Апелляционное определение № 33-724/2026 33-725/2026 от 2 марта 2026 г.

89RS0004-01-2025-001193-47

1 инстанция №2-1479/2025

Апелл. дело №33-724/2026

№33-725/2026

Судья Черепанов А.В.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

03 марта 2026 года город Салехард

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Башковой Ю.А.,

судей коллегии Байкиной С.В., Курманова Э.Р.,

при секретаре Пановой Я.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи Новоуренгойского городского суда гражданское дело по иску ФИО1 к Банку Газпромбанк (АО) о взыскании денежных средств,

по апелляционным жалобам Банка Газпромбанк (АО) на решение Новоуренгойского городского суда от 8 сентября 2025 года и дополнительное решение того же суда от 1 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Курманова Э.Р., пояснения представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа,

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к «Газпромбанк» (Акционерное общество) (далее по тексту – Банк ГПБ (АО)) о взыскании денежных средств, списанных с его банковского счета.

В обоснование иска указал, что 23 октября 2024 года в отношении него неустановленными лицами совершались мошеннические действия, при этом, осознав угрозу хищения денежных средств, он лично обратился в офис АО «Газпромбанк» по адресу: г. Новый Уренгой, мкр. Советский, 5/3, сообщил сотрудникам Банка о совершаемых в отношении него противоправных действиях и потребовал блокировки всех возможных операций по его счетам. На момент обращения и беседы с сотрудниками Банка денежные средства находились на счетах. Вместе с тем, сотрудники Банка своевременных мер по блокировке операций не предприняли, и в ходе его нахождения в офисе со счетов стали осуществляться списания денежных средств траншами, в результате чего было списано 3 110 975 рублей. Истец полагал, что спорные операции совершены без его волеизъявления, а Банк, будучи уведомленным о совершении в отношении него мошеннических действий и получив требование о блокировке операций, обязан был принять меры по пресечению списаний и обеспечить сохранность денежных средств. В связи с изложенным, просил взыскать с ответчика денежные средства в размере 3 110 975 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 45 777 рублей.

Стороной ответчика поданы возражения, в которых указано, что спорные переводы были подтверждены самим истцом путем ввода одноразовых паролей из текста СМС-сообщений. При этом первый транш был приостановлен как вызывающий подозрение, однако посредством телефонной связи истец подтвердил его, после чего все ограничения были сняты. Таким образом, обязанности возмещать похищенную сумму у Банка не имеется. В случае удовлетворения исковых требований заявлено ходатайство о снижении размера штрафа на основании ст. 333 ГК РФ.

Протокольными определениями от 12 и 22 мая, 14 июля 2025 года к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ПАО «ВТБ», АО «Альфа-Банк», ФИО3, ФИО4

Истец ФИО1 в судебном заседании участие не принимал, извещен надлежащим образом.

Представитель истца адвокат Гудимов Е.В. в судебном заседании на удовлетворении иска настаивал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика – ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась по мотивам письменных возражений.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика - ПАО «ВТБ», АО «Альфа-Банк», ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, представителей не направили, извещены надлежащим образом.

08.09.2025 года судом постановлено решение, которым исковые требования истца удовлетворены. С Банка ГПБ (АО) в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 3 110 975 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 45 777 рублей.

Дополнительным решением суда первой инстанции от 01.12.2025 года с Банка ГПБ (АО) в пользу истца взыскан штраф за не удовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 1 555 487 рублей 50 копеек.

