Решение № 2-719/2019 2-719/2019~М-461/2019 М-461/2019 от 21 ноября 2019 г. по делу № 2-719/2019

Дело №2-719/2019

УИД 33RS0019-01-2019-000607-83


Решение

Именем Российской Федерации

г.Суздаль 22 ноября 2019 года

Суздальский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего Кондратьевой О.А.,

при секретаре Кулистовой М.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителя истца адвоката Плышевской М.Е., ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения дома и земельного участка от 03.05.2018 г.,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения дома и земельного участка от 03.05.2018, заключенного от её имени с ответчиком, применении последствий недействительности сделки. В обоснование иска указала, что являлась собственником жилого дома по адресу: <...>, земельного участка при домовладении, площадью ### кв.м. В данном дома она зарегистрирована, постоянно проживает. 27.03.2019 она получила уведомление из территориального участка города Суздаля ООО «Газпром межрегионгаз Владимир» о предстоящем приостановлении подачи газа, после чего ей было сообщено о наличии у неё задолженности по оплате поставленного газа более чем за 2 месяца. При выяснении обстоятельств образования задолженности она узнала, что дом ей больше не принадлежит, его собственником является ответчик ФИО2- её двоюродная сестра. В МФЦ ей был выдан договор дарения дома и земельного участка от 03.05.2018 г., явившийся основанием к регистрации перехода права на спорное имущество к ответчику. Однако данный договор она не подписывала, так как не имела намерения распоряжаться домом и земельным участком по адресу: <...>. В тот же период времени она оформляла дарение дачи, расположенной в <...> ФИО4, для чего обращалась к ответчику за помощью в оформлении документов. С документами на дачу она могла передать ФИО2 документы на принадлежащие ей дом и земельный участок, чем ответчик воспользовалась, оформив на себя её имущество. Указанные обстоятельства явились основанием к обращению в суд с данным иском.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении. Указала, что никогда не имела намерение дарить дом и земельный участок по адресу: <...>, ФИО2, с которой у неё никогда не было близких родственных отношений. Она обратилась к ответчику, как к юристу, лишь за помощью в оформлении договора дарения земельного участка ФИО4 в <...>. Однако ответчик её обманула, воспользовавшись её полным доверием и юридической неграмотностью, оформив дом, в котором она живет, на себя.

Представитель истца ФИО1- адвокат Плышевская М.Е., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении. Пояснила, что ФИО1 никогда не имела намерения дарить принадлежащие ей дом с земельным участком по спорному адресу ФИО2, истец была введена ответчиком в заблуждение путем обмана при следующих обстоятельствах. Истец обратилась к ответчику, являющейся её двоюродной сестрой, за помощью в оформлении договора дарения земельного участка в <...> ФИО4, для чего передала ответчику все имеющиеся у неё на недвижимость документы. Воспользовавшись престарелым возрастом, безграмотностью, доверчивостью ФИО1, ответчик составила договор дарений ей дома и земельного участка по адресу: <...>, который 03.05.2018 г., не дав прочесть его содержание, дала подписать ФИО1, что та и сделала, полагая, что подписывает договор дарения ФИО4 земельного участка в <...>. После подписания истцом всех документов, ФИО2, взяв их, отошла к окошку регистратора, и, вернувшись, сообщила, что оформлять договор дарения земельного участка в <...> слишком дорого, нужно оформить договор купли-продажи, после чего они уехали из МФЦ, в дальнейшем оформив договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером ### в <...> с ФИО4 ФИО1 не знала, что 03.05.2018 она подписала договор дарения жилого дома и земельного участка, не смогла перед подписание его прочесть, поскольку у нее очень плохое зрение, и она почти не видит.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Указала, что дом был подарен ей истцом добровольно, в соответствии с её волеизъявлением. Намерение истца подарить ей дом обсуждалось в течение длительного времени до его оформления и подписания, так как между ними существовали доверительные отношения, она помогала ФИО1 в быту в силу её престарелого возраста. По просьбе истца она подготовила заранее договор дарения дома и земельного участка по адресу: <...>, передала его в распечатанном неподписанном виде ФИО1 в конце апреля 2018 года. Договор был подписан истцом в МФЦ 03.05.2018 после прочтения его вслух. Указала, что после регистрации перехода права собственности на спорное имущество, о чем истец знала, ФИО1 приносила ей платежные документы по оплате коммунальных услуг, она (ответчик) их оплачивала. Задолженность по газу образовалась из-за неверных сведений, предоставлявшихся ФИО1 об объеме потребленного газа.

