Решение № 2-1735/2017 2-1735/2017~М-1864/2017 М-1864/2017 от 6 ноября 2017 г. по делу № 2-1735/2017

Дело №2-1735/17


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 ноября 2017 г. п. Ленинский

Ленинский районный суд Тульской области в составе

председательствующего судьи Кольцюк В. М.,

при секретаре Линкевич О. В.,

с участием

истца ФИО6,

ответчика ФИО7,

заместителя прокурора Ленинского района Тульской области Байбиковой С. В.,

рассмотрев в помещении суда в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о компенсации морального вреда, причиненного смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия

установил:

ФИО6 обратилась в судебном порядке к ФИО7 с иском о взыскании компенсации морального вреда, причинённого смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия в котором указала, что в 08-30 часов ДД.ММ.ГГГГ, на 167 км автодороги М2 Крым, водитель ФИО7, находясь в состоянии алкогольного опьянения управлял технически исправным автомобилем <данные изъяты> государственные регистрационные знаки <данные изъяты>, проявив преступную неосторожность в форме легкомыслия, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на их предотвращение, в нарушение п.п.1.3, 1.4, 1.5, 2.7, 8.1, 11.1 ПДД РФ, п.3.20 Приложения 1, п.1.1 Приложения 2 к тем же Правилам, пересек горизонтальную линию дорожной разметки 1.1, пересекать которую запрещено, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты> государственные регистрационные знаки <данные изъяты> под управлением ФИО4, в результате чего, водителю ФИО4 были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, которые состоят в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

Приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ.

Погибший ФИО4 был сыном истца. В результате преступных действий ФИО7, истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в длительных переживаниях по поводу смерти родного человека. У неё резко ухудшилось самочувствие, чаще стало беспокоить давление, появились головные боли, нарушился сон. Также, сын был единственным кормильцем в семье.

Ссылаясь на нормы ГК РФ истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО6 исковые требования поддержала по тем же основаниям, просила их удовлетворить в полном объёме и пояснила, что после смерти сына её здоровье резко ухудшилось, но в лечебные учреждения она не обращалась, поскольку сидела дома с ребёнком сына. В 2010 г. она обращалась к врачам по поводу болезни сердца. Полагает, что данное осложнение здоровья находится в причинной связи со смертью сына. Также пояснила, что на момент смерти сына она являлась пенсионеркой. Семья сына проживала отдельно, однако, при жизни сын материально помогал ей. После смерти сына по решению суда она выплачивала из своей пенсии его долги в общей сумме 314 200 рублей.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании исковые требования признал частично и пояснил, что в ходе судебного разбирательства по уголовному делу он выплатил потерпевшей - жене ФИО4, в качестве компенсации морального вреда 50 000 рублей. По приговору суда с него взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО1 в размере 150 000 рублей. Решением Ленинского районного суда <адрес> с него взыскана компенсация морального вреда в размере 300 000 рублей в пользу младшего сына ФИО4, который на момент ДТП находился в автомобиле пострадавшего и также получил телесные повреждения. По решению Привокзального районного суда <адрес>, изменённому апелляционным определением Тульского областного суда, с него была взыскана компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей в пользу старшего сына ФИО4. Все решения суда он исполнил. Для выплаты присуждённых сумм, его отец взял кредит, так как ему в выдаче кредита банк отказал. В настоящее время он погашает данный кредит за счёт личных средств. Кроме того, он воспитывает несовершеннолетнего ребёнка, его зарплата составляет в среднем 18 000 рублей, жена имеет инвалидность. Просил суд принять решение в соответствие с законом.

Прокурор в лице заместителя прокурора Ленинского района Тульской области Байбикова С. В. заключением полагала исковые требования основанными на законе подлежащими частичному удовлетворению.

Заслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства по делу судом установлено следующее.

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в 08-30 часов ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 управлял технически исправным автомобилем <данные изъяты> государственные регистрационные знаки <данные изъяты> следовал со стороны <адрес> в направлении <адрес> на 167 км автодороги М2 Крым, на котором установлен дорожный знак 3.20 «Обгон запрещён».

