Решение № 2-132/2024 2-132/2024(2-2404/2023;)~М-2309/2023 2-2404/2023 М-2309/2023 от 6 февраля 2024 г. по делу № 2-132/2024

гр.дело №2-132/2024

№

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 февраля 2024 года г. Буденновск

Буденновский городской суд Ставропольского края

в составе: председательствующего судьи Соловьевой О.Г.,

при секретаре судебного заседания Литвиновой С.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2, действующей на основании доверенности № от 03.11.2023 г.,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, действующей на основании доверенности № от 10.11.2023 г.,

третьего лица – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности произвести демонтаж камеры видеонаблюдения,

установил:

ФИО1 обратился в Буденновский городской суд с иском, в котором указал, что он является собственником домовладения, расположенного по адресу: <адрес>. Его соседом по земельному участку и домовладению по адресу: <адрес> является ответчик ФИО3 Ответчик установил на фронтоне здания на высоте, позволяющей видеть и следить за его участком, на принадлежащем ему жилом доме несколько видеокамер, одну из которых закрепил на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли, другую разместил между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 м от поверхности земли. Установленные камеры были направлены на принадлежащий ему на праве личной собственности земельный участок, а именно двор, расположенный по адресу: <адрес> фиксировали все, что происходит на принадлежащей ему территории, что является нарушением неприкосновенности частной жизни. По данному факту было составлено обращение в территориальный отдел администрации Буденновского муниципального округа <адрес>. В ответе на обращение, 03.10.2023 года исх. № ему разъяснено право на обращение в суд с гражданским иском для защиты свобод и законных интересов. Ответом на заявление в Отдел МВД России «Буденновский» так же было рекомендовано обратиться в суд в частном порядке, поскольку усматриваются гражданско-правовые отношения. Поскольку вышеуказанные камеры видеонаблюдения имеют поворотные шарниры, они могут быть настроены под разные углы наклона, в том числе и такие, когда будут обеспечивать видеофиксацию территории принадлежащего ему участка на уровне выше его ограждения, а осуществление видеоконтроля за территорией, относящейся к земельному участку, где находится жилой дом другого лица, в отсутствие правовой основы и законной цели, представляет собой серьезное вмешательство в частную жизнь, независимо от того, осуществляется ли при этом сбор и использование информации о частной жизни этого лица. Полагает, что ответчик, установив камеры видеонаблюдения на принадлежащем ему на праве собственности жилом доме, осуществляет сбор информации против него, его семьи (у них с супругой имеется несовершеннолетнюю дочь, проживающая с ними) и его родственников, вторгаясь в его личную жизнь.

Просил обязать ФИО3 демонтировать видеокамеры, расположенные на жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли и между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 м от поверхности земли;

В ходе рассмотрения дела, истцом в порядке ст.39 ГПК РФ исковые требования были уточнены по тем основаниям, в процессе судебного разбирательства одна из камер была демонтирована, однако в стене постройки, принадлежащей ФИО3, осталось отверстие, которое в любой момент может быть использовано для повторного монтажа видеокамеры.

В уточненных исковых требованиях просит:

обязать ответчика ФИО3 демонтировать видеокамеру, расположенную на жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли;

обязать ответчика ФИО3 основательно заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 м от поверхности земли, с целью предотвращения в дальнейшем повторной установки видеокамеры;

взыскать с ответчика ФИО3 компенсацию судебных расходов по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в размере 300 рублей.

Определением суда от 18.12.2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора привлечена ФИО5, как сособственник жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что на жилом доме, принадлежащим ФИО3, последним было сначала установлено две видеокамеры направленные на домовладение Захарян. Считая, что установкой видеокамер нарушаются его права на частную жизнь он обращался в Отдел МВД России «Буденновский». Затем, после прихода участкового, одну видеокамеру, установленную между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 метра убрали, но осталось отверстие, где она крепилась и возможна повторная установки видеокамеры. Другая видеокамера расположенная на верхнем участке бокового фасада жилого дома, принадлежащего ФИО3 находится на прежнем месте, что подтверждается фотографиями. Между ним и ФИО3 сложились неприязненные отношения.