Представитель ответчика ФИО2- ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Указала, что отсутствуют правовые основания к признанию договора дарения от 03.05.2018 недействительным, так как истец добровольно, в отсутствие какого- либо обмана подписала указанный договор, участвовала в передаче его на регистрацию для перехода права собственности, какого-либо иного договора 03.05.2018 она не подписывала. ФИО1 знала о переходе прав на дом к ответчику, так как относила ей квитанции для оплаты коммунальных платежей.

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица Управление Росреестра по Владимирской области, извещенное о времени и месте рассмотрения дела, явку представителя в судебное заседание не обеспечило.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела судом установлено из сведений Единого государственного реестра недвижимости, что ответчик является собственником жилого дома, площадью ###.м., с кадастровым номером ###, расположенного по адресу: <...>, расположенного по тому же адресу земельного участка с кадастровым номером ###, площадью ### кв.м., категории земель- земли населенных пунктов, разрешенное использование – индивидуальное жилищное строительство.

Ранее собственником указанного имущества являлась истец ФИО1, зарегистрированная в спорном домовладении.

Основанием к регистрации перехода права собственности на приведенные земельный участок и жилой дом от ФИО1 к ФИО2 явился договор дарения дома и земельного участка от 03.05.2018, согласно которому даритель ФИО1 безвозмездно передала в дар одаряемому ФИО2 жилой дом, общей площадью ###.м., кадастровый ###, адрес объекта: <...>; земельный участок с кадастровым номером ###, общей площадью ###.м., расположенный по адресу: <...>. Даритель является двоюродной сестрой одаряемому и действует по доброй воле. Даритель имеет право пользования и пожизненного проживания в жилом дом (п.1.3).

Сторонами договора подписан акт приема-передачи к договору дарения дома и земельного участка от 03.05.2018 г.

Согласно ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ч.ч.1,2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ.

П.1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определен, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Статья 178 ГК Российской Федерации предусматривает недействительность сделки, совершенной под влиянием заблуждения. Согласно её положениям сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса. Кроме того, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны.Статья 179 ГК Российской Федерации предусматривает недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств. Согласно положениям данной статьи обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Рассматривая доводы стороны истца о недействительности договора дарения от 03.05.2018г. по приведенным основаниям, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пп.1,2 п.8.1, п.1 ст.131, п.1 ст.551 Гражданского кодекса Российской Федерации и положениями Федерального закона от 13.07.2015г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» переход к одаряемому права собственности на недвижимость по договору дарения недвижимости подлежит государственной регистрации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр недвижимости.

Приведенный договор дарения от 03.05.2018 г. прошел государственную регистрацию 07.05.2018 г.

Как следует из материалов дел правоустанавливающих документов на спорные дом и земельный участок, истец ФИО1 принимала личное участие в регистрации перехода права собственности на принадлежавшее ей спорное имущество на основании договора дарения от 03.05.2018г., лично подписала все документы, необходимые для регистрации перехода права собственности, в том числе оспариваемый договор дарения от 03.05.2018г.

