Апелляционное определение № 33-827/2026 от 6 апреля 2026 г.

Судья Лаптева К.Н. дело № 33-827/2026

дело № 2-4889/2025

УИД 12RS0003-02-2025-004660-13


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 7 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Марий Эл в составе:

Председательствующего Халиулина А.Д.,

судей Лоскутовой Н.Г. и Кольцовой Е.В.,

при секретаре Ивановой С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 21 октября 2025 года, которым постановлено отказать в удовлетворении искового заявления ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора V625/0018-0558069 от 24 июня 2024 года, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Марий Эл Кольцовой Е.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО), в котором просит признать недействительным кредитный договор V625/0018-0558069 от 24 июня 2024 года, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1

В обоснование заявленных требований указано, что 24 июня 2024 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор V625/0018-0558069, по условиям которого истцу ответчиком был выдан кредит на сумму 821199 руб. под 23,5 процентов годовых на срок 60 месяцев. Указанный договор был заключен с использованием электронного приложения банка, денежные средства банком перечислены на счет ФИО1 Однако в отношении ФИО1 были совершены мошеннические действия ФИО3, ФИО1 предоставил ей доступ к своему банковскому приложению и передал ей полученные от банка деньги, заключив сделку под влиянием обмана, указанная сделка является ничтожной.

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование доводов жалобы указано, что кредитный договор заключен ФИО1 под влияние обмана со стороны ФИО3 и денежными средствами ФИО1 не пользовался. Оспариваемый договор заключен ФИО1 с пороком воли. ФИО3 обещала помочь ФИО1 с оформлением документов для получения кредита для развития бизнеса на большую сумму, взяв его телефон, самовольно оформила на ФИО1 оспариваемый кредит, обманным путем вынудила ФИО1 передать ей все полученные денежные средства, заявив, что за счет этих средств будет погашать полученный кредит. У ФИО1 не было цели получать кредит в банке в размере 821000 руб. ФИО1 передал ФИО3 денежные средства в состоянии заблуждения, против его воли. Вывод суда о том, что ФИО1 самостоятельно распорядился денежными средствами не соответствует действительности. Указывает, что заключенный в результате обмана или иных неправомерных действий договор является ничтожным. Материалами уголовного дела подтверждается факт заключения договора в результате обмана. Полагает, банком не предприняты мероприятия, необходимые для выявления действительного волеизъявления потребителя. Банком не была проведена надлежащая проверка предоставленных при получении кредита сведений, также не учтена кредитная нагрузка ФИО1 Судом неверно применены положения о сроке давности. Полагает, началом течения срока исковой давности является октябрь 2024 года, когда прекратились платежи по погашению кредита.

В возражениях Банк ВТБ (ПАО) приводит доводы в поддержку решения суда, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Заслушав пояснения представителя Банка ВТБ ФИО4, просившего решение суда оставить без изменения, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

На основании пункта 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 24 июня 2024 года между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор V625/0018-0558069, по условиям которого истцу ответчиком был выдан кредит на сумму 821199 руб. под 23,5 процентов годовых на срок 60 месяцев. Указанный договор был заключен с использованием электронного приложения банка, денежные средства банком перечислены на счет ФИО1, откуда ФИО1 их переместил, распорядившись ими по своему усмотрению.

В ходе рассмотрения дела, в том числе из пояснений ФИО1 в рамках уголовного дела и гражданского дела установлено, что ранее ФИО1 желая улучшить свою кредитную историю и получить кредит для развития бизнеса, познакомился с ФИО3 Совместно с ФИО3 и по ее советам ФИО1 взял несколько банковских кредитов, денежные средства передал ФИО3, в настоящее время является потерпевшим по уголовному делу. В рамках оспариваемого кредитного договора ФИО1 встретился с ФИО3 в кафе, где предоставил ей доступ к своему телефону и приложению Банка ВТБ (ПАО), через которое ФИО3 при нем оформила для него указанный кредит, полученные денежные средства ФИО1 передал ФИО3 По данным обстоятельствам ФИО1 обратился в полицию, возбуждено уголовное дело, по которому он признан потерпевшим, ведение которого не окончено.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, руководствуясь положениями гражданского законодательства, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел в выводу, что имелось волеизъявление ФИО1 на заключение кредитного договора, доступ к телефону и банковскому приложению помимо его воли не был утрачен, в нарушение условий банковского обслуживания добровольно передан им в его присутствии иному лицу для заключения оспариваемого договора, где ФИО1 присутствовал при его заключении, знал о подписании договора через его приложение и от его имени, предоставлении банком кредитных денежных средств, не был лишен возможности узнать о его условиях, как при его заключении, так и впоследствии после зачисления денежных средств, поскольку впоследствии доступ к телефону и приложению не был им утрачен. ФИО1 кредитные денежные средства банку не возвратил, снял и передал полученные денежные средства иному лицу, длительное время (более 1 года) кредитный договор не оспаривал. Ранее им также заключались иные сделки с той же целью. Недобросовестными в рамках оспариваемой сделки в отношении банка являлись, в том числе, действия ФИО1, совершавшего действия для искусственного формирования кредитной истории.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях относительно нее.

Основания признания сделок недействительными определены в статьях 166 – 179 ГК РФ. При этом, обращаясь с требованием о признании кредитного договора недействительным, ФИО1 ссылался на его заключение под влиянием заблуждения и обмана со стороны ФИО3

В определенных случаях возможность оспаривания сделок законодатель связывает с необходимостью оценки поведения другой стороны сделки, допуская признание ее недействительной, только если контрагент знал или должен был знать о порочности (например, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также позволяет сохранить сделку и даже в исключительных случаях признать ничтожную сделку действительной, если устранение обстоятельств порочности является возможным (пункт 4 статьи 178, пункт 2 статьи 171 и пункт 2 статьи 172 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно).