В апелляционных жалобах представитель ответчика ФИО2 просит об отмене основного и дополнительного решений суда и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционных жалоб указывает, что решение суда первой инстанции основано преимущественно на пояснениях истца и материалах уголовного дела, при этом представленные ответчиком доказательства не получили надлежащей оценки. Отмечает, что спорные операции выполнялись через систему дистанционного банковского обслуживания и подтверждались одноразовыми кодами, направлявшимися банком на номер мобильного телефона истца, ввод которых являлся использованием простой электронной подписи клиента и означал подписание распоряжений на перевод. Указывает, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки видеозаписи из помещения банка и аудиозаписям телефонных разговоров, а также реестру СМС и Push-уведомлений и лог-файлам, которые позволяют установить хронологию событий. Так, первоначальная попытка перевода на 290 000 рублей была выявлена банком как операция с признаками совершения без согласия клиента и приостановлена, однако затем истец самостоятельно связался с контакт-центром и подтвердил указанную операцию, а также сообщил о намерении совершать аналогичные операции, согласно видеозаписи в этот момент он находился у банкомата. Находясь уже в офисе, истец, с одной стороны, просил «блокировать всё», а с другой – передал сотруднику Банка письменное распоряжение на перевод денежных средств на сумму 1 348 000 рублей, в связи с чем сотрудник выполнял одновременно обе просьбы. При этом доступ к дистанционному банковскому обслуживанию был заблокирован в разумный срок с учетом необходимости проведения соответствующих процедур, однако к моменту обращения истца в офис часть переводов уже была завершена, в связи с чем, они носили безотзывный характер. Кроме того, указывает, что именно на истца была возложена обязанность обеспечивать сохранность реквизитов карты, одноразовых кодов и иных средств аутентификации, чем он пренебрег и допустил компрометацию данных на устройстве, что согласуется с его показаниями, полученными в рамках уголовного дела. Также обращает внимание, что уведомление о несогласии с операцией должно быть направлено незамедлительно, но не позднее дня, следующего за днем получения уведомления о совершенной операции, тогда как претензия в Банк направлена спустя почти месяц. Кроме того, указывает, что при принятии дополнительного решения суд не дал надлежащей оценки заявленному ответчиком ходатайству о снижении штрафа на основании статьи 333 ГК РФ, при этом, вопреки требованиям ст. 201 ГПК РФ, вышел за пределы предусмотренных указанной нормой оснований для принятия дополнительного решения, поскольку истцом требование о взыскании штрафа не заявлялось и предметом рассмотрения при вынесении решения от 08 сентября 2025 года не являлось.

Представитель ответчика ФИО2, принимавшая участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством системы видеоконференц-связи Новоуренгойского городского суда на удовлетворении требований апелляционных жалоб настаивала.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав явившегося представителя ответчика, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является клиентом Банка ГПБ (АО), в котором на его имя открыт банковский счет № и выпущена банковская карта.

Сторонами не оспаривается, что с целью осуществления операций по банковской карте и счету, истец на свой мобильный телефон загрузил и установил мобильное приложение «Мобильный банк «Телекард», для доступа в которое произвел удаленную регистрацию с использованием номера принадлежащего ему телефона, а именно №.

Согласно пунктам 2.24–2.25 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО), Банк вправе формировать и направлять Клиенту ключ простой электронной подписи для подписания Клиентом в электронном виде с использованием ключа простой электронной подписи. Стороны договариваются, что документы могут быть направлены Клиентом в Банк в форме электронных документов, подписанных простой электронной подписью, которые признаются сторонами документами, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью. В указанных целях Клиент, представляет Банку номер его мобильного телефона, и/или адрес электронной почты. Банк направляет на указанные Клиентом номер мобильного телефона и или адрес электронной почты текстовое сообщение, содержащее последовательность символов, являющуюся ключом простой электронной подписи, и указание лицу, использующему простую электронную подпись, на необходимость соблюдать ее конфиденциальность. Клиент подписывает документы в электронном виде с использованием ключа простой электронной подписи.

Судом первой инстанции установлено, что 23 октября 2024 года в период с 16 час. 07 мин. по 16 час. 21 мин. по московскому времени по банковскому счету истца были выполнены операции по переводу денежных средств в пользу третьих лиц, обслуживаемых АО «Альфа-Банк» и ПАО «ВТБ», на общую сумму 3 065 000 руб. (без учета комиссии), в том числе десять переводов по 290 000 руб. и один перевод 165 000 руб. С комиссией размер перечислений составил 3 110 975 руб. Указанные операции подтверждались направляемыми Банком на зарегистрированный номер мобильного телефона истца одноразовыми кодами, ввод которых использовался в качестве подтверждения волеизъявления клиента.

Полагая, что денежные средства были переведены с его счета в результате противоправных действий, ФИО1 в этот же день обратился в правоохранительные органы с заявлением о хищении, совершенном путем обмана (т. 1 л.д. 49).

23 октября 2024 года в 20 часов 50 минут следователем следственного отдела ОМВД России по г. Новому Уренгою возбуждено уголовное дело № 12401711493001161 по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 4 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении неустановленного лица. Из текста постановления следует, что неустановленное лицо в период времени с 16 часов 13 минут по 18 часов 00 минут 23 октября 2024 года путем обмана, под предлогом совершения мошеннических действий третьими лицами получило доступ в личный кабинет АО «Газпромбанк», после чего незаконно тайно похитило с банковского счета ФИО1 денежные средства в особо крупном размере в сумме 3 100 000 рублей, причинив последнему значительный материальный ущерб (т. 1 л.д. 48).

В тот же день ФИО1 признан потерпевшим в рамках указанного уголовного дела. В ходе допроса истец указал, что 23 октября 2024 года ему поступали звонки от неизвестных лиц, представлявшихся последовательно сотрудниками ПФР, МФЦ, «Госуслуг» и «Центробанка», которые сообщали о взломе его аккаунта на Госуслугах и подаче от его имени заявок на кредиты. Следуя их указаниям, он выполнял действия на телефоне, в том числе отключал защиту и открывал направленный в мессенджере «WhatsApp» файл «с новой защитой», после чего заподозрил мошенничество и поехал в отделение АО «Газпромбанк». В банке сотрудник проверил по паспорту баланс и сообщил, что всё хорошо, однако затем с карты начались списания денежных средств. Он требовал заблокировать операции, но сделать это своевременно не удалось, и к моменту блокировки все денежные средства были похищены (т. 1 л.д. 53-56).

22 февраля 2025 года предварительное следствие по данному уголовному делу приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ – в связи с тем, что лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено.

14 ноября 2024 года истец в письменном виде обратился в Банк ГПБ (АО) указывая, что 23 октября 2024 года в отношении него были произведены мошеннические действия, в связи с чем просил возместить всю сумму похищенных средств в размере 3 110 900 рублей (т. 1 л.д. 30-31). Обращение банком рассмотрено и дан ответ, из которого следует, что отмена операций невозможна (т. 1 л.д. 32-33).

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, приведенные обстоятельства свидетельствуют о наличии признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. При этом суд учел, что истец, осознав происходящее, обратился в офис Банка и заявил о совершении в отношении него мошенничества, потребовав принятия мер к приостановлению операций по его счетам, однако банк своевременных мер к этому не предпринял.

Судебная коллегия полагает возможным согласиться с таким решением суда.

Согласно пункту 1 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

В статье 848 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями, если договором банковского счета не предусмотрено иное (п. 1).

Законом могут быть предусмотрены случаи, когда банк обязан отказать в зачислении на счет клиента денежных средств или их списании со счета клиента (п. 2).

Если иное не установлено законом, договором банковского счета могут быть предусмотрены случаи, когда банк обязан отказать в зачислении на счет клиента денежных средств или в их списании со счета клиента (п. 3).

На основании статьи 854 Гражданского кодекса Российской Федерации списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

При этом права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета (статья 847 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 864 Гражданского кодекса Российской Федерации при приеме к исполнению платежного поручения банк обязан удостовериться в праве плательщика распоряжаться денежными средствами, проверить соответствие платежного поручения установленным требованиям, достаточность денежных средств для исполнения платежного поручения, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений, предусмотренные законом, банковскими правилами и договором.

В соответствии с частью 3.4 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента (за исключением операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России), приостанавливает прием к исполнению распоряжения клиента на два дня. Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, отказывает в совершении соответствующей операции (перевода).

Согласно пункту 9 статьи 9 этого же закона, использование клиентом электронного средства платежа может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец последовательно указывал, что спорные операции по переводу денежных средств 23 октября 2024 года он не совершал, СМС-сообщений Банка с одноразовыми кодами на свой номер телефона не получал и таких кодов не вводил, а переводы произведены вопреки его воле в результате противоправных действий неустановленных лиц. Эти же обстоятельства истец сообщал и в рамках возбужденного по его заявлению уголовного дела.

