Решение № 2-2893/2017 2-2893/2017~М-2098/2017 М-2098/2017 от 24 мая 2017 г. по делу № 2-2893/2017

Д-2-2893/17


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 мая 2017 г. г.Таганрог

Судья Таганрогского городского суда Ростовской области Ядыкин Ю.Н.,

при секретаре Долгополовой К.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки купли-продажи автомобиля недействительной, примени последствий недействительности ничтожной сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3, ссылаясь на следующие обстоятельства:

Истец передал ответчику ФИО2 деньги в займы, а ответчик выдал ему расписку от 18.10.2015г. на сумму 480 000 рублей, в порядке п.2 ст.808, ст.414 ГК РФ, и согласно этой расписке срок возврата денежной суммы установлен до 18.01.2016г., но по истечении этого срока ответчик деньги не вернул и от общения уклонялся, поэтому истец обратился в суд. Вступившим в законную силу решением Таганрогского городского суда от <дата> с ответчика ФИО2 в пользу истца взыскана задолженность 480 000 руб., судебные расходы 18 000 руб. Определением суда от 13.03.2016г. в целях обеспечения иска был наложен арест на имущество ответчика на сумму 480 000 руб., и в тот же день в службу судебных приставов был направлен исполнительный лист. В настоящее время в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство по исполнению решения суда на сумму 498 000 рублей. В период наличия долга, когда истец выразил намерение обратиться в суд, должник ФИО2 в 20-х числах декабря 2015 года переоформил принадлежащий ему автомобиль № на своего отца ответчика ФИО3, по мнимой сделке купли-продажи, поскольку возвращать деньги 18.01.2016г. не собирался. О мнимости сделки свидетельствует ряд фактов: автомобиль приобретен близким родственником при наличии у него собственного автомобиля, и должник ФИО2 после оформления продажи автомобиля продолжает пользоваться им как своим собственным, что свидетельствует о заключении сделки без намерения произвести реальную передачу имущества. Фактически отчуждение автомобиля не произведено, им владеет и пользуется ФИО2 Нормы о добросовестном приобретателе в данном случае неприменимы, поскольку ФИО3 осведомлен о долговых обязательствах своего сына. Ответчики совершили сделку, создавая лишь видимость отчуждения автомобиля, заведомо зная, что сделка не будет исполнена, и преследовали иные цели, нежели предусмотрены в договоре купли-продажи, волеизъявление сторон сделки не совпадает с их действительной волей. Стоимость автомобиля по договору между ответчиками составила 245 000 рублей и является заниженной, при реальной рыночной стоимости такого же автомобиля 600 000 – 700 000 рублей (по данным в сети Интернет), что в совокупности с другими доказательствами также подтверждает мнимый характер сделки. Помимо этого, самостоятельным основанием для признания сделки недействительной являются положения статьи 10 Гражданского кодекса РФ, содержащие нормативный запрет на совершение действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, поскольку значимым по делу обстоятельством является наличие в действиях ответчика факта злоупотребления при реализации им правомочия собственника на распоряжение принадлежащим ему имуществом.

