Решение № 2-565/2025 2-565/2025~М-401/2025 М-401/2025 от 26 ноября 2025 г. по делу № 2-565/2025

Дело №2-565/2025

УИД: 33RS0010-01-2025-000842-48


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 ноября 2025 года город Киржач

Киржачский районный суд Владимирской области в составе председательствующего судьи Лапиной Е.С., при секретаре Мочалиной В.Д., с участием истца ФИО1, представителя истца по доверенности ФИО2, представителя ответчика войсковой части № по доверенности ФИО3, помощника прокурора Жегалиной Е.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к войсковой части №, войсковой части №, Министерству обороны Российской Федерации о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к войсковой части № о восстановлении на работе (т. 1 л.д. 5).

В обоснование требований указано, что в соответствии с приказом от 27.04.2024 № истец работал в должности <данные изъяты>. Приказом от 29.05.2025 № истец уволен на основании пп. «б» п. 6 ст. 81 ТК РФ с 30.05.2025. Истец считает увольнение незаконным, поскольку за время работы истец не допускал появления на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Из приказа № невозможно понять, когда именно, по мнению ответчика, истцом было допущено появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, поскольку истец никогда не направлялся работодателем на медицинское освидетельствование. Акт о появлении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения истцу не предоставлялся, в акте он не расписывался. При увольнении ответчиком нарушен порядок увольнения, установленный ст. 193 ТК РФ, поскольку истцу не было предложено написать объяснение по факту нарушения трудовой дисциплины. До издания приказа об увольнении истцу было предложено уволиться по собственному желанию. Приказ был издан после отказа истца от выполнения данного незаконного требования.

В адрес суда 22.09.2025 от истца поступили уточненные исковые требования, согласно которым ФИО1 просит признать приказ от 29.05.2025 № незаконным, восстановить его на работе в войсковую часть № в должности командира отделения пожарной команды (т. 2 л.д. 21-22).

Определением Киржачского районного суда Владимирской области, занесенным в протокол судебного заседания 11.07.2025, с согласия стороны истца к участию в деле в качестве соответчика привлечена войсковая часть № в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Министерство обороны Российской Федерации, ФКУ № Министерства обороны Российской Федерации (т. 1 л.д. 142-143).

Определением Киржачского районного суда Владимирской области, занесенным в протокол судебного заседания 31.07.2025, к участию в деле привлечена Военная прокуратура Владимирского гарнизона Западного военного округа (т. 1 л.д. 194).

Определением Киржачского районного суда Владимирской области, занесенным в протокол судебного заседания 13.08.2025, с согласия стороны истца из состава третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, исключено и привлечено к участию в деле в качестве соответчика Министерство обороны Российской Федерации (т. 1 л.д. 214).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме. Дополнительно пояснил, что он работал в войсковой части № в должности <данные изъяты>. 23.04.2025 в 08 часов 00 минут он заступил на дежурство, в этот день тушили пожар, воду доставляли, около 19 часов 20 минут было собрание по плану дальнейших действий. Он закончил смену в 08 часов 00 минут 24.04.2025. Медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения не проходил. Каких-либо предложений пройти освидетельствование, дать объяснения ему не поступало. В состоянии алкогольного опьянения он не находился. График работы сутки через трое. 27.04.2025 он отработал сутки, затем ушел на больничный по состоянию здоровья. Всего было открыто три больничных листа. Об открытии крайнего больничного листа он пытался сообщить работодателю, но так как сотовая связь была плохая, дозвониться не представилось возможным. Ему никто не звонил, не выясняли, почему он не вышел на работу. До этого его уже просили написать заявление на увольнение по собственному желанию. После 12.06.2025 пришел на работу, принес больничный лист, там ему сказали, что он уволен, вручили обходной лист, попросили расписаться за получение трудовой книжки и указать дату 30.05.2025, после чего он поставил одну подпись. С приказом его не ознакомили, документы не подготовили, однако отметка в трудовой книжке уже стояла. До судебного разбирательства не знал о приказе об увольнении.

Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержал. Пояснил, что в приказе № отсутствует дата совершенного истцом грубого нарушения. Согласно приказа, основанием для увольнения является рапорт, однако дата подачи рапорта также отсутствует. Истец не направлялся на медицинское освидетельствование, что было подтверждено в судебном заседании показаниями свидетелей, допрошенных по инициативе ответчика. Акт о появлении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения истцу не предоставлялся, в акте он не расписывался, что также подтверждалось в судебном заседании свидетелями. Приказ об увольнении был издан в период нетрудоспособности истца. О том, что открыт больничный лист, он сообщить не смог, работодатель не пытался связаться с истцом с целью выяснить его местонахождение. ФИО1 не предлагалось представить письменные объяснения по вышеуказанным обстоятельствам. Акты, представленные стороной истца в материалы дела, не могут являться доказательствами по делу, так как на момент увольнения, а также на момент, когда истцу вручили трудовую книжку с отметкой об увольнении, данных актов не имелось. Построение происходило в тот день в 19-00, однако, документы составлялись с 22-00 до 22-30, что подтвердили свидетели, в том числе ФИО5 От выполнения трудовых обязанностей ФИО1 отстранён не был и продолжал работать в смене. Свидетель ФИО5 в ходе допроса сообщил, что на медицинское освидетельствование истца не направляли, поскольку в таком случае проверили бы всю смену. Полагает, что имеются противоречия в показаниях свидетелей, не имеется надлежащих доказательств, подтверждающих нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения, ФИО1 не ознакомили с приказом об увольнении, не предлагали предоставить объяснения, нарушена процедура увольнения. Считает, что приказ об увольнении истца незаконный и ФИО1 подлежит восстановлению.

Представитель ответчика войсковой части № по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что 22.04.2025 в части был объявлен режим ЧС. Допрошенные свидетели подтвердили, что ФИО1 был на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 скрыл, что он находился на больничном, и у него имеется листок нетрудоспособности. У бухгалтера нет технической возможности отследить больничный лист. ФИО1 в устной форме предлагалось пройти медицинское освидетельствование, но он отказался, заставить его не могли. Приказ об увольнении издан 29.05.2025, увольнение с 30.05.2025, так как день дается бухгалтеру для расчетов. О листке нетрудоспособности работодатель не знал. Когда истец пришел и принес больничный лист, ему под роспись отдали трудовую книжку, обходный лист, который он должен был заполнить и принести, после чего его должны были ознакомить с приказом, но ФИО1 не прошел полностью обходной лист. До подачи иска в суд истец не был ознакомлен с приказом об увольнении.

