Постановление № 5-473/2021 от 28 июня 2021 г.

№ 5-473/2021

Резолютивная часть постановления оглашена 29 июня 2021 года.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

30 июня 2021 года город Магадан

Судья Магаданского городского суда Магаданской области О.Б. Ефремов, рассмотрев материалы дела об административном правонарушении по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ, в отношении должностного лица:

директора ООО «Скайнет» ФИО1, <данные изъяты>

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО1, которому разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ,

в присутствии помощника Магаданского областного прокурора З.,

УСТАНОВИЛ:

Протоколом об административном правонарушении от 27 ноября 2020 года ФИО1 вменяется совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ при следующих обстоятельствах.

11 ноября 2020 года, в период времени с 15 часов 40 минут до 16 часов 10 минут в магазине «Гармония», расположенному по адресу: <...>, в ходе проведения внеплановой выездной проверки выявлены нарушения законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившиеся в невыполнении противоэпидемических мероприятий в отношении COVID-19, направленных на «разрыв» механизма передачи инфекции, совершенных при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, а именно:

- в ходе проведения проверки представлен приказ об утверждении плана мероприятий по предупреждению распространения коронавирусной инфекции (COVID-19), заместитель директора Л. назначена ответственной за осуществление санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, предоставлено доказательство доведения приказа до сотрудников общества без указания даты ознакомления.

Данный приказ не содержит мероприятий, направленных на "разрыв" механизма передачи инфекции в соответствии с п. 4.4 СП 3.1.3597-20 Постановление "Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19) такие как: использования оборудования по обеззараживанию воздуха, отсутствует информация о необходимости использования противовирусных (обладающих вирулицидным действием) антисептиков для обработки рук и дезинфицирующих средств, что является нарушением ст. 11, 29 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ, п. 6.1. СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

- в торговом помещении, где оборудовано рабочее место штатного сотрудника отсутствует оборудование для обеззараживания воздуха, что не соответствует ст. ст. 11, 29, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ, п. 4.4. СП 3.1.3597-20, (п. 2.12. MP 3.1/2.2.0170/3-20, п. 4.9. MP 3.1/2.2.0172/5-20, п. 2.8 МР 3.1/2.3.5.0191-20).

- оценить обеспечения режима обеззараживания поверхностей при вирусной инфекции не представилось возможным, так как на пластиковой бутылке объемом 1,5 л. для обработки поверхностей не указана концентрация рабочего раствора «Фризон». Оценить обеспечение режима обеззараживания поверхностей при вирусной инфекции также не представилось возможным, так как на емкости с пульверизатором, с наклеенной рукописной этикеткой: «Антисептик», размещенной на прилавке у кассы не указана концентрация и дата приготовления рабочего раствора «Фризон», что является нарушением ст. 11, 29, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ, п.п. 3.6.2, 3.6.3., 3.6.4 СП 3.5.1378-03 «Санитарные требования к организации дезинфекционной деятельности», п. 6.1. СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

- оценить мероприятия по обеспечению соблюдения физическими лицами правил гигиены также не представилось возможным, так как на упаковках лицевых масок отсутствует маркировка на русском языке, идентифицировать их с предоставленной декларацией соответствия и платежными документами на приобретение масок не представилось возможным, что является нарушением ст. 11, 29, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиолога благополучии населения» от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ, п. 4.4. СП 3.1.3597-20 «Профилактика коронавирусной инфекции (COVID-19), п.п. 3.6.2., 3.6.3., 3.6.4 СП 3.5.1378-03 «Санитарные требования к организации дезинфекционной деятельности»;

- выявление лиц с признаками инфекционных заболеваний при приходе на работу ведется не в полном объеме, согласно журналу, ведется замер только температуры тела работников, что является нарушением ст. ст. 11, 29, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологи1 благополучии населения» от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ, п. 4.4. СП 3.1.3597-20, (п. 1.1 МР 1 3.1/2.2.0170/3-20, п. 1.3. MP 3.1/2.3.5.0191-20).

Действия (бездействие) директора ООО «Скайнет», ФИО1 квалифицированы должностным лицом административного органа по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ, как нарушения законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившиеся в нарушении действующих санитарных правил, в не проведении в необходимом объёме санитарно-противоэпидемических мероприятий, совершенные при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих.

