Решение № 2-725/2025 2-725/2025(2-9511/2024;)~М-7955/2024 2-9511/2024 М-7955/2024 от 21 августа 2025 г. по делу № 2-725/2025

дело № (2-9511/2024)

86RS0№-05


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 августа 2025 г. г. Сургут

Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе председательствующего Бурлуцкого И.В., при секретаре судебного заседания Фалей Т.Ю., с участием представителя истца – ФИО1, представителя ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3-<данные изъяты> к ФИО4 <данные изъяты> о признании соглашения кабальной сделкой, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ

Джавадов Б.А.Г. обратился в суд с указанным иском к ФИО4 В обоснование исковых требований указал, что Сургутским городским судом было рассмотрено гражданское дело № по иску ФИО4 к ФИО3 Б.А.Г. о признании общей собственностью имущества, прекращении права собственности ФИО3 Г. на недвижимое имущество, определении по ? доли в праве общей собственности на недвижимое имущество, находящегося в общей собственности, взыскании денежной компенсации в счет равенства долей и судебных расходов. В рамках указанного дела ФИО4 приобщила соглашение от ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком, согласно условиям которого все имущество приобретенное ФИО3 Г. за счет собственных средств, является общей собственностью сторон. Истец заявляет, что соглашение от ДД.ММ.ГГГГ между ним и ответчиком было подписано не в титульную дату, а в 2020 году в период пандемии (COVID-19), когда истец находился в болезненном (стрессовом) состоянии (с признаками nCoV) и не мог с уверенностью планировать свое будущее, адекватно оценивать условия подписываемого соглашения, соответственно, пошел на сделку под влиянием на него тяжелых обстоятельств (неопределенность в собственном здоровье, беспокойство за детей). Кроме того, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ не может являться справедливой сделкой, совершенной с учетом баланса интересов сторон. По своим условиям, соглашение является крайне не выгодной сделкой для истца, который обязывается безвозмездно передать в собственность ответчика часть приобретенного своего имущества – объектов недвижимости, которые точно в соглашении не идентифицированы. Основываясь на изложенном, истец просит признать соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о совместном проживании и ведении общего хозяйства, совершенное между ФИО4 и ФИО3 Г., кабальной сделкой и применить последствия недействительности сделки; взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины.

В судебное заседание истец Джавадов Б.А.Г. не явился, уведомлялся надлежащим образом, с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие не обращался.

Действующий в его интересах на основании доверенности представитель истца ФИО8 исковые требований поддержал, представил заявление об изменении основания иска, в соответствии с которым просил признать соглашение от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой как несоответствующее требованиям действующего законодательства, по причине несогласования существенных условий и применить последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции.

Данное ходатайство представителя истца было судом отклонено, поскольку вступившим в законную силу решением Сургутского городского суда ХМАО-Югры от ДД.ММ.ГГГГ по делу № уже был разрешен встречный иск ФИО3 Г. к ФИО4 о признании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой по основанию его противоречия существу законодательного регулирования. При этом суды первой, апелляционной и кассационной инстанций дали оценку соглашению от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 Г. и ФИО4 как порождающему их взаимные права и обязанности, которые стороны согласовали с достаточной и необходимой определенностью.

В связи с этим суд считает необходимым также отметить, что недостижение между сторонами согласия по условиям договора, которые они считают существенными, в силу п.1 ст.432 ГК РФ, не влечет за собой такого правового последствия как признание договора недействительным. Однако других, соответствующих предусмотренному законом способу защиты права, исковых требований истцом заявлено в настоящем деле не было.

В судебном заседании представителем истца ФИО8 было также заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы, которое судом было отклонено ввиду отсутствия для этого предусмотренных ч.1 ст.87 ГПК РФ оснований.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом, с заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие не обращалась.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражала по доводам письменных возражений. В обоснование возражений указала, что по делу № вступившим в законную силу решением Сургутского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ во встречном исковом заявлении ФИО3 Г. об оспаривании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ уже было отказано; судом было установлено отсутствие злоупотребления правом, как на то указывал Джавадов Б.А.Г., а также отсутствие противоречий соглашения действующему законодательству, как по сути, так и по порядку его заключения. Состоявшимися по делу судебными актами уже была дана оценка действительности оспариваемого соглашения. Соглашение было заключено в дату, которая в нем указана, судебной экспертизой время совершения оспариваемого соглашения не опровергнуто. Доводы ФИО3 Г. о том, что соглашение содержит невыгодные для него условия, и что подписывая соглашение, истец находился в болезненном состоянии, не соответствуют действительности и ничем не подтверждены. Указала, что истцом пропущен срок исковой давности по заявленному им исковому требованию.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца и ответчика.

