Апелляционное определение № 33А-3264/2026 от 8 апреля 2026 г.

№ 33а-3264/2026

№2а-9371/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 апреля 2026 г. г. Оренбург

Судебная коллегия по административным делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Пименовой О.А.,

судей Ермошкиной О.В., Линьковой В.В.,

при секретаре Лоблевской Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Крезол-Логистика» к Государственной инспекции труда в Оренбургской области, заместителю руководителя Государственной инспекции труда в Оренбургской области - заместителю главного государственного инспектора труда ФИО1 о признании незаконными предписания, заключения от 06 октября 2025 г.,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Крезол-Логистика»

на решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 09 апреля 2025 г., которым отказано в удовлетворении заявленных требований.

Заслушав доклад судьи Пименовой О.А., объяснения представителя административного истца ФИО7, судебная коллегия

установила:

ООО «Крезол-Логистика» обратилось в суд с вышеназванным административным исковым заявлением, указав, что по итогам расследования, проведенного Государственной инспекцией труда в Оренбургской области, в адрес общества незаконно и необоснованно вынесено предписание от 06 октября 2025 г. №56/7-848-25-ОБ/10-1931-И/847 об устранении нарушений трудового законодательства с требованием оформить акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве, произошедшем 19 января 2024 г.

В обоснование административных исковых требований указало, что оформление акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 не требуется, поскольку факт происшествия несчастного случая 19 января 2024 г. с ФИО15 не подтверждается собранными доказательствами, а заключение государственного инспектора труда в Оренбургской области о причинах несчастного случая не соответствует фактическим обстоятельствам.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просило суд признать незаконными заключение государственного инспектора труда в Оренбургской области ФИО1 от 06 октября 2025 г. №56/7-848-25-ОБ/10-1931-И/847 и выданное на его основании предписание №56/7-848-25-ОБ/10-1931-И/847 от 06 октября 2025 г.; взыскать с административного ответчика расходы по уплате государственной пошлины в сумме 15 000 рублей.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству и рассмотрения дела по существу к участию в деле в качестве административного соответчика привлечен заместитель руководителя Государственной инспекции труда в Оренбургской области - заместитель главного государственного инспектора труда ФИО1, в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО15, АО «***», ОСФР по Оренбургской области, Управление Роспотребнадзора по Оренбургской области.

Решением Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 декабря 2025 г. в удовлетворении административных исковых требований отказано.

С таким решением не согласилось ООО «Крезол-Логистика», в апелляционной жалобе просит судебный акт отменить. Указывает, что обстоятельства, установленные судом первой инстанции, не подтверждены документами, содержащимися в материалах дела, и не соответствуют им. Отсутствуют надлежащие доказательства факта получения ФИО15 травм при исполнении трудовых обязанностей, в то время как медицинская документация, истребованная судом по инициативе административного истца, не подтверждает диагноз: «Химический ожог глотки». Выписке из медицинской карты, выданной ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова», не дана надлежащая оценка, поскольку в решении суда не исследованы и не отражены сведения об осмотре ФИО15 врачом-отоларингологом, согласно которым: «данных за ожог глотки, гортани нет». Также судом необоснованно оставлен без внимания код причины нетрудоспособности «02», указанный в листке нетрудоспособности №910211858603 от 22 января 2024 г., который не имеет отношение к травме, связанной с несчастным случаем на производстве. При оценке законности оспариваемых заключения и предписания судом не учтено, что они содержат недостоверную информацию и несоответствующие действительности выводы о нарушениях норм трудового законодательства.

Представитель административного истца ФИО7 в судебном заседании суда апелляционной инстанции принимала участие путем использования системы видеоконференц-связи, поддержала доводы апелляционной жалобы, просила решение суда первой инстанции отменить и вынести новое об удовлетворении административных исковых требований в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания.

В соответствии с частью 2 статьи 306, статьей 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав судью-докладчика, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по административным делам Оренбургского областного суда приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Из содержания пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации следует, что решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными возможно при установлении судом совокупности таких условий, как несоответствие этих действий, решений нормативным правовым актам и нарушение ими прав, свобод и законных интересов административного истца.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 05 декабря 2023 г. ФИО15 принят в ООО «Крезол-Логистика» на должность водителя транспортного средства категории «СЕ» на условиях вахтового метода, о чем в указанную дату с ним заключен трудовой договор №144/12-2023. 19 февраля 2024 г. трудовой договор расторгнут по инициативе работника (л.д. 106 т.1).