Ссылаясь на п.1 ст.454, ст.167, п.1 ст.170 Гражданского кодекса РФ и разъяснения в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №, истец в уточненных исковых требованиях просит суд признать недействительной (ничтожной) сделкой договор от <дата> купли-продажи автотранспортного средства марки № заключенный между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности этой сделки, признав, что право собственности на указанный в ней автомобиль принадлежит ФИО2, для целей последующего обращения взыскания на имущество должника.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4 исковые требования поддержали, ссылаясь на изложенные в исковом заявлении доводы. Истец пояснил, что ответчик ФИО2 является учредителем и руководителем организации, занимающейся строительными работами, и он (истец) работал в этой организации. У ответчика не было оборотных средств, а на Таганрогском металлургическом заводе появился подряд на 1 миллион 400 тысяч рублей, для закупки материалов требовались деньги, ответчик попросил и он занял ему 300 тысяч рублей в сентябре 2015 года. Первая расписка ответчика была со сроком возврата до 18 ноября, в ней было обязательство ответчика возвратить с процентами 390 тысяч рублей, но ответчик сказал, что не получается возвратить долг и предложил переписать расписку до 18 декабря, на что истец согласился и ответчик выдал расписку с указанием суммы долга 435 000 рублей (ответчик обещал выплачивать 15% в месяц за пользование займом). Затем ФИО2 стал уклоняться от встреч, и удалось встретиться с ним лишь 23 декабря, и ответчик попросил еще отсрочить возврат долга, задним числом выдал еще одну расписку – по <дата>. Он (истец) в декабре говорил ответчику, что не может ждать и будет обращаться в суд. Затем, в феврале 2016 года он приезжал со свидетелем к дому ответчика, дождался его, просил свидетеля сфотографировать встречу и на представленных фотоснимках заснято, что ответчик ФИО2 выезжал на этом автомобиле из своего двора, и он подошел к нему. Позже, в ходе принудительного исполнения решения суда он узнал от судебного пристава-исполнителя, что свой автомобиль ФИО2 продал. Он стал приезжать к дому ответчика, чтобы убедиться в отчуждении автомобиля, но видел, что ответчик ездит на этом автомобиле. Так, например, ФИО2 ездил на этом автомобиле на работу, когда у него был новый подряд на металлургическом заводе. Автомобиль хранится у него во дворе, а у его отца свой автомобиль.

Представитель истца просила обратить внимание, что все указанное истцом относительно расписок подтверждено вступившим в законную силу решением суда, при принятии которого суд учитывал положения ГК РФ о новации, поэтому неосновательны возражения ответчиков в отношении процентов, которые ФИО2 брал обязательство выплатить. Существовал долг у ответчика и по алиментам, поэтому он и вывел это имущество из своей собственности, хотя автомобиль остался у него в пользовании. Представленная должником копия расписки ФИО9 вызывает сомнения, поскольку создается впечатление, что все в ней написано в один присест, и оригинала этой расписки нет. Считает, что недобросовестность поведения со стороны ответчика в том, что он взял долг и не собирается его погашать. Взыскано пока 2 600 рублей. Должника можно было бы понять, если бы он был не обеспечен, но у них у каждого члена семьи свой автомобиль (имеется автомобиль у супруги должника). Просит обратить внимание, что автомобиль куплен должником в сентябре, а через три месяца якобы продан, но наличие у покупателя денег для совершения этой сделки ничем не подтверждено. У ответчика ФИО3 не было выгоды в приобретении этого автомобиля, у него был свой автомобиль, и он мог оформить долг, если сыну требовались деньги, а не покупать автомобиль, оставляя этот автомобиль в пользовании сына. Утверждения ответчиков о том, что не доказано пользование ФИО2 автомобилем после заключения рассматриваемой сделки считает неосновательными и просит обратить внимание, что не представлено доказательств использования им другого транспортного средства либо общественного транспорта.