Проявив преступную неосторожность в форме легкомыслия, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на их предотвращение, в нарушение п.п.1.3, 1.4, 1.5, 2.7, 8.1, 11.1 ПДД РФ, п.3.20 Приложения 1, п.1.1 Приложения 2 к тем же Правилам, ФИО7 в силу алкогольного опьянения, не принял мер к снижению скорости, проявил невнимательность к дорожной обстановке и её изменениям, ставя под угрозу жизнь и здоровье других участников дорожного движения, не убедившись в безопасности предпринимаемого манёвра, приступил к обгону неустановленного транспортного средства, пересек горизонтальную линию дорожной разметки 1.1, пересекать которую запрещено, выехал на полосу встречного движения, при наличии на ней на близком расстоянии от него автомобиля <данные изъяты> государственные регистрационные знаки <данные изъяты> под управлением ФИО4, и примерно на расстоянии 320 м. от километрового знака 166 км, на котором установлен дорожный знак 3.20 «Обгон запрещён», совершил столкновение с транспортным средством ФИО4, на полосе движения последнего. В результате дорожно-транспортного происшествия водителю ФИО4 были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, которые состоят в прямой причинной связи с наступлением его смерти.

Данным приговором суда ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, и с учётом требований ч.1 ст.62 УК РФ ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с лишением права управления транспортными средствами сроком на 3 года. Также, этим же приговором частично удовлетворён гражданский иск потерпевшей, и с ФИО7 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей.

Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившем в законную силу ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7 в пользу ФИО1, действующей <данные изъяты> ФИО2, взыскано в счёт компенсации морального вреда 300 000 рублей.

Решением Привокзального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО7 в пользу ФИО3 взыскано в счёт компенсации морального вреда 10 000 рублей. Апелляционным определением Тульского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, данное решение изменено, с ФИО7 в пользу ФИО3 взыскано в счёт компенсации морального вреда 50 000 рублей.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ р., являлся сыном истца ФИО6, что подтверждается Свидетельством о рождении I-БО№. Факт смерти ФИО4 подтверждается Свидетельством о смерти I-БО№.

Из представленных истцом трудовой книжки АТ-III№, справки УПФР в <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на дату смерти она являлась пенсионеркой.

Из представленных ответчиком ФИО7 справки форма 2-НДФЛ, Свидетельства о заключении брака V-МЮ№, Свидетельства о рождении VII-МЮ№, справки серии МСЭ-2015№ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ежемесячный доход ФИО7 составляет 18 000 рублей, он состоит в браке с ФИО5, имеющей <данные изъяты>

Суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО6 основаны на законе и подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Право требования компенсации морального вреда, причиненного совершением преступления, является гражданско-правовым последствием реализации общественно опасного деяния, запрещенного уголовным законом.

Согласно ст.52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

В соответствии с Декларацией основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 г., лица, которым в результате преступного деяния причинен вред, должны иметь право на доступ к механизмам правосудия и скорейшую компенсацию причиненного вреда. Тем самым, реально гарантируется доступ к правосудию и конституционное право каждого на судебную защиту его прав и свобод.