В связи с тем, что в ходе рассмотрения дела ФИО1 оспаривались её подписи на документах, явившихся основанием к переходу прав на спорное имущество, судом назначалась по делу почерковедческая экспертиза подписей, сделанных от имени ФИО1 в заявленных стороной истца документах: в заявлении в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 03.05.2018г.,04.05.2018г. о государственной регистрации права собственности, перехода права собственности на здание с кадастровым номером ###; на земельный участок с кадастровым номером ###; в договоре дарения дома и земельного участка от 03.05.2018г.; в акте приема-передачи к договору дарения дома и земельного участка от 03.05.2018г.; в заявлении от 03.05.2018г. об отсутствии у ФИО1 супруга.

Во исполнение определения суда в материалы дела было представлено заключение эксперта ООО «Владимирское экспертно- консультативное бюро» ### от 01.10.2019, согласно выводам которой шесть подписей ФИО1 в указанных документах выполнены самой ФИО1 в необычном состоянии, которое могло быть следствием болезни, стресса, алкогольного или наркотического опьянения и т.д.

Заключение соответствует требованиям закона, выполнено экспертом надлежащего учреждения, имеющим высшее образование и достаточный стаж. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса РФ. Оснований для сомнений в достоверности заключения у суда не имеется.

Доказательств, опровергающих заключение эксперта стороной истца представлено не было, в силу чего суд, оценив результаты экспертизы в совокупности с иными доказательствами, представленными по делу в соответствии со ст.ст.67,86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимает указанное заключение в качестве доказательства подлинности подписей ФИО1 в приведенных документах.

Вывод эксперта о необычном состоянии, в котором были сделаны подписи в приведенных документах, судом не оцениваются как имеющий значение для рассматриваемого спора, так как согласно исследовательской части экспертного заключения в свободных и экспериментальных образцах почерка ФИО1 имеется наличие таких же диагностических признаков необычного выполнения, которые проявились в исследуемых подписях от её имени, что свидетельствует о постоянно влиянии необычных условий на процесс письма. Между тем, представленные эксперту на исследование образцы подписей отбирались у ФИО1 в судебном заседании, в ходе которого не было установлено нахождение истца в необычном состоянии, которое могло быть следствием болезни, стресса, алкогольного или наркотического опьянения. Об обратном ею суду не сообщалось.

Сторона истца в обоснование заявленных требований ссылается на юридическую неграмотность истца относительно природы и предмета договора от 03.05.2018 г.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) каждая сторона должна представить доказательства в подтверждение обстоятельств, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Однако в ходе рассмотрения дела истцом не было представлено доказательств того, что ФИО1 была лишена возможности прочесть договор, представленный ей на подпись, ознакомиться со всеми его условиями, при сомнении в его содержании, своих способностях в силу возраста в понимании его содержания, обратиться к иному лицу за соответствующими разъяснениями.

Между тем, суд полагает, что истец могла обратиться к ФИО2 с просьбой зачитать подписываемый договор, с учетом полного к ней доверия на тот период времени, что могло бы быть оценено как основание по ст.179 ГК РФ при уклонении от выполнения такой просьбы ответчиком. Также истец могла отказаться от сделки, подписания документов в регистрационном органе.

Кроме того, суд принимает во внимание, что ФИО1 после 03.05.2018- 27.06.2018 также в МФЦ подписала договор купли-продажи земельного участка от 27.06.2018, заключенный с ФИО4 после того, как его содержание было зачитано ФИО2, то есть на тот период времени здраво оценивала происходящее, понимала, каким имуществом распоряжается, где находится, могла удостовериться, какие документы и с какой целью подписывает, сдает на регистрацию.

Суд ставит под сомнение достоверность пояснений свидетеля ФИО4 о том, что 03.05.2018 он находился в МФЦ для подписания договора дарения земельного участка в <...>, привозил на сделку истца. Так, ФИО4 пояснил, что 03.05.2018 он находился в МФЦ с целью оформить с ФИО1 договор купли- продажи земельного участка в <...>, при этом ФИО2 передала на подписание истцу стопку документов таким образом, что содержание их не было видно. После подписания документов ФИО1 ФИО2 их забрала, подошла к окошку к регистратору, вернувшись, сообщила, что договор дарения оформлять дорого, нужно оформить договор купли-продажи, и они ушли из МФЦ. В дальнейшем они оформили с ФИО1 договор купли-продажи земельного участка в <...>, подписанный ФИО1 в МФЦ после прочтения его содержания ФИО2 вслух.