ФИО1 в судебном заседании вину в совершении административного правонарушения не признал.

Выслушав пояснения ФИО1, прокурора, исследовав материалы дела об административном правонарушении, судья пришел к следующему.

Согласно положений ст. 26.1 КоАП РФ, по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; виновность лица в совершении административного правонарушения; обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Эти данные, в соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ, устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

По смыслу нормативных положений, закрепленных КоАП РФ, протокол об административном правонарушении является основным процессуальным документом, в котором приводятся основания для привлечения лица к административной ответственности, несоблюдение требований, предъявляемых ст. 28.2 КоАП РФ к содержанию протокола об административном правонарушении может повлечь нарушение права на защиту лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, лишить его возможности объективно возражать и представлять соответствующие доказательства по существу правонарушения.

Исходя из смысла статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, основанием для привлечения лица к административной ответственности является наличие его вины в совершении противоправного деяния, обязанность доказать которую возложена на орган, правомочный рассматривать дело. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Согласно указанному положению закона, обязанность по доказыванию вины возложена на должностное лицо, рассматривающее дело.

В соответствии с частью 1 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий влечет административную ответственность.

Из части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что те же действия (бездействие), совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина) - влекут наложение административного штрафа на должностных лиц - от пятидесяти тысяч до ста пятидесяти тысяч рублей.

Таким образом, из диспозиции ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ следует, что административная ответственность по указанной норме наступает за нарушение законодательства в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, если указанные действия (бездействие) совершены в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина).

Диспозиция названной статьи является бланкетной, следовательно, ответственность образуют деяния, нарушающие конкретные нормы права, регламентирующие обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения и выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий.

Бланкетный характер диспозиции ч. 1 ст. 6.3 КоАП РФ обязывает должностное лицо административного органа указывать конкретные нормы права, устанавливающие указанные требования, которые нарушены, а также раскрывать их содержание применительно к противоправным действиям или бездействию виновного лица при описании события правонарушения.

Как следует из протокола об административном правонарушении от 27 ноября 2020 года, 11 ноября 2020 года, в период времени с 15 часов 40 минут до 16 часов 10 минут в магазине «Гармония», расположенному по адресу: <...>, в ходе проведения внеплановой выездной проверки выявлены нарушения законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившиеся в невыполнении противоэпидемических мероприятий в отношении COVID-19, направленных на «разрыв» механизма передачи инфекции, совершенных при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих.

В качестве нормативного обоснования допущенных нарушений, должностным лицом административного органа указаны положения ст. 11, 29, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ п. 4.2, 4.4, 6.1 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)»; п. 3.6.2, 3.6.3, 3.6.4 СП 3.5.1378-03 «Санитарные требования к организации дезинфекционной деятельности».

Так положением ст. 11 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ предусмотрено, что индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны:

- выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц;

- разрабатывать и проводить санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия;

- обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению;

- осуществлять производственный контроль, в том числе посредством проведения лабораторных исследований и испытаний, за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и проведением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий при выполнении работ и оказании услуг, а также при производстве, транспортировке, хранении и реализации продукции;

- проводить работы по обоснованию безопасности для человека новых видов продукции и технологии ее производства, критериев безопасности и (или) безвредности факторов среды обитания и разрабатывать методы контроля за факторами среды обитания;

- своевременно информировать население, органы местного самоуправления, органы, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, об аварийных ситуациях, остановках производства, о нарушениях технологических процессов, создающих угрозу санитарно-эпидемиологическому благополучию населения;

- осуществлять гигиеническое обучение работников.

Положения указанной нормы содержат 7 самостоятельных требований к индивидуальным предпринимателям и юридическим лицам в соответствии с осуществляемой ими деятельностью по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Таким образом, законодатель возложение обязанностей на индивидуальных предпринимателей и юридических лиц ставит в прямую зависимость от осуществляемой ими деятельности.

Конкретные требования к проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий закреплены нормативно (санитарными правилами и иными правовыми актами).