Представитель истца ФИО2, в судебном заседании исковые требования истца поддержала, пояснив, что камера на фасаде является поворотной и то, что она не поворотная, ответчиком не доказано. Однако на фотографиях, предоставленных и истцом и ответчиком, усматривается, что камера повернута в разные стороны, при этом установлена в одном месте. Камера поворотная, а значит, если в данный момент она отвернута, то в любой момент может быть направлена во двор истца. Это может сделать сам ФИО3 и его сын, который в судебном заседании путался в показаниях, утверждал, что камеры монтировал он сам, потом менял показания и утверждал, что вызывал специалиста по установке камер. Говорил, что повернул камеру после визита участкового, а потом утверждал, что взял инструменты, демонтировал камеру и переустановил её на другое место. Что касается доводов по тому, что запись с видеокамер не выкладывается в сеть Интернет, так свидетель ответчика не отрицал, что теоретически это возможно и то, что записи не выложены, это всего лишь дело времени. Кроме того, тот факт, что личная жизнь семьи Захарян, имеющих несовершеннолетнюю дочь, уже находится в поле зрения соседей, которые являются совершенно посторонними и чужими людьми, говорит о нарушении неприкосновенности частной жизни. Истцы не могут спокойно жить и пользоваться своим имуществом, двором, домом, находясь под прицелом видеокамер под наблюдением абсолютно посторонних людей - соседей. Тем более, что сосед имеет судимость, он данный факт подтвердил в предоставленной истцом видеозаписи. Доводы ответчика о том, что камеры установлены для якобы защиты от проникновения извне тоже несостоятельны. Поскольку, чтобы следить за границами своего участка, как утверждает ответчик, выходящими на пустырь, во дворе ответчика имеется много других мест, более удобных для установки видеокамеры с целью предотвращения проникновения. При этом, огороды ответчика выходят вовсе не на пустырь, как утверждает представитель ответчика, а на такие же огороды других частных домов, расположенных на параллельной улице. Камеры установлены намеренно во двор истца, поскольку между сторонами возник конфликт за несколько месяцев до установки видеокамер и ФИО3 установил их с целью, известной ему одному - возможно следить за соседями, возможно как-то вредить. Истец обратился в суд за защитой своих прав в части нарушения неприкосновенности частной жизни.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился – будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания,

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных ФИО1 требований, так как установка системы видеонаблюдения произведена в целях обеспечения личной безопасности и безопасности членов семьи ФИО3 Расположенный на участке жилой дом истцов обзором видеокамер не охватывается, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.09.2023 года вынесенным участковым Мхитарян. При этом, в постановление об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что согласно рапорта УУП М.С.М. в ходе визуального осмотра установлено, что одна из камер видеонаблюдения демонтирована, а другая перевешена в другом направлении. Ни одна из камер не направлена на участок истца, что опровергает доводы истца об умышленном сборе и хранении ответчиком информации о личной и семейной жизни Захарян. Из предоставленного фотоматериала видно, что обзор камер направлен на земельный участок ответчика, а не на участок истца. Угол её обзора не позволяет ей фиксировать происходящее на земельном участке и в жилом домеистца. Обзором камеры ни вход в жилой дом истца, ни окна жилого дома не фиксируются. Доводы истцов о том, что ответчик имеет возможность при желании развернуть установленные видеокамеры и производить съемку принадлежащей истцам территории, имеют предположительный характер, на момент же рассмотрения дела по существу факт нарушения прав и законных интересов истца со стороны ответчика не доказан и не подтверждается какими-либо доказательствами о таких действиях ответчика. Истцом было представлено доказательств, подтверждающих, что ответчик, установив камеру видеонаблюдения на принадлежащий ему на праве собственности отдельно стоящий жилой дом, осуществляет сбор, хранение и распространение информации против истца, ее родственников и знакомых, вторгаясь в их личную жизнь. Требование об обязании ответчика заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухней считают не законным, не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, так как никакой летней кухни у ФИО3 нет. Заявленные требования истцом приводят к ущемлению прав ответчика на пользование, владение и распоряжение принадлежащим ему имуществом.