Доводы ответчика о том, что перечисления были произведены самим истцом, являются неубедительными. Как пояснил истец в судебном заседании 12 мая 2025 года, на протяжении более получаса его телефон находился в заблокированном состоянии, вследствие чего он объективно был лишен возможности совершать операции через мобильное устройство и подтверждать их одноразовыми кодами.

Действительно, в материалы дела представлены аудиозаписи телефонных разговоров с операторами Банка в период совершения спорных операций, однако указанное, не опровергает доводы истца.

Судебная коллегия обращает внимание, что из содержания представленных аудиозаписей с очевидностью не следует, что голос лица, подтверждавшего операции, является голосом истца.

Представленные видеозаписи, вопреки доводам жалобы, согласуются с заявленной истцом хронологией событий: истец осуществлял действия у банкомата, после чего проследовал в офис Банка и сообщил сотруднику банку о совершении в отношении него сомнительных действий со стороны неизвестных лиц и указывал на невозможность пользоваться телефоном, демонстрируя, что мобильное устройство не реагирует на воздействия. После этого истец прямо потребовал «блокировать всё», то есть принять меры к немедленному пресечению операций по счетам.

Вместе с тем, после указанного требования истца сотрудниками Банка незамедлительные меры по блокировке доступа к дистанционному банковскому обслуживанию приняты не были; обсуждались иные варианты действий, включая попытки перевода денежных средств на иной счет, что согласуется с представленным письменным распоряжением ФИО1 о переводе денежных средств на собственный счет (т. 2 л.д. 59). Лишь позднее на записи ставится вопрос о блокировке приложения, после чего начинают выполняться соответствующие действия.

С учетом характера ситуации, связанной с риском оперативного списания значительных сумм, задержка в принятии мер по блокировке имела существенное значение и согласуется с выводом суда первой инстанции о несвоевременном реагировании Банка на обращение клиента.

При этом само по себе указание времени на видеозаписи, на которое ссылается апеллянт, сопоставляя его со временем совершения операций по выписке, не может рассматриваться как безусловно достоверный ориентир, поскольку не исключается временная погрешность. Следовательно, установить по видеозаписи момент начала перечислений исключительно путем такого сопоставления невозможно, более того, из запечатленных событий в принципе нельзя достоверно определить, в какой именно момент начались списания. Вместе с тем из содержания видеозаписи усматривается, что вопрос о наличии переводов был поставлен уже после требования истца о блокировке операций. При этом доводы апеллянта о том, что доступ истца к дистанционному банковскому обслуживанию был заблокирован в 18 час. 21 мин. по тайм-коду видеозаписи, сами по себе не подтверждают изложенную Банком хронологию как бесспорную, поскольку и после указанного момента на записи продолжается обсуждение сотрудниками Банка мер по пресечению операций и сохранению денежных средств.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец обратился в Банк с претензией лишь 14 ноября 2024 года, судебная коллегия отклоняет. Из указанного выше следует, что он уведомил Банк о признаках операций без согласия клиента незамедлительно, 23 октября 2024 года. Письменное обращение от 14 ноября 2024 года являлось последующим требованием о возмещении ущерба и не опровергает факта своевременного сообщения Банку о произошедшем в день совершения спорных операций.

При таких данных суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что истец не имел намерений и не выражал волеизъявления на осуществление переводов денежных средств в пользу третьих лиц, а спорные операции совершены вопреки его воле и интересам.

При этом ответчиком не представлено убедительных доказательств, позволяющих достоверно установить, что спорные операции имели место по его воле и до обращения истца к сотруднику банка, представленные видеозаписи, как указано выше, таких выводов не подтверждают.

