Решение № 2-1161/2018 2-1161/2018~М-173/2018 М-173/2018 от 28 октября 2018 г. по делу № 2-1161/2018

Дело № 2-1161/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> 29 октября 2018 года

Новоспасский районный суд Ульяновской области в составе:

судьи Дементьевой Н.В.,

при секретаре Солтановой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному учреждению администрации муниципального образования «Кузоватовский район» Ульяновской области, комитету по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации муниципального образования «Кузоватовский район» Ульяновской области о признании права собственности на жилой дом и земельный участок,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в Новоспасский районный суд Ульяновской области с иском к МУ администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области, комитету по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области о признании права собственности на жилой дом и земельный участок. В обоснование заявленных требований указала, что после смерти её мужа ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ открылось наследство в виде земельного участка площадью 700 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес><адрес><адрес>. Земельный участок был предоставлен ФИО3 под строительство жилого дома на основании решения исполнительного комитета Кузоватовского районного Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ Еще до заключения брака, но в период совместного проживания истцу для строительства Кузоватовский леспромхоз продал здание диспетчерской, а также на свое имя она приобрела строительные материалы. Возведение жилого дома истец осуществляла в период брака с ФИО3. Строительство велось на отведенном супругу ФИО3 вышеуказанном земельном участке. После смерти мужа истец с заявлением о вступлении в наследство к нотариусу не обращалась, но фактически приняла наследство мужа. Это выразилось в том, что истец продолжила пользоваться земельным участком, приняла меры к сохранности имущества, принадлежащего умершему ФИО3, продолжила строительство и благоустройство дома. В 2000 году на основании постановления Главы администрации <адрес> было осуществлено упорядочивание адресного хозяйства, и дому был присвоен новый адрес: <адрес>, <адрес> (ранее <адрес><адрес>). При этом, в постановлении спорная постройка значится принадлежащей истцу ФИО2. Все это время с 1991 года по сегодняшний день истец проживает в указанном жилом доме, содержит его, ремонтирует, оплачивает коммунальные услуги, возделывает земельный участок. Оформить право собственности на земельный участок и ввести жилой дом в эксплуатацию во внесудебном порядке истцу не предоставляется возможным по причине того, что после смерти мужа прошло более полугода, а жилой дом нельзя ввести в эксплуатацию по причине отсутствия правоустанавливающих документов на земельный участок и разрешения на строительство. В связи с чем, на основании норм действующего гражданского законодательства истец просит суд признать за ней право собственности в порядке наследования на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, р<адрес> и признать за ней право собственности на самовольную постройку – жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 41.1 кв.м (литА,А1) с принадлежностями к нему, расположенный по адресу: <адрес>

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, в заявлении от 13 сентября 2018 г. просила суд рассмотреть дело в её отсутствие, в соответствии с доверенностью № от ДД.ММ.ГГГГ доверила представлять свои интересы представителю ФИО4.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме на основании доводов, изложенных в исковом заявлении, просила суд признать за ФИО2 право собственности в порядке наследования на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, и признать за ней право собственности на самовольную постройку – жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 41.1 кв.м (литА,А1) с принадлежностями к нему, расположенный по адресу: <адрес>.

Представитель ответчика – администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области в судебное заседание не явился, глава администрации ФИО5 представил заявление № 2208 от 17.10. от 08.10.2018 года, в котором просил рассмотреть гражданское дело в отсутствие представителя администрации, решение по делу оставил на усмотрение суда.

Представитель ответчика - Комитета по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, извещен надлежащим образом. И.о. председателя комитета ФИО6 представила ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя комитета, решение оставляет на усмотрение суда.

Представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, начальник отдела правового обеспечения ФИО7 представила отзыв на исковое заявление № 10760 от 21.09.2018 г., в котором просила рассмотреть дело в отсутствие представителя Управления, решение оставила на усмотрение суда.

Представитель третьего лица - нотариус нотариального округа: Кузоватовский район Ульяновской области ФИО8 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление № 904/01-19 от 11 сентября 2018 года о рассмотрении гражданского дела в ее отсутствие и принятии решения по усмотрению суда.

