Апелляционное постановление № 22-1704/2018 от 12 сентября 2018 г. по делу № 22-1704/2018

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург ДД.ММ.ГГГГ

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Шашкиной О.В.,

при секретаре Карташовой К.П.,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Евтушевского Е.Е.,

представителя потерпевших Р.М.В., Н.А.В., Б.Т.В., О.Д.Е. – адвоката Ковалевой Ю.Л.

осужденного ФИО1,

защитников - адвокатов Татевосовой М.С., Павлюкова А.В.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Кировского городского суда Ленинградской области от 4 апреля 2018 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания за счет государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 3 года.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение с зачетом в срок лишения свободы времени следования к месту отбывания наказания из расчета 1 день за 1 день.

Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшей Б.Т.В. 800 000 рублей;

в пользу Р.М.В. в связи с гибелью жены 800 000 рублей;

в связи с причинением ему тяжкого вреда здоровью 700 000 рублей;

в пользу малолетнего Р.С.М. законному представителю Р.М.В. 1 000 000 рублей;

в пользу малолетнего Р.Ф.М. законному представителю Р.М.В. 1 000 000 рублей;

в пользу потерпевшего Н.А.В. 800 000 рублей;

в пользу потерпевшего О.Д.Е. 700 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Шашкиной О.В., выслушав выступления осужденного ФИО1, адвокатов Татевосовой М.С. и Павлюкова А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя потерпевших – адвоката Ковалевой Ю.Л. и прокурора Евтушевского Е.Е., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ на участке <адрес> в <адрес> в направлении от <адрес> в сторону <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 полагает выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а назначенное наказание несправедливым.

Считает, что судом формально перечислены характеризующие его личность данные, а потому находит необоснованным вывод суда о социальной справедливости назначенного ему наказания в виде реального лишения свободы сроком на 3 года, поскольку преступление совершено по неосторожности и имеются не зависящие от него обстоятельства, которые могли повлиять на негативные последствия для потерпевших.

Указывает, что суд, определяя срок основного наказания, который превышает средний срок, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ, его не обосновал.

Обращает внимание на то, что он работает, по месту жительства и работы положительно характеризуется, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, ранее к уголовной ответственности не привлекался, осужден за совершение преступления по неосторожности, относящегося к категории средней тяжести.

Утверждает, что при назначении наказания судом не учтено, что потерпевшие Н.А.В., Р.М.В., О.Д.Е. и погибшая Р.Д.С. не имели телесных повреждений, полученных от ремней безопасности, поскольку потерпевший Н.А.В., управлявший автомобилем «Рено Логан», не потребовал от пассажиров пристегнуться ремнями безопасности, в противном случае вредные последствия от ДТП были бы менее тяжкими для их жизни и здоровья.

По мнению осужденного, при таких обстоятельствах он не должен нести наказание за невыполнение водителем автомобиля «Рено Логан» обязанности проверить использование пассажирами ремня безопасности.

Полагает, что в отношении него подлежат применению положения ст. 73 УК РФ, поскольку судом не приведено убедительных мотивов о невозможности назначения ему наказания условно и в отношении него отсутствуют перечисленные в данной статье обстоятельства, не позволяющие назначить наказание условно.

Считает завышенным взысканный размер компенсации морального вреда потерпевшим на общую сумму в 5 800 000 рублей, указывая, что при его определении не учтено его материальное положение, поскольку, находясь в местах лишения свободы, и, потеряв работу, его доход будет снижен, что приведет к неисполнению приговора в части гражданского иска, также заявляет об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о его материальном положении, и, ссылаясь на показания его супруги об отсутствии у нее работы и наличия у него среднемесячного заработка в размере 27 000 рублей, указывает, что установленный судом размер взыскания им будет выплачиваться на протяжении 17 лет.

По мнению осужденного, судом при разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда не учтено бездействие потерпевших по выполнению требований ПДД, выразившееся в неиспользовании ремней безопасности, которое способствовало увеличению причиненного вреда их здоровью.

В обоснование данного довода осужденный приводит положения п. 5.1 ПДД РФ, ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, ст. 1099 ГК РФ, ст. 151 ГК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре» от 29 ноября 2016 года №55, указывая о том, что взысканный размер компенсации морального вреда является для него дополнительным наказанием, что не отвечает принципу социальной справедливости и не будет способствовать его исправлению.

Ссылаясь на положения ст.ст. 389.15, и 389.16 УПК РФ, полагает, что исследованные в судебном заседании доказательства не подтверждают его вину в совершении преступления.

Указывает, что при описании преступного деяния судом неправильно установлено событие ДТП, поскольку не указаны скорость, расстояние, места столкновений, не установлено, на каком расстоянии от автомобиля «Рено Логан» двигался автомобиль под его управлением и стал совершать маневр обгона, с какой скоростью он двигался, причина, по которой водитель автомобиля «Черри Тинго» оказался на встречной полосе его движения, причина, по которой водитель указанного автомобиля не столкнулся с движущимся ему на встречу грузовым автомобилем.

Выражает несогласие с оценкой суда, данной показаниям потерпевших Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е., свидетелей Д., протоколу осмотра места ДТП.