Ссылка Банка на то, что истец, обращаясь в Банк, подтвердил действия, повлекшие компрометацию данных на его устройстве и нарушение правил дистанционного банковского обслуживания, в связи с чем у Банка отсутствует обязанность возмещать списанные денежные средства, также не может быть признана состоятельной. Судом установлено, что истец находился в офисе Банка, сообщал о противоправных действиях и требовал приостановить движение денежных средств по счету, то есть предпринимал меры к пресечению операций, когда еще денежные средства находились на его счете. В этой связи суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что истец, действуя в порядке части 9 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», отозвал свое распоряжение до наступления безотзывности перевода денежных средств.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что характер совершенных операций соответствует признакам переводов денежных средств без согласия клиента: за короткий промежуток времени совершено 11 однотипных операций, 10 из которых – на одну и ту же сумму, при этом указанным получателям такие переводы ранее не осуществлялись. Даже принимая во внимание то обстоятельство, что лицо, выдававшее себя за истца, в телефонном разговоре подтверждало намерение совершать аналогичные операции, продолжение перечислений, в том числе по иным реквизитам, объективно должно было вызвать у Банка обоснованные сомнения в действительной воле клиента и требовало принятия дополнительных мер для выяснения волеизъявления истца.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ответчик, являясь профессиональным участником соответствующих правоотношений, при наличии сведений, указывающих на признаки совершения операций без согласия клиента, а также при обращении истца в офис Банка с сообщением о мошеннических действиях и требованием немедленно пресечь операции по счету, не принял достаточных и своевременных мер для сохранности денежных средств клиента.

Из положений статьи 846 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами (пункт 1). Банк обязан заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком для открытия счетов данного вида условиях, соответствующих требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами (пункт 2).

При приеме к исполнению платежного поручения банк обязан удостовериться в праве плательщика распоряжаться денежными средствами, проверить соответствие платежного поручения установленным требованиям, достаточность денежных средств для исполнения платежного поручения, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений, предусмотренные законом, банковскими правилами и договором (абзац 1 пункта 2 статьи 864 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные требования содержатся в части 4 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе".

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

Указанная правовая позиция приведена в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2025), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 апреля 2025 г.

Положением Банка России от 29 июня 2021 года N 762-П "О правилах осуществления перевода денежных средств" (далее - Положение) установлено, что распоряжение плательщика в электронном виде (реестр (при наличии) подписывается электронной подписью (электронными подписями), аналогом собственноручной подписи (аналогами собственноручных подписей) и (или) удостоверяется кодами, паролями и иными средствами, позволяющими подтвердить, что распоряжение (реестр) составлено плательщиком или уполномоченным на это лицом (уполномоченными лицами).

Процедура приема к исполнению распоряжений включают в себя: удостоверение права распоряжения денежными средствами; контроль целостности распоряжений; структурный контроль распоряжений; контроль значений реквизитов распоряжений; контроль достаточности денежных средств (пункт 2.1).

Удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.26 настоящего Положения (пункт 2.4).

Пунктом 2.13 Положения предусмотрено право клиента на отзыв распоряжения, который осуществляется до наступления безотзывности перевода денежных средств на основании заявления об отзыве в электронном виде или на бумажном носителе, представленного в банк.

На основании части 4 статьи 9 Федерального закона от 27 июня 2011 года N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств обязан информировать клиента о совершении каждой операции с использованием электронного средства платежа путем направления клиенту соответствующего уведомления в порядке, установленном договором с клиентом.

В силу требований Положения Центрального Банка Российской Федерации от 16 мая 2019 г. N 54637 "Об установлении обязательных для кредитных организаций требований к обеспечению защиты информации при осуществлении банковской деятельности в целях противодействия осуществлению переводов денежных средств без согласия клиента", на банках лежит обязанность обеспечить безопасность совершения банковских операций при дистанционной форме банковского обслуживания.

В соответствии с пунктом 11 статьи 9 Федерального закона "О национальной платежной системе" в случае утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента, клиент обязан направить соответствующее уведомление оператору по переводу денежных средств в предусмотренной договором форме незамедлительно после обнаружения факта утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента, но не позднее дня, следующего за днем получения от оператора по переводу денежных средств уведомления о совершенной операции.

Согласно части 5.1 статьи 8 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". Оператор по переводу денежных средств в рамках реализуемой им системы управления рисками определяет в документах, регламентирующих процедуры управления рисками, процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента, на основе анализа характера, параметров и объема совершаемых его клиентами операций (осуществляемой клиентами деятельности).