Однако суд полагает, что при таких обстоятельствах, ФИО1 не могла бы подписать 03.05.2018 расписку о сдаче документов на регистрацию, которая выдается регистратором лишь после приема документов на регистрацию. Также суд принимает во внимание, что как пояснил ФИО5, 03.05.2018 он как одаряемый договор дарения с ФИО1 не подписывал, что также ставит под сомнение доводы, как его так и истца о том, что последняя была уверена в подписании договора дарения с ФИО4 Договор дарения земельного участка в <...> от 03.05.2018 суду представлен не был, доказательств его наличия суду стороной истца не представлено.

Кроме того, свидетель ФИО6 подтвердил, что именно он по просьбе ФИО2 привозил её и ФИО1 в МФЦ 03.05.2018 г., что противоречит показаниям свидетеля ФИО4

Судом не принимаются в качестве доказательства показания свидетеля ФИО7, ФИО8, которые не присутствовали при оформлении оспаривающегося договора, сдаче его на регистрацию, не могли знать достоверно о намерениях, волеизъявлении ФИО1 на распоряжение принадлежащих ей спорных дома и земельного участка, являясь лишь соседками по улице.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцом не было в ходе рассмотрения дела представлено доказательств тому обстоятельству, чтобы ФИО2 убеждала её, что она 03.05.2018 г. подписывает не договор дарения дома и земельного участка по адресу: <...>, а договор дарения земельного участка в <...> ФИО4, каким-либо иным способом вводила в заблуждение относительно природы сделки, использовала обман с целью подписания и регистрации договора дарения от 03.05.2018 г. дома и земельного участка по адресу: <...>.

Между тем, свидетель ФИО9 подтвердила, что после подписания договора истец сообщила ей, что «всё отписала ФИО2», свидетель ФИО10 подтвердила, что ФИО2 03.05.2018 г. зачитывала ФИО1 в МФЦ договор вслух, в отсутствие с ними ФИО4

Свидетель ФИО11, подтвердила, что ФИО1 неоднократно до отчуждения спорного имущества приходила к ФИО2 на работу, находилась с ней в близких, доверительных отношениях, часто общалась по телефону.

Также суд принимает во внимание, что обозревавшиеся судом подлинники платежных документов по оплате коммунальных услуг, потребленных по адресу спорного дома, за период с мая 2018 года по апрель 2019 года, находились у ответчика ФИО2, представившей выписки из её расчетных счетов, отражающие частичное перечисление указанных платежей.

Стороной истца при этом были представлены платежные документы лишь с апреля 2019 года- времени, с которого по её словам она узнала о переходе прав на дом к истцу.

При указанных обстоятельствах суд ставит под сомнение доводы истца о том, что она всегда несла расходы по содержанию спорного дома, так как она, являясь добросовестным владельцем, не могла не знать, что с мая 2018 г. по апрель 2019 г. ею указанные расходы не производятся, могла удостовериться в том, кем и на каком основании за неё вносятся указанные платежи.

В силу п.3 статьи 10 ГК Российской Федерации разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В отсутствие доказательств в соответствии с приведенной статьей 56 ГПК РФ у суда отсутствуют основания к сомнению в равной добросовестности участников договора от 03.05.2018 г.

Исходя из приведенных выводов, установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств у суда не имеется оснований к признанию договора дарения от 03.05.2018 г. недействительным в силу приведенных истцом норм и обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 03.05.2018 г. земельного участка с кадастровым номером ###, дома по адресу: <...>, - оставить без удовлетворения в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Суздальский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено судом 29 ноября 2019 года.

Председательствующий О.А.Кондратьева