Представитель третьего лица – Агентства государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, начальник отдела правового обеспечения ФИО9 представила отзыв на исковое заявление № 73-ИОГВ-10.02.01-12/434 от 18.09.2018 года, в котором указала о том, что оставляет решение по делу на усмотрение суда и просила рассмотреть дело без участия представителя Агентства.

Представитель третьего лица – филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил, возражений по иску, отзыв на исковое заявление не представил.

Представитель третьего лица – Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Татарстан и Ульяновской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался надлежащим образом, возражений по иску, отзыв на исковое заявление не представил.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки.

С учетом представленных в суд заявлений сторон о рассмотрении дела без их участия, отзывов представителей третьих лиц, содержащих заявления о рассмотрении дела без их участия, данных о надлежащем извещении всех участников процесса, суд полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд, выслушав представителя истца ФИО4, изучив письменные материалы дела, считает исковые требования законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является признание права.

В связи с чем, ФИО2 обратилась в суд в порядке искового производства с заявлением о признании за ней права собственности на объекты недвижимости, что не противоречит закону.

Согласно п. п. 4 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе, в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом, а также из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

В силу части 1 статьи 218 Гражданского Кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. ст. 1113 - 1114 ГК РФ со смертью гражданина открывается наследство, днем открытия наследства является день смерти гражданина.

По смыслу ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

На основании ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу ст. 1116 ГК РФ к наследованию призываются граждане, находящиеся в живых в день открытия наследства. Наследниками первой очереди по закону, в соответствии со ст. 1142 ГК РФ, являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно п. 1 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (п. 1 ст. 1154 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство либо путем совершения действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

В силу п. 2 ст. 1153 ГК РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

Под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Иной момент возникновения права установлен, в частности, для приобретения права собственности на недвижимое имущество в порядке наследования. Так, если наследодателю принадлежало недвижимое имущество на праве собственности, это право переходит к наследнику независимо от государственной регистрации права на недвижимость.

В соответствии со п. 1 ст. 59 Земельного кодекса Российской Федерации признание права на земельный участок осуществляется в судебном порядке. На основании п. 2 данной статьи судебное решение, установившее право на землю, является юридическим основанием, при наличии которого органы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним обязаны осуществить государственную регистрацию права на землю или сделки с землей в порядке, установленном Федеральным законом "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

Судом установлено, что предметом спора является наследственное имущество в виде земельного участка общей площадью 700 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>. Кроме того, предметом спора является объект самовольной постройки, возведенный на вышеуказанном земельном участке, площадью 41.1 кв.м (лит. А.А1) с принадлежностями к нему с кадастровым номером №, расположенный по тому же адресу.

Наследственное имущество в виде земельного участка открылось ввиду смерти наследодателя ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается исследованным в судебном заседании свидетельством о смерти серии II-ВА №, выданным отделом ЗАГС администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области ДД.ММ.ГГГГ, а также копией записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО2 претендует на наследственное имущество – земельный участок как наследник первой очереди, поскольку являлась женой наследодателя ФИО3, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии II-ВА №, выданным отделом ЗАГС администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области ДД.ММ.ГГГГ, а также записью акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, вступил в брак с ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После заключения брака ФИО10 присвоена фамилия ФИО11.

В качестве довода, обосновывающего требования о признании за ней права собственности в порядке наследования на спорный земельный участок, истец ФИО2 приводит то обстоятельство, что спорный земельный участок был предоставлен её умершему мужу ФИО3 под строительство жилого дома на основании решения исполнительного комитета Кузоватовского районного Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти мужа ФИО2 с заявлением о вступлении в наследство к нотариусу не обращалась, но фактически наследство мужа в виде спорного земельного участка приняла, поскольку продолжила пользоваться земельным участком, а также продолжила строительство и благоустройство жилого дома, расположенного на этом земельном участке, в котором в настоящий момент проживает.

