Апелляционное определение № 33АП-906/2026 от 17 марта 2026 г.

28RS0004-01-2025-005817-19

Дело № 33АП-906/2026 судья первой инстанции:

Докладчик Джуматаева Н.А. Матюханова Н.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 марта 2026 г. г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего Кузько Е.В.

судей Джуматаевой Н.А., Фирсовой Е.А.

при секретаре Моисеенко Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «АмурМануфактура» об установлении факта трудовых отношений, понуждении внести запись в трудовую книжку о приеме на работу, увольнении, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе генерального директора ООО «АмурМануфактура» ФИО2 на решение Благовещенского городского суда Амурской области от 19 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Джуматаевой Н.А., пояснения истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором, уточнив в порядке ст. 39 ГПК РФ заявленные требования, просит установить факт трудовых отношений между ней и ООО «АмурМануфактура» в период с 03.04.2024 по 30.04.2024 в должности технолога, в период с 01.05.2024 по 24.07.2024 в должности начальника цеха производства, обязать ООО «АмурМануфактура» внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу с 03.04.2024 в должности технолога, в период 01.05.2024 по 24.07.2024 в должности начальника цеха производства, запись об увольнении по основанию - собственное желание 25.07.2024, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 рублей.

В обоснование требований указала, что в период с 01.04.2024 года по 24.07.2024 года работала в ООО «Амур Мануфактура». Первый месяц в должности технолога, последующий период времени - в должности начальника цеха производства. Предприятие занимается пошивом одежды. В обязанности истицы входило: организация рабочего процесса других работников, учет рабочего времени, взаимодействие с клиентами общества по вопросам обработки и исполнения заказов. Исполнение трудовых обязанностей производилось в помещении, расположенном по адресу: <адрес>. Трудовые отношения оформлены не были, трудовой договор не заключался, поскольку директор всячески уклонялась от надлежащего документирования. Заработная плата выплачена наличными. Трудовые отношения с работодателем со стороны истицы в суде могут быть подтверждены перепиской в мобильном приложении WhatsApp Messenger, свидетельскими показаниями.

В судебном заседании истец и его представитель на иске настаивали, в обоснование привели те же доводы, что изложены в исковом заявлении и уточненных требованиях, пояснили, что неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, расстройства, переживания.

Ответчик и представители ответчика в судебном заседании пояснили, что в спорный период предприятие деятельность фактически не осуществляло. Единственный работник предприятия К. находилась в отпуске по уходу за ребенком, других работников не имеется, что подтверждается штатным расписанием. ФИО1 осуществляла разовые заказы, получила расчет наличными. Трудовую деятельность истец в спорный период на предприятии не осуществляла, трудовые отношения с ней не оформлялись.

Решением Благовещенского городского суда Амурской области от 19 ноября 2025 г. установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «АмурМануфактура» в период с 03.04.2024 по 24.07.2024 в должности технолога, на ООО «АмурМануфактура» возложена обязанность внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу 03.04.2024 в должности технолога, запись об увольнении по основанию - собственное желание 24.07.2024, в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 10000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 рублей, в остальной части иска отказано. Разрешен вопрос о госпошлине.

В апелляционной жалобе ответчик полагает решение суда незаконным и подлежащим отмене. Приводит доводы о том, что период работы ФИО1 установлен судом только с её слов. Пояснения истца опровергаются штатным расписанием, актами сверок об отсутствии деятельности предприятия с указанными истцом контрагентами. Пояснения истца о сдаче объекта под охрану опровергается уведомлением генерального директора ООО АО «<данные изъяты>» об окончании охранных услуг с февраля 2022 г., показаниями свидетеля К. о том, что предприятие с 01 февраля 2022 г. не осуществляет трудовую деятельность. Показания свидетеля М. не могут являться допустимым доказательством, поскольку последняя на предприятии не работала, практику не проходила. Судом не дана оценка показаниям свидетеля К. об отсутствии деятельности предприятия.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец на доводах апелляционной жалобы настаивала.

Представитель ответчика полагал доводы жалобы необоснованными.

