грузов стропальщику запрещается, в том числе, производить обвязку и зацепку груза способами, не указанными на схемах строповки (приложение № к Инструкции).

Согласно п. 37 Приказа Минтруда России от 28 октября 2020 года № 753н «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», строповка грузов производится в соответствии со схемами строповки. Схемы строповки, графическое изображение способов строповки и зацепки грузов выдаются работникам или вывешиваются в местах производства работ. Погрузка и разгрузка грузов, на которые не разработаны схемы строповки, производятся под руководством лица, ответственного за безопасное производство работ. При этом применяются съемные грузозахватные приспособления, тара и другие вспомогательные средства, указанные в документации на транспортирование грузов.

15 декабря 2023 года в период времени с 14 час. 00 мин. до 14 час. 45 мин., стропальщик АО «СЗ «Шэлдом» ФИО5, находясь на своем рабочем месте - на территории объекта капитального строительства - 16-ти, 19-ти этажные каркасно-монолитные секционные жилые многоквартирные дома со встроенными помещениями общественного назначения по ул. Маяковского, ул. Степная в г. Энгельсе Саратовской области, вторая очередь строительства, имеющем географические координаты 51.4871 северной широты, 46.1214 восточной долготы, получив от бригадира АО «СЗ «Шэлдом» ФИО11 устное указание о проведении строповки и опускания разобранной опалубки, откосов, оснастки, металлических подкосов «РССИ» («RSSI») и других материалов с крыши 16 этажа строящегося здания вышеуказанного объекта капитального строительства, с применением башенного крана, вниз на землю, на место складирования указанных материалов и оснастки, проследовал на крышу 16 этажа данного строящегося здания.

После этого, 15 декабря 2023 года в период времени с 14 час. 00 мин. до 14 час. 45 мин., ФИО5, находясь на крыше строящегося 16-ти этажного многоквартирного дома, расположенного на территории объекта капитального строительства - 16-ти, 19-ти этажные каркасно-монолитные секционные жилые многоквартирные дома со встроенными помещениями общественного назначения по ул. Маяковского, ул. Степная в г. Энгельсе Саратовской области, вторая очередь строительства, вследствие ненадлежащего исполнения своих трудовых обязанностей по должности стропальщика, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти бетонщика-арматурщика 4 разряда АО «СЗ «Шэлдом» ФИО6, находящегося вблизи места складирования разобранной опалубки, откосов, оснастки, металлических подкосов «РССИ» («RSSI») и других материалов, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, действуя в нарушении п. 37 Приказа Минтруда России от 28.10.2020 № 753 н «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», а также п.п. 2.12.4, 2.13.2, 4.1, 4.3, 4.4 «Производственной инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ с применением подъемных сооружений», утвержденной президентом АО «Шэлдом» 20.01.2021, самостоятельно, произвел строповку металлических подкосов «РССИ» («RSSI») стеновой рамной опалубки «ТРИО» («TRIO») в количестве 9 штук, съемными грузозахватными приспособлениями с нарушением схемы строповки (схема строповки груза - строп 4СК1-3,2+4СК1-10,0 при подаче арматурных стержней или схема строповки груза - строп 4СК1-5,0+4СК1-10,0 при монтаже труб), не убедившись в надежности произведенной им строповки. После этого, визуально убедившись, что подкосы находятся в четко горизонтальном положении, стропальщик ФИО5 по рации дал сигнал машинисту башенного крана АО «СЗ «Шэлдом» ФИО7 о возможности спуска указанных металлических подкосов к месту складирования на земле.

Затем, 15 декабря 2023 года в период времени с 14 час. 00 мин. до 14 час. 45 мин., в процессе опускания данного груза, в результате нарушений, допущенных стропальщиком ФИО5, а именно неправильной строповки металлических подкосов «РССИ» («RSSI») стеновой рамной опалубки «ТРИО» («TRIO») (в нарушение схемы строповки), в ходе опускания их к месту складирования на территории вышеуказанного объекта капитального строительства, произошло выпадение из строп строительных металлических подкосов «РССИ» («RSSI»), один из которых при падении упал на голову бетонщика-арматурщика 4 разряда ФИО12, находящегося на месте складирования разобранной опалубки, откосов, оснастки, металлических подкосов «РССИ» («RSSI») и других материалов в результате чего ФИО12 были причинены повреждения, расценивающиеся в едином комплексе, как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признакам опасности для жизни человека и развитию угрожающего жизни состояния.

Смерть ФИО12 наступила в 22 час. 20 мин. 18 декабря 2023 года в ГАУЗ «Энгельсская городская больница №», расположенном по адресу: <адрес>, в результате причиненной при вышеуказанных обстоятельствах по неосторожности ФИО5 <данные изъяты>.