Осуществление истцом строительства жилого дома на спорном земельном участке после смерти её мужа подтверждается копиями квитанций к приходным ордерам на приобретение строительных материалов и подключению жилого дома к водо- и газоснабжению. Так, согласно квитанции от ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 приобрела в Кузоватовском леспромхозе цемент, пиломатериал, кирпич. Согласно технических условий на водоснабжение от ДД.ММ.ГГГГ в 1996 году истец подключила возведенный жилой дом к водоснабжению, а согласно квитанции к приходному ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ уплатила 1500 рублей за газификацию жилого дома по <адрес> (согласно постановления главы администрации р.<адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ «Об упорядочивании адресного хозяйства» жилому дому <адрес> присвоен №).

Таким образом, факт того, что истец ФИО2 после смерти мужа ФИО3 фактически вступила в наследство на спорный земельный участок, нашел своё подтверждение в судебном заседании и подтверждается вышеизложенными доказательствами.

Между тем, нотариусом нотариального округа: Кузоватовский район Ульяновской области ФИО8 было отказано ФИО2 в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на спорный земельный участок ввиду того, что ею пропущен установленный законом срок для принятия наследства, а также по тому основанию, что после смерти ФИО3 нотариусом Кузоватовской нотариальной конторы ДД.ММ.ГГГГ было заведено наследственное дело и выдано свидетельство о праве на наследство на имущество гр. ФИО3, согласно которого наследником умершего ФИО11 является иное лицо.

Согласно сообщения нотариуса нотариального округа: Кузоватовский район Ульяновской области ФИО8 № 882/01-19 от 07.09.2018 г. наследственное дело №ДД.ММ.ГГГГ год к имуществу ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, уничтожено, но в архиве хранится свидетельство о праве на наследство по закону.

Согласно свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ наследником имущества ФИО3, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в целом является его мать ФИО12. Наследственное имущество, на которое выданно настоящее свидетельство состоит из автомашины марки ВАЗ-21011 1981 года выпуска.

Согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что после смерти ФИО3 в наследство вступили наследники первой очереди: его мать ФИО12 путем подачи заявления нотариусу о принятии наследства и его супруга – истец ФИО2 путем фактического принятия наследства. В соответствии с законом они обе имели право на наследство. Других наследников первой очереди судом не установлено. При этом, мать умершего ФИО3 – ФИО12 в установленном законом порядке получила свидетельство о праве на наследство по закону на автомобиль умершего, а истец ФИО2 фактически вступила в наследство на спорный земельный участок. В 2011 году ФИО12 умерла. В связи с чем, на данный момент истец ФИО2 является единственным наследником, принявшим наследство после смерти мужа ФИО3, что дает ей право претендовать на признание за ней права собственности на спорный земельный участок.

Судом также были проверены доводы истца о том, имела ли истец ФИО2 право вступить в права наследования на спорный земельный участок, и мог ли спорный земельный участок являться объектом наследственных прав.

Так, согласно решения исполнительного комитета <адрес> Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ наследодателю ФИО3 был выделен земельный участок площадью 700 кв.м под строительство жилого дома общей площадью 76,92 кв.м, в том числе жилой 39,72 кв.м в <адрес> как работнику ДРСУ. Приложением к решению является план размещения строений на земельном участке, утвержденный архитектором района.

Вид права, в соответствии с которым ФИО3 должен был владеть земельным участком, в решении не указан.

Согласно государственного акта на право пользования землей серии А-I № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного исполнительным комитетом Кузоватовского районного Совета народных депутатов, за землепользователем ФИО3 было закреплено в бессрочное и бесплатное пользование 0,07 гектаров земли в границах согласно плана землепользования. Земля предоставлена для строительства индивидуального жилого дома.

Согласно акта об отводе земельного участка в натуре (на местности) под строительство индивидуального жилого дома с надворными постройками от ДД.ММ.ГГГГ земельный участок для строительства индивидуального жилого дома был действительно представлен наследодателю ФИО3 по адресу: <адрес> (впоследствии <адрес>, <адрес>), площадь земельного участка 700 кв.м.

Из государственного акта на право пользования землей серии А-I № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного исполнительным комитетом Кузоватовского районного Совета народных депутатов, следует, что вид права, на котором гражданину ФИО3 был выделен спорный земельный участок – бессрочное и бесплатное пользование.