Из письменных возражений врио начальника войсковой части № на исковое заявление следует, что войсковая часть № является структурным подразделением войсковой части № и входит в состав Московского военного округа. <данные изъяты> Министерства обороны РФ является организацией по начислению заработной платы, компенсационных, социальных и иных выплат гражданскому персоналу №. 22.04.2025 в 15 ч. 10 мин. в войсковой части № произошло чрезвычайное происшествие. 22.04.2025 в 8 ч. 00 мин. на дежурство заступил <данные изъяты> ФИО1, по внешним признакам был трезв и подозрений не вызывал. В работах по ликвидации ЧС был задействован весь личный состав дежурной смены пожарной команды. Во время вечернего построения около 19 часов при доведении боевых участков и постановки задач по ликвидации очагов возгорания было обнаружено, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, в невменяемом состоянии, а также со средством табакокурения и одет в гражданскую одежду. При этом весь личный состав дежурной смены находился в боевой и специальной одежде. Как выяснилось позже, во время обеда ФИО1 употребил алкоголь, что подтверждают свидетели. Вследствие этого ФИО1 был отстранен от работы и отправлен в расположение пожарной команды. ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование, а также предоставить письменное объяснение, но истец отказался проходить медицинское освидетельствование и отказался от дачи объяснений. В этот же день был составлен акт о грубом дисциплинарном проступке от 23.04.2025, ФИО1 отказался от ознакомления с актом о грубом дисциплинарном проступке и от подписи, в результате чего был составлен акт об отказе от ознакомления с актом о грубом дисциплинарном проступке от 23.04.2025. В связи с тем, что на территории Киржачского района был введен режим чрезвычайной ситуации, была угроза вторичной детонации, весь личный состав войсковой части № был эвакуирован, кроме пожарной команды.Поэтому не было возможности издания приказа об отстранения от работы ФИО1 01.05.2025 ФИО1 командир отделения пожарной команды отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины, в связи с этим был составлен акт о грубом дисциплинарном проступке от 02.05.2025, письменное объяснение предоставить отказался. 04.05.2025 он также отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины, прогул подтверждается табелем учета рабочего времени. С 05.05.2025 по 27.05.2025 ФИО1 находился на больничном листе. В связи с тем, что ФИО1 находился на больничном листе, дисциплинарное взыскание к нему не применялось. Также истцу было предложено расторжение трудового договора по соглашению сторон, однако истец отказался. С 29.05.2025 истец открыл новый больничный лист, но при этом не уведомил работодателя. Согласно, коллективного договора войсковой части № на 2024-2027 г.г. приложения № «Правил внутреннего распорядка войсковой части № в п. 4. «Основные права, обязанности и ответственность работников» пп. 4.1 Работник обязан сообщать работодателю, либо своему непосредственному начальнику об открытии больничного листа. Приказом от 29.05.2025 № истец уволен с 30.05.2025 на основании пп. «б» п. 6 ст. 81 ТК РФ. О причинах неявки для получения трудовой книжки в день увольнения им было не известно, поэтому было направлено ФИО1 уведомление о необходимости получения трудовой книжки либо согласия на ее отправку по почте. В 2016 году он был замечен в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается актом о грубом дисциплинарном проступке. Войсковая часть № не имеет права выступать в качестве представителя юридического лица, не получив на это полномочий от вышестоящего органа Министерства обороны. Хозяйственную деятельность войсковая часть № ведет не по доверенности от юридического лица, а на основании Положения об арсенале (т. 1 л.д. 18-22, 134).

Представитель ответчика Министерства обороны РФ <данные изъяты> Министерства обороны РФ, извещенный о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился (т. 2 л.д. 104, 108, 109).

Представитель ответчика войсковой части № о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, в суд не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие (т. 1 л.д. 201-205, т. 2 л.д. 103). Представил письменные возражения на исковое заявление, в которых просил отказать в удовлетворении исковых требований. Указал, что войсковая часть № не является юридическим лицом. В соответствии с Положением об арсенале войсковая часть № входит в состав Московского военного округа, является обособленным структурным подразделением, которое ведет самостоятельную хозяйственную деятельность. Командир войсковой части № является работодателем для гражданского персонала войсковой части №, несет ответственность за организацию деятельности войсковой части №, за обеспечение внутреннего порядка войсковой части, осуществляет прием на работу и увольнение с работы, а также несет ответственность за нарушение трудовых прав работников войсковой части №. 22.04.2025 в войсковой части произошла чрезвычайная ситуация. ФИО1 23.04.2025 заступил на дежурство, по внешним признакам был трезв и подозрений не вызывал. Во время вечернего построения было обнаружено, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, со средством табакокурения и не был одет в специальную одежду. ФИО1 был отстранен от работы, ему было предложено пройти медицинское освидетельствование, но истец отказался его проходить, а также отказался от дачи объяснений. Истец знал о том, что произошла чрезвычайная ситуация. От действий пожарной команды многое зависело при ликвидации ЧС. Пожарные команды должны формироваться из числа ответственных и дисциплинированных людей. Истец не уведомил работодателя об открытии больничного листа 29.05.2025, имеется недобросовестность со стороны работника. Истец не предоставил доказательств того, что за время работы на данной должности, равно как и на предыдущих должностях, не допускал появления на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Процедуры о надлежащем оформлении документов при увольнении были соблюдены (т. 1 л.д. 201-205).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФКУ <данные изъяты> Министерства обороны РФ, извещенный о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, в суд не явился, направил ходатайство о проведении судебного заседания в свое отсутствие (т. 2 л.д. 93, 105, 106)