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности является торговля розничная компьютерами, периферийными устройствами к ним и программным обеспечением в специализированных магазинах, а также оптовая торговля парфюмерными и косметическими товарами.

Протокол об административном правонарушении не содержит указания на санитарные правила, применительно к осуществляемой юридическим лицом деятельности, регламентирующие разработку и проведение санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Как следует из протокола об административном правонарушении, от 27 ноября 2020 года, должностным лицом административного органа, нормы права, устанавливающие указанные требования, не конкретизированы и их содержание не раскрыто.

Положением ст. 29 ФЗ № 52 от 30 марта 1999 года, предусмотрено, что в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан.

Санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 50 настоящего Федерального закона.

Как следует из анализа указанной нормы права, её положения являются отсылочными, в связи с чем их несоблюдение не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.3 КоАП РФ.

Положением п. 3 ст. 39 ФЗ № 52 от 30 марта 1999 года предусмотрено, что санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 50 настоящего Федерального закона.

Таким образом, указанные положения ФЗ № 52 являются общими нормами и не содержат конкретных требований к профилактике и предупреждению возникновения и распространения инфекционных заболеваний, нарушение которых могло быть квалифицировано по ст. 6.3 КоАП РФ.

Также, в качестве нормативного обоснования совершения директором ООО «Скайнет» ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ, должностным лицом административного органа указано на нарушение п. 4.2, 4.4 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)».

Положения п. 4.2 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» регламентируют эпидемиологическую тактику при COVID-19, при этом в соответствии с п. 4.1 противоэпидемические мероприятия в отношении COVID-19 включают комплекс мер, направленных на предотвращение завоза и распространение инфекции, и организуются территориальными органами Роспотребнадзора с участием уполномоченных органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Принимая во внимание, что материалы дела не содержат сведений об отнесении директора ООО «Скайнет» ФИО1 к сотруднику выше перечисленных органов, несоблюдение последним положений п. 4.2 СП 3.1.3597-20 не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.3 КоАП РФ.

Положением п. 4.4, СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» предусмотрено, что мероприятиями, направленными на "разрыв" механизма передачи инфекции, являются:

- соблюдение всеми физическими лицами правил личной гигиены (мытье рук, использование антисептиков, медицинских масок, перчаток), соблюдение социальной дистанции от 1,5 до 2 метров;

- выполнение требований биологической безопасности в медицинских организациях и лабораториях, проводящих исследования с потенциально инфицированным биологическим материалом;

- организация дезинфекционного режима на предприятиях общественного питания, объектах торговли, транспорте, в том числе дезинфекция оборудования и инвентаря, обеззараживание воздуха;

- обеспечение организациями и индивидуальными предпринимателями проведения дезинфекции во всех рабочих помещениях, использования оборудования по обеззараживанию воздуха, создания запаса дезинфицирующих средств, ограничения или отмены выезда за пределы территории Российской Федерации;

- организация выявления лиц с признаками инфекционных заболеваний при приходе на работу;- использование мер социального разобщения (временное прекращение работы предприятий общественного питания, розничной торговли (за исключением торговли товаров первой необходимости), переход на удаленный режим работы, перевод на дистанционное обучение образовательных организаций;

- ограничение или отмена проведения массовых мероприятий (развлекательных, культурных, спортивных).

Таким образом, положения п. 4.4 СП 3.1.3597-20 фактически содержат лишь перечень возможных мероприятий, направленных на "разрыв" механизма передачи инфекции, не сформулированы в виде императивного предписания выражающего необходимость подчинения и неукоснительного совершения определенных действий либо воздержания от их совершения, и не имеют прямого действия.

Как следует из текста п. 4.4 СП 3.1.3597-20, в качестве мероприятий, направленных на "разрыв" механизма передачи инфекции, в том числе указаны: ограничение или отмена выезда за пределы территории Российской Федерации; использование мер социального разобщения (временное прекращение работы предприятий общественного питания, розничной торговли (за исключением торговли товаров первой необходимости), переход на удаленный режим работы, перевод на дистанционное обучение образовательных организаций; ограничение или отмена проведения массовых мероприятий (развлекательных, культурных, спортивных), таким образом, из анализа указанных мероприятий следует, что они не носят императивный характер, и возможность их применения поставлена в зависимость от результатов оценки масштабов, характера распространенности заболевания в субъектах РФ (п. 2.2 СП 3.1.3597-20).