17 апреля 2025 г. ФИО15 обратился в прокуратуру Оренбургской области, указав, что 19 января 2024 г. получил травму на производстве. Указанный факт был скрыт работодателем от компетентных органов. По обстоятельствам получения травмы пояснил, что 19 января 2024 г. на рабочем автомобиле привез воду на объект: скважина Восточное управление Оренбургского нефтегазового месторождения, ОНГКМ, в Оренбургском районе для заливки воды в скважину. При выгрузке он находился в автомобиле. После этого его самочувствие ухудшилось, предположил, что вдохнул пары кислоты. В связи с плохим самочувствием обратился в лечебное учреждение. Согласно справке ГАУЗ «ООКЦХТ» от 19 января 2024 г. ему поставлен диагноз: ожог глотки 1 степени. При этом первично ему ставили диагноз: ожог внутренних органов 1 степени. На дату написания обращения не выздоровел. Ему не было известно, что ООО «Крезол-Логистика» не сообщило в компетентные органы о его травме. Кроме лечебного учреждения никуда не обращался, поскольку предполагал, что с ним должны связаться компетентные органы (л.д. 105 т.1).

Аналогичное обращение ФИО15 поступило в прокуратуру Орджоникидзевского района г. Уфы 5 мая 2025 г. из прокуратуры Калининского района г. Уфы. Из сопроводительного письма прокуратуры от 19 мая 2025 г. о перенаправлении обращения в Государственную инспекцию труда в Оренбургской области, следует, что ФИО15 о произошедшем несчастном случае в ООО «Крезол-Логистика» не сообщал, в связи с чем у работодателя отсутствовали основания для проведения расследования о несчастном случае, однако 19 января 2024 г. обратился в ГАУЗ «ООКЦХТ» с жалобами на дискомфорт в горле в виду вдыхания паров неизвестных газов на работе. В порядке пункта 3.5 Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в органах прокуратуры Российской Федерации, копия заявления также направлена должностным лицам медицинского учреждения (л.д. 104 т.1).

09 июня 2025 г. Государственной инспекцией труда в Оренбургской области по обращению ФИО15, поступившего из прокуратуры Орджоникидзевского района г.Уфы, направлены запросы в ООО «Крезол-Логистика», ГАУЗ «ООКЦХТ» об истребовании информации о нечастном случае, фактах его обращения в медицинскую организацию (л.д. 121 т.1).

17 июня 2025 г. ГАУЗ «ООКЦХТ» сформировано извещение о пострадавшем от несчастного случая на производстве, обратившемся в медицинскую организацию, по форме №59-НСП/у, адресованное в Государственную инспекцию труда в Оренбургской области, согласно которому ФИО8 19 января 2024 г. в 23 часа 11 минут был осмотрен лор-врачом, установлен диагноз: «химический ожог глотки». Со слов пострадавшего: «вдохнул пары неизвестных газов на работе» (л.д. 108 т.1).

24 июня 2025 г. ООО «Крезол-Логистика» направило в Государственную инспекцию труда в Оренбургской области сведения о том, что ФИО15 действительно в период с 05 декабря 2023 г. по 19 февраля 2024 г. работал в ООО «Крезол-Логистика» в должности водителя вахтовым методом по графику. Его рабочей сменой являлся период с 06 января 2024 г. по 18 января 2024 г., 19 января 2024 г. у него был первый день между вахтового отдыха. В этот день им оформлен листок нетрудоспособности по коду «02» - травма, в то время как несчастный случай на производстве и его последствия имеют код «04». О факте отравления парами кислоты ФИО15 работодателю не сообщил, оснований полагать, что с ним произошел несчастный случай на производстве не имеется, соответственно расследование несчастного случая не производилось и материалы не формировались (л.д. 113 т.1).

25 июня 2025 г. Государственной инспекцией труда в Оренбургской области принято решение о проведении расследования несчастного случая по обращению ФИО15 в соответствии с требованиями Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 109 т.1).