Судом вынесено определение о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика, заключение помощника прокурора Жегалиной Е.Ю., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, поскольку истец был уволен в период нетрудоспособности, показания свидетелей имеют внутренние противоречивые и не могут служить надлежащими доказательствами, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно положениям статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В силу подп. «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Поскольку увольнение по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации является одним из видов дисциплинарных взысканий, на него распространяется установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарных взысканий.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно ч. 5 ст. 193 ТК РФ за каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

В силу положений ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

На основании пункта 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между войсковой частью № и ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работу в должности <данные изъяты> войсковой части № Соглашением от 01.06.2018 № ФИО1 назначен на должность <данные изъяты> Соглашением от 02.05.2024 № ФИО1 переведен на должность <данные изъяты> (т. 1 л.д. 120, 121, 123-126).

Как следует из п. 18 Положения об арсенале <данные изъяты> имеет право принимать (заключать с работниками арсенала трудовые договоры о работе), перемещать и увольнять гражданский персонал арсенала в соответствии с действующим законодательством о труде (т. 1 л.д. 24-36).

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 08.03.2024 № в целях организации работы по вопросам регулирования трудовых отношений с гражданским персоналом, осуществляющим трудовую деятельность в структурных подразделениях, входящих в состав войсковой части №, недопущения нарушений трудового законодательства Российской Федерации предоставлено право осуществления полномочий работодателя в отношении подчиненного гражданского персонала командирам (начальникам) арсеналов, баз, складов, отделов, мастерских и прочих структурных подразделений, входящих в состав войсковой части № (т. 1 л.д. 113).

Согласно п.п. 1.2, 1.3 договора работник принят на работу в <данные изъяты> осуществляет работу в структурном подразделении <данные изъяты>

В силу п. 5.3 трудового договора установлен сменный график работы (сутки работы через трое суток отдыха). Начало работы в 08.00 текущего дня, окончание - 08.00 следующего дня.

Из представленных документов следует, что рабочая смена ФИО1 являлась с 08.00 23.04.2025 по 08.00 24.04.2025 (т. 1 л.д. 114-115).

Актом от 23.04.2025, составленным в 22 час. 20 мин. и подписанным ФИО5, ФИО7, ФИО8, установлено, что ФИО1 при несении дежурства в составе дежурной смены <данные изъяты>, в 22 час. 20 мин. 23.04.2025, согласно первичных признаков (бессвязная речь, покраснение глаз, характерный запах алкоголя изо рта, неуверенная походка) находился в состоянии алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют лица, подписавшие данный акт и присутствовавшие во время проведения проверки (т. 1 л.д. 128).

Приказом врио командира войсковой части № от 29.05.2025 расторгнут трудовой договор и ФИО1 уволен с 30.05.2025 по инициативе работодателя за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения на основании рапорта ио ФИО14 в соответствии с пп. «б» п. 6 ст. 81 ТК РФ (т. 1 л.д. 133).

Соответствующая запись от 30.05.2025 об увольнении внесена в трудовую книжку ФИО1 (т. 1 л.д. 6-9).

Рассматривая законность процедуры увольнения, суд приходит к следующему.

Распоряжением № от 22.04.2025 главы администрации Киржачского района Владимирской области на территории войсковой части № был введен режим ЧС с 22.04.2025. В период с 22.04.2025 по 05.05.2025 весь личный состав и гражданский персонал был эвакуирован в пункты временного размещения и развернуты в г. Киржач (т. 2 л.д. 33).

Согласно справке врио командира войсковой части № по штату войсковой части № в пожарной команде числится № человек, фактическая численность работников пожарной команды составляет № человек (т. 2 л.д. 30-32).

Как следует из наряда на дежурство с 08.00 23.04.2025 до 08.00 24.04.2025, в состав дежурной смены входило 9 человек, из них в расчете 8 человек, в том числе ФИО1, и 1 человек в отпуске. ФИО1 и ФИО15 были прикреплены к <данные изъяты>, которая совершала выезды на пожар в 08.00 с возвращением в 18.45 и 22.30 с возвращением 7.45. В разделе № наряда указано, что <данные изъяты> ФИО1 снят с расчета (отстранен от служебных обязанностей) в связи с алкогольным опьянением в 19.00 (т. 2 л.д. 27).

23.04.2025 в 22 час. 20 мин. составлен акт о грубом дисциплинарном проступке, подписанный ФИО5, ФИО7 и ФИО8, согласно которому ФИО1 при несении дежурства в 22 час. 20 мин. 23.04.2025 находился в состоянии алкогольного опьянении (т. 2 л.д. 64).

Согласно актам от 23.04.2025, составленным 23.04.2025 в 22 час. 25 мин. ФИО5, ФИО7 и ФИО8, ФИО1 отказался от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и от дачи объяснений по данному факту (т. 2 л.д. 61, 62).

23.04.2025 ФИО5, ФИО7, ФИО8 был составлен акт в 22 час. 25 мин. об отказе ФИО1 от ознакомления с актом о грубом дисциплинарном проступке, составленным 23.04.2025 в 22 час. 20 мин. (т. 1 л.д. 129).

В материалах дела имеется объяснение ФИО1, в котором он сообщает, что был в штабе по личному вопросу (т. 1 л.д. 132). Однако, установить по какому факту, каким обстоятельствам и когда ФИО1 предоставил данное объяснение, не представляется возможным.

В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что данное объяснение предоставлено истцом не по обстоятельствам грубого дисциплинарного проступка 23.04.2025.

В подтверждение доводов о том, что истец не единожды находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, ответчиком представлен акт о грубом дисциплинарном проступке от 08.03.2016, согласно которому ФИО1 отказался от освидетельствования (т. 1 л.д. 131). Истцом данные обстоятельства не подтверждаются.

В ходе судебного разбирательства судом были допрошены вышеуказанные лица по факту нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, а также отстранения его от выполнения служебных обязанностей.

Свидетель ФИО5 <данные изъяты> пояснил, что 22.04.2025 в войсковой части был объявлен режим ЧС. В период с 22.04.2025 по 29.04.2025 работали круглосуточно. ФИО6 был привлечен к работе. 23.04.2025 в 19 час. 00 мин. ему нужно было провести собрание и распределить задачи. На построении ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем он его отстранил и отправил в другое помещение. В течение часа вернулся, вызвал сотрудников ФИО8 и ФИО7 для составления актов, но ФИО1 уже не было. С того момента он не видел в тот день истца. Акт об отстранении от работы в письменном виде не составлялся им, так как не имеется на это полномочий. Не может точно вспомнить, каким образом предлагалось пройти медицинское освидетельствование, скорее всего в устной форме, но ФИО1 не мог отказаться, так как был в сильном алкогольном опьянении. В связи с произошедшей чрезвычайной ситуацией в войсковой части на территории части были медицинские сотрудники, но ФИО1 никто не возил к ним. В случае если бы медицинское освидетельствование провели, возможно проверили бы всю смену. ФИО1 был вместе с другим работником. Позже они написали заявления об увольнении по собственному желанию, но ФИО1 забрал заявление.

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что на построении около 19 час. 00 мин. он увидел ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения. Вместе с тем, в актах о грубом дисциплинарном проступке и об отказе от дачи объяснений указано, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения в 22 час. 20 мин. 23.04.2025.

Свидетель ФИО8 <данные изъяты> пояснил суду, что 23.04.2025 произошел взрыв арсенала. Он на работе был ежедневно. Около 22 час. 00 мин. ФИО5 по радиостанции вызвал его и ФИО7 Когда они подъехали, ФИО5 и ФИО1 стояли, он подошел к ним и увидел, что ФИО1 был пьян, его отправили домой. Он составил акты о грубом дисциплинарном проступке ФИО1 и об отказе от медицинского освидетельствования на состояние опьянения. ФИО1 на тот момент уже не было. ФИО5 направлял ФИО1 на медицинское освидетельствование, письменно это не оформлялось.

Свидетель ФИО7 <данные изъяты> пояснил, что 23.04.2025 был пожар, они приехали на заправку, его вызвал ФИО5, который был с ФИО1, находящимся в состоянии алкогольного опьянения. ФИО1 предлагалось пройти медицинское освидетельствование, он отказался. Далее он поехал на заправку, затем приехал вечером обратно, они втроем, ФИО5, ФИО8 и он подписали акт о грубом проступке ФИО1, об отказе от ознакомления, а также об отказе от медицинского освидетельствования. ФИО1 в устной форме предлагалось пройти медицинское освидетельствование. Он не видел, что ФИО1 предлагали дать объяснения. Когда он подписывал акты, ФИО1 уже не было, его вывез генерал.

Свидетель ФИО9 <данные изъяты> указал суду, что он 23.04.2025 пришел на работу, был объявлен режим ЧС. С 08 час. 00 мин. 23.04.2025 до 08 час. 00 мин. 24.04.2025 он работал вместе с ФИО1 на одной машине, тушили лес, то есть проработали полную смену. В день дежурства были построения, задачи были поставлены. Вечером, около 22 час. 00 мин., ФИО1 было сделано замечание, как он услышал, за то, что ФИО1 выпил. Какие документы в отношении ФИО1 по данному поводу оформлялись, он не знает. Обеда в этот день у них не было, вечером их отпустили на один-два часа, примерно с 19 час. 00 мин. до 21 час. 00 мин. По состоянию ФИО1 пояснил, что его клонило в сон, работал нормально, возможно был какой-то запах, но каких-либо иных признаков алкогольного опьянения не видел.

Свидетель ФИО10 пояснил суду, что 22.04.2025 он работал во дворе. К обеду 23.04.2025 он приехал на работу, была эвакуация, люди все работали. Во время работы он пересекался с ФИО1, который ездил на машине. Он не заметил признаков алкогольного опьянения у ФИО1 Вечером было построение. На разводе начальник сообщил, что заметил ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, ему сказали уйти в расположение, но он не знает, уходил ли он.

Из пояснений истца ФИО1 следует, что он с 08.00 23.04.2025 до 08.00 24.04.2025 проработал всю смену, отстранён от работы не был, в состоянии алкогольного опьянения не находился. Ему не предлагалось пройти медицинское освидетельствование, дать объяснения, все акты составлялись без его участия, с ними он ознакомлен не был, как и с самим приказом об увольнении.

Как следует из табеля учета рабочего времени и графика работы ФИО1 работал с 08.00 23.04.2025 до 08.00 24.04.2025, с 08.00 27.04.2025 до 08.00 28.04.2025 (т. 1 л.д. 114-117).

Таким образом, согласно наряду на дежурство и объяснениям сторон в ходе судебного разбирательства, показаниям свидетелей ФИО10, ФИО9 следует, что работник ФИО1 отстранён от работы не был, после построения продолжил осуществление служебных обязанностей, осуществив выезд на автоцистерне 4445 в 22 час. 30 мин.