Виновным в причинении смерти ФИО12 признан ФИО5, что подтверждается вступившим в законную силу приговором Энгельсского районного суда г. Саратова от 11 декабря 2024 года, которым ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Взысканная с ФИО5 в пользу ФИО13 данным приговором суда компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей, полностью им выплачена ФИО13, что подтверждается распиской.

ФИО5 на момент причинения смерти ФИО12 находился в трудовых отношениях с ответчиком, что подтверждается приказом о приеме на работу № л/с от <дата>, в соответствии с которым принят на работу в АО «СЗ «Шэлдом» на должность бетонщика-арматурщика 2 разряда, трудовым договором от <дата>.

Погибший ФИО12 являлся отцом истца ФИО1, что подтверждает свидетельство о рождении №, выданного ОЗАГС МО «<адрес>» <адрес>.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 пояснила, что истец является её сыном, <данные изъяты>

Согласно выписке из ЕГРЮЛ к основным видам деятельности ответчика относится по ОКВЭД 41.20 «строительство жилых и нежилых зданий». Согласно отчету о финансовых результатах за январь-сентябрь 2024 года выручка АО «СЗ «Шэлдом» составила 591 860 000 рублей, прибыль до налогообложения 560 070 000 рублей, чистая прибыль 447 047 000 руб.

Удовлетворяя исковые требования о взыскании с ответчика в пользу сына погибшего компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что вина АО «МСУ-1»находится в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем на производстве.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывая характер и степень перенесённых истцом нравственных и физических страданий, требования разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца 1 000 000 рублей.

Судебная коллегия считает возможным согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Как следует из п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст.ст. 17 и 45 Конституции РФ).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст.ст. 12, 151 ГК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абз. 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Статьей 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абз. 2 п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Довод апелляционной жалобы об отсутствии вины организации в причинении вреда жизни и здоровью ФИО12, а также о том, причинами несчастного случая явились нахождение работника в опасной зоне, где он оказался по собственной инициативе, а также нарушение правил производства правил другим работником, судебной коллегией признаются несостоятельными, поскольку в силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. абз. 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Положениями ч. 1 ст. 209 ТК РФ установлено, что охрана труда – система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Из п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч. 8 ст. 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Право на компенсацию морального вреда в связи со смертью потерпевшего согласно абз. 3 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» могут иметь иные лица, в частности члены семьи потерпевшего, иждивенцы, при наличии обстоятельств, свидетельствующих о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 4 п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

Более того, согласно п. 24 вышеназванного Пленума разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений ст.ст. 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Учитывая изложенное, выводы суда о наличии оснований для взыскания морального вреда с работодателя в пользу сына погибшего соответствуют вышеприведенному правовому регулированию.

Согласно действующему правовому регулированию право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Принимая решение о присуждении компенсации морального вреда в пользу истца в размере 1 000 000 руб. суд первой инстанции правильно применил к спорным отношениям нормативные положения, регулирующие вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, а также учел разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по их применению.

Взысканный размер компенсации морального вреда, вопреки доводам апелляционной жалобы, завышенным не является, соответствует фактическим обстоятельствам дела, наступившим последствиям, определен в соответствии с принципом разумности и справедливости, а также с учетом того, что право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.

Судебная коллегия обращает внимание, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции правомерно учтены степень родства (отец), характер физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень причиненного вреда, вина ответчика, в том числе произведенные в добровольном порядке выплаты в пользу членов семьи погибшего ФИО12

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходя из требований разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон в рассматриваемом случае взысканная судом компенсация морального вреда представляется соразмерной последствиям нарушенного права. Взысканный размер компенсации морального вреда носит действительно компенсационный характер и не приводит к неосновательному обогащению истца.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Довод апелляционной жалобы ответчика, о завышенном размере взысканной судом суммы компенсации морального вреда, без учета всех обстоятельств дела отвергаются судебной коллегией.

По мнению судебной коллегии, взысканный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), в связи с чем оснований для его уменьшения судебная коллегия не усматривает.

По существу доводы ответчика, вновь приведенные в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и переоценке представленных доказательств, не опровергают выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном постановлении, не содержат обстоятельств, которые нуждались бы в дополнительной проверке, направлены на иную оценку (переоценку) исследованных судом доказательств, а потому не могут быть приняты судебной коллегией в качестве основания к отмене состоявшегося судебного акта.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих отмену состоявшегося по делу судебного акта, по делу не допущено.

Таким образом, оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия,

определила:

решение Ленинского районного суда г. Саратова от 17 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Специализированный застройщик «Шелдом» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи