Решение № 2А-38/2017 2А-38/2017~М-33/2017 М-33/2017 от 11 апреля 2017 г. по делу № 2А-38/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 апреля 2017 года г. Саратов

Саратовский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Суровцева И.И.,

при секретаре Яблоковой М.В.,

с участием:

административных истцов – ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5,

представителя административных истцов – адвоката Аршиновой Ю.А.,

представителя административного ответчика - командира войсковой части <данные изъяты>: ФИО6 и ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании объединенные в одно производство административные дела № 2А-38/2017, № 2А-39/2017, № 2А-40/2017, № 2А-41/2017, № 2А-42/2017 по административным исковым заявлениям военнослужащих войсковой части <данные изъяты> ФИО1 <данные изъяты>, ФИО2 <данные изъяты>, ФИО3 <данные изъяты> ФИО4 <данные изъяты>, ФИО5 <данные изъяты> об оспаривании действий командира названной воинской части, связанных с их привлечением к ограниченной материальной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, каждый в отдельности, проходят военную службу по контракту в войсковой части <данные изъяты> в должностях <данные изъяты>. В 2013 году указанные военнослужащие находились на аналогичных должностях войсковой части <данные изъяты>.

Приказом командира войсковой части <данные изъяты> № от 12 декабря 2016 года они были привлечены к ограниченной материальной ответственности как должностные лица, указанные в акте проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> от 26 сентября 2016 года № и допустившие пережог авиационного керосина марки РТ, повлекший за собой ущерб государству в размере 5 279 116 руб. 18 коп., и с них произведены удержания в следующих размерах: с ФИО1 – 45500 руб., с ФИО2 – 42250 руб., с ФИО3 – 42250 руб., с ФИО4 – 37800 руб., с ФИО5 – 37800 руб.

Считая себя невиновными, а свои права нарушенными, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, каждый в отдельности, обратились в суд с административными исковыми заявлениями, в которых просили признать незаконным приказ командира войсковой части <данные изъяты> об их привлечении к материальной ответственности и обязать отменить приказ в этой части.

В своих административных исковых заявлениях ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, каждый в отдельности, а в судебном заседании – они и их представитель – Аршинова Ю.А., настаивая на удовлетворении заявленных требований, привели следующие доводы. Так, основанием для издания оспариваемого приказа явился акт проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> от 26 сентября 2016 года №, в котором отражено, что административными истцами, ответственными за ведение раздела полетных листов по наличию и расходованию горючего и смазочных материалов, в 2013 году допущено незаконное списание авиатоплива марки «РТ» в следующих размерах: ФИО1 – на сумму 884 423 руб. 23 коп., ФИО2 – на сумму 1 354 111 руб. 94 коп., ФИО3 – на сумму 686 474 руб. 01 коп., ФИО4 - на сумму 1 353 541 руб. 88 коп., ФИО5 – на сумму 470 288 руб. 54 коп. Между тем, списание горючего производилось ими по фактическому расходу, который определяется по данным объективного контроля измерительных приборов, то есть при отсутствии возможности вносить в полетные листы недостоверную информацию. Разница расхода авиатоплива, вмененная им в вину, явилась следствием несоответствия норм, отраженных в приказе Министра обороны Российской Федерации № от 30 декабря 1999 года, фактическому расходу двигателя <данные изъяты>, что подтверждается не только практической их эксплуатацией, но и сообщениями конструкторов этих двигателей (в настоящее время – ОАО «Самарской конструкторской бюро машиностроения»). При этом командование войсковой части <данные изъяты> неоднократно обращалось по инстанциям в Министерство обороны Российской Федерации с предложением внести изменения в установочный приказ с целью применения научно обоснованных норм расходов, определенных конструктором двигателей, что однако осталось без реализации. Также административные истцы и их представитель обращают внимание на то, что до настоящего времени при обслуживании двигателей <данные изъяты> также происходит перерасход топлива, который списывается путем проведения административных разбирательств.

Представители административного ответчика - командира войсковой части <данные изъяты> ФИО6 и ФИО7, каждый в отдельности рассматриваемые требования не признали и просили в их удовлетворении отказать, поскольку приказ о привлечении административных истцов к материальной ответственности был издан на основании акта проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> от 26 сентября 2016 года № и приказа вышестоящего командира войсковой части <данные изъяты>, которые не оспорены и не отменены.