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что он не видел, что ФИО1 предлагалось представить объяснения, иные свидетели, составившие акты, также не подтвердили данный факт, как и сам ФИО1, однако в материалах дела имеется подписанный акт об отказе ФИО1 от дачи объяснений.

Показания свидетелей ФИО5, ФИО7, ФИО8 о том, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения 23.04.2025 противоречат показаниями свидетелей ФИО10, ФИО9, которые сообщили, что ФИО1 работал, каких-либо признаков алкогольного опьянения ими лично замечено не было.

Кроме того, судом учитывается, что свидетели ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9 являются действующими работниками войсковой части.

02.05.2025 составлен акт о грубом дисциплинарном проступке, согласно которому работник ФИО1 отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины с 08 час. 00 мин. 01.05.2025 до 08 час. 00 мин. 02.05.2025 (т. 2 л.д. 64). Однако, следует отметить, что основанием увольнения отсутствие истца на рабочем месте без уважительной причины с 08 час. 00 мин. 01.05.2025 до 08 час. 00 мин. 02.05.2025 не являлось.

Согласно имеющейся в деле информации ГБУЗ ВО «Киржачская РБ» ФИО1 в период с 01.05.2025 по 30.06.2025 получал медицинскую помощь в амбулаторных условиях. Из электронных листков нетрудоспособности следует, что у ФИО1 были следующие периоды нетрудоспособности: 05.05.2025-12.05.2025, 13.05.2025-27.05.2025, 29.05.2025-11.06.2025 (т. 2 л.д. 110-117).

04.06.2025 в адрес ФИО1 было направлено уведомление о необходимости получения трудовой книжки либо дачи согласия на ее отправку почтой (т. 1 л.д. 118, т. 2 л.д. 28-29).

В судебном заседании истец пояснил, что после закрытия больничного листа, примерно 12.06.2025, он пришел на работу и принес листок нетрудоспособности, где ему вручили трудовую книжку, за которую он расписался в журнале и поставил ту дату, которую его попросили, и отдали обходной лист, сообщив, что он уволен. С приказом об увольнении ознакомлен не был.

В судебном заседании представить ответчика не отрицала тот факт, что сотрудник попросила ФИО1 поставить в журнале за получение трудовой книжку дату 30.05.2025, а также тот факт, что на тот момент и до суда истец не был ознакомлен с приказом об увольнении.

Исковое заявление о восстановлении на работе необходимо подать в суд в течение месяца со дня вручения вам копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или сведений о трудовой деятельности (ч. 1 ст. 392 ТК РФ).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом не пропущен срок для обращения в суд с исковым требованием о восстановлении на работе.

Кроме того, представитель ответчика пояснил, что о первом и втором больничном листе работодатель узнал от сотрудника бухгалтерии, так как у них нет доступа к программе. Работодатель принимал меры к выяснению причин отсутствия ФИО1 на рабочем месте, пытались дозвониться. После того, как работодатель узнал о том, что больничным лист закрыт 27.05.2025 и ФИО1 должен был приступить к работе 28.05.2025, 29.05.2025 вынесли приказ об увольнении, не предусмотрев возможность открытия истцом следующего больничного листа.

В силу ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно п. 4.1 Правил внутреннего трудового распорядка войсковой части 54169-ВД между руководством и трудовым коллективом войсковой части № на 2024-2027 гг., работник обязан сообщать работодателю либо своему непосредственному начальнику об открытии и закрытии больничного листа (т. 1 л.д. 37-58).

В соответствии с п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа.

В связи с тем, что приказ о расторжении трудового договора и увольнении ФИО1 был издан 29.05.2025, больничный лист открыт тем же числом 29.05.2025, у истца не было достаточного времени сообщить работодателю информацию об открытии больничного листа. Таким образом, судом не установлено со стороны истца злоупотребление правом, доказательств этому материалы дела не содержат. Кроме того, представитель ответчика также сообщила, что о закрытии второго больничного листа работодатель знал, вопрос о возможности открытия третьего больничного листа выяснять не стали.