Считает, что свидетель Д.К.К. является заинтересованным лицом, его показания не являются последовательными, поскольку он их неоднократно менял. В обоснование этого довода подробно приводит показания данного свидетеля, утверждая, что они противоречат как заключению эксперта по результатам комплексной трасолого- автотехнической экспертизы, так и показаниям эксперта Д.С.П., данным им в судебном заседании.

Полагает, что суд допустил противоречие в приговоре, поскольку в обоснование его вины положил показания указанных выше лиц, при этом сделал вывод о том, что их показания о скорости движения автомобилей и расстоянии, являются предположительными, в связи с чем на этих показаниях не может быть основана комплексная трасолого-автотехническая экспертиза и акт экспертного исследования.

По мнению осужденного, суд необоснованно указал, что показания потерпевших и свидетелей о скорости движения автомобилей, расстоянии между ними и об обстоятельствах столкновения транспортных средств являются предположительными, поскольку для данной категории дел о ДТП их показания являются примерными, в связи с чем и подвергаются экспертной проверке.

Обращает внимание на заключение эксперта Д.С.П., согласно которому предложенная Д.К.К. версия развития дорожно-транспортной ситуации по названным им данным является технически несостоятельной, отмечая об отсутствии иных доказательств о конкретных обстоятельствах совершения им (ФИО1) обгона транспортного средства.

Анализируя показания потерпевших Р.М.В. и Н.А.В. с заключением эксперта, проводившего комплексную трасолого-автотехническую экспертизу, заявляет о недостоверности показаний свидетеля Д.К.К. и потерпевших Р.М.В., Н.А.В., поскольку они противоречат указанному выше заключению эксперта, а потому считает несостоятельным указание судом при описании преступного деяния на совершение им обгона грузового транспортного средства.

Ссылаясь на заключение судебно-медицинского эксперта о том, что водитель Н.А.В., погибший пассажир Р.Д.С. и пострадавший Р.М.В. не имеют характерных повреждений от ремней безопасности, осужденный приходит к выводу о том, что данные лица не были пристегнуты ремнями безопасности в момент аварии, а потому считает показания потерпевших Н.А.В. и Р.М.В. о том, что все пассажиры автомобиля «Рено Логан» были пристегнуты ремнями безопасности, недостоверными.

Указывает, что данные им показания, как в ходе предварительного следствия, так и в суде не изменялись и являются последовательными, аналогичные показания были даны им и свидетелю И.С.С., являвшемуся инспектором ГИБДД, о чем последний сообщал как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании.

Обращая внимание на неустановление экспертным путем места столкновения автомобилей «Санг Йонг» и «Рено Логан», полагает вывод суда о том, что столкновение произошло на встречной полосе по отношению к направлению движения автомобиля «Санг Йонг», недоказанным.

Заявляет о том, что ввиду неустановления места столкновения автомобилей «Санг Йонг» и «Рено Логан» не исключается их столкновение на полосе движения автомобиля «Санг Йонг», что согласуется с его версией развития дорожно-транспортной ситуации, обращая внимание на то, что эксперты Д.С.П. и Ф.Е.В. подтвердили возможность столкновения автомобилей на полосе движения его автомобиля.

Утверждает, что обвинением не представлено доказательств, свидетельствующих о предпринятых мерах по розыску грузового транспортного средства, двигавшегося впереди его автомобиля, заявляя об отсутствии такового, отмечая, что данному обстоятельству судом в приговоре оценка не дана.

Полагает, что органом предварительного следствия не принято исчерпывающих мер к осмотру записи видеорегистратора, установленного в автомобиле «Рено Логан», поскольку не были привлечены специалисты для ее осмотра. Кроме того, видеорегистратор был возвращен заинтересованному лицу – отцу потерпевшего Р.М.В., который его утратил.

Ссылаясь на схему ДТП и заключение эксперта-автотехника, утверждает, что автомобиль под управлением Д.К.К. располагался на полосе движения его автомобиля и создал опасность для движения.

Заявляет, что он обгона грузового автомобиля (фуры) не совершал, а когда увидел, что ему навстречу выехал автомобиль «Черри», совершавший обгон автомобиля «Рено Логан», то он предпринял меры в соответствии с ПДД, экстренно затормозил, в связи с чем его автомобиль по скользкой дороге вынесло на полосу встречного движения, что привело к ДТП.

Обращает внимание на то, что его версия о ДТП в ходе проведения автотехнической экспертизы, выполненной экспертом Ф.Е.В., не проверялась, в заключении эксперта Д.С.П. указано о том, что определить состоятельность его версии не представляется возможным, указывая, что его показания подтверждаются показаниями свидетеля К.Д.С., утверждавшей о несовершении им обгона транспортного средства, а также показаниями эксперта Ф.Е.В. о том, что при экстренном торможении автомобиля при скорости около 90 км/ч возможно смещение автомобиля на встречную полосу движения.

По мнению осужденного, данные доказательства указывают на его невиновность в совершении преступления.