Кроме того, в развитие положений СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» главным государственным врачом РФ издано постановление от 16 октября 2020 года, № 31 «О дополнительных мерах по снижению рисков распространения COVID-19 в период сезонного подъема заболеваемости острыми респираторными вирусными инфекциями и гриппом», в котором, в императивной форме установлено требование ко всем лицам, находящимся на территории РФ, обеспечить ношение гигиенических масок для защиты органов дыхания, а также возложена обязанность на высших должностных лиц субъектов РФ по контролю за исполнением п. 1 указанного постановления и рекомендовано обеспечить своевременное принятие противоэпидемических мер, направленных на стабилизацию обстановки, связанной с распространением случаев заболевания COVID-19.

Таким образом, анализ приведенных положений позволяет сделать вывод, что установление тех или иных ограничений и мер, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции, является прерогативой субъектов Российской Федерации и осуществляется исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки в конкретном субъекте РФ.

Кроме того, возможность введения ограничительных мер органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации прямо предусмотрена положением пункта 31 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», в соответствии с которым в случае угрозы возникновения и распространения инфекционных заболеваний могут вводиться ограничительные мероприятия (карантин) на основании решений органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации.

В соответствии с п. 4.1 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», противоэпидемические мероприятия в отношении COVID-19 включают комплекс мер, направленных на предотвращение завоза и распространение инфекции, и организуются территориальными органами Роспотребнадзора с участием уполномоченных органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

Реализуя предоставленные полномочия Правительством Магаданской области издано Постановление от 19 июня 2020 г. № 458-пп «О мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Магаданской области» об утверждении мер по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Магаданской области, которые в свою очередь устанавливают обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения, требования к осуществлению деятельности в условиях угрозы распространения на территории Магаданской области новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Таким образом, положения п. 4.4 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» не содержат императивного предписания выражающего необходимость подчинения и неукоснительного совершения определенных действий либо воздержания от их совершения, не имеют прямого действия, в связи с чем их невыполнение не образует состава административного правонарушения предусмотренного ст. 6.3 КоАП РФ.

Данная позиция также нашла своё отражение в решении Верховного Суда Российской Федерации № АКПИ21-78 от 01 апреля 2021 года (вступило в законную силу 28.06.2021)

Согласно части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Аналогичные положения содержатся в части 8 статьи 5 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", части 1 статьи 16 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Поскольку решением ВС РФ № АКПИ21-78 от 01 апреля 2021 года установлено, что обозначенные в п. 4.4 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» мероприятия осуществляются органами публичной власти субъектов Российской Федерации, путем установления обязательных для исполнения гражданами и организациями правил поведения при введении режима повышенной готовности, вменение нарушения индивидуальному предпринимателю положений указанного пункта означает, по сути, преодоление требования об обязательной силе судебного решения и не может быть признано согласующимся с конституционным правом на судебную защиту, в качестве неотъемлемого элемента которого предполагается обязательность судебных актов.

Также должностным лицом административного органа ФИО1 вменяется нарушение положений п. 6.1 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COV1D-19)».

Положением п. 6.1 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COV1D-19)» предусмотрено, что с целью профилактики и борьбы с COVID-19 проводят профилактическую и очаговую (текущую, заключительную) дезинфекцию. Для проведения дезинфекции применяют дезинфицирующие средства, применяемые для обеззараживания объектов при вирусных инфекциях.

Таким образом, указанные положения не содержат требований как о наличии в Обществе приказа с указанием мероприятий, направленных на «разрыв» механизма передачи инфекции, так и об указание на ёмкости, с дезинфицирующим раствором, концентрации дезинфицирующего вещества.

Доводы должностного лица административного органа о том, что оценить обеспечение режима обеззараживания поверхностей при вирусной инфекции не представилось возможным, так как на пластиковой бутылке объемом 1,5 л. для обработки поверхностей не указана концентрация рабочего раствора «Фризон», оценить обеспечение режима обеззараживания поверхностей при вирусной инфекции также не представилось возможным, так как на емкости с пульверизатором, с наклеенной рукописной этикеткой: «Антисептик», размещенной на прилавке у кассы не указана концентрация и дата приготовления рабочего раствора «Фризон», со ссылкой в обоснование допущенного нарушения на п.п. 3.6.2, 3.6.3., 3.6.4 СП 3.5.1378-03, судья считает несостоятельными.

Положения п.п. 3.6.2, 3.6.3., 3.6.4 СП 3.5.1378-03 «Санитарные требования к организации дезинфекционной деятельности» предусматривают, что:

- обеззараживание объектов проводят орошением, протиранием, обработкой аэрозолями, погружением и другими способами.

- выбор дезинфицирующего средства, а также способа его применения определяются особенностями обеззараживаемого объекта, биологическими свойствами микроорганизма, что в совокупности должно обеспечить достижение дезинфекции.

- не допускается применение дезинфицирующих средств, обладающих только статическим действием, т.е. задерживающим рост микроорганизмов.

Таким образом, указанные положения СП 3.5.1378-03 не содержат требований к наличию на этикетке раствора, указаний на концентрацию и дату приготовления дезинфицирующего раствора.

При этом материалы дела не содержат лабораторных исследований, свидетельствующих о несоответствии санитарным правилам используемого ООО «Скайнет», при осуществлении деятельности в магазине «Гармония», дезинфицирующего средства.

При этом, ссылку должностного лица административного органа на положения СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности», судья также считает несостоятельной.

Как следует из указанных правил, сферой регулирования является дезинфекционная деятельность.

Принимая во внимание, что при осуществлении дезинфекционной деятельности используются химические и биологические средства, являющиеся потенциально опасными для человека, дезинфекционная деятельность подлежит лицензированию в составе медицинской деятельности.

Согласно пункту 3 Положения о лицензировании медицинской деятельности, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 16.04.2012 № 291 «О лицензировании медицинской деятельности», медицинская деятельность включает, в том числе, выполнение медицинских работ и услуг по оказанию и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи.

На основании изложенного, судья приходит к выводу, что к сфере регулирования СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности» относится дезинфекционная деятельность, осуществляемая в рамках медицинской деятельности, в связи с чем к отношениям, вытекающим из деятельности юридического лица, осуществляющего деятельность в сфере розничной торговли парфюмерными и косметическими товарами, указанные санитарные правила применимы быть не могут.

Указанная позиция выражена в определении СК по экономическим вопросам ВС РФ от 15 января 2018 года № 309-КГ17-12073, в соответствии с которым В перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены также работы (услуги) по дезинфектологии.

Требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности установлены в Санитарно-эпидемиологических правилах СП 3.5.1378-03 "Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности", утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 09.06.2013 N 131 (далее - СП 3.5.1378-03).

Согласно пункту 3.1 СП 3.5.1378-03 дезинфекционная деятельность включает хранение, транспортировку, фасовку, упаковку, приготовление рабочих растворов, приманок и других форм применения, импрегнацию одежды, камерное обеззараживание вещей, санитарную обработку людей, обработку объектов (помещений, транспорта, оборудования), открытых территорий в целях обеспечения дезинфекции, дезинсекции и дератизации, а также дезинфекцию и стерилизацию изделий медицинского назначения и другие мероприятия.

При этом дезинфекция определена как работы по обеззараживанию помещений, транспорта, оборудования, мебели, посуды, белья, игрушек, изделий медицинского назначения, предметов ухода за больными, пищевых продуктов, остатков пищи, выделений, технологического оборудования по переработке сырья и продуктов, санитарно-технического оборудования, посуды из-под выделений, одежды, обуви, книг, постельных принадлежностей, питьевых и сточных вод, открытых территорий (п. 3.6.1 СП 3.5.1378-03).