В рамках проводимой проверки 04 июля 2025 г. главным государственным инспектором труда ФИО1 у ФИО15 отобраны объяснения, согласно которым он работал в ООО «Крезол-Логистика» более 2 месяцев вахтовым методом, график работы - 15 рабочих дней, 15 нерабочих дней. 19 января 2024 г. в 08 часов 00 минут начался его рабочий день, и после медосмотра по заданию представителя ООО «Крезол-Логистика» его отправили на водовозке на заправку водой и далее на месторождение на объект скважины Восточного управления Оренбургского нефтегазового месторождения ОНГКМ. На данном объекте никого кроме водителя ФИО17 не было. ФИО17 уехал, а он, ФИО15, ждал пока кто-нибудь приедет и покажет ему куда разгружать воду, на объекте находился 3 часа, примерно с 17 часов 00 минут. Находясь в кабине автомобиля, почувствовал себя плохо, начал кашлять. Около автомобиля в это время находилась емкость с кислотой. Примерно в 20 часов 00 минут на объект подъехал ФИО17 и начал растаривать бочку его автомобиля, после он, ФИО15, пожаловался на плохое самочувствие работникам бригады сторонней организации. 19 января 2024 г. о случившемся сообщил в отдел ЦИЦ и механику ФИО11, при этом самостоятельно добрался до базы в г. Оренбурге, пересел на свой автомобиль и поехал в лечебное учреждение. Пояснил также, что о содержимом емкости не знал, о том, что там кислота, ему позже сообщил ФИО17 Полагал, что его плохое самочувствие 19 января 2024 г. было обусловлено именно тем, что он надышался парами кислоты. После происшествия директор ФИО9 попросил сказать, что он сливал солярку и наглотался ее, угрожали увольнением (л.д. 116-118 т.1).

29 июля 2025 г. главным государственным инспектором труда ФИО16 отобраны объяснения у ведущего технолога ЦИТС ООО «Крезол-Логистика» ФИО10, согласно которым ФИО15 19 января 2024 г. прибыл на работу в 08 часов 00 минут, в 15 часов 00 минут он заправился водой в емкость автомобиля и поехал на объект Восточного управления Оренбургского нефтегазового месторождения. По возвращению ФИО15 сообщил ему о плохом самочувствии, о том, что ему стало плохо на скважине, но от помощи отказался, при закрытии путевого листа медосмотр не проходил. Примерно в 22 часа 00 минут ФИО15 покинул базу на своем автомобиле, на следующий день на работу он не вышел, по телефону сообщил, что с ним все нормально, более он его не видел. Об отравлении ФИО15 ему не сообщал (л.д. 114-115 т.1).

23 сентября 2025 г. главным государственным инспектором труда ФИО16 у директора ООО «Крезол-Логистика» ФИО9 отобраны объяснения, согласно которым непосредственным руководителем ФИО15 является механик обособленного подразделения ФИО11 и руководитель этого подразделения. 19 января 2024 г. ФИО15 работал на водовозке, информацию о случившемся получил от Государственной инспекции труда в Оренбургской области, сам ФИО15 в организацию не обращался. Пояснил, что расследование несчастного случая не производилось ввиду того, что у ФИО12 20 января 2024 г. был выходной день, он не сообщил о том, что у него травмировалось горло в результате отравления. Работники не придали значения словам ФИО12, что ему стало плохо и не сообщили о произошедшем вышестоящему руководству (л.д. 119-120 т.1).

Контактные данные механика ООО «Крезол-Логистика» ФИО11 и водителя ООО «Крезол-Логистика» ФИО17 общество в ответ на запрос Государственной инспекции труда в Оренбургской области не предоставило, ссылаясь на то, что указанные лица работниками ООО «Крезол-Логистика» не являются и предприятие их данными не располагает (л.д. 111, 112 т.1).

Согласно поступившим по запросу суда медицинским документам, 19 января 2024 г. в 23 часа 11 минут ФИО15 обратился в ГАУЗ «ООКЦХТ» с жалобами на боли в горле, дискомфорт в горле при глотании, ссылаясь на то, что на работе 19 января 2024 г. вдохнул пары кислоты. По итогам осмотра ему установлен диагноз «химический ожог глотки 1 степени» (л.д. 102 т.1).

22 января 2024 г. ФИО15 осмотрен врачом-отоларингологом ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» г. Оренбурга, который указал, что по лор - профилю ФИО15 трудоспособен, диагноз «данных за ожог глотки, гортани нет». В свою очередь врач - терапевт 22 января 2024 г. выдал ФИО15 направление в отделение острых отравлений, полагая, что у него может быть отравление парами неизвестного вещества (л.д. 97 т.1).