Просит приговор отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – помощник Кировского городского прокурора Ленинградской области Дзуцева А.Р., а также потерпевшие Р.М.В., Н.А.В., Б.Т.В. просят приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, рассмотрев доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, а также поданные возражения, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на полном и всестороннем исследовании совокупности доказательств, изложенных в приговоре, при этом суд дал надлежащую оценку всем доказательствам и привел мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в совершении преступления не признал и показал, что ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ он, управляя автомобилем «Санг Йонг», выехал совместно с К.Д.С. из <адрес>. Двигался по <адрес><адрес> в сторону <адрес> со скоростью около 80 км/час. После ДД.ММ.ГГГГ в районе <адрес>, следуя по своей полосе движения, неожиданно перед собой увидел свет фар. Какие меры безопасности он принял, не помнит, возможно, он предпринял какие-то маневры рулем, но это могло быть подруливание для удержания автомобиля на своей полосе движения во время торможения. После столкновения с автомобилем, на его автомобиле разбилось лобовое стекло, и автомобиль перевернулся на бок. По его ощущениям второго столкновения с автомобилем не было. Он расстегнул ремень безопасности, открыл дверь, посторонние лица помогли ему и К.Д.С. выбраться из автомобиля. По направлению от <адрес> на полосе движения первым стоял грузовой автомобиль - фура, водитель которого пояснил, что ехал за ним далеко сзади и не видел, что произошло. Рядом находились водитель и пассажир автомобиля «Черри», который также получил повреждения. Они вмешивались в разговор с водителем грузового автомобиля и вели себя по отношению к нему (ФИО1) агрессивно. По его звонку на место дорожно-транспортного происшествия приехал его друг - А.С.Е., который позже по телефону интересовался у него, каким образом подключить его ноутбук, чтобы сотрудник ГИБДД смог просмотреть запись на видеорегистраторе, но ноутбук оказался поврежденным и непригодным для воспроизведения видеозаписи. В ходе предварительного следствия на уточняющие вопросы следователя он показывал, что обгон грузового автомобиля - фуры он не совершал, скорее всего, его не было, а автомобиль под его управлением мог оказаться на встречной полосе в результате отворота рулевого колеса, чтобы избежать ДТП, однако это было высказано в качестве предположения.

Данные показания осужденного ФИО1 были тщательно проверены судом и не нашли своего подтверждения, поскольку опровергаются совокупностью исследованных в его присутствии доказательств.

Так, из показаний потерпевшего Р.М.В., допрошенного в судебном заседании и подтвердившего данные им на предварительном следствии показания, следует, что около ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ он, его супруга Р.Д.С., Н.А.В. и О.Д.Е. выехали на технически исправном автомобиле «Рено Логан» под его управлением из <адрес> в <адрес>. Около ДД.ММ.ГГГГ утра он пересел на левое заднее пассажирское сиденье, а на водительское сиденье сел Н.А.В. Около ДД.ММ.ГГГГ они двигались со скоростью 80-90 км/ч по <адрес> в <адрес>, на переднем пассажирском сиденье сидела Р.Д.С., за ней – О.Д.Е. Все были пристегнутыми ремнями безопасности. На улице светало, погода была пасмурной, трасса мокрая, на автомобиле работали дворники. Встречный поток автомобилей был плотный, автомобили двигались на дистанции 75-100 метров. Он заметил, как из-за встречного грузового автомобиля на полосу движения их автомобиля резко выехал автомобиль черного цвета внедорожник, расстояние до которого, возможно, было около 30-50 метров. Он почувствовал, что Н.А.В. применил экстренное торможение, автомобиль качнуло, и он несколько сместился вправо, однако столкновения избежать не удалось, удар последовал в правую переднюю часть их автомобиля, где сидела его супруга. От удара он потерял сознание, а когда очнулся, то увидел, что их автомобиль выбросило на встречную полосу движения и прижало к отбойнику; супруга висела на ремнях безопасности, Н.А.В. и О.Д.Е. стонали. В результате ДТП ему были причинены телесные повреждения, и погибла его супруга. До начала маневра обгона внедорожника не было видно, грузовой автомобиль, который двигался перед внедорожником, никакой помехи участникам движения не создал и в ДТП не участвовал. Со схемой ДТП он был согласен. Также показал, что в автомобиле «Рено Логан» был установлен видеорегистратор, карта памяти которого была возвращена следователем его отцу - Р.В.В., поскольку он являлся собственником автомобиля «Рено Логан». Со слов отца ему известно, что запись на карте памяти восстановить не удалось и в настоящее время она утеряна.