Иные лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом, судебной коллегией определено о рассмотрении дела при состоявшейся явке.

Выслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 14.05.2025, что ООО «АмурМануфактура» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.05.2017 присвоен ИНН <***>, ОГРН <***>, учредитель и генеральный директор общества ФИО2, основной вид деятельности общества – производство одежды и аксессуаров одежды для детей младшего возраста из текстильных материалов, кроме трикотажных и вязанных.

Как следует из иска, доводов представителя истца в судебном заседании, ФИО1 приступила к исполнению обязанностей с 03.04.2024, до 30.04.2024 работала в должности технолога, в период с 01.05.2024 по 24.07.2024 в должности начальника цеха производства, ее рабочее место находилось по адресу: <адрес>, где находилось швейное оборудование, она подчинялась установленному распорядку дня, распоряжениям ФИО2 как руководителя.

В судебном заседании допрошена свидетель М., которая пояснила, что проходила на предприятии ООО «АмурМануфактура» производственную практику, в дальнейшем хотела продолжить работать на предприятии. Подтвердила факт осуществления истцом трудовой деятельности с 03.04.2024 по 24.07.2024 в должности технолога.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции руководствовался ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, ст. 2, 15, 16, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, абзацем вторым пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", статьями 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приняв в качестве достоверных доказательств пояснения истца, свидетеля М.., пришёл к выводу, что ФИО1 в период с 03.04.2024 по 24.07.2024 работала в должности технолога, с ведома и по поручению руководителя приступила к исполнению трудовых обязанностей в должности технолога, работала у ответчика, в связи с чем, факт трудовых отношений между сторонами по делу нашел свое подтверждение, возложил на ответчика обязанность внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу 03.04.2024 в должности технолога, запись об увольнении по основанию – собственное желание 24.07.2024. Установив факт нарушений трудовых прав истца, суд взыскал с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 10000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в сумме 15000 рублей.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, так как решение судом принято в соответствии с нормами материального и процессуального права, при полном и объективном исследовании материалов дела.

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу ч.1 с. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Статьей 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст. 67 ТК РФ).

В соответствии с ч.2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью первой статьи 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

В Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора ( утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 27.04.2022), указано, что по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель ( п.16 Обзора).

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Из пояснений истца ФИО1 следует, что она является инженером по специальности «Технология швейных изделий», занимается пошивом различных швейных изделий. В период с 3 апреля по 24 июля 2024 г. она по предложению ответчика ФИО2 работала в ООО «АмурМануфактура». ФИО2 являлась её непосредственным руководителем. Работу осуществляла по графику 5 рабочих дней и 2 – выходных, но в основном режим работы определялся совместно с ФИО2 и зависел от объема работы, носил ненормированный характер. В её обязанности входила разработка и внедрение в производство прогрессивных технологических процессов, разработка и изготовление экспериментальных образцов изделий, разработка технологических карт, осуществление инструктажа персонала по освоению запускаемых изделий, обучение персонала обработке новых изделий. Кроме того, она осуществляла учет рабочего времени персонала, вела его на рабочем компьютере, при необходимости занималась раскройкой и пошивом швейной продукции. В цехе по <адрес> работало примерно 10-12 швей, была текучка, персонал она знала в основном по именам. Оплата осуществлялась ФИО2 налично, при этом она расписывалась за получение зарплаты в счетах. Последним рабочим днем было 24 июля 2024 г.

Судебная коллегия приходит к выводу, что пояснения истца ФИО1 согласуются с пояснениями ответчика ФИО2, не отрицавшей факт того, что взаимоотношения сторон возникли по её (ФИО2) инициативе, однако приводившей доводы о том, что выполнение ФИО1 определенной возмездной работы по пошиву детской продукции носило единичный характер.