Выслушав представителей истца и ответчика, изучив материалы настоящего гражданского дела, а также материалы дела №, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что между ФИО3 (Сторона 1) и ФИО4 (Сторона 2) было заключено соглашение о совместном проживании и ведении общего хозяйства от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п.2.1 соглашения на момент его подписания стороны признают факт того, что вели совместное хозяйство с ДД.ММ.ГГГГ, имеют совместных детей (сына) ФИО9, (дочь) ФИО10 и имущество, приобретенное ими за указанный период – помещение по <адрес> (нежилое помещение) на первом этаже жилого дома, нежилое помещение по <адрес>, на первом этаже жилого дома является их совместной собственностью, титульным собственником которых является Джавадов Б.А.Г.

Согласно п.2.2 соглашения, имущество, нажитое сторонами во время совместного проживания, является общей собственностью сторон, независимо, на чьи доходы оно было приобретено.

Пунктом 2.3 соглашения установлено, что к общему имуществу сторон относится имущество, нажитое сторонами во время совместного проживания, а также доходы каждой из сторон от трудовой, предпринимательской и интеллектуальной деятельности. Владение и пользование имуществом осуществляется по обоюдному согласию.

Изложенные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Сургутского городского суда ХМАО-Югры от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, оставленному без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда ХМАО-Югры от ДД.ММ.ГГГГ и определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ (дело № т.4 л.д.94-99, т.5 л.д.92-104, 210-215)

По данному гражданскому делу № суды трех инстанций пришли к выводу о том, что соглашение о совместном проживании и ведении общего хозяйства от ДД.ММ.ГГГГ является заключённым, и данным соглашением стороны определили статус как приобретенного ими к моменту подписания Соглашения имущества, так и приобретаемого имущества в будущем.

При рассмотрении гражданского дела № судом назначалась судебная почерковедческая экспертиза, заключением которой было установлено, что подпись от имени ФИО11-Г., расположенная перед рукописной записью: «ФИО11-Г.» в строке «Сторона 1» раздела 6 выполнена самим ФИО3 (дело № т.2 л.д.178-180)

Таким образом, судами по делу № было установлено, что соглашение от ДД.ММ.ГГГГ подписано сторонами, и стороны в нем согласовали все необходимые условия, в которых они определили имущественные права и обязанности на период совместного проживания и на период после окончания совместного проживания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Истец утверждает о наличии основании для признания соглашения от ДД.ММ.ГГГГ недействительной сделкой в соответствии со ст.179 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу указанной нормы права для признания оспариваемой сделки кабальной необходимо: наличие обстоятельств, которые подтверждают ее заключение для истца на крайне невыгодных условиях, то есть на условиях, не соответствующих интересу этого лица, существенно отличающихся от условий аналогичных сделок; тяжелые обстоятельства возникли вследствие их стечения, то есть являются неожиданными, предвидеть которые или их предотвратить не представлялось возможным; контрагент потерпевшего, зная о таком тяжелом стечении обстоятельств у последнего, тем не менее, совершил с ним эту сделку, воспользовавшись этим положением, преследуя свой в этом интерес.

Как разъяснено в пункте 11 Обзора, утверждённого информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, в соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем наличие этого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

По смыслу указанной нормы права и исходя из положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на лицо, заявившее такое требование, возлагается обязанность доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: стечение тяжелых обстоятельств для потерпевшего; явно невыгодные для потерпевшего условия совершения сделки; причинная связь между стечением у потерпевшего тяжелых обстоятельств и совершением им сделки на крайне невыгодных для него условиях; осведомленность другой стороны о перечисленных обстоятельствах и использование их к своей выгоде.

Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности, самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву. Отсутствие одного из названных условий влечет отказ в удовлетворении иска о признании сделки кабальной.

Из требований ФИО3 усматривается, что крайняя невыгодность условий оспариваемого им соглашения от ДД.ММ.ГГГГ заключается в несправедливости и невыгодности для истца указанного соглашения, а также в том, что истец подписал соглашение, находясь в болезненном состоянии (с признаками nCoV – коронавирусной инфекции) при стечении тяжелых для него обстоятельств в виде неопределенности состояния собственного здоровья и беспокойства в связи с этим за своих детей.

Между тем доказательств того, что ФИО3 не был свободен в своем выборе и соглашение от ДД.ММ.ГГГГ не отвечало его интересам на момент его подписания, стороной истца не представлено.

В подтверждение болезненного состояния ФИО3 сторона истца представила лишь выписку из амбулаторной карты пациента из БУ «Сургутская городская клиническая поликлиника №», согласно которой истцу был выставлен диагноз: COVID-19, вирус идентифицирован (U07.1) после взятия мазка из носо- и ротоглотки на коронавирус.

В выписке отражено, что ФИО3 болеет с ДД.ММ.ГГГГ, когда появились жалобы на повышение температуры до 37,8 С, головную боль, общую слабость. ДД.ММ.ГГГГ вызвал врача на дом, было назначено лечение, которое принимает, отмечено улучшение состояния.

Таким образом, из указанного документа следует, что состояние здоровья ФИО3 в указанный им период позволяло ему проходить лечение на дому, не требовало его непременной госпитализации в медицинское учреждение. Доказательств того, что его состояние здоровья являлось критическим и граничащим с угрозой его жизни, стороной истца суду не представлено.

Кроме того, отмеченная болезнь COVID-19, на которую истец указывает как на стечение тяжелых жизненных обстоятельств, была выявлена у ФИО3 Г. в июне 2020 г., в то время как оспариваемое им соглашение датировано ДД.ММ.ГГГГ.

Доказательств того, что данное соглашение было изготовлено и подписано сторонами в дату, отличающуюся от указанной в нем даты совершения соглашения, сторона истца не представила.

Проведенной по делу по ходатайству стороны истца судебной технической экспертизой, выполненной экспертом ФБУ «Тюменская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации», подписание соглашения от ДД.ММ.ГГГГ в иную дату, чем указано в самом соглашении, не подтверждено.

При этом эксперт указал в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, что определить в Соглашении от ДД.ММ.ГГГГ о совместном проживании и ведении общего хозяйства, заключенном между ФИО3-<данные изъяты> и ФИО4 <данные изъяты>, датированном ДД.ММ.ГГГГ, время выполнения печатного текста, подписей и удостоверительных записей от имени ФИО3-<данные изъяты> и ФИО4 <данные изъяты>, соответственно, время выполнения данного документа в целом, в частности, установить, соответствует ли время выполнения указанных реквизитов и в целом документа указанной в нем дате – ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным по причинам непригодности представленного на исследование материала для оценки времени выполнения по имеющимся и примененным методикам.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

По настоящему делу, экспертиза проведена компетентными экспертами, в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в том числе в судебном заседании.

Оценивая указанное экспертное заключение, суд принимает во внимание, что эксперт, проводивший экспертизу имеет необходимые для производства подобного рода исследований образование, квалификацию, специальность, стаж работы по специальности, что подтверждается дипломом о высшем образовании, сертификатами, удостоверениями, доказательств наличия прямой или косвенной заинтересованности в исходе данного дела не приведено, до начала производства экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, что указано в экспертном заключении и соответствует требованиям ст. 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение эксперта является полным, основано на всестороннем исследовании материалов дела, соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, наглядно сопровождено фотоматериалами, сделанные в результате исследования выводы, соответствуют поставленным судом вопросам.

В судебном заседании представителем истца заявлялось ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы, с указанием на различные нарушения, допущенные экспертами при проведении оспариваемого исследования, а также с указанием на неполноту и необоснованность выводов экспертов.