Данные показания потерпевшего Р.М.В. согласуются с показаниями потерпевшего Н.А.В. о том, что за руль автомобиля «Рено Логан» он сел в ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. Около ДД.ММ.ГГГГ двигался со скоростью 80-90 км/час. Встречный поток автомобилей был плотный, а по направлению в <адрес> автомобили двигались на расстоянии 150-200 метров друг от друга. Когда к нему приближались автомобили со встречного направления, он снижал скорость до 70 км/час. Во время движения он наблюдал в зеркало заднего вида за движением автомобиля «Черри», который длительное время следовал за ним на расстоянии 20-30 метров, попыток обгона водитель автомобиля «Черри» не предпринимал. Когда внедорожник, двигавшийся ему навстречу, стал совершать обгон грузового втомобиля, он предпринял экстренное торможение и попытался уйти от столкновения вправо, освобождая место для проезда внедорожнику, однако столкновения избежать не удалось, и удар пришелся в правую часть автомобиля «Рено Логан», отчего он потерял сознание. Когда очнулся, Р.М.В. перетащил его на заднее сиденье, от удара сработали подушки безопасности и автомобиль развернуло. В результате ДТП ему причинены телесные повреждения. На каком расстоянии внедорожник находился от автомобиля «Рено Логан» перед началом маневра обгона, и с какой скоростью тот двигался во время обгона, не знает.

Будучи допрошенным в судебном заседании свидетель Д.К.К. подтвердил данные им в ходе предварительного следствия показания о том, что утром ДД.ММ.ГГГГ он, управляя принадлежащим ему автомобилем «Черри Вортекс Тинго» с государственным регистрационным знаком <***>, двигался по <адрес><адрес> со скоростью около 80 км/ч в направлении <адрес>. Впереди него в попутном направлении на расстоянии около 30-40 метров ехал автомобиль «Рено Логан». Встречный поток автомобилей был очень плотный. Автомобиль «Санг Йонг» под управлением ФИО1 двигался по встречной полосе за грузовым автомобилем. Когда автомобиль «Рено Логан», как ему показалось, находился напротив кабины ехавшего во встречном направлении грузового автомобиля, водитель автомобиля «Санг Йонг» стал совершать его обгон. В этот момент водитель автомобиля «Рено Логан» пытался уйти вправо по ходу своего движения, а затем влево, поскольку автомобиль под управлением ФИО1 стал уходить от столкновения влево по ходу своего движения, и, находясь на полосе движения автомобиля «Рено Логан», они столкнулись у отбойника. В это время он (ФИО2) при выезде автомобиля под управлением ФИО1 на полосу его движения, применил торможение и повернул влево, «прижимаясь» к левому краю своей полосы. После столкновения автомобилей «Рено Логан» и «Санг Йонг», с багажника последнего оторвалось колесо и полетело в его автомобиль в сторону сидевшей справа от него Д.В.Ю., а сам автомобиль «Санг Йонг» проехал по автомобилю «Рено Логан» и заскочил на капот его автомобиля «Черри», после чего завалился на бок к отбойнику, а автомобиль «Рено Логан» развернуло после столкновения и он ударился о его автомобиль, изменив траекторию движения, вылетел на встречную полосу дороги. После ДТП ФИО1 подбежал к ним, сказал, что все было чисто, потом увидел фары. Со схемой ДТП он был ознакомлен, считает, что его автомобиль «Черри» стоял после ДТП по центру дороги, но больше на полосе, по которой двигался до столкновения.

Из показаний свидетеля Д.В.Ю. следует, что утром ДД.ММ.ГГГГ она ехала в автомобиле «Черри», которым управлял муж Д.К.К. Впереди в попутном направлении на дистанции 30-40 метров двигался автомобиль «Рено». На их полосе движения других автомобилей не было, а встречный поток автомобилей был плотный. Так как автомобиль «Рено» маленький, она хорошо видела, как из-за грузового автомобиля вылетел на их полосу движения перед автомобилем «Рено» большой черный автомобиль «Санг Йонг», за которым двигался второй грузовой автомобиль. Чтобы избежать столкновения, автомобиль «Рено» пытался уйти к отбойнику, но черный автомобиль также стал уклоняться к нему. Автомобиль «Санг Йонг» подкинуло. Ее муж в это время тормозил и уходил к середине дороги, уклоняясь от столкновения. Мимо них проехал грузовой автомобиль, который пытался обогнать водитель автомобиля «Санг Йонг». До столкновения они практически остановились, сработали подушки безопасности, из автомобиля ее вытащил муж.

Факт совершения ДТП был зафиксирован сотрудником ИДПС ОР ДПС №3 ГИБДД по <адрес> и <адрес> И.С.С., который подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия о том, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на службе. Утром, получив от дежурного сообщение о произошедшем ДТП в районе <адрес> выехал совместно с инспектором ДПС И.В.В. на место происшествие. На месте ДТП обнаружил столкновение трех автомобилей: автомобиля «Санг Йонг», двигавшегося со стороны Санкт-Петербурга и автомобилей «Рено Логан» и «Черри Вортекс Тинго», двигавшихся во встречном ему направлении. Им был составлен материал о ДТП. После составления материала водитель автомобиля «Санг Йонг» не был опрошен, так как сослался на плохое самочувствие, однако в самом начале, как он (И.С.С.) приехал на место аварии, в ходе устной беседы с ним тот пояснял, что, увидев свет встречных фар, он стал уходить в сторону, а что происходило дальше не помнил. В ходе общения с водителем автомобиля «Черри» последний пояснил ему (Ильину), что он видел, как автомобиль «Санг Йонг» выехал на встречную полосу, а водитель автомобиля «Рено Логан» во избежание столкновения попытался уйти от удара, но ему не удалось. Исходя из увиденной обстановки он посчитал, что водитель автомобиля «Санг Йонг» не справился с управлением и выехал на полосу встречного движения.