Вместе с тем, приказом Минздравсоцразвития России от 08.10.2015 N 707н к специалистам, осуществляющим деятельность по специальности "Дезинфектология" установлены следующие квалификационные требования: уровень профессионального образования - высшее образование по специальности "Медико-профилактическое дело", подготовка в ординатуре по специальности "Дезинфектология"; дополнительное профессиональное образование - профессиональная переподготовка по специальности "Дезинфектология" при наличии подготовки в интернатуре/ординатуре по специальности "Эпидемиология".

Кроме того, приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 N 541н установлены требования к квалификации "Инструкторов дезинфекторов" и "Медицинских дезинфекторов".

В соответствии с требованиями названного приказа данные работники осуществляют свою деятельность под руководством врача-дезинфектолога. При этом, на должность "Инструктора дезинфектора" назначается работник, имеющий среднее профессиональное (медицинское) образование по специальности "Медико-профилактическое дело" и сертификат специалиста "Дезинфекционное дело" без предъявления требований к стажу работы; на должность "Медицинский дезинфектор" назначается работник, имеющий среднее профессиональное образование по профилю выполняемой работы без предъявления требований к стажу работы или среднее (полное) общее образование и дополнительную подготовку по направлению профессиональной деятельности не менее 3 месяцев без предъявления требований к стажу работы.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством для осуществления дезинфекционной деятельности юридические лица независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, должны иметь лицензию на медицинскую деятельность по "дезинфектологии" и иметь в своем штате специалистов с необходимым медицинским образованием.

Доводы должностного лица административного органа о том, что оценить мероприятия по обеспечению соблюдения физическими лицами правил гигиены не представилось возможным, так как на упаковках лицевых масок отсутствует маркировка на русском языке, идентифицировать их с предоставленной декларацией соответствия и платежными документами на приобретение масок не представилось возможным, судья также считает несостоятельными, так как невозможность идентификации представленных лицевых масок с декларацией соответствия и платежными документами не является нарушением положений 52-ФЗ или санитарных правил и как следствие не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ.

В соответствии со ст. 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей.

В силу положений частей 1 и 4 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Должностное лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлена, его вина.

Применительно к обстоятельствам дела субъектом правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ является должностное лицо, на которое возложена обязанность по обеспечению санитарно-противоэпидемических мероприятий.

В соответствии с приказом ООО «Скайнет» от 10 мая 2020 года, заместитель директора ФИО2 назначена лицом ответственным за обеспечение санитарно-противоэпидемических мероприятий в обществе.

Таким образом, в ООО «Скайнет» назначено должностное лицо, ответственное за соблюдение требований по обеспечению санитарно-противоэпидемических мероприятий.

В соответствии с определением Конституционного Суда РФ, для того, чтобы выполнить законодательное требование "полного и объективного" рассмотрения дела, судья имеет определенные законом полномочия заслушивать участников дела, изучать доказательства, а также осуществлять иные необходимые процессуальные меры по проверке допустимости и достоверности доказательства. Указанные полномочия направлены на исследование имеющихся доказательств, а не на сбор новых доказательств.

Возложение на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность органов и лиц по осуществлению функции обвинения не согласуется с требованием статьи 123 (части 3) Конституции Российской Федерации и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 16-П).

В соответствии с положением ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

На основании изложенного судья приходит к выводу, что должностным лицом административного органа не в полной мере выполнены положения ст. 24.1 КоАП РФ.

В соответствии с положением ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии состава административного правонарушения.

Принимая во внимание установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, судья приходит к выводу, что производство по делу подлежит прекращению в силу п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием в действиях директора ООО «Скайнет» ФИО1 состава административного правонарушения предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ.

Руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 24.5, ст.ст. 29.9, 29.10 КоАП РФ, судья

П О С Т А Н О В И Л:

Производство по делу об административном правонарушении по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ в отношении директора ООО «Скайнет» ФИО1 прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд либо в Магаданский областной суд в течение 10 суток со дня вручения или получения копии постановления лицами, указанными в ст.ст. 25.1-25.5 КоАП РФ.

В соответствии со ст. 29.11 КоАП РФ отложить составление мотивированного постановления на 30 июня 2021 года.

Считать днем вынесения постановления, день изготовления постановления в полном объеме – 30 июня 2021 года.

Судья Ефремов О.Б.