Ответчики в судебном заседании исковые требования не признали. Их представитель ФИО5 пояснил, что до займа у истца ответчик ФИО2 занимал деньги у ФИО9, со сроком возврата до 25.12.2015г. и погашал этот долг частями, и поскольку на последнюю часть денег не было, решил продать автомобиль. Рыночная стоимость этого автомобиля подтверждена договором, по которому покупал автомобиль ФИО2 Рассматриваемая сделка состоялась до истечения срока обязательства перед истцом. Считает, что все это подтверждает действительность сделки. Выгода у ФИО3 в покупке автомобиля была, так как этот автомобиль более новый, и он хотел оставить его себе. Истцом не доказано, что был умышленный вывод имущества из собственности в целях уклонения от возврата долга, и действительным мотивом сделки было погашение долга по другому обязательству. ФИО9 не принял предложение принять в погашение долга автомобиль, а требовал деньги. Представленные истцом фотоснимки сделаны у дома, где проживают оба ответчика. Относительно цены автомобиля истец и его представитель указывают на сведения из Интернета о цене такого автомобиля 600 - 700 тысяч рублей, но подтверждений не представили. Свидетель ФИО6 является родственником истца, что делает сомнительными его показания. Представленные истцом снимки не имеют атрибутов, позволяющих принять их в качестве доказательств. Нет доказательств, что ответчик ФИО2 регулярно пользовался рассматриваемым автомобилем. ФИО3 постоянно давал поручения своему сыну ездить на этом автомобиле в аптеку и т.д. Во время рассмотрения судом гражданского дела по взысканию долга он (представитель ответчиков) просил предоставить время для обсуждения мирового соглашения, поэтому утверждения со стороны истца о том, что ответчик не хотел возвращать долг, голословны.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснил, что когда сын сказал ему о необходимости погашения долга и желании продать автомобиль, он решил купить этот автомобиль, так как его автомобиль был более старым и он решил его продать, и сейчас он занимается продажей. Его сын ответчик ФИО2 не отказывается от возврата истцу долга, при прошлом судебном разбирательстве истцу предлагали это сделать. Сын занял 300 тысяч рублей, а ответчик начал «гнать» проценты и получилось, что за два месяца стало 480 тысяч рублей. По требованию судебного пристава ФИО2 начал платить, но другой судебный пристав запретил выплачивать истцу долг, так как имелась задолженность по алиментам. Деньги на покупку автомобиля у него были, так как он раньше занимался бизнесом, и сейчас у него остался небольшой бизнес. Он законно купил у сына автомобиль, что подтверждается договором купли-продажи и регистрацией этого автомобиля на его имя в ГИБДД. Сын пользуется этим автомобилем для исполнения его поручений. Как истец говорит о незаконности сделки, так можно сказать и о незаконности сделки истца с его сыном и как истец требовал проценты. Ответчик ФИО2 его сын, но деньги это отдельно, и автомобиль у сына он купил для себя, а после этого сын пришел и показал расписку, что долг перед ФИО9 погашен. Свидетели со стороны истца зять и гражданская жена, которые говорят неправду, что ФИО2 постоянно ездил на проданном автомобиле, с поломанной рукой он не мог ездить на этом автомобиле.

Ответчик ФИО2 на вопросы суда пояснил, что на представленных истцом фотоснимках действительно он. Решение суда о взыскании долга в пользу истца он обжаловал, так как не был согласен со взысканием процентов. Автомобиль он купил до того как взял деньги в долг у истца. На период покупки автомобиля долг перед ФИО9 не погашал, так как еще не наступил срок возврата долга. У купленного автомобиля было плохое техническое состояние, он хотел его отремонтировать и продать, но не успел это сделать, поэтому продал за ту же цену своему отцу. Истцу долг после продажи автомобиля не возвращал, так как был еще долг перед ФИО9, который он решил погасить в первую очередь, поскольку часть этого долга уже была погашена. На тот момент с истцом он договорился, что расписка будет переписана. Оригинала расписки ФИО9 нет, так как утерян при ремонте, но ФИО9 может подтвердить, что деньги ему отдавались.

При опросе свидетелей ФИО2 пояснил, что свидетель ФИО7 дает не соответствующие действительности показания, что видела его в автомобиле вместе с братом. Брата у него нет, это был не брат, а работник отца.

Судебный пристав-исполнитель Таганрогского городского отдела УФССП России по <адрес> ФИО8, указанная в исковом заявлении 3-м лицом, в судебное заседание не явилась, от заместителя начальника этого отдела поступило заявление о рассмотрении дела в отсутствие судебного пристава-исполнителя.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В пунктах 1, 3, 4 Гражданского кодекса РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Согласно положениям статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В данном случае в ходе судебного разбирательства установлено и сторонами не оспаривается, что в сентябре 2015 года ответчик ФИО2 заключил с истцом договор займа, получив от истца 300 тысяч рублей и выдал истцу расписку в том, что через два месяца, <дата> возвратит 390 тысяч рублей (включая проценты за пользование кредитом в размере 15% от суммы займа в месяц), но в установленный договором срок обязательства по возврату суммы долга и уплате процентов ФИО2 не исполнил, предложил истцу продлить срок действия договора займа на один месяц, на что истец согласился и ответчик выдал ему новую расписку от <дата> с долговым обязательством на сумму 435 000 рублей, которая должна быть возвращена до <дата>. Во вновь назначенный срок свои обязательства ФИО2 не исполнил и по истечении этого срока попросил истца продлить возврат долга еще на месяц, до <дата>, переписав свою расписку от <дата> и указав, что он выплатит 480 000 рублей, но и это обязательство не исполнил.