Будучи допрошенным в судебном заседании свидетель И.В.В., являющийся инспектором ДПС, показал, что при составлении схемы дорожно-транспортного происшествия ни от кого из участников ДТП замечаний не поступало.

В соответствии с оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями потерпевшей Б.Т.В., погибшая Р.Д.С. являлась ее дочерью, о ее гибели в ДТП она узнала со слов Р.М.В., позвонившего в день происшествия (№).

По показаниям потерпевшего О.Д.Е., оглашенным в порядке ст. 281 УПК РФ, следует, что около ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ он выехал из <адрес> в <адрес> на автомобиле «Рено Логан», государственный регистрационный знак №, которым управлял Р.М.В., справа от него сидела его супруга Р.Д.С., на заднем сиденье слева - Н.А.В., справа от него - он (О.Д.Е.). Через час поездки он уснул. Проснувшись утром, увидел, что автомобилем управляет Н.А.В., а Р.М.В. сидит сзади слева от него. Вскоре он вновь уснул, как произошло ДТП, он не видел. В сознание он пришел через сутки после ДТП в <адрес> городской больнице. В результате ДТП он получил множественные телесные повреждения №).

Согласно протоколу установления смерти человека, смерть Р.Д.С., № г.р., установлена фельдшером ОСМП «<адрес> МБ» Я.Г.В. ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ (№).

Из заключения судебно-медицинского эксперта следует, у Р.Д.С. обнаружены следующие телесные повреждения: тупая сочетанная травма головы, груди, живота, позвоночника, таза, конечностей, проявлением которой явились: поверхностные резанные раны в области носа, в щечных областях, в области губ, в подбородочной области, ссадины в области верхневнутреннего квадранта правой молочной железы, передней брюшной стенки в эпигастральной области справа, на передненаружной поверхности правого бедра (12), на тыльной поверхности правой кисти в первом межпястном промежутке, на задней поверхности левого предплечья в нижней трети (3), на тыльной поверхности левой кисти в проекции второго пястно-фалангового сустава, кровоподтеки на передней поверхности правого плеча в верхней трети, на тыльной поверхности правой кисти в проекции первой фаланги второго пальца, в области ногтевой фаланги третьего пальца, в проекции первого межфалангового сустава четвертого пальца, на тыльной поверхности левой кисти в проекции 3, 4, 5 пястно-фаланговых суставов, на задней поверхности правой голени, на передней поверхности левого бедра в средней трети, на передневнутренней поверхности левой голени в средней трети (7), ушибленная рана в лобной области справа по верхнему краю глазницы; кольцевидный перелом костей основания черепа (основной кости, височных костей, затылочной кости), субдуральное кровоизлияние малого объема в задней черепной ямке справа, неполный разрыв варолиевого моста, кровоизлияния варолиевого моста; закрытые разгибательные переломы 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12 ребер слева, ушибы нижних долей легких, кровоизлияние в околоаортальную клетчатку нижнегрудного отдела аорты; кровоизлияния в корень брыжейки кишечника, в околопочечную клетчатку левой почки; полный разрыв межпозвоночного диска между 12 грудным и 1 поясничным позвонками; полный разрыв левого крестцово-подвздошного сочленения, поперечные переломы горизонтальной и вертикальной ветвей правой лобковой кости; закрытые поперечные переломы нижних третей диафизов локтевой и лучевой костей правого и левого предплечий, фрагментарный перелом нижней трети диафиза правой бедренной кости.

Все вышеуказанные повреждения причинены по механизму тупой травмы в результате воздействий твердых тупых предметов (ударов о части салона автомобиля), на что указывает закрытый характер, наличие кровоподтеков, ссадин, переломов ребер, костей черепа и таза. Анализ макро и микроморфологических изменений в поврежденных тканях, включающий степень выраженности лейкоцитарной реакции позволяет сделать вывод о причинении повреждений в короткий промежуток времени, исчисляемый единицами - десятками минут в пределах 30 минут до наступления смерти. Смерть Р.Д.С. наступила на месте ДТП в результате тупой сочетанной травмы головы, груди, живота, позвоночника, таза, конечностей, осложнившейся развитием отека головного мозга, о чем свидетельствуют повреждения и данные гистологического исследования. Данная травма оцениваются как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти (№).

Согласно телефонограммам, ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> городскую больницу с места ДТП доставлены пассажир О.Д.Е., водители Н.А.В. и Р.М.В., имеющие телесные повреждения различной степени тяжести (№).

В соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта Н.А.В. в результате дорожно-транспортного происшествия причинены телесные повреждения: закрытые переломы костей правого предплечья со смещением отломков, закрытые переломы 4, 5, 8 правых ребер, закрытый перелом крыши, задней стенки и дна правой вертлужной впадины, вывих правой бедренной кости, открытый перелом дистальной фаланги 2-го пальца левой стопы, ушибленная рана подбородочной области, ссадины коленных суставов. Данные повреждения имеют общий механизм образования и как вызывающие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи расцениваются как ТЯЖКИЙ вред здоровью (№).