Судом установлено, что 24 июня 2024 года между ФИО1 как заемщиком и Банком ВТБ (ПАО) заключен кредитный договор V625/0018-0558069 на сумму 821199 руб.

Данный кредитный договор заключен с использованием электронного приложения банка, денежные средства перечислены на счет ФИО1, откуда ФИО1 их самостоятельно снял наличными и распорядился ими по своему усмотрению.Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и стороной истца не оспариваются.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2025) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25 апреля 2025 года) с учетом положений закона о сделке как о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, если ответчик приводит доводы об обстоятельствах заключения кредитного договора от его имени без его участия неустановленным лицом с использованием мобильного приложения банка, то эти доводы должны получить правовую оценку суда.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц). В этой связи, надлежало установить, действовал ли банк с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, которые ожидались от него как от профессионального участника гражданского оборота.

При решении вопроса о недействительности кредитного договора, заключенного с использованием мобильного приложения банка дистанционно, обстоятельствами, имеющими значение для рассмотрения дела, являются наличие волеизъявления лица, от имени которого заключена сделка, цель заключения, способность лица влиять на условия сделки, а также оценка последующих действий заемщика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе. Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 ГК РФ.

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 имел намерения на заключение кредитного договора, в присутствии ФИО3 открыл приложение Банка ВТБ, передал ей свой сотовый телефон, ФИО3, действуя от имени ФИО1 и в его присутствии, оформила заявку на кредит, которую банк одобрил, оформила кредит. На следующий день ФИО1 снял денежные средства в банкомате и передал ФИО3

При этом установленные обстоятельства оформления кредита не дают основание полагать, что Банком при его одобрении и перечислении денежных средств, не были предприняты достаточные и обязательные меры, обеспечивающие безопасность сделки для заемщика.

В нарушение статьи 56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств осведомленности банка об отсутствии воли истца на заключение кредитного договора и получение денежных средств.

При оформлении кредитного договора у банка отсутствовали основания полагать, что данные действия происходят без согласия истца, либо производятся третьими лицами помимо воли ФИО1, поскольку операции по заключению кредитного договора, совершены из личного кабинета Банка ВТБ с мобильного устройства истца без сведений об изменении условий доступа (перемена номера, ip адреса, быстрый перевод денежных средств на иной счет).

При этом ответственность банка за совершение третьими лицами операций с использованием конфиденциальной информации, добровольно и осознанно сообщенной клиентом банка третьим лицам, не предусмотрена ни договором, ни нормами действующего законодательства.

Материальный ущерб истцу причинен не по причине ненадлежащего оказания ответчиком банковских услуг, а в связи с действиями иного лица, вступившего с истцом в доверительные отношения и завладевшего его денежными средствами путем обмана и злоупотребления доверием.

Действия банка по заключению кредитного договора основаны на волеизъявлении истца, обстоятельств, свидетельствующих о том, что при заключении договора банк нарушил право истца на получение полной и достоверной информации о порядке и об условиях предоставления суммы кредита, об условиях заключаемой сделки, перечне и размере всех платежей, связанных с получением, обслуживанием и возвратом кредита, судом не установлено.

Более того, из пояснений истца как по уголовному, так и по настоящему гражданскому делу следует, что он понимал и осознавал суть заключаемой сделки, ее правовые последствия в виде возникновения перед банком кредитных обязательств и сознательно согласился на ее заключение, имея личный интерес и цель, уверенность в достижении которой ему внушила ФИО3

Доказательств того, что при заключении оспариваемого кредитного договора истец был введен в заблуждение банком либо банк не обеспечил, материалы дела не содержат.

Тот факт, что ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу, безусловным основанием для признания кредитного договора недействительным, как заключенного вследствие мошеннических действий неустановленных лиц, не является. Необходимо наличие совокупности иных обстоятельств, доказывающих, что потерпевший действовал помимо своей воли, в интересах неизвестного ему лица, получившего незаконный доступ к дистанционным сервисам потерпевшего, при этом последний играл исключительно техническую роль при оформлении кредита (диктовал коды доступа, неосознанно предоставляя доступ к свои личным данным).

Таких обстоятельств по настоящему делу не установлено, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, заявленных ФИО1 к ответчику Банку ВТБ (ПАО).

По доводам жалобы о неверном применении положений о сроке давности судебная коллегия приходит к следующему.

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено ходатайство о применении пропуска срока исковой давности.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статья 200 ГК РФ).

В силу части 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применения последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку судом не установлены факты введения истца в заблуждение со стороны ответчика, а также иные обстоятельства, влекущие недействительность сделки, имевшие место в течение года до подачи настоящего иска в суд – 26 августа 2025 года, суд первой инстанции верно установил, что срок исковой давности для признания оспоримой сделки от 24 июня 2024 года недействительной и применения последствий ее недействительности истцом пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Уважительных причин для восстановления срока исковой давности стороной истца не заявлялось и не представлено.

Учитывая отсутствие оснований для признания спорного договора недействительным, а также пропуск срока исковой давности, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований ФИО1 о признании договора кредитного договора недействительным.

На основании изложенного, решение суда признается законным и обоснованным, оснований для отмены или изменения решения по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 21 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Председательствующий А.Д. Халиулин

Судьи Н.Г. Лоскутова

Е.В. Кольцова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 апреля 2026 года.