Административный ответчик – врио командира войсковой части <данные изъяты> в своих возражениях указал, что приказ №, просьба об отмене которого содержится в административных исках, командиром данной воинской части не издавался. Административные истцы были привлечены к материальной ответственности приказом № от 12 декабря 2016 года.

Заинтересованное лицо – Межрегиональное управление ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по Центральному военному округу), надлежаще извещенное о месте и времени судебного заседания, своего представителя в него не направило. Начальник названного Управления – ФИО9 просил рассмотреть дело без своего участия. В своих письменных возражениях с заявленными требованиями не согласился и просил в их удовлетворении отказать поскольку, по его мнению, административными истцами обжалуется ошибочный приказ, якобы изданный командиром войсковой части <данные изъяты>, а не командиром войсковой части <данные изъяты> и, следовательно, не нарушающий их права. Кроме того, привлечение административных истцов к материальной ответственности произведено на законных основаниях, поскольку в ходе контрольных мероприятий отдельных вопросов финансово-экономической и хозяйственной деятельности службы горючего и смазочных мероприятий войсковой части <данные изъяты> за 2013 год, проведенных инспектором Межрегионального управления Контрольно-финансовой инспекции Министерства обороны Российской Федерации (по Центральному военному округу) был обнаружен реальный ущерб, причиненный государству вследствие действий административных истцов. Утверждение последних о правомерности своих действий со ссылкой на ошибочность произведенных инспекцией расчетов, продолжает представитель заинтересованного лица, является несостоятельным, поскольку нормы расхода горючего утверждены ведомственным нормативным правовым актом Министерства обороны Российской Федерации. К тому же, указывает в заключение начальник Управления, с выводами проведенной проверки отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности согласилась военная прокуратура Центрального военного округа, которая на основании акта проверки направила информационное письмо руководству Дальней авиации о принятии мер по недопущению выявленных нарушений по списанию авиатоплива.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле и представленные сторонами доказательства, в том числе консультацию специалиста, суд приходит к следующим выводам.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части <данные изъяты> № от 12 декабря 2016 года административные истцы, наряду с другим военнослужащим, привлечены к ограниченной материальной ответственности как должностные лица, указанные в акте проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> от 26 сентября 2016 года № и допустившие пережог авиационного керосина марки РТ, повлекший за собой ущерб государству в размере 5 279 116 руб. 18 коп., и с них произведены удержания в следующих размерах: с ФИО1 – 45500 руб., с ФИО2 – 42250 руб., с ФИО3 – 42250 руб., с ФИО4 – 37800 руб., с ФИО5 – 37800 руб.

Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Статьей 2 этого же Закона определено, что реальный ущерб – это утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

Как следует из содержания акта проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> № от 26 сентября 2015 года комиссией выявлен незаконный расход (пережог) авиатоплива марки РТ на общую сумму 5 279 116 руб. 18 коп. в <данные изъяты> войсковой части <данные изъяты> в 2013 году, в том числе по вине административных истцов, ответственных за ведение раздела полетных листов по наличию и расходованию горючего и смазочных материалов, незаконно списавших авиатопливо на следующие суммы: ФИО1 – 884 423 руб. 23 коп., ФИО2 – 1 354 111 руб. 94 коп., ФИО3 – 686 474 руб. 01 коп., ФИО4 -1 353 541 руб. 88 коп., ФИО5 – 470 288 руб. 54 коп. В то же время в акте отражено, что списание авиационного топлива производилось по фактическому расходу на летательных аппаратах, а экономия и перерасход в полетных листах отражались. Так, административными истцами пережог топлива отражался в графе полетных листов в графе «Израсходовано сверх установленной нормы». При этом установлено, что данные полетных листов соответствуют фактическому расходу, подтвержденному приборами объективного расхода.

Специалист ФИО10 – начальник технической эксплуатационной части войсковой части <данные изъяты> в судебном заседании пояснил, что вмененный административным истцам ущерб является разницей между фактическим расходом топлива, определяемым приборами объективного контроля, и нормативным расходом, исчисляемым по приказу Министра обороны Российской Федерации № от 30 декабря 1999 года. При этом произведенные административными истцами пуски двигателей, при которых образовалась данная разница, были обязательными и предусмотрены Регламентом технического обслуживания, а воинская часть в результате таких действий затраты не понесла, дополнительное истребование топлива у обслуживающих органов не произвела. Обнаруженная комиссией разница впоследствии занесена в книгу учета недостачи по войсковой части <данные изъяты>. Кроме того, дополнительно пояснил, что в настоящее время административными истцами также производятся пуски двигателей, которые приводят к затратам авиатоплива, отличным от нормативных расходов по приказу Министра обороны Российской Федерации № от 30 декабря 1999 года, однако данная разница списывается по результатам административных расследований и к ущербу не приводит. Считает, что ревизия отнесла разницу между фактическим и нормативным расходом топлива в 2013 году к ущербу исключительно из-за отсутствия выводов разбирательств о законности либо незаконности наличия такой разницы.

В подтверждение тому содержание акта № от 26 сентября 2015 года, в котором делается вывод о том, что в нарушение абзаца 6 статьи 99 Приказа Министра обороны Российской Федерации от 31 января 2001 года № «Об утверждении наставления по правовой работе в Вооруженных Силах Российской Федерации» командиром войсковой части <данные изъяты> административные расследования по факту пережога авиатоплива не проводились, документы о списании ущерба и наказании виновных лиц не представлены, причины допущенного пережога вследствие неправильных действий (бездействий) должностных лиц, нарушений правил эксплуатации летательных аппаратов и расхода авиатоплива, сокрытия хищения под видом пережога или наличие объективных обстоятельств командованием не выяснялись.

Таким образом, судом установлено, что в 2013 году действительно имелись недостатки в служебной деятельности должностных лиц войсковой части <данные изъяты>, ответственных за контроль порядка учета за движением материальных ценностей. Однако такие недостатки не могли повлечь привлечение к материальной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5, действовавших в рамках своих обязанностей по обслуживанию и эксплуатации авиационных двигателей и лишь вносивших объективные данные о расходе топлива в полетные листы, а следовательно не виновных в причинении и не причинивших воинской части реального ущерба.

К тому же согласно ч. 3 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» не допускается привлечение военнослужащих к материальной ответственности за ущерб, причиненный вследствие исполнения приказа командира (начальника), а также в результате правомерных действий, оправданного служебного риска, действия непреодолимой силы.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что у командира войсковой части <данные изъяты> не имелось законных оснований к изданию оспариваемого приказа о привлечении административных истцов к ограниченной материальной ответственности и рассматриваемые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Что касается утверждения административного ответчика и заинтересованного лица о неправомерном оспаривании административными истцами приказа командира войсковой части <данные изъяты> № от 12 декабря 2016 года, который им не издавался, то с учетом содержания предъявленных требований и корректировки номера приказа в письменном заявлении представителя административных истцов суд находит его несостоятельным, не влияющим на существо дела, а указание номера приказа <данные изъяты> вместо <данные изъяты> – технической ошибкой.

Довод представителей административного ответчика о том, что командир войсковой части <данные изъяты> издавая приказ о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к административной ответственности, действовал на основании акта проведения контрольных мероприятий финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части <данные изъяты> № от 26 сентября 2015 года, а также приказа вышестоящего командира войсковой части <данные изъяты> от 12 декабря 2016 года № является необоснованным, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 8 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» возмещение ущерба, размер которого не превышает одного оклада месячного денежного содержания военнослужащего и одной месячной надбавки за выслугу лет, производится по приказу командира (начальника) воинской части путем удержаний из денежного довольствия военнослужащего, причинившего ущерб.

Реагирование органов военной прокуратуры на упомянутый акт в адрес командующего Дальней авиации, на что ссылается заинтересованное лицо в обоснование своей позиции, к рассматриваемым правоотношениям не относится, а лишь содержит указание на устранение выявленных недостатков в порядке учета материальных ценностей и предостережение от совершения подобных нарушений впредь.

Руководствуясь ст. ст. 175 – 180 и 227 КАС Российской Федерации, суд,-

РЕШИЛ:

Административные исковые заявления ФИО1 <данные изъяты>, ФИО2 <данные изъяты>, ФИО3 <данные изъяты>, ФИО4 <данные изъяты>, ФИО5 <данные изъяты> – удовлетворить.

Признать незаконным приказ командира войсковой части <данные изъяты> от 12 декабря 2016 года № в части привлечения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ограниченной материальной ответственности и удержания из их денежного довольствия денежных средств и обязать командира войсковой части <данные изъяты> отменить этот приказ в указанной части.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приволжский окружной военный суд через Саратовский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме 17 апреля 2017 года.

Верно

Председатель суда И.И. Суровцев