В период с 22 января 2024 г. по 26 января 2024 г. ФИО18. проходил лечение в ГАУЗ «ГКБ им. Н.И. Пирогова» г. Оренбурга у врача-терапевта с диагнозом «химический ожог верхних дыхательных путей 1 степени, выздоровление». При этом, листок временной нетрудоспособности №910211858603 ему был выдан на период с 19 января 2024 г. по 26 января 2024 г. (л.д. 97 т.1).

Согласно медицинскому заключению ГАУЗ «ООКЦХТ» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 17 июня 2025 г., ФИО15, поступившему 19 января 2024 г. в 23 часа 11 минут в приемное отделение лечебного учреждения, уставлен диагноз «химический ожог глотки 1 степени по коду Т59.9», степень тяжести повреждения здоровью при несчастных случаях на производстве – легкая (л.д. 132 т.1).

По результатам расследования несчастного случая государственным инспектором труда в Оренбургской области ФИО1 в заключении от 06 октября 2025 г. сделан вывод, что несчастный случай, произошедший с ФИО12, подлежит квалификации как несчастный случай, связанный с производством, и оформлению актом формы Н-1 на ФИО15, учету и регистрации в ООО «Крезол-Логистика», так как несчастный случай произошел в рабочее время при выполнении работником своих трудовых обязанностей (л.д. 122 т.1).

Установленные в ходе проверки нарушения явились основанием для вынесения государственным инспектором труда в адрес ООО «Крезол-Логистика» предписания №56/7-848-25-ОБ/10-1931-И/847 от 06 октября 2025 г. о понуждении работодателя к составлению акта, согласно которому на ООО «Крезол-Логистика» возложена обязанность в срок не позднее 06 ноября 2025 г. оформить акт формы Н-1 о несчастном случае, происшедшем 19 января 2024 г. с ФИО15 в точном соответствии с указанным выше заключением, вместо подписей членов комиссии в составленном акте формы Н-1 произвести запись: акт составлен на основании заключения заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Оренбургской области - заместителя главного государственного инспектора труда ФИО1 от 06 октября 2025 г.; акт вручить пострадавшему под роспись; оформленный акт формы Н-1 вместе с заключением государственного инспектора труда направить в отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ; акт формы Н-1 с подтверждением его вручения/направления потерпевшему, в отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ, представить в Государственную инспекцию труда в Оренбургской области (л.д. 124 т.1).

Ссылаясь на то, что обязанность по оформлению акта Н-1 в соответствии с заключением заместителя руководителя Государственной инспекции труда в Оренбургской области - заместителя главного государственного инспектора труда ФИО1, составленного по результатам расследования несчастного случая на производстве, возложена на общество незаконно, выражая несогласие с выводами инспектора труда о причинах несчастного случая, общество обратилось в суд в установленный законом срок.

В судебном заседании суда первой инстанции заинтересованное лицо ФИО15 пояснил, что ранее работал в ООО «Крезол-Логистика» водителем вахтовым методом. 19 января 2024 г. механик общества ему выдал путевой лист и направил на водовозке на месторождение. Когда приехал на место не знал куда разгрузить воду, поскольку никого кроме ФИО17, который уже уезжал, не было, поэтому он сел в кабине автомобиля и ждал около трех часов, когда кто-нибудь приедет. Рядом с его машиной, как оказалось, стояла емкость с кислотой. Во время ожидания ему стало плохо, позже приехал ФИО17, растарил привезенную им бочку. В связи с плохим самочувствием он обратился в больницу, сообщил о случившемся механику общества ФИО11, не знал, что работодатель не сообщил о его травме в компетентные органы. Настаивал на том, что получил ожог глотки именно при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Крезол-Логистика» 19 января 2024 г. Указал также, что ФИО17 умер, а ФИО11 находится на вахте за пределами Оренбургской области.

Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции в качестве свидетеля ФИО13 пояснил, что ранее работал в ООО «Крезол-Логистика» в должности водителя вместе с ФИО15, 19 января 2024 г. находился на вахте, самого ФИО15 в этот день не видел, но по приезду на базу ему сказали, что ФИО15 увезли в больницу, через неделю он появился, и сказал, что отравился парами, произошел ожог дыхательный путей. Было ли известно о произошедшем с ФИО15 событии руководителю общества, не знает. Указал также, что кислота была на всех объектах, ими обслуживаемых, так как с этим связан рабочий процесс (л.д. 82 т.1).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении административного иска, суд первой инстанции исходил из того, что в данном случае имелись основания для проведения расследования несчастного случая, нарушений порядка проведения проверки несчастного случая на производстве, не допущено, заключение составлено и предписание выдано компетентным должностным лицом в пределах предоставленных ему полномочий, требования предписания соответствуют положениям статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации, незаконности решения о проведении расследования и действий должностного лица ГИТ по такому расследованию не установлено.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции не имеется, поскольку выводы суда основаны на установленных по делу фактических обстоятельствах, нормах действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, и имеющихся по делу доказательствах, которым дана судебная оценка по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Порядок проведения расследования несчастного случая предусмотрен статьями 228, 229, 229.2, 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Под несчастным случаем на производстве в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со статьей 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

Как следует из материалов административного дела, расследование проведено в соответствии с требованиями статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации и с соблюдением требований, предусмотренных пунктом 36 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденного Приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 г. № 223н.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно статье 214 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечивать безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку; реализацию мероприятий по улучшению условий и охраны труда; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, а также по оказанию первой помощи пострадавшим; расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, учет и рассмотрение причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм), в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; приостановление при возникновении угрозы жизни и здоровью работников производства работ, а также эксплуатации оборудования, зданий или сооружений, осуществления отдельных видов деятельности, оказания услуг до устранения такой угрозы.

Принцип обеспечения права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе и на охрану труда, выражает одну из важных целей трудового законодательства, предусматривающую создание благоприятных условий труда (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

К числу основных способов защиты трудовых прав работников относится государственный надзор и контроль за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права (статья 352 Трудового кодекса Российской Федерации).

Реализация данного способа предполагает защиту трудовых прав работников органами государственного надзора и контроля.

Федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, осуществляется федеральной инспекцией труда (часть 1 статьи 353 и часть 1 статьи 354 Трудового кодекса Российской Федерации).

Федеральная инспекция труда - единая централизованная система, состоящая из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальных органов (государственных инспекций труда).

Статьей 356 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что федеральная инспекция труда в числе прочего осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; проверяет соблюдение установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве.

Проверка соблюдения установленного порядка расследования и учета несчастных случаев на производстве предусматривает, в том числе, разрешение вопросов, относятся ли события, в результате которых пострадавшим были получены телесные повреждения (травмы), к несчастному случаю, подлежащему расследованию и учету; соблюдены ли работодателем требования к порядку извещения о несчастных случаях, к соблюдению сроков расследования несчастных случаев, к порядку оформления материалов расследования несчастных случаев, их регистрации и учету (статьи 227, 228.1, 229.1, 230, 230.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 228 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены обязанности работодателя при несчастном случае, среди которых организация и обеспечение надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.

В соответствии со статьей 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Порядок расследования, оформления и учета несчастных случаев на производстве регламентирован Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденным приказом Минтруда России от 20 апреля 2022 г. № 223н (далее - Положение).

По смыслу действующего законодательства, сокрытым несчастным случаем признается происшествие, о котором работодатель не сообщил в соответствующие органы в сроки, установленные статьёй 228 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

Поскольку при проведении проверки несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО15, должностным лицом ГИТ выявлены нарушения работодателем трудового законодательства, в связи с чем в рамках предоставленных абзацем 2 статьи 356 и абзацем 6 статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации полномочий, составлено заключение и вынесено обязательное для работодателя предписание о возложении обязанности устранить нарушения трудового законодательства, оснований полагать выводы суда о правомерности вынесенного по результатам расследования несчастного случая заключения и выданного на его основании предписания необоснованными не имеется.

Суд первой инстанции при разрешении административного дела пришел к правильному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав и законных интересов административного истца, что является препятствием для удовлетворения заявленных административных требований.

Доводы апелляционной жалобы ООО «Крезол-Логистика» о недостоверности установленного ФИО15 диагноза, необоснованны.

Действительно, в материалах дела имеются сведения об осмотре ФИО15 врачом-отоларингологом, согласно которым: «данных за ожог глотки, гортани нет».