Вступившим в законную силу решением суда от 11.04.2016г. с ответчика ФИО2 в пользу истца взыскана сумма основного долга 480 000 рублей и судебные расходы. При этом суд в решении указал на неосновательность доводов ответчика о безденежности расписки в части 180 000 рублей, поскольку соглашение сторон от <дата> на сумму 480 000 рублей является новацией ранее существовавших заемных обязательств (ст.414 ГК РФ) и вся сумма стала относиться к основному долгу.

Ответчик ФИО2 оспаривал это решение суда первой инстанции в суде апелляционной инстанции, ссылаясь на те же доводы о безденежности расписки в части процентов за пользование займом, но его жалоба признана несостоятельной и оставлена без удовлетворения.

Из объяснений в ходе данного судебного разбирательства следует, что ответчик ФИО2 и его отец ответчик ФИО3 не согласились и с решением суда апелляционной инстанции и до настоящего времени высказывают возражения в отношении обязанности ФИО2 выплатить истцу в погашение долга 480 000 рублей.

Указанные обстоятельства дела в части отношения должника к исполнению своего обязательства перед истцом и высказанные ответчиками возражения в отношении этого обязательства со ссылками на высокие проценты подтверждают доводы со стороны истца о том, что ФИО2, выдавая истцу расписки, не собирался исполнять указанные в этих расписках обязательства надлежащим образом, а лишь использовал обещания возвратить долг с процентами в целях уклонения от своевременного возврата долга.

В период неисполнения обязательств возврата истцу долга ответчики оформили рассматриваемый договор купли-продажи автомототранспортного средства от 21.12.2015г. и 26.12.2016г. зарегистрировали в ГИБДД на основании этого договора допуск к участию принадлежащего должнику ФИО2 автомобиля на имя ФИО3 и внесли его в паспорт транспортного средства в качестве собственника автомобиля.

Юридически значимым обстоятельством для настоящего дела является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить эту сделку. В подтверждение доводов о мнимости сделки лицами, участвующими в деле, могут представляться не только письменные доказательства, но и свидетельские показания.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в ст. 431 Гражданского кодекса РФ. При этом, как уже отмечено, следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если эти правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В данном случае из объяснений со стороны ответчиков следует, что они, как и истец, связывают заключение рассматриваемого договора с долговыми обязательствами ФИО2, но утверждают о том, что сделка заключалась не с целью уклонения должника от возврата долгов и вывода имущества от обращения на него взыскания, а с целью надлежащего исполнения должником своих обязательств и вырученные от продажи средства были направлены на погашение долга, но не перед истцом, а перед другим кредитором.

Такие объяснения ответчиков, оцененные судом применительно к обстоятельствам дела и в совокупности с другими доказательствами, суд находит не последовательными, не логичными и не соответствующими требованиям добросовестности в гражданских правоотношениях. Так, ответчики и их представитель, ссылаясь на ксерокопию долговой расписки ответчика от <дата> на сумму 450 000 рублей с расписками займодавца ФИО9 в получении возврата долга частями <дата>, <дата>, <дата> и <дата> утверждают, что должник принял решение погасить этот долг в первую очередь и средства от продажи автомобиля передал в погашение этого долга. Однако, в этой расписке срок возврата долга указан до <дата>., а истцу, как уже отмечено, ФИО2 обязан был возвратить долг вначале <дата>, затем <дата>, т.е. должник дважды игнорировал свои обязательства перед истцом, срок исполнения которых наступал раньше срока исполнения перед другим кредитором и исполнил обязательства перед ФИО9 досрочно в полном объеме, ничего не выплатив истцу в погашение долга либо уплаты процентов за пользование кредитом. Такие действия следует расценивать как заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Кроме того, ответчики, давая пояснения о средствах должника и их распределении, и не подтверждая то обстоятельство, что благодаря займу истца ФИО2 со своей организацией выполнил дорогостоящие работы по договору подряда, но в то же время умалчивают, куда должник направил вырученные от выполнения этих работ средства, и почему за счет этих средств он не гасил долг ни перед истцом, ни перед ФИО9, если такой долг в действительности имел место. Следует также отметить, что заслуживают внимания ссылки представителя истца относительно сомнений в действительности долговых обязательств перед ФИО9. Оригинал расписки должник не представил, сославшись на то, что оригинал не сохранился, а случайно сохранилась лишь ксерокопия, поэтому суд лишен возможности назначить техническую экспертизу для определения периодов времени, в которые была составлена эта расписка и сделаны записи под ней. К достоверным доказательствам суд эту расписку отнести не может, а свидетельские показания в подтверждение факта передачи денег не могут приниматься в силу статьи 162 Гражданского кодекса РФ. При таких обстоятельствах утверждения ответчиков о том, что вырученные от продажи автомобиля средства должник ФИО2 направил в погашение долга перед ФИО9, следует признать недоказанными.