Ч.4 ст.61 ГПК РФ установлено, что ступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.Суд приходит к выводу, что приговором суда безусловно установлено, что причинение ФИО4 тяжкого вреда здоровью, повлекшее его смерть находится в прямой причинной связи с преступными действиями ответчика ФИО7. Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда суд исходит из положений ст.1099 ГК РФ согласно которой, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьёй 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.В соответствие с ч.1 ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ч.2 ст.1101 ГК РФ).Ст.151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий - причинения истцу телесного повреждения, с учетом фактических обстоятельств дела, при которых причинен моральный вред и индивидуальные особенности потерпевшего, принцип разумности и справедливости. Из правовой позиции, изложенной в п.2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. В п.8 данного постановления Пленума Верховного суда РФ указано, что при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г., компенсация морального вреда учитывается судом только в денежной форме, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Исходя из этого, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. В п.9 данного постановления Пленума Верховного суда РФ указано, что применительно к ст.44 УПК РФ потерпевший, то есть лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред (статья 42 УПК РФ), вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу (в ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 N6). Суд приходит к выводу о том, что совершенным преступлением ФИО7 причинил истцу ФИО6 моральный вред, выразившийся в причинении физических и нравственных страданий и переживаний в связи со смертью сына. Предусматривая право потерпевшего на возмещение морального вреда, причинённого ему преступными действиями, законодателем на первый план выдвигается компенсаторная функция компенсации морального вреда, суть которой заключается в присуждении суммы, соответствующей перенесенным страданиям. При этом, вопрос об эквивалентности страданий и компенсации в денежной форме, увязан законодателем с критериями способности компенсирующих мер сгладить негативные воздействия на психику пострадавшего от причиненных ему преступлением страданий. В сложившейся судебной практике, вне зависимости от того или иного понимания правовой доктрины термина «моральный вред», потерпевший от преступления самостоятельно оценивает нравственные и физические последствия преступного деяния через своё восприятие и устанавливает определенный объем требования о возмещении морального вреда. Указанными правовыми нормами судье предписано, исходя из судебного усмотрения, в условиях отсутствия нормативно закрепленных, формальных пределов и оценочных понятий, с учётом качественных признаков явления, которым затруднительно дать однозначную количественную характеристику, объективных и субъективных обстоятельств дела, исходя из требований разумности и справедливости, определить справедливый уровень компенсации морального вреда в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда по настоящему делу суд учитывает характер спорных правоотношений, а также то, что в связи с причинением ФИО4 по вине ответчика тяжкого вреда здоровью, повлекшего его смерть, истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в длительных переживаниях по поводу смерти родного человека. Суд принимает во внимание степень и характер причиненных ФИО6 нравственных страданий, требования разумности и справедливости, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, на основании чего, в соответствии со ст.1101 ГК РФ полагает, что заявленная истцом сумма компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей является завышенной. Утверждая, что в обоснование иска, что в связи со смертью сына у неё значительно ухудшилось состояние здоровья, и что обращения к кардиологу 12 января 2010 г. и последующие обращения к врачам, находятся в причинной связи с обстоятельствами смерти сына, что в этой же связи у неё повысилось давление, в нарушение ст.56 ГПК РФ, каких-либо доказательств истцом не представлено. При обозрении в судебном заседании амбулаторной карты ФИО6 было установлено, что с подобными жалобами на здоровье она обращалась к врачам и ранее, начиная с 2004 г., вследствие чего, основания полагать, что ухудшение здоровья истца после смерти её сына находится в причинно-следственной связи с этим событием, отсутствуют. Других же доказательств в обоснование иска истцом не представлено. При определении размера компенсации морального вреда суд также принимает во внимание материальное положение ответчика и то обстоятельство, что в связи со смертью ФИО4 ответчик выплатил в пользу членов его семьи в качестве компенсации морального вреда 550 000 рублей. Однако, с учётом обстоятельств совершения ФИО7 преступления, принимая во внимание степень его вины, учитывая степень нравственных страданий истца и индивидуальные особенности её личности, характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, учитывая ухудшение, в связи с преступлением ответчика материального положения потерпевшей, исходя из принципа разумности и справедливости, с учётом общедоступных данных об инфляционных процессах и тенденций снижения покупательной способности национальной денежной валюты РФ суд полагает, что разумной и справедливой суммой компенсации причинённого истцу морального вреда при установленных обстоятельствах является сумма в размере 50 000 рублей.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина от уплаты, которой, истец освобождена в соответствии с законом.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда, причинённого смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В оставшейся части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО7 в доход бюджета МО г. Тула государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд в течение месяца после его принятия в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд Тульской области.

Мотивированное решение составлено 10 ноября 2017 г..

Председательствующий В. М. Кольцюк