Между тем, Земельным кодексом РСФСР 1991 г., действующим на момент выделения наследодателю ФИО3 спорного земельного участка, круг лиц, которым на тот момент земельные участки могли предоставляться в постоянное (бессрочное) пользование, был определен иначе. К их числу были отнесены организации независимо от формы собственности (ст. 12). При этом Земельный кодекс РСФСР 1991 г. не предусматривал возможности предоставления земельных участков гражданам на таком праве.

В соответствии со 7 Земельного кодекса РСФСР от 25 апреля 1991 года, граждане РСФСР имели право по своему выбору на получение в собственность, пожизненное наследуемое владение или аренду земельных участков.

Статьей 64 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о земле, принятых Верховным Советом СССР 28 февраля 1990 года, также предусматривалось, что земельные участки для ведения личного подсобного хозяйства передаются по желанию граждан в собственность, пожизненное наследуемое владение местными Советами народных депутатов в соответствии с их компетенцией.

Следует отметить, что государственные акты на право пользования землей того образца, в котором он выдан наследодателю ФИО3, выдавались только организациям.

Таким образом, на основании изложенного суд полагает неправомочным и выданным в нарушении норм действующего на тот момент земельного законодательства государственный акт на право пользования землей, выданный наследодателю ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

Суд критически оценивает данный документ и не может принять его в качестве доказательства, подтверждающего выделение наследодателю ФИО3 спорного земельного участка на праве постоянного бессрочного пользования. При этом, факт выделения наследодателю спорного земельного участка для строительства индивидуального жилого дома действительно нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Таким образом, вид права, на котором наследодателю ФИО3 был предоставлен спорный земельный участок, определить невозможно.

В соответствии с п. 9.1 ст. 3 Федерального закона № 137 от 25.10.2001 г. «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» в случае, если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на земельный участок, предоставленный ему до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, такой земельный участок считается предоставленным указанному гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Поскольку спорный земельный участок не относится федеральным законом к земельным участкам, которые не могут предоставляться в частную собственность, суд полагает установленным тот факт, что спорный земельный участок был предоставлен наследодателю ФИО3 на праве частной собственности для индивидуального жилищного строительства.

В связи с чем, суд полагает установленным тот факт, что выделенный наследодателю ФИО3 для индивидуального жилищного строительства спорный земельный участок на день открытия наследства являлся объектом наследственных прав и входил в состав наследства, а истец ФИО2 имела право вступить в права наследования на спорный земельный участок после смерти мужа ФИО3 как наследник первой очереди и поскольку фактическое принятие ею наследства нашло свое полное подтверждение в судебном заседании, исковые требования в части признания за истцом ФИО2 права собственности в порядке наследования на спорный земельный участок подлежат удовлетворению в полном объеме.

Одним из исковых требований, заявленных истцом ФИО2 также является признание за ней права собственности на объект самовольной постройки – жилой дом с пристроем, возведенный на вышеуказанном земельном участке, площадью 41.1 кв.м (лит. А,А1) с принадлежностями к нему с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

В настоящий момент истец ставит вопрос о признании за ней права собственности на жилой дом, расположенный по указанному адресу, как на самовольно-возведенное строение.

Согласно п. 1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Статьей 219 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

В соответствии с п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Исходя из смысла указанной нормы права, постройка, обладающая статусом недвижимого имущества, подлежит признанию самовольной при наличии одного из следующих условий: объект создан на земельном участке, не отведенном для этих целей; строительство осуществлено без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Согласно п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном судом.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры. В этом случае суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.

В пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года разъяснено, что отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

Рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан. С этой целью суд при отсутствии необходимых заключений компетентных органов или при наличии сомнения в их достоверности вправе назначить экспертизу по правилам процессуального законодательства.

Судом установлено, что объект недвижимого имущества – жилой дом площадью 41.1 кв.м (лит. А,А1) с принадлежностями к нему с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, является объектом самовольной постройки.

Земельный участок, на котором расположен объект самовольной постройки перешел во владение истца в порядке наследования после смерти мужа – наследодателя ФИО3. Указанный земельный участок был предоставлен наследодателю ФИО3 под строительство жилого дома на основании решения исполнительного комитета Кузоватовского районного Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ «О выделении земельного участка под строительство жилого дома в <адрес> ФИО3».

Таким образом, строительством объекта самовольной постройки было осуществлено на земельном участке, отведенном для этих целей и лицом, имеющим права, допускающие строительство на нем данного объекта.

Судом был исследован план размещения строений на земельном участке от ДД.ММ.ГГГГ, акт об отводе земельного участка в натуре (на местности) под строительство индивидуального жилого дома с надворными постройками от ДД.ММ.ГГГГ.

Из технического паспорта жилого дома, составленного по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ следует, что на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, возведен жилой дом площадью 41,1 кв.м (лит. А,А1). Правообладателем жилого дома указан ФИО3. Год ввода в эксплуатацию, начала строительства – 1991 год.

Постановлением Главы администрации р.п. Кузоватово № от ДД.ММ.ГГГГ было осуществлено упорядочивание адресного хозяйства, и дому был присвоен адрес: <адрес> (ранее <адрес>).

Согласно выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 13.02.2018 г. № 73-0-1-81/4002/2018-101 сведения о зарегистрированных права на спорный жилой дом с кадастровым номером № в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют. Таким образом, право собственности на спорный жилой дом ни за кем не зарегистрировано. При этом, указан год завершения строительства – 1991 год.

Из доводов истца, изложенных в иске, а также из пояснений представителя истца ФИО4 следует, что спорный жилой дом был возведен истцом совместно с её умершим мужем ФИО3 в период брака в 1991 году на отведенном ФИО3 до заключения брака земельном участке. Из исследованных выше документов следует, что администрация <адрес> в сентябре 1991 года предоставила ФИО3 земельный участок по вышеуказанному адресу именно для строительства спорного жилого дома, строительство дома было согласовано с отделом архитектуры, был утвержден план размещения строений. Таким образом, строительство было осуществлено на земельном участке, отведенном для этих целей.

Согласно свидетельства о смерти серии II-ВА №, выданного отделом ЗАГС администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области ДД.ММ.ГГГГ, а также копии записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается исследованным в судебном заседании свидетельством о смерти серии II-ВА №, выданным отделом ЗАГС администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области ДД.ММ.ГГГГ, а также копией записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

Тот факт, что на момент строительства спорного жилого дома истец ФИО2 являлась супругой умершего ФИО3, в связи с чем, спорный жилой дом являлся общим имуществом супругов, подтверждается свидетельством о заключении брака.

В настоящее время истец ФИО2 лишена возможности зарегистрировать право собственности на спорный жилой дом, поскольку все разрешительные документы на строительство дома, а также документы об отведении земельного участка под строительство жилого дома были выданы на имя её умершего супруга ФИО3.

Истец лишена и права о признании за ней права собственности на спорный жилой дом в порядке наследования, поскольку закон исключает возможность передачи в порядке наследования объекта самовольной постройки.

Обстоятельством, препятствующим истцу в регистрации права собственности, является отсутствие разрешения на ввод в эксплуатацию объекта капитального строительства.

Судом установлено, что истцом предпринимались меры к получению указанного документа. Однако, решением администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области № 2304 от 22.11.2017 года истцу ФИО2 было отказано в выдаче разрешения на ввод построенного жилого дома в эксплуатацию в связи с отсутствием документов, указанных в части 3 ст. 55 Градостроительного кодекса РФ, а именно: правоустанавливающих документов на земельный участок (собственником согласно представленных документов является ФИО3); градостроительного плана земельного участка; разрешения на строительство (представлено постановление № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3); акта приемки объекта капитального строительства; документа, подтверждающего соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов и подписанного лицом, осуществляющим строительство; документа, подтверждающего соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства техническим условиям и подписанного представителями организаций, осуществляющих эксплуатацию сетей инженерно-технического обеспечения; схемы, отображающей расположение сетей инженерно-технического обеспечения; документа, подтверждающего соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства требованиям проектной документации и подписанного лицом, осуществляющим строительство; технического плана объекта капитального строительства.

В пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29 апреля 2010 года разъяснено, что отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

Поскольку судом установлено, что истцом предпринимались меры к легализации самовольной постройки, истец обращался к ответчику – администрации МО «Кузоватовский район» Ульяновской области для получения разрешения на ввод в эксплуатацию спорного объекта недвижимости, в чем ему было отказано, то само по себе возведение истцом ФИО2 объекта капитального строительства без получения разрешения на строительство не может служить препятствием в признании за ним права собственности на спорный объект недвижимости (ст. 55 Градостроительного кодекса РФ).

Между тем, рассматривая иск о признании права собственности на самовольную постройку, суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан.

В связи с чем, в рамках гражданского дела судом была назначена по делу судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Ульяновского областного государственного унитарного предприятия бюро технической инвентаризации.

Заключением эксперта № Э330/18 от 24.09.2018 года установлено:

Градостроительным нормам, противопожарным нормам и требованиям СНиП жилой дом (лит.А, А1), расположенный по адресу: <адрес>, соответствует. Возведенное строение не нарушает права и интересы других лиц.

на момент обследования несущие конструкции индивидуального жилого дома лит. А, А1 (фундамент, несущие стены, перекрытия и покрытия) по адресу: <адрес>, <адрес>, строение 2, находятся в работоспособном состоянии. Эта категория технического состояния, при которой некоторые из численно-оцениваемых контролируемых параметров не отвечают требованиям проекта, норм и стандартов, но имеющиеся нарушения требований, например, по деформативности, а в железобетоне по трещиностойкости, в данных конкретных условиях эксплуатации не приводят к нарушению работоспособности, и несущая способность конструкций, с учетом влияния имеющихся дефектов и повреждений, обеспечивается. Несущая способность конструкций обеспечена. Возведенное строение не нарушает права и законные интересы граждан. Возведенное строение не создает угрозы их жизни и здоровью.

индивидуальный жилой дом лит. А (с пристроем лит.А1) находится в границах земельного участка с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>, выделенного решением исполнительного комитета Кузоватовского районного Совета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3. Граница земельного участка не установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства.

Таким образом, судом установлено, что самовольно-возведенное истцом ФИО2 и её умершим мужем ФИО3 здание индивидуального жилого дома соответствует всем предъявляемым требованиям, находится в границах земельного участка, выделенного наследодателю ФИО3 и перешедшего в порядке наследования к истцу ФИО2. Строение не нарушает законные интересы граждан и не несет угрозы для жизни и здоровья окружающих.

Разрешая вопрос о наличии либо отсутствии нарушений охраняемых законом интересов других лиц при сохранении самовольно-возведенного строения, суд принимает во внимание, что какие-либо конструктивные и другие характеристики надежности и безопасности здания не затрагивают охраняемые законом интересы других лиц. Данных о наличии каких-либо претензий к самовольно-возведенному строению со стороны иных лиц суду не представлено. Ответчики возражений по поводу иска не представили.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав вышеизложенные обстоятельства, суд считает, что истцом в достаточной мере представлены доказательства соблюдения им условий, предусмотренных п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ для признания за ней права собственности на самовольно-возведенное строение. Так, судом установлено, что истец является правообладателем земельного участка, на котором расположена самовольная постройка, самовольно-возведенное строение соответствует целевому назначению земельного участка, не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу для жизни и здоровья граждан. Указанные обстоятельства являются основанием к удовлетворению заявленных требований, поскольку судом установлено, что единственным признаком самовольной постройки является отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которого лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало надлежащие меры.

В связи с чем, суд находит требования истца о признании права собственности на самовольно возведенный объект недвижимости подлежащими удовлетворению.

Доказательств обратного сторонами не представлено, возражений от ответчиков и третьих лиц не поступило, спора не имеется.

С учетом вышеизложенного, суд считает необходимым заявленные исковые требования удовлетворить в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.12, 56, 167, 197-199 ГПК РФ, районный суд,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Признать за ФИО2 право собственности в порядке наследования на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО2 право собственности на жилой дом с кадастровым номером № общей площадью 41,1 кв.м (литА,А1) с принадлежностями к нему, расположенный по адресу: <адрес>

Решение суда может быть обжаловано в Ульяновский областной суд в течение одного месяца с момента вынесения решения в окончательной форме через Новоспасский районный суд.

Судья Н.В.Дементьева