Заслуживают внимания и ссылки со стороны истца на то, что ответчик ФИО3 не подтвердил никакими доказательствами наличие у него перед заключением рассматриваемой сделки денежных средств в оплату автомобиля, хотя крупные суммы денег обычно хранят на счетах в банках, а их получение из других источников тоже как-то должно отражаться в силу обязательности письменной формы сделок на сумму более десяти тысяч рублей (ст.161 ГК РФ). Следует признать, что факт оплаты автомобиля ответчиками также не подтвержден неоспоримыми и достоверными доказательствами. Вопреки утверждениям о том, что ФИО3 хотел сменить свой старый автомобиль на более новый, этого не было сделано, хотя после оформления рассматриваемой сделки прошло почти полтора года.

Заслуживают внимания также доводы со стороны истца о том, что, желая помочь сыну возвратить долг, ФИО3 мог бы одолжить ему деньги, если они у него имелись, а не совершать явно сомнительную сделку, выводя имущество из собственности должника.

Противоречивы объяснения ответчиков и в части стоимости автомобиля, а также в части причин заключения сделки между близкими родственниками. С одной стороны, ответчик ФИО2 утверждает, что этот автомобиль был в ненадлежащем техническом состоянии, поэтому приобретался по дешевой цене с целью отремонтировать и перепродать, но не успел это сделать, а с другой стороны, ответчик ФИО3 утверждает, что этот автомобиль был лучше его автомобиля, поэтому он решил купить его у сына. Представленные истцом фотоснимки этого автомобиля не подтверждают его ненадлежащее техническое состояние, автомобиль выпущен в 2013 году, а куплен ответчиком ФИО2 в сентябре 2015 года, т.е. эксплуатировался два года и судя по общедоступным сведениям в сети Интернет о ценах такого автомобиля, его цена в договоре при покупке должником была явно занижена, как это обычно практикуется в целях уклонения от налогового бремени, а продажа этого автомобиля должником своему отцу через три месяца после покупке и по той же заниженной цене 245 000 рублей указывает на недобросовестность ответчиков и подтверждает доводы истца о недействительности сделки. Исходя из информации на сайтах продаж реальная цена такого автомобиля в два с лишним раза больше, т.е. при его реальной продаже в соответствии с рыночной ценой ФИО2 мог получить денежные средства для погашения долга перед истцом. Выражение ответчиком ФИО3 недовольства действиями истца и решением суда в части процентов за пользование займом подтверждает, что он помогает своему сыну уклоняться от исполнения обязательств перед истцом.

Обоснованными и доказанными являются и доводы со стороны истца о том, что ответчик ФИО2, переоформив автомобиль на своего отца, продолжал пользоваться этим автомобилем. Эти доводы подтверждены фотоснимками, на которых запечатлен должник при пользовании эти автомобилем, а также свидетельскими показаниями ФИО6 и ФИО7

Свидетель ФИО6 пояснил, что он дважды (в феврале и затем весной 2016 года) ездил вместе с истцом к дому должника и оба раза видел как должник ФИО2 уезжал из дома на этом автомобиле, фотографировал по просьбе истца встречу с должником возле этого автомобиля, а затем летом, проезжая мимо этого дома, еще раз видел как ФИО2 выезжает на этом автомобиле.