Следует отметить, что истец на момент открытия больничного листа 29.05.2025 не знал об увольнении и намерениях работодателя.

Иных документов, свидетельствующих о соблюдении процедуры увольнения ответчиком не представлено.

При этом, суд с учетом организационных особенностей ответчика войсковой части № принимает во внимание следующее.

В соответствии со ст. 11.1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» управление объединения, управление соединения и воинская часть Вооруженных Сил Российской Федерации могут являться юридическим лицом в форме федерального казенного учреждения. Решение о создании в качестве юридического лица управления сформированного объединения, управления сформированного соединения или сформированной воинской части Вооруженных Сил Российской Федерации, а также о реорганизации или ликвидации указанного юридического лица принимается министром обороны Российской Федерации.

Согласно приказу Министра обороны РФ от 29.12.2012 № «О представителях Министерства обороны Российской Федерации, осуществляющих полномочия работодателя в отношении работников воинских частей и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации» командиры (руководители) воинских частей являются представителями Министерства обороны Российской Федерации, осуществляющими полномочия работодателя в отношении работников воинских частей и организаций Вооруженных Сил Российской Федерации, в соответствии со статьей 20 ТК РФ и вправе заключать с работниками трудовые договора.

Из письменных возражений ответчика войсковой части № и представленных приказов следует, что в соответствии с Положением об арсенале <данные изъяты> войсковая часть № входит в состав МВО, является обособленным структурным подразделением. Руководство деятельностью арсенала осуществляет начальник арсенала, то есть командир войсковой части №. Права работодателя переданы войсковой части № в соответствии с приказом командира войсковой части № от 08.03.2024 №.

Также судом установлено, что трудовой договор, заключенный с ФИО1, от лица работодателя подписан командиром войсковой части №

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В судебном заседании представитель истца указал, что истец поддерживает требования в заявленном объеме, а именно просит признать приказ незаконным и восстановить ФИО1 на работе. При восстановлении истца на работе ответчик должен самостоятельно произвести расчет с работником, в случае, если этого не произойдет, истец не лишен права обратиться в суд с соответствующими требованиями к иному ответчику. Просил рассмотреть требования истца в пределах заявленных.

При таких обстоятельствах, согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Таким образом, в нарушение п. 23 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17 марта 2004 года и ст. 56 ГПК РФ ответчик не обосновал и не доказал законность увольнения истца по п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в период нетрудоспособности. Злоупотребление правом со стороны истца ФИО1 не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

При изложенных обстоятельствах войсковая часть не имела право применять к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде увольнения по причине появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем суд считает необходимым признать приказ врио командира войсковой части № от 29.05.2025 незаконным.

В соответствии с абз. 4 ст. 294 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд также приходит к выводу о незаконности увольнения истца и считает необходимым удовлетворить заявленные требования в части восстановления на работе с 31.05.2025.

В силу ст. 211 ГПК РФ решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

При таких обстоятельствах суд полагает заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Ввиду того, что Министерство обороны Российской Федерации не является работодателем истца, приказ о расторжении трудового договора и увольнении ФИО1 не выносило, требований о взыскании денежных средств с Министерства обороны Российской Федерации истцом не заявлено, суд приходит к выводу о том, что исковые требования к ответчику Министерству обороны Российской Федерации удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 <данные изъяты> к войсковой части № о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе - удовлетворить.

Признать незаконным приказ врио командира войсковой части № от 29.05.2025 № о расторжении трудового договора с ФИО1 по основанию, предусмотренному подпунктом «б» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Восстановить ФИО1 в должности <данные изъяты> войсковой части № с 31.05.2025.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации отказать.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Киржачский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Е.С. Лапина

Решение в окончательной форме принято 27 ноября 2025 года.