Третье лицо, не заявляющий самостоятельных требований – ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленный ФИО1 требования, пояснив, что у них достаточно доказательств, подтверждающих о том, что на жилом доме ответчика установлена камера, производящая видео съемку двора, принадлежащего Захарян. Имеются фотографии, где четко показано направление камеры, она смотрит к ним во двор. При этом они могут повернуть камеру для съемки в любом направлении.

19 июня, когда она работала в огороде на своем участке, ФИО3 кинул через забор кусок земли, который попал ей в голову и причинил телесные повреждения, что подтверждается картой вызова «скорой помощи». Она полагает, что направление для удара он выбрал с помощью видеокамеры, предвари тельно посмотрев место её нахождение.

Выслушав истца, его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО4, третье лицо ФИО5, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями главы 8 ГК РФ защищаются неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, не отчуждаемые и не передаваемые иным способом.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ, к нематериальным благам, подлежащим защите, относится личная и семейная <данные изъяты>.

Согласно ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность жизни, личную и семейную <данные изъяты>, защиту своей чести и доброго имени. Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Часть 1 ст. 24 Конституции РФ запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия.

Согласно п. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса РФ не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Из материалов гражданского дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес>.

Собственником смежного по правой меже земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес> является ответчик ФИО3

Как следует из Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.09.2023 г., вынесенного УУП ОУУП И ПДН отдела МВД России «Буденновский» М.С.М., по заявлению ФИО5, в ходе проверки, проведенной в порядке ст.ст.144.145 УПК РФ (КУСП № от 17.09.2023 г.), ФИО5 пояснила, что 17.09.2023 года, она находилась у себя дома, примерно в 8 часов 00 минут, она вышла во двор и увидела у соседа ФИО3 на домовладении между стеной и шифером крыши вмонтированную камеру видеонаблюдения, которая смотрит в их двор, данная стена домовладения расположена у них во дворе, также у него еще вмонтирована камера на верху крыши летней кухни, которая также направлена на их двор. ФИО3 установкой своих камер видеонаблюдения, которые направлены в их двор нарушает правила установок видеокамер без согласия ФИО5 так как ведется наблюдение за их частной жизнью.

Опрошенная Л.Л.В. (супруга ФИО3) пояснила, что 01.08.2023 года, им установили видеокамеры. 2 из которых стоят на улице, одна камера установлена в огороде и одна камера муляж стояла на домовладении под крышей, которая не осуществляла видеосъёмку, а стояла с целью отпугивания воров. 17.09.2023 года, к ней пришли сотрудники полиции и пояснили, что одна из камер со слов ФИО5 направлена на их двор и домовладение. Камера которая была установлена под крышей не осуществляла видеосъёмку, также пояснила, что камера была снята с крыши убрана в дом.

Согласно рапорта УУП М.С.М. опросить ФИО3 не представилось возможным, поскольку последний плохо себя чувствовал в связи с чем от дачи объяснений отказался, при этом пояснил, что видеокамеру он убрал и двор ФИО5 не снимал. Также в ходе визуального осмотра установлено, что одна из камер видеонаблюдения демонтирована, а другая перевешена в другом направлении.

В ходе сбора материала проверки осмотр места происшествия не производился, так как Л.Л.В. от проведения осмотра места происшествия отказалась.

Постановлено: Отказать в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО5 в отношении ФИО3, по ч. 1 ст. 330 УК РФ, на основании п. 2, ч. 1, ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. ФИО5 рекомендовано обратится в суд в частном порядке (л.д.9-10).