Между тем, факт установления ФИО8 диагноза 19 января 2024 г.: «химический ожог глотки по коду Т59.9, степень тяжести повреждения здоровью при несчастных случаях на производстве – легкая», подтвержден совокупностью представленных доказательств, которые исследованы уполномоченным должностным лицом в ходе расследования и судом первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в компетенцию должностных лиц Государственной инспекции труда в Оренбургской области не входит оценка правильности установленного диагноза. Надзорным органом решение принято исходя из представленных медицинским учреждением документов. В судебном порядке медицинское заключение не оспаривалось, доказательств об установлении иного диагноза не представлено.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии причинно-следственной связи между полученной травмой и несчастным случаем на производстве были предметом оценки суда первой инстанции, оснований не согласится с которой не имеется.

Доводы апелляционной жалобы об указании в листке нетрудоспособности кода «02», не связанного с несчастным случаем на производстве, что свидетельствует об отсутствии обязанности работодателя проводить расследование несчастного случая, отклоняется, поскольку в силу пункта 68 Приказа Минздрава России от 23 ноября 2021 г. №1089н «Об утверждении Условий и порядка формирования листков нетрудоспособности в форме электронного документа и выдачи листков нетрудоспособности в форме документа на бумажном носителе в случаях, установленных законодательством Российской Федерации» с 1 сентября 2022 г. при заполнении поля листка нетрудоспособности «Причина нетрудоспособности» в поле листка нетрудоспособности «код» двухзначный код. В свою очередь код «02» обозначает травму (в том числе несчастный случай на производстве или его последствия).

В этой связи, государственный инспектор труда, реализуя полномочия по осуществлению федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, правомерно указал в оспариваемом предписании о необходимости составления акта формы Н-1 с учетом заключения инспектора составленного по результатам расследования от 06 октября 2025 г.

Указанные в оспариваемом заключении выводы о причинах несчастного случая, выразившихся в неудовлетворительной организации производства работ (нарушение требований части 2 и 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации), а также сопутствующих причинах (нарушение требований статей 214, 217, 218, 219 Трудового кодекса Российской Федерации, Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства Российской Федерации №2464 от 24 декабря 2021 г.), о лицах, ответственных за допущенное нарушение, вопреки доводам жалобы, соответствуют установленным обстоятельствам по делу и имеют цель защиты интересов работника.

В оспариваемом заключении, в частности, указано, что в нарушение положений статей 214, 217, 218 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не обеспечил безопасные условия труда исходя из комплексной технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровья работников, не обеспечил безопасность работника при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, что привело к легкому несчастному случаю с водителем ФИО15; работодатель допустил ФИО15 до работы без проведения в установленном порядке обучения по охране труда, в Единой общероссийской справочно-информационной системе по охране труда Минтруда протоколы проверки знаний требований охраны труда на ФИО15 отсутствуют, работодатель не оценил профессиональный риск опасности от вдыхания вредных веществ, не обеспечил функционирование системы управления охраной труда.

Согласно оспариваемому заключению от 06 октября 2025 г., лицом, ответственным за допущенные нарушения законодательства и иных нормативных правовых, локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая, является работодатель – директор общества ФИО9

Как указано выше работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда.

Доказательств осуществления достаточного контроля функционирования системы управления охраной труда не представлено, что свидетельствует о неудовлетворительной организации производства работ, необеспечении надлежащей организации безопасных условий работы.

Как следует из оспариваемого заключения должностному лицу не были представлены документы, подтверждающие период обучения ФИО15 по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которых произошел несчастный случай.

В карте специальной оценки условий труда №28 указаны опасные и (или) вредные производственные факторы, однако, опасность от вдыхания вредных веществ не оценивалась.

Порядок проведения специальной оценки условий труда, а также отношения, возникающие в связи с ее проведением, регулируются Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда».

Специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (далее также - вредные и (или) опасные производственные факторы) и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников (часть 1 статьи 3 Закона от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ).