Свидетель ФИО7 пояснила, что она является давней знакомой истца и знает о его неурядицах по возврату ФИО2 долга, помогала истцу в обращениях в службу судебных приставов и в МРЭО ГИБДД, поэтому обращала внимание на то, что должник пользуется своим якобы проданным автомобилем, дважды видела его на этом автомобиле возле металлургического завода, а также на <адрес>

Ссылки со стороны ответчиков на то, что свидетели являются заинтересованными лицами, не заслуживают внимания, поскольку сами ответчики подтвердили свидетельские показания о том, что должник после оформления рассматриваемого договора купли-продажи продолжал пользовался своим автомобилем. Так, ответчик ФИО2 подтвердил, что он запечатлен на представленных истцом фотоснимках и указал, что на <адрес> он ехал в рассматриваемом автомобиле не со своим братом, а с работником отца, т.е. сам факт использования автомобиля не оспаривал. Ответчик ФИО3 также подтвердил, что его сын продолжает пользоваться эти автомобилем, а к его утверждениям, что сын это делает только по его поручениям, суд относится критически, поскольку эти утверждения опровергаются обстоятельствами дела и свидетельскими показаниями, указывающими на то, что должник использует этот автомобиль в своей работе.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства подтверждены доводы истца о том, что автомобиль фактически используется первоначальным собственником, рыночная цена явно не соответствует указанной в рассматриваемом договоре стоимости автомобиля, нет доказательств движения денег для оплаты автомобиля покупателем, прошел небольшой промежуток времени между сделками купли и продажи должником автомобиля, сделка оформлена между близкими родственниками и по времени совпадает с предъявлением истцом требований о возврате долга с предупреждением должника об обращении в суд. Кроме того, из объяснений сторон следует, что ФИО2 на момент этой сделки имел задолженность по алиментам, которая до сих пор не погашена, и должен был осознавать, что при неисполнении им своих обязательств будет обращено взыскание на принадлежащий ему автомобиль. С обязательством выплатить истцу указанную в расписке сумму должник был не согласен и до сих пор оспаривает и не желает исполнять это обязательство в полной мере. Все это указывает на то, что в действительности рассматриваемой сделки купли-продажи автомобиля между ответчиками не было, совершена она была лишь для вида, с целью вывести автомобиль из состава имущества должника и исключить тем самым возможность обращения на него взыскания, и при этом не предполагалось, что сделка будет полностью исполнена и покупатель ФИО3 примет автомобиль в свое владение и пользование и приобретет в отношении этого автомобиля все правомочия собственника. Такая сделка в силу п.1 ст.170 ГК РФ является ничтожной (мнимой) и не несет никаких правовых последствий с момента его совершения.

Кроме того, как уже отмечено, обоснованными являются и доводы истца о злоупотреблении правом со стороны должника.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения приведенных выше требований, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в данном случае имеются предусмотренные п.1 ст.170 и ст.168 Гражданского кодекса РФ основания для удовлетворения требований истца о признании заключенного между ответчиками договора купли-продажи автомобиля недействительным.

Относительно применений последствий недействительности сделки следует отметить, что пункт 2 ст.167 Гражданского кодекса РФ связывает применение реституции с фактом исполнения сделки. К мнимой сделке применить реституцию невозможно.

Поскольку мнимая сделка в данном случае была направлена на вывод имущества из собственности должника и препятствовала обращению взыскания на это имущество в ходе исполнительного производства, требование истца о признании за должником права собственности на это имущество в целях обращения на него взыскания следует признать надлежащим способом защиты права, подлежащим применению в виде последствий недействительности сделки.

На основании статьи 98 ГПК РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в сумме 300 рублей, по 150 рублей с каждого из ответчиков.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 удовлетворить.

Признать недействительной (ничтожной) сделкой договор от 21.12.2015г. купли-продажи автотранспортного средства марки №, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки, признав, что право собственности на автомобиль № принадлежит ФИО2 и на этот автомобиль может быть обращено взыскание по исполнительным документам в отношении ФИО2.

Взыскать с ФИО2 и ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов по оплате госпошлины 300 рублей, по 150 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято <дата>.

Федеральный судья Ядыкин Ю.Н.