Заключением эксперта по результатам проведенной судебно-медицинской экспертизы подтверждается, что Р.М.В. в результате дорожно-транспортного происшествия причинены телесные повреждения: сотрясение головного мозга, закрытый перелом остистых отростков 7-го шейного отростка, 12-го грудного позвонка, закрытый оскольчатый перелом верхней ветви левой лонной кости с переходом на вертлужную впадину, перелом нижней ветви левой лонной кости без смещения отломков, закрытый перелом обеих костей правой голени в средней трети со смещением отломков, ссадины правой голени. Данные повреждения имеют общий механизм образования и вызывают значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи расцениваются как тяжкий вред здоровью (№).

По заключению эксперта по итогам выполненной судебно-медицинской экспертизы у О.Д.Е. в результате дорожно-транспортного происшествия обнаружены телесные повреждения: ушиб головного мозга средней степени тяжести, множественные переломы костей лицевого скелета, разрыв левого легкого с выходом воздуха в плевральную полость, разрывы печени, отрыв желчного пузыря, открытый перелом левой лучевой кости. Данные повреждения имеют общий механизм образования и по признаку опасности для жизни расцениваются как тяжкий вред здоровью (№).

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемой и фототаблицей к нему, зафиксирована вещно-следовая обстановка ДТП на проезжей части <адрес><адрес>; отмечены дорожные и погодные условия, а также место столкновения автомобиля «Санг Йонг Корандо» г.р.з. №, под управлением водителя ФИО1, следовавшего в направлении от <адрес> к <адрес>, на <адрес> указанной автодороги с автомобилем «Рено Логан» г.р.з. № под управлением водителя Н.А.В. (со слов водителя а/м «Черри Вортекс Тинго» г.р.з. №), а также последующее место столкновения отброшенного от удара автомобиля «Рено Логан» с попутным автомобилем «Черри Вортекс Тинго» г.р.з. № под управлением водителя Д.К.К. (с изображением места осыпи грязи). Указано конечное месторасположение автомобилей после ДТП, месторасположение багажника с крыши автомобиля «Санг Йонг Корандо», г.р.з. № (на расстоянии 28,5 метров от этого автомобиля), механические повреждения автомобилей, расположение трупа Р.Д.С., проверено техническое состояние автомобилей (№).

Протокол осмотра места происшествия составлен уполномоченным должностным лицом - следователем, в производстве которого находился материал по факту ДТП. Возможность проведения такого следственного действия до возбуждения уголовного дела предусмотрена частью 2 ст. 176 УПК РФ. Оснований для признания данного протокола недопустимым доказательством не имеется.

Заключением эксперта по результатам проведенной судебной трасолого-автотехнической экспертизы подтверждается, что в случае, если водитель ФИО1 совершал маневр обгона, то с технической точки зрения, он должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 1.5, 10.1, 11.1 ПДД РФ. С технической точки зрения, водитель ФИО1 имел возможность избежать ДТП, при условии полного и своевременного выполнения им п.п. 1.3, 1.5, 11.1 ПДД РФ и в его действиях усматриваются несоответствия с этими требованиями ПДД РФ.

С технической точки зрения водитель автомобиля «Рено Логан» Н.А.В. должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 10.1 ПДД РФ, то есть соблюдать Правила дорожного движения и, при возникновении опасности, применять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки. С технической точки зрения водитель автомобиля «Рено Логан» Н.А.В. не имел возможность избежать ДТП и в его действиях не усматривается несоответствия с ПДД РФ.

С технической точки зрения водитель «Черри Вортекс Тинго» Д.К.К. должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3; 8.1; 10.1 ПДД РФ, то есть соблюдать Правила дорожного движения, при выполнении маневра не создавать опасность и при возникновении опасности применять возможные меры к снижению скорости, вплоть до остановки. С технической точки зрения водитель «Черри Вортекс Тинго» Д.К.К. не имел возможность избежать ДТП и в его действиях не усматриваются несоответствия с ПДД РФ (№

У суда не имелось оснований усомниться в обоснованности указанного заключения эксперта, поскольку она назначена и проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Исходные данные, которые указаны в заключении, соответствуют материалам дела и обстоятельствам дорожно-транспортной ситуации. Экспертом исследованы действия всех водителей по соблюдению требований Правил дорожного движения РФ.

Кроме того, будучи допрошенным в судебном заседании эксперт Ф.Е.В. показал, что указанное выше заключение им дано по двум версиям, представленным следователем: водитель автомобиля «Санг Йонг» пошел на обгон и водитель автомобиля «Санг Йонг» не справился с управлением. По этим версиям с технической точки зрения, водитель ФИО1 имел возможность избежать дорожно-транспортное происшествие, при этом скорость движения его автомобиля на выводы о нарушении им Правил дорожного движения не влияет. С технической точки зрения определить место столкновения автомобилей «Санг Йонг» и «Рено Логан» не представилось возможным, а место столкновения автомобиля «Черри» определено по осыпи на проезжей части дороги. При возникновении опасности, с технической точки зрения, с учетом Правил дорожного движения, водитель должен принять меры к торможению, однако не запрещается совершать какой-либо иной маневр, если он безопасен. В том случае, если в результате поворота рулевого колеса автомобиль выезжает на полосу встречного движения, где происходит столкновение с иным транспортным средством, имеет место опасный маневр, запрещенный ПДД. Выезд на полосу встречного движения возможен не только в результате поворота рулевого колеса, при экстренном торможении возможно смещение коридора движения автомобиля вправо или влево. Вопрос о том, каким образом автомобиль «Черри» разъехался с грузовым автомобилем им не изучался, и ответить на данный вопрос невозможно из-за недостатка информации о скорости и траектории движения автомобилей.