Статьей 8 Закона от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ закреплено, что обязанности по организации и финансированию проведения специальной оценки условий труда возлагаются на работодателя. Специальная оценка условий труда проводится совместно работодателем и организацией или организациями, соответствующими требованиям статьи 19 настоящего Федерального закона и привлекаемыми работодателем на основании гражданско-правового договора. Специальная оценка условий труда проводится в соответствии с методикой ее проведения, утверждаемой федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Частью 2 статьи 4 Закона от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ предусмотрена обязанность работодателя предоставить организации, проводящей специальную оценку условий труда, необходимые сведения, документы и информацию, которые предусмотрены гражданско-правовым договором, указанным в части 2 статьи 8 настоящего Федерального закона, и которые характеризуют условия труда на рабочих местах, а также разъяснения по вопросам проведения специальной оценки условий труда и предложения работников по осуществлению на их рабочих местах идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов (при наличии таких предложений) (п. 2); не предпринимать каких бы то ни было преднамеренных действий, направленных на сужение круга вопросов, подлежащих выяснению при проведении специальной оценки условий труда и влияющих на результаты ее проведения (п. 3); рассмотреть замечания и возражения работника относительно результатов специальной оценки условий труда, представленные в письменном виде в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, и принять решение о проведении в случае необходимости внеплановой специальной оценки условий труда (п. 7).

Согласно статье 218 Трудового кодекса Российской Федерации при обеспечении функционирования системы управления охраной труда работодателем должны проводиться системные мероприятия по управлению профессиональными рисками на рабочих местах, связанные с выявлением опасностей, оценкой и снижением уровней профессиональных рисков. Профессиональные риски в зависимости от источника их возникновения подразделяются на риски травмирования работника и риски получения им профессионального заболевания. Рекомендации по выбору методов оценки уровней профессиональных рисков и по снижению уровней таких рисков утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Выявление опасностей осуществляется путем обнаружения, распознавания и описания опасностей, включая их источники, условия возникновения и потенциальные последствия при управлении профессиональными рисками. Опасности подлежат обнаружению, распознаванию и описанию в ходе проводимого работодателем контроля за состоянием условий и охраны труда и соблюдением требований охраны труда в структурных подразделениях и на рабочих местах, при проведении расследования несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также при рассмотрении причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм). Рекомендации по классификации, обнаружению, распознаванию и описанию опасностей утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на рабочем месте ФИО15 работодателем проведена специальная оценка условий труда, однако, опасность от вдыхания вредных веществ не оценивалась.

Согласно заключению от 06 октября 2025 г. должностному лицу трудовой инстанции при проведении проверки личная карточка учета выдачи СИЗ на ФИО15 представлена не была, представлена только ведомость на выдачу костюма, сапог.

В ходе рассмотрения дела административным истцом в материалы дела были представлены личная карточка учета СИЗ, карта оценки профессиональных рисков, приказ об утверждении Положения о системе управления охраной труда №167 от 30 декабря 2022 г. вместе с Положением о системе управления охраной труда в ООО «Крезол-Логистика», Акт №1 по результатам ежегодного контроля функционирования системы управления охраной труда за 2024 год, протоколы заседания комиссии по проверке знаний требований охраны труда работников ФИО15 от 25 декабря 2023 г., выписки о наличии записи в реестре обученных лиц от 28 декабря 2023 г.

Наличие в обществе вышеперечисленных документов не свидетельствует о незаконности заключения от 06 октября 2025 г. с учетом установленных выше нарушений трудового законодательства.

Установив нарушения трудового законодательства и иных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, государственный инспектор труда обоснованно в соответствии с законом и в пределах полномочий, по вопросам, относящимся к его компетенции, вынес предписание, возложив на работодателя приведенные в предписании обязанности.

При таких обстоятельствах, выданное обществу предписание является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований для отмены решения суда первой инстанции не содержат, аналогичны позиции административного истца в суде первой инстанции, все эти доводы судом проверялись, им дана надлежащая судебная оценка, что нашло обстоятельное и мотивированное отражение в судебном постановлении, и с которой суд апелляционной инстанции согласен.

Не согласие административного истца с установленными судом обстоятельствами дела и оценкой доказательств, сделанной судом первой инстанции, не являются основаниями к отмене правильного по существу решения суда первой инстанции.

Давая правовую оценку установленным по делу фактическим обстоятельствам, в совокупности с представленными сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательствами, суд первой инстанции, оценив их по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пришел к верному выводу об отказе в удовлетворении заявленных административным истцом исковых требований.

Принимая во внимание вышеизложенные мотивы, а также учитывая, что судом нормы материального права применены правильно, существенных нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого решения в апелляционном порядке не имеется.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Оренбурга от 24 декабря 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Крезол - Логистика» – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г. Самара) по правилам главы 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи: