Решение № 2-412/2017 2-412/2017~М-332/2017 М-332/2017 от 13 июля 2017 г. по делу № 2-412/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2017 года судья Зеленоградского районного суда Калининградской области Реминец И. А., с участием прокурора Позднякова В. А., при секретаре Голишниковой М. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО9 к ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, возникшего в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, возникшего в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ после обследования у врача-<данные изъяты><данные изъяты> ФИО5 Также указывает, что согласно медицинским документам он впервые обратился на прием к врачу-<данные изъяты> ФИО5 с ухудшением зрения ДД.ММ.ГГГГ, где было выявлено заболевание <данные изъяты>. Истец был поставлен на профилактический учет как <данные изъяты> Стоимость препарата <данные изъяты>. Который он приобретал за свои деньги, составляла около 900 рублей. После обращения к руководству больницы в отношении него была заведена «Карта гражданина, имеющего право на получение набора социальных услуг, по учету отпуска лекарственных средств за период с 06.08.2012г, согласно которой раз в месяц он мог получать препарат <данные изъяты> бесплатно по выписанному врачом ФИО5 именному рецепту. Однако, ДД.ММ.ГГГГ при первом обращении в социальную аптеку ему вместо препарата «ксалатан» был выдан препарат <данные изъяты>, стоимостью менее 300 рублей. После устроенного истцом большого скандала с участием руководства поликлиники и больницы ему все-таки поменяли препарат на <данные изъяты>. В дальнейшем он получил <данные изъяты> но в ноябре месяце данный препарат получить уже не смог по причине переезда аптеки на новое место. Поскольку месячный срок действия рецепта истек, он попытался его обновить у врача ФИО5, однако последняя принимать его отказывалась под различными предлогами. В дальнейшем препарат <данные изъяты> он был вынужден приобретать за свои деньги. Также указывает, что для продолжения профилактики лечения, начиная с этого времени, он никак не мог попасть на прием к врачу ФИО5, т.к. когда подходила его очередность и он входил в кабинет, то ФИО5, увидев его, под различными предлогами покидала кабинет, не оказывая ему никакого медицинского лечения вплоть до ДД.ММ.ГГГГ год, когда он уже полностью <данные изъяты>, попал к ней на прием для сбора документов на оформление инвалидности. Это обстоятельство, по мнению истца, подтверждается отсутствием каких-либо за записей о приеме в его медицинской книжке в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ и запись руководства в лице врача ФИО6, сделанная в его медкнижке ДД.ММ.ГГГГ: «претендует на инвалидность по <данные изъяты>, не осмотрен с 2012 года.

Описывая доказательства, которые подтверждают указанные им обстоятельства по факту неоказания ему медицинской помощи в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ и принципы лечения заболевания <данные изъяты>, полагает, что в результате халатной бездеятельности врача-<данные изъяты> ФИО5 - в марте 2015 года он полностью <данные изъяты>, то есть, в перспективе угроза <данные изъяты>, т.к. болезнь является неизлечимой.

Ссылаясь на Закон РФ «О защите прав потребителей» просит за причиненный моральный вред, вызванный <данные изъяты> в результате неоказания профилактической медицинской помощи, взыскать с Зеленоградской центральной районной больницы в свою пользу денежную компенсацию в размере 1 500 000 рублей.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена ФИО5

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, после объявленного судом перерыва, в судебное заседание не явился, просил дело рассматривать в его отсутствие, исковые требования поддерживает, о чем представлено суду заявление.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница» ФИО7, действующий на основании доверенности исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.

В судебном заседании третье лицо ФИО5 возражала против удовлетворения заявленных требований, полагает их необоснованными по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, после объявленного перерыва в судебное заседание не явилась, со слов представителя ответчика в связи со служебной необходимостью. Дополнительно поясняла, что никаких конфликтов с ФИО1 у нее не было, лекарственный препарат выдается по рецепту, в котором указывается общее международное название лекарственного препарата на латинском языке, в данном случае <данные изъяты>, в аптеке ФИО1 был выдан препарат <данные изъяты> идентичный <данные изъяты> но по его настоятельной просьбе препарат заменили на <данные изъяты> и в дальнейшем он получал <данные изъяты> При этом такое название препарата указывалось в дальнейшем с разрешения руководителя поликлиники. Все его жалобы и действия в отношении нее начались после того, как при прохождении медкомиссии на замену водительского удостоверения и получения разрешения на оружие, она ему поставила отметку о том, что она для «автовождения не годен», к решению же вопроса о наличии или отсутствии у ФИО1 оснований для установления инвалидности она никакого отношения не имеет.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы гражданского дела № 2-1670/16 по иску ФИО1 к Федеральному бюро медико-социальной экспертизы Министерства труда и социальной защиты РФ, ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Калининградской области» о признании результатов медико-социального освидетельствования недействительными (в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано), возложении обязанности установить инвалидность, исследовав все доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, заслушав мнение прокурора, полагавшего заявленные требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из материалов дела и медицинской карты амбулаторного больного № ФИО1 следует, что последний, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес> состоит на обслуживании в поликлинике ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница», ДД.ММ.ГГГГ, на приеме у врача-<данные изъяты> ФИО5, ему был поставлен диагноз <данные изъяты> тогда же было назначено лечение в виде <данные изъяты>.

Из этой же амбулаторной карты, а также контрольной карты диспансерного наблюдения следует, что ФИО1 регулярно посещал врача – <данные изъяты> и получал назначения по лечению, направлялся в <данные изъяты> кабинет поликлинического отделения ГБУЗ «Калининградская ОКБ» до 31 октября 2012 года.

Настаивая на удовлетворении заявленных требований компенсации морального вреда в заявленном им размере, истцом указано на то, что начиная с ноября 2012 года и по ДД.ММ.ГГГГ врач-<данные изъяты> ФИО5 безо всяких к тому оснований, из-за личной неприязни не оказывала ему медицинской помощи, отказывала ему в лечении и профилактике его заболевания. Такие виновные действия ФИО5 привели к тому, что он полностью <данные изъяты>.

С такой позицией истца ФИО1, суд не может согласиться в силу следующего.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Статьей 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" также предусмотрено, что медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу вышеприведенных норм гражданского законодательства для наступления ответственности по возмещению вреда необходима совокупность следующих условий: наступление вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.

Одним из видов оказания застрахованному медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).

Учреждения здравоохранения, независимо от форм собственности, а также частнопрактикующие врачи (специалисты, работники), участвующие в системе обязательного медицинского страхования, несут ответственность за вред (ущерб), причиненный застрахованным гражданам их врачами либо другими работниками здравоохранения.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Ответственность за вред (ущерб) наступает в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у застрахованного пациента.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного, вследствие неоказания ему медицинской помощи.

Таким образом, бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств, подлежит возложению на истца, ответчик, в случае несогласия с заявленными требованиями, обязан доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии вины.

В судебном заседании истцом ФИО1 не представлено суду никаких доказательств тому, что по вине врача-<данные изъяты> ФИО10 у него произошла полная <данные изъяты>, вследствие ее отказа в оказании истцу, как медицинской помощи (лечения), так и профилактики заболевания в период с 2012 года по ДД.ММ.ГГГГ, чем ему причинен моральный вред.

В силу ч. 1, 3 ст. 27 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" граждане обязаны заботиться о сохранении своего здоровья; на граждан, находящихся на лечении, возложена обязанность по соблюдению режима лечения.

Из амбулаторной карты ФИО1, его диагностической карты, а также из материалов гражданского дела № 2-1670/16, в том числе и имеющегося в нем заключения заочной судебной медико-социальной экспертизы ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по г. Санкт-Петербургу» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации следует, что ФИО1 неоднократно, нарушал режим лечения, о чем свидетельствуют записи в амбулаторной карте от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>»; ДД.ММ.ГГГГ: «учитывая, что пациент нерегулярно капает, дано направление в глаукомный кабинет для решения вопроса об оперативном лечении; DS: закрытоугольная глаукома».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в поликлиническом отделении ГБУЗ «Калининградская ОКБ» <данные изъяты> После осмотра истцу был назначен препарат <данные изъяты> (покупать не хочет), в дальнейшем осматривался в <данные изъяты> кабинете и поликлинике по месту жительства, последний раз на приеме у врача ФИО5 был ДД.ММ.ГГГГ, больше поликлинику ЗЦРБ по вопросу заболевания <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ не посещал. В этот же период дважды ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ посещал <данные изъяты> кабинет ГБЗУ «Калининградской ОКБ», где ему было предложено хирургическое лечение, от которого «пациент категорически отказался».

Сведений об иных медицинских учреждениях, куда в указанный им период времени ФИО1 обращался за медицинской помощью по поводу своего заболевания, последним суду не представлено.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между неоказанием ответчиком истцу медицинской помощи и наступившими для него последствиями, о которых указано выше, поскольку ФИО1 самостоятельно принял решение от отказе от лечения в поликлинике ЗЦРБ и при этом больше никуда не обращался для его получения.

Никаких доказательств обратному истцом суду не представлено, а доводы истца о том, что именно ФИО5 отказывалась его принимать - ничем объективно не подтверждены.

Напротив указанное опровергается отсутствием каких-либо записей о посещении врача-<данные изъяты> в указанный период времени, тогда как в этот же период ФИО1 посещал врача-<данные изъяты> (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), однако и участковому врачу никаких жалоб по поводу того, что он не может попасть на прием к <данные изъяты>, ФИО1 не высказывал. Указанное также подтверждается выпиской из медицинских информационных систем ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница» об обращениях ФИО1 в поликлинику за период январь 2012 г. – март 2017г.

Кроме того, если принять во внимание доводы ФИО1 о его личном конфликте с ФИО5, то с 2013 года в поликлинике ЗЦРБ также вела прием врач-<данные изъяты> ФИО8, но и к ней истец на прием также не записывался.

Между тем, согласно ч. 1 ст. 70 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач назначается руководителем медицинской организации (подразделения медицинской организации) или выбирается пациентом с учетом согласия врача. В случае требования пациента о замене лечащего врача руководитель медицинской организации (подразделения медицинской организации) должен содействовать выбору пациентом другого врача в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктами 5, 6 и 7 Порядка содействия руководителем медицинской организации (ее подразделения) выбору пациентом врача в случае требования пациента о замене лечащего врача, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 26 апреля 2012 года N 407, в случае требования пациента о замене лечащего врача при оказании специализированной медицинской помощи пациент обращается к руководителю соответствующего подразделения медицинской организации с заявлением в письменной форме, в котором указываются причины замены лечащего врача. Руководитель подразделения медицинской организации в течение трех рабочих дней со дня получения заявления информирует пациента в письменной или устной форме (посредством почтовой связи, телефонной связи, электронной связи) о врачах соответствующей специальности, работающих в подразделении медицинской организации. На основании информации, представленной руководителем подразделения медицинской организации, пациент осуществляет выбор врача.

В судебном заседании истец не отрицал, что ни с каким заявлениями о замене лечащего врача с указанием причин, по которым необходима эта замена, он не обращался.

Более того, имея достаточно большой опыт обращения в различные органы, в том числе и в суды за защитой своего нарушенного права, ФИО1 в указанный им период времени и до мая 2016 года, ни с какими жалобами к заведующей поликлиники, главному врачу, Министерство здравоохранения Калининградской области – не обращался, что подтверждается истребованными судом материалами проверок по заявлениям ФИО1

Доводы истца о том, что ему не была оказана срочная медицинская помощь в ДД.ММ.ГГГГ года после вызова им «скорой помощи», указанные им в качестве характеристики отношения к нему ФИО5 - не имеют правового значения, поскольку им указано на <данные изъяты> от бездействия ФИО5 в период с 2012 по июнь 2015 года.

Также несостоятельны его доводы о том, что конфликт с ФИО5 начался осенью 2012 года из-за того, что он потребовал в аптеке выдать ему выписанный ею препарат <данные изъяты> а вместо этого ему «подсунули» препарат <данные изъяты> который в три раза дешевле и, после устроенного им скандала, ему заменили препарат, поскольку и после этого истец некоторое время еще продолжал посещать врача, получал рецепты, и лишь после ДД.ММ.ГГГГ он перестал обращаться в поликлинику ЗЦРБ.

Его же доводы о том, что из-за действий ФИО5 ему приходилось получать платное лечение (которое он позволить себе не может) в глаукомном кабинете ГБУЗ «Калининградская ОКБ», о чем им представлены два заключения за ноябрь, декабрь 2014 года, также ничем объективно не подтверждены – ни договоров на оказание платных медицинских услуг, ни кассовых чеков об оплате данных услуг ФИО1 суду не представлено.

Кроме того, судом истцу ФИО1 было разъяснено право на заявление ходатайства о назначении по делу судебного экспертизы качества оказания медицинской помощи, а также необходимость предоставить медицинские и иные документы, подтверждающие указанные им обстоятельства, однако первоначально заявив такое ходатайство, истец затем от него отказался, никаких дополнительных документов суду не предоставил.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО12 к ГБУЗ Калининградской области «Зеленоградская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, возникшего в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Зеленоградский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 19 июля 2017 года.

Судья, подпись –

Копия верна, судья - И. А. Реминец