Тщательно проверив вышеприведенные показания потерпевших Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е., Б.Т.В. и свидетелей Д.К.К., Д.В.Ю., И.С.С., И.В.В., эксперта Ф.Е.В., суд обоснованно признал их достоверными и правильно положил их в основу приговора, поскольку они последовательны и согласуются, как между собой, так и в совокупности с другими доказательствами, представленными стороной обвинения.

Как следует из совокупности исследованных судом доказательств, ранее потерпевшие Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е. не были знакомы со свидетелями Д.К.К. и Д.В.Ю., равно как и с осужденным ФИО1 и свидетелем К.Д.С.; потерпевшие и свидетели давали показания после предупреждения их об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, а потому оснований полагать, что указанные лица имели основания для оговора осужденного либо были заинтересованы в его привлечении к уголовной ответственности, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы осужденного о недостоверности показаний свидетеля Д.К.К. и потерпевших Н.А.В. и Р.М.В. в связи с тем, что они противоречат заключению эксперта по результатам комплексной трасолого-автотехнической экспертизы, проведенной экспертом Д.С.П., являлись предметом исследования суда и обоснованно расценены несостоятельными, так как указанное заключение эксперта судом не признано достоверным доказательством, поскольку, как правильно указано судом, экспертное исследование выполнено на основании предположительных исходных данных о скорости движения автомобилей и расстоянии между ними до столкновения, которые определены участниками дорожно-транспортного происшествия приблизительно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, суд не допустил противоречие в приговоре, положив в основу вины осужденного показания свидетеля Д.К.К., потерпевших Н.А.В. и Р.М.В., поскольку их показания о выезде автомобиля под управлением ФИО1 на сторону встречного направления движения для осуществления обгона попутного ему транспортного средства – грузового автомобиля, в результате которого произошло столкновение с автомобилем «Рено Логан», следовавшим по стороне дороги своего направления, а затем со встречным автомобилем «Черри», согласуются между собой и существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1, не имеют. При этом суд правильно оценил их показания о скорости движения автомобилей и расстоянии между ними до столкновения как предположительные, поскольку никто из участников дорожно-транспортного происшествия не располагал измерительными приборами, которые могли бы зафиксировать дорожно-транспортную ситуацию до столкновения автомобилей.

Учитывая изложенное, суд правильно установил событие дорожно-транспортного происшествия, произошедшего около ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> соединением <адрес> – <адрес> в <адрес>, в результате которого ФИО1 проявил преступное легкомыслие, в нарушение требований Правил дорожного движения РФ выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем потерпевших, что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью потерпевших Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е. и смерти Р.Д.С.

Предотвращение дорожно-транспортного происшествия полностью зависело от выполнения водителем ФИО1 требований п.п. 1.3, 1.5, 9.1, 9.10, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ, так как при их соблюдении столкновение транспортных средств исключалось.

Факт неустановления экспертным путем места столкновения автомобилей «Санг Йонг» и «Рено Логан» не опровергает выводов суда, установившего на основе анализа совокупности собранных по делу доказательств, в том числе и проведенных судебных экспертиз, виновные действия водителя автомобиля «Санг Йонг» ФИО1, который в нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации выехал на встречную полосу движения для обгона попутного транспортного средства, не убедившись в том, что маневр не создаст помех встречным транспортным средствам и будет безопасным, а также в возможности вернуться в ранее занимаемую им полосу, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие.

Доводы апелляционной жалобы о непричастности ФИО1 к совершению преступления, за которое он осужден, были тщательно проверены в ходе судебного разбирательства и отвергнуты с приведением убедительных мотивов, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается.

Неустановление в ходе предварительного следствия сведений о грузовом транспортном средстве, двигавшемся впереди автомобиля «Санг Йонг» под управлением ФИО1, не влияет на выводы суда о виновности осужденного, поскольку факт наличия грузового транспортного средства в момент совершения маневра его обгона водителем ФИО1 подтверждается показаниями свидетелей Д.К.К., Д.В.Ю., потерпевших Р.М.В., Н.А.В., которые были опрошены, в том числе и о марке, цвете кузова (кабины), наличии полуприцепа, государственном регистрационном знаке грузового транспортного средства, поэтому доводы жалобы осужденного об отсутствии доказательств, свидетельствующих о предпринятых органом следствия мерах по розыску грузового автомобиля, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными. Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, из текста приговора видно, что указанным доводам судом дана надлежащая оценка.