К сбору и обработке фото- и видеоизображений применим Федеральный закон от 27.07.2006 №152-ФЗ "О персональных данных", предусматривающий следующее: персональными данными является любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3), что включает фото- и видеоизображение человека.

Согласно статье 2 данного Федерального закона его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>.

Обработка персональных данных осуществляется с согласия на это субъекта (п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона), в связи с чем, получение фото- и видеоизображений людей путем установки видеокамер, обработка биометрических персональных данных могут осуществляться только при наличии согласия в письменной форме (ч. 4 ст. 9) субъекта персональных данных (ст. 11 Федерального закона).

Одной из основополагающих конституционных гарантий является неприкосновенность частной собственности, в том числе и собственности на недвижимое имущество и земельные участки (ст. ст. 34, 35 Конституции Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 15 Земельного кодекса РФ собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретенные гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

В силу положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ч. 1 ст. 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускается только с согласия этого гражданина. Такого согласия не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

Согласно ч. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни. Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Свидетель Л.А.М. в судебном заседании показал, что ФИО3 является его отцом. 2 августа 2023 г. были установлены три камеры с целью безопасности его родителей. Две камеры установлены на улице и одна камера смотрит в огород, потому - что в огороде у них проходной двор там имеются пустые места, есть выход на трассу, были случаи, когда там ходили чужие люди. Камера, которая установлена в огород, обозревает дом родителей, сараи, огород. Он также просматривает видеозаписи с камер видеонаблюдения. К Интернету видеокамеры не подключены. Они жестко установлены, у них нет электропривода для поворота. Камеру сначала установил специалист, которого приглашал он, а потом он сам её переустанавливал. Приблизительно в сентябре 2023 года приходил Участковый и сказал, что Захарян пожаловались, что камера «цепляет» их огород. Участковый просмотрел видеозапись увидев, что на ней видно забор и край огорода соседей, попросил её повернуть. Он немного повернул-перевесил камеру, чтобы оставался обзор двора его родителей. Больше никакой камеры не было. На короткое время устанавливался муляж с подсветкой под крышей, потом его убрали. Запись с видеокамер они не выкладывали в Интернет, но теоретическая возможность такая имеется.

Свидетель Б.В.И. в судебном заседании показал, что в 2023 году он являлся участковым уполномоченным полиции Отдела МВД России «Буденновский» в <адрес>. Конкретно число он не помнит, приходил материал по заявлению ФИО1 о том, что на камеры видеонаблюдения попадает их домовладение. Он выехал на место к семье Л-вых, у них находился их сын Л.А.М. Пояснив причину своего приезда, он через монитор осмотрел видеозапись с камеры увидел, что камера смотрит в дерево, там листья и ничего не видно, но когда листья начнут опадать - двор Захарян будет виден. Он попросил, чтобы перекрутили камеру так, чтобы был обзор только их двора. Пока он опрашивал Л-вых, сын стал устранять камеру. Конкретно он не видел, чтобы камеру перевесили и монитор потом не просматривал. Потом было другое заявление в отношении второй камеры, находящейся в проходе, в стене, но когда он приехал, камеры уже не было. Он попросил показать камеру – это был муляж, в ней был лазер и он попросил больше её не вешать, чтобы не провоцировать соседей.

Показаниями свидетелей подтвержден факт нахождения видеокамеры на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли по адресу: <адрес>.

Давая оценку представленным стороной ответчика фотографиями, суд находит их достоверными, однако они не подтверждают, что в обзор видеокамеры, установленной ФИО3 не попадает территория домовладения Захарян.

Как следует из показаний свидетеля Л.А.М., свидетеля Б.В.И., первоначально с камеры, расположенной на верхнем участке бокового фасада жилого дома ФИО3 на высоте примерно 5 м, просматривалась часть территории домовладения ФИО1 Однако, потом каких-либо доказательств, что с указанной видеокамеры перестала просматриваться территории домовладения ФИО1 и что её невозможно вновь повернуть к просмотру как прежде, ответчиком, в нарушение ст.56 ГПК РФ, не представлено.