Вместе с тем, оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что факт трудовых отношений ФИО1 с ООО «АмурМануфактура» подтверждается показаниями свидетеля М. о том, что по окончании института по специальности «дизайн и технология» в конце апреля 2024 г. она вместе с другими студентами и преподавателем была приглашена на экскурсию в ООО «АмурМануфактура», которое располагалось в <...>. В цехе их встретила руководитель ФИО2, которая рассказала о том, что цех специализируется на пошиве детской одежды, показала оборудование, предложила трудоустройство. Она прошла производственную практику на предприятии, в мае 2024 г. - испытательный срок, в дальнейшем отработала май 2024 г. Технологом в ООО «АмурМануфактура» работала ФИО1, которая занималась обучением и также руководила производственным процессом. Вместе с ней в цехе работали несколько швей.

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу об отсутствии оснований для исключения показаний свидетеля М. из числа достоверных и допустимых доказательств наличия трудовых отношений между сторонами, поскольку свидетель был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его показания согласуются с другими представленными стороной истца доказательствами.

Факт наличия между сторонами трудовых отношений подтверждается перепиской ФИО1 и ФИО2 в мобильном приложении WhatsApp Messenger, из которой следует, что в спорный период ФИО2 было размещено объявление о наборе фабрикой по производству одежды в связи с расширением, раскройщика, закройщика, швей в цех. Приведены квалификационные требования: успешный опыт работы в пошиве одежды от 1 года, желание обучаться новому, развиваться профессионально; ответственность; аккуратность; пунктуальность. Указан график работы: 5/2, 2/2, условия работы: большой, просторный, светлый цех, комфортная раздевалка и столовая.

Кроме того, по мнению судебной коллегии, представленная переписка подтверждает в спорный период (апрель-июль 2024 г.) факт выполнения ФИО1 в интересах и под контролем ФИО2 работы в ООО «АмурМануфактура», связанной с пошивом одежды, ремонтом оборудования, поставкой материалов, обучением и повышением квалификации, а также факт оплаты труда, соблюдения ФИО1 трудовой дисциплины и подчинения установленному графику работы.

Таким образом, материалами дела подтверждаются характерные для трудовых признаки правоотношений между ФИО1 и ООО «АмурМануфактура» в лице генерального директора ФИО2, а именно: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; фактический допуск ФИО1 к работе генеральным директором ООО «АмурМануфактура» ФИО2, подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, показания свидетеля К., представленное штатное расписание на 2024 г., налоговые декларации без отражения дохода от деятельности, письмо ООО АО «Росбезопасность» и иные представленные стороной ответчика доказательства факт наличия трудовых отношений между ФИО1 и ООО «АмурМануфактура» не опровергают.

Напротив, выпиской из ЕГРЮЛ, налоговыми декларациями, штатным расписанием, Уставом ООО «АмурМануфактура», договором купли-продажи доли в уставном капитале общества от 15.09.2023, решением единственного участника ООО «АмурМануфактура» от 15.09.2023 г. подтверждается как факт осуществления деятельности ООО «АмурМануфактура» после 2021 года (когда деятельность предприятия со слов ФИО2 была полностью прекращена), так и руководство предприятия ФИО2 по основному виду деятельности общества – производство одежды и аксессуаров одежды для детей младшего возраста из текстильных материалов.

Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля М. о том, что ФИО2 деятельность цеха скрывалась от проверок.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у истца доказательств наличия трудовых отношений основаны на произвольном применении положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, возложении бремени доказывания факта наличия трудовых отношений на сторону истца.

Ответчик не учел, что, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, обязанность по доказыванию отсутствия трудовых отношений лежит на ответчике.

Вместе с тем, таких достоверных и допустимых доказательств стороной ответчика суду не представлено.

По смыслу статьи 237 Трудового кодекса РФ достаточным условием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда является установленный факт нарушения трудовых прав работника.

Таким образом, учитывая, что Трудовой кодекс РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случаях нарушения трудовых прав работников, в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу об удовлетворении исковых требований о внесении соответствующих записей в трудовую книжку ФИО1, частичном взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов.

Поскольку судом материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия не находит оснований к отмене судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Решение Благовещенского городского суда Амурской области от 19 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу генерального директора ООО «АмурМануфактура» ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

В мотивированной форме определение изготовлено 19 марта 2026 г.