Доводам осужденного о непринятии органом следствия мер к осмотру записи видеорегистратора, установленному в автомобиле «Рено Логан», судом была дана надлежащая оценка, не согласиться с которой суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Суд обоснованно признал необоснованными доводы осужденного ФИО1 о том, что он, возможно, выехал на полосу встречного движения в связи с экстренным торможением, когда автомобиль «Черри Тинго» под управлением водителя Д.К.К. выехал на его полосу движения, со ссылкой при этом на показания эксперта Ф.Е.В. о том, что при скорости около 90 км/ч при экстренном торможении возможно смещение автомобиля на встречную полосу, правильно указав о том, что автомобиль «Черри Тинго» выехал частично на встречную полосу после столкновения автомобилей «Санг Йонг» и «Рено Логан» на полосе последнего, что подтверждается показаниями потерпевшего Н.А.В. о периодическом им наблюдении в зеркало заднего вида за движением автомобиля «Черри Тинго» и за несколько секунд до аварии, водитель которого попыток совершить обгон не предпринимал.

Оценка суда представленным стороной защиты акту экспертного исследования эксперта А.А.П., показаниям свидетелей К.Д.С., А.С.Е., изложенная в приговоре, является правильной.

Обстоятельства совершения преступления исследованы с достаточной полнотой, противоречий в доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности ФИО1, ставящих под сомнение законность и обоснованность постановленного приговора, не имеется.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Как видно из обжалуемого приговора, суд подробно аргументировал свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, в связи с чем нельзя признать обоснованными доводы осужденного о необоснованности использования в качестве доказательств его вины показаний свидетелей Д.К.К., потерпевших Н.А.В., Р.М.В.

Проанализировав и оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд обоснованно опроверг доводы защиты о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло не по вине ФИО1, и правомерно квалифицировал действия последнего по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Анализ материалов судебного следствия позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что принцип состязательности сторон судом не нарушен, каких-либо преимуществ стороне обвинения, по сравнению со стороной защиты, не предоставлялось, председательствующим были созданы необходимые условия сторонам для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями УПК РФ. Мотивы принятых судом решений по заявленным сторонами ходатайствам в протоколе судебного заседания приведены. Необоснованных отказов в заявленных ходатайствах суд апелляционной инстанции не усматривает.

Несогласие стороны защиты с законными решениями об отказе в удовлетворении ходатайств, в том числе и о проведении повторной трасолого-автотехнической экспертизы, не может расцениваться как основание для изменения или отмены приговора.

Приняв во внимание сведения о том, что ФИО1 на учете у психиатра не состоит, о наличии психических заболеваний не заявлял, и учтя при этом конкретные обстоятельства совершенного преступления, отсутствие данных, объективно указывающих о наличии у него психических расстройств, суд обоснованно признал его вменяемым.

При назначении наказания ФИО1 суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое относится к категории средней тяжести, личность виновного, который ранее не судим, по месту работы характеризуется положительно, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание ФИО1, судом обоснованно не установлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ у суда не имелось, поскольку обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Нельзя признать состоятельными доводы апелляционной жалобы осужденного о том, что потерпевшие Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е., Р.Д.С. в момент аварии не были пристегнуты ремнями безопасности, что повлекло для них более тяжкие последствия, поскольку они опровергаются показаниями потерпевших о том, что они были пристегнуты ремнями безопасности.

При этом, ссылка осужденного на заключения судебно-медицинских экспертов о том, что потерпевшие Н.А.В., Р.М.В., О.Д.Е. и погибшая Р.Д.С. не имеют повреждений, характерных от воздействия ремня безопасности, не опровергают показания последних, поскольку из указанных заключений экспертов следует, что повреждений, которые являются характерными, и которые, как правило, образуются при воздействии ремня безопасности, на теле потерпевших не обнаружены, а потому доводы осужденного о невыполнении водителем автомобиля «Рено Логан» обязанности проверить использование пассажирами ремней безопасности являются надуманными.

При этом, проанализировав обстоятельства совершения преступления, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости исправления ФИО1 в условиях изоляции от общества с лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не усмотрев оснований для применения положений ст. 73 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, в связи с чем оснований для смягчения наказания и применения положений ст. 73 УК РФ не имеется.

Решение по гражданским искам, предъявленным к осужденному ФИО1 потерпевшими Б.Т.В., Р.М.В., Н.А.В., О.Д.Е., о компенсации морального вреда, принято судом в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, с учетом характера причиненных потерпевшим нравственных и физических страданий, фактических обстоятельств дела, материального и семейного положения осужденного, а также с учетом требований разумности и справедливости, в связи с чем обоснованно удовлетворены частично.

Вопреки доводам осужденного, оснований считать взысканный размер компенсации морального вреда в отношении каждого потерпевшего завышенным не имеется, а потому оснований для удовлетворения доводов апелляционной жалобы осужденного в указанной части не имеется.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного ФИО1 не имеется.

Нарушений уголовного и уголовно–процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кировского городского суда Ленинградской области от 4 апреля 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в кассационную инстанцию Ленинградского областного суда.

Председательствующий -