Также в ходе рассмотрения свидетель Л.А.М. пояснил, что запись с видеокамер не выкладывается в сеть Интернет, при этом не отрицал, что теоретически это возможно.

Обращаясь за защитой своего права, истец мотивировал тем, что такое размещение ответчиком видеокамер и видеонаблюдения за принадлежащей ему территорией, ответчик без его согласия имеет постоянный доступ к частной жизни, имеет возможность фиксировать время прихода и ухода ФИО1 и членов его семьи, а также лиц, посещающих его домовладение.

Оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, проанализировав их, суд приходит к выводу, что, установив камеру видеонаблюдения на жилом доме по адресу: <адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли, направленную в сторону огорода своего домовладения и видеообзором захватывающую территории земельного участка по адресу: <адрес>, ФИО3 допустил нарушение личных неимущественных прав истца - права на неприкосновенность частной жизни, так как ответчик имеет непосредственную возможность вести запись указанной территории и лиц находящихся на ней, фиксировать их и использовать в дальнейшем, при недоказанности со стороны ответчика о необходимости законного сбора сведений о частной жизни ФИО1 и членах его семьи. В связи с чем, суд находит требования истца в части обязать ФИО3 демонтировать видеокамеру, расположенную на жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Рассматривая требования истца в части: обязать ФИО3 основательно заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 метра от поверхности земли, с целью предотвращения в дальнейшем повторной установки видеокамеры, суд приходит к следующему.

В силу положений части 1 статьи 3 и части 1 статьи 4 ГПК РФ обязательным условием реализации права на судебную защиту является указание в заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца. На основании части 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации защите подлежит только нарушенное право.

Истец ФИО1 заявляя требование к ФИО3 - обязать основательно заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 метра от поверхности земли, с целью предотвращения в дальнейшем повторной установки видеокамеры, не приведено каких-либо обстоятельств нарушения ответчиком прав истца, в то время как в силу положений ч. 1 ст. 3 ГПК РФ именно нарушение или угроза нарушения прав, свобод или законных интересов лица является обязательным условием реализации права на его судебную защиту. При этом, наступление негативных последствий для истца только предполагается, а защита права на будущее время не допускается. Согласно части 1 статьи 209 ГПК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Заявленные требования истцом приводят к ущемлению прав ответчика на пользование, владение и распоряжение принадлежащим ему имуществом.

Поскольку наличие нарушенного права, подлежащего судебной защите, истцом не доказано, то данное обстоятельство также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, защита прав на будущее время подобным способом не предусмотрена нормами права, не соответствует задачам гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, в исковых требованиях ФИО1 к ФИО3: обязать основательно заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 метра от поверхности земли, с целью предотвращения в дальнейшем повторной установки видеокамеры – следует отказать.

В силу п.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно чек-ордера ПАО Сбербанк Ставропольское отделение № от 29.11.2023 г., ФИО1 при подаче иска в суд уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей (л.д.13).

Истцом заявлено два требования неимущественного характера, одно из которых удовлетворено, в удовлетворении второго отказано.

Учитывая принцип пропорциональности возмещения судебных расходов, с ФИО3 следует взыскать в качестве компенсации понесенных расходов по уплате государственной пошлины при подаче искового заявления в размере 150 рублей, отказав в удовлетворении взыскания в размере 150 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности произвести демонтаж камеры видеонаблюдения - удовлетворить частично.

Обязать ФИО3 демонтировать видеокамеру, расположенную на жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>, на верхнем участке бокового фасада здания на высоте примерно 5 м. от уровня земли.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 обязать основательно заделать отверстие между стеной и крышей своей летней кухни на высоте примерно 3 метра от поверхности земли, с целью предотвращения в дальнейшем повторной установки видеокамеры – отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию судебных расходов по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в суд в размере 150 (сто пятьдесят) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Буденновский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 09 февраля 2024 года.

Судья: Соловьева О.Г.