Согласно части 9.1 статьи 9 указанного выше закона в случаях выявления оператором по переводу денежных средств операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает использование клиентом электронного средства платежа и осуществляет в отношении уменьшения остатка электронных денежных средств плательщика действия, предусмотренные частями 5.1 - 5.3 статьи 8 данного федерального закона. При получении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 5.2 статьи 8 этого федерального закона, оператор по переводу денежных средств обязан незамедлительно возобновить использование клиентом электронного средства платежа. При неполучении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 5.2 статьи 8 названного выше федерального закона, оператор по переводу денежных средств возобновляет использование клиентом электронного средства платежа по истечении двух рабочих дней после дня совершения им действий, предусмотренных частью 5.1 статьи 8 данного федерального закона.

Согласно Признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденным приказом Банка России от 27 июня 2024 г. N ОД-1027, (действовавшим на период 23 октября 2024 года) к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В силу статьи 866 Гражданского кодекса Российской Федерации банк несет ответственность за необоснованное списание денежных средств со счета клиента.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (309 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1 - 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с пунктами 1 - 2 статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" и статьей 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, в соответствии с приведенными выше нормами и правовыми позициями высших судов при проведении банковских операций дистанционным способом надлежит принимать повышенные меры предосторожности для проверки наличия действительной воли клиента на проведение такой операции и установления отсутствия признаков осуществления операции без согласия клиента. При этом при разрешении требований о возмещении убытков вследствие неправомерного списания банком денежных средств бремя доказывания надлежащего исполнения обязательств и принятия разумных и необходимых мер обеспечения безопасности средств клиентов возлагается на банк.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешив спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований.

Оснований для отмены основного решения суда от 08 сентября 2025 года по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Указание о том, что банк верифицировал первый перевод денежных средств на сумму 290 000 рублей, не освобождает банк от ответственности, поскольку как следует из сведений, представленных самим банком (т.1 л.д.32) такие суммы перевода стали осуществляться и другому получателю, при этом банк не осуществлял контроль по этим переводам.

Кроме прочего, банк никоим образом не отреагировал на досрочное закрытие договора банковского вклада истца (т.1 л.д.32), что уже само по себе вызывает вопросы о причинах такого закрытия, учитывая, что истец ранее являлся вкладчиком данного банка (т.1 л.д. 15-17, 18-20).

Подписание истцом распоряжения о переводе денежных средств на сумму 1 348 000 рублей, осуществлено им в ответ на указание работника банка в отделении банка, что зафиксировано на видеозаписи.

Пояснения представителя ответчика в суде апелляционной инстанции отклоняются, поскольку противоречат материалам дела.

Оценивая доводы апелляционной жалобы о незаконности дополнительного решения, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 13 Закона о защите прав потребителей за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 201 ГПК РФ суд, принявший решение по делу, может по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в деле, принять дополнительное решение суда, если судом не разрешен вопрос о судебных расходах.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 "О судебном решении", предусматривая право суда принимать дополнительные решения, ст. 201 ГПК РФ вместе с тем ограничивает это право вопросами, которые были предметом судебного разбирательства, но не получили отражения в резолютивной части решения, или теми случаями, когда, разрешив вопрос о праве, суд не указал размера присужденной суммы либо не разрешил вопрос о судебных расходах. Поэтому суд не вправе выйти за пределы требований статьи 201 ГПК РФ, а может исходить лишь из обстоятельств, рассмотренных в судебном заседании, восполнив недостатки решения.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы, вопрос о взыскании штрафа непосредственно связан с удовлетворением требований потребителя и подлежит разрешению судом независимо от заявления истцом отдельного требования об этом. В связи с тем, что при вынесении решения от 8 сентября 2025 года данный вопрос в резолютивной части разрешен не был, суд первой инстанции обоснованно принял дополнительное решение в порядке статьи 201 ГПК РФ.

При этом судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ к штрафу, поскольку у ответчика не имелось препятствий к добровольному удовлетворению требования истца, которое было заявлено им 14 ноября 2024 года (т.1 л.д.30-31).

Иные доводы апелляционной жалобы свидетельствуют исключительно о несогласии с решением суда, основанием для его отмены не являются.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судебной коллегией не было установлено.

При указанных обстоятельствах, оснований к отмене решений суда по доводам апелляционных жалоб ответчика не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия,

определила:

Решение Новоуренгойского городского суда от 8 сентября 2025 года и дополнительное решение того же суда от 1 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 06.03.2026 года