В подтверждение доводов о необходимости проведения дополнительной судебной экспертизы сторона истца представила заключение (рецензию) № ЛМ-025-9/46-2 от ДД.ММ.ГГГГ, составленное специалистом ФИО12

К указанному заключению специалиста суд относится критически, поскольку данная рецензия не является надлежащим доказательством, опровергающим выводы судебной технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Объектом исследования специалиста ФИО12 являлось непосредственно заключение эксперта, а не обстоятельства и время подписания соглашения от ДД.ММ.ГГГГ. Доводы специалиста о не полном соблюдении методики исследования в заключении судебной экспертизы носят предположительный характер, не основаны на объективных данных. Замечания специалиста относительно формы и структуры экспертного заключения (например, порядка поручения проведения экспертизы эксперту) являются его частным мнением, не основанным на объективных данных, установленных судом в ходе исследования всей совокупности доказательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 87 ГПК РФ, В случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Вместе с тем, представителем истца при заявлении ходатайства о назначении дополнительной экспертизы не представлено суду ни каких мотивированных доказательств и не приведено доводов тому, в чем именно заключается неполнота заключения судебной технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Представленная стороной истца рецензия на экспертное заключение также не дает ответа на данный вопрос.

Заявляя соответствующее ходатайство, представитель истца фактически указывает на его несогласие с выводами в заключении судебной экспертизы, которое само по себе основанием для назначения по делу дополнительной экспертизы не является. Судебный эксперт ФИО13 ответила на все предложенные сторонами и поставленные судом в определении от ДД.ММ.ГГГГ вопросы в точном соответствии с их формулировкой. Противоречия в выводах эксперта отсутствуют.

Таким образом, ФИО3 не представлено относимых и допустимых, достоверных и достаточных доказательств того, что оспариваемое соглашение от ДД.ММ.ГГГГ заключено под влиянием тяжелых обстоятельств, преодолеть которые было невозможно иначе как посредством заключения указанного Соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, и ответчик знала о данных обстоятельствах и воспользовалась ими.

Заключая соглашение, Джавадов Б.А.Г. действовал по своему усмотрению, своей волей и в своем интересе, согласившись на заключение соглашения о совместном проживании и ведении общего хозяйства на указанным в нем условиях. Доказательство того, что его действия на момент самостоятельного подписания соглашения, не зависимо от времени (даты) такого подписания, не соответствовали его действительному волеизъявлению, либо что он на тот момент не мог понимать значения своих действий, истец не представил.

Само по себе определение судьбы имущества, приобретенного в период совместного проживания, как общего имущества истца и ответчика о кабальности сделки не свидетельствует. Гражданское законодательство не требует обязательной эквивалентности вклада одного из участников общей собственности для признания его права на общее имущество и для признания действительности соглашения о возникновении общей собственности между его участниками.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований ФИО3 о признании недействительной кабальной сделки и, как следствие, применении последствий недействительности сделки не имеется.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

Согласно п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного кодекса.

В силу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно абзацу 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

О наличии между ней и ФИО3 соглашения о совместном проживании и ведении общего хозяйства от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 заявила в исковом заявлении, поступившем в суд ДД.ММ.ГГГГ.

С настоящим иском в суд представитель истца обратился в суд по почте ДД.ММ.ГГГГ, то есть за пределами срока исковой давности, предусмотренного ст. 181 ГК РФ. О восстановлении пропущенного срока исковой давности сторона истец не просила, соответствующих доказательств наличия оснований для восстановления срока не представила.

Учитывая изложенное, пропуск истцом срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении его исковых требований.

Поскольку в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано, в соответствии со ст.98 ГПК РФ не подлежат удовлетворению и его требования о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

Исковое заявление ФИО3-<данные изъяты> к ФИО4 <данные изъяты> о признании соглашения кабальной сделкой, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в суд <адрес>-Югры в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи жалобы через Сургутский городской суд <адрес>-Югры.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий подпись И.ФИО5

КОПИЯ ВЕРНА ДД.ММ.ГГГГ

Подлинный документ находится в деле №

СУРГУТСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА ХМАО-ЮГРЫ

Судья Сургутского городского суда ХМАО-Югры

__________________________________И.ФИО5.