Решение № 2-515/2019 2-515/2019~М-234/2019 М-234/2019 от 20 февраля 2019 г. по делу № 2-515/2019

№ 2-515/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Тобольск 21 февраля 2019 года

Тобольский городской суд Тюменской области в составе:

председательствующего судьи Гавриковой М.А.,

при ведении протокола секретарем Хусаиновой Э.М.,

с участием истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, помощника Тобольского межрайонного прокурора Бачининой ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» (далее Областная больница № 3) о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека.

В обоснование иска указано, что её сын ФИО4 в период с 19 ноября по 08 декабря 2014 года находился на стационарном лечении в Областной больнице № 3, где ему в плановом порядке проведена операция «тотальное эндопротезирование правого тазобедренного сустава». Во время операции врачами больницы допущен перелом бедренной кости, отломки кости фиксированы проволочным серкляжем, о чем информация в медицинскую книжку не внесена. 09 апреля 2017 года ФИО4 был доставлен в Областную больницу № 3 с жалобами на отсутствие движений в нижних конечностях и нарушение чувствительности, был выставлен диагноз Спондилодисцит Th7-Th82. Проведена операция по удалению пораженных частей грудных позвонков, декомпрессия спинного мозга, после чего отмечено развитие гнойных осложнений спондилодисцита. 04 мая 2017 года ФИО4 умер в больнице. Поскольку врачами были проведены не все необходимые мероприятия, недостаточно собран анамнез, недооценена имеющаяся патология тазобедренного сустава, не соблюдена хронология записей вклейки дневников осмотра, следовательно, нарушены права ФИО4 в сфере охраны здоровья. ФИО4 и его семье причинены моральные страдания. В связи с чем истец просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в свою пользу размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец просила об удовлетворении иска. Пояснила, что проживала в другом регионе, в г. Тобольск приехала, когда госпитализировали сына в апреле 2017 года, сейчас постоянно проживает в г. Тобольске. Знает со слов сына и со слов старшей дочери, что после операции бедра в 2014 году, он был выписан на амбулаторное лечение, которое проходил по месту жительства. Устроился на работу, ходил в навигацию. Во время рейса, ударил бедро, и серкляж, скрепляющий кость, лопнул. После чего сын ходил, опираясь на трость. Сын жаловался на боли в грудных позвонках, после уколов анестезии. Когда истец была в больнице у сына, видела как невнимательно врачи и медсестры относятся к нему, в связи с чем он даже отказывался от лечащего врача. Она сама пыталась попасть на прием к главному врачу и ознакомится с медицинской картой сына, но в этом ей было отказано.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности от 18 мая 2017 года, просила об отказе в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что допущенные дефекты не повлекли смерть ФИО4, при жизни он не обращался с претензиями о ненадлежащем оказании услуг.

Помощник прокурора в заключении просила об отказе в удовлетворении иска.

Суд, заслушав истца, представителя ответчика, свидетелей, помощника прокурора, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, в соответствии с положениями статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Из материалов дела следует, что 04 мая 2017 года в Областной больнице № 3 умер ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Уголовное дело, возбужденное по факту смерти ФИО4 прекращено в связи с отсутствием признаков состава преступления (л.д.9-24).

ФИО2 является матерью ФИО4 (л.д.29).

В рамках уголовного дела проведено две судебно-медицинских экспертизы.

Согласно заключению ГБУЗ ТО «Областное бюро судебно-медицинских экспертизы» от 27 апреля 2018 года медицинская помощь на этапе оперативного лечения «Асептический некроз головки правого бедра. Умеренная контрактура правого тазобедренного и коленного суставов» оказана без дефектов. Оценить качество операции, проведенной 25 ноября 2014 года «Тотальное эндопротезирование правого тазобедренного сустава с восстановлением биологической оси конечности», не представляется возможным, т.к. в историю болезни не внесен интраоперационный перелом верхней трети тела бедренной кости при установке протеза и наложение по этому поводу серкляжного шва. В послеоперационном и реабилитационном периодах ФИО4 не сделал рекомендованные ему контрольные осмотры травматолога, что является противодействием оказанию медицинской помощи. Оценить качество оказания медицинской помощи в феврале 2016 года не представляется возможным, в связи с отсутствием медицинской документации. При стационарном лечении в марте 2016 года в инфекционном отделении «Острая респираторная вирусная инфекция, фарингит. ЖКБ.Хронический холецистит, период ремиссии ХВС» медицинская помощь оказана без дефектов. В связи с положительным анализом ВИЧ-инфекции ФИО4 направлен в ГБУЗ «Центр профилактики и борьбы со Спид и инфекционными заболеваниями», где выставлен диагноз Вич-инфекция 3 стадия, латентная. От прохождения дообследования и консультаций ФИО4 отказался, на диспансерные осмотры не являлся. На этапе стационарного лечения декабрь 2016-январь 2017 года медицинская помощь оказана в полном объеме. Диагноз выставлен правильно, оперативное и медикаментозное лечение были показаны и необходимы. Рекомендовано амбулаторное лечение и консультация травматолога по поводу дальнейшего лечения перипротезной инфекции правого тазобедренного сустава, которое ФИО4 не прошел. В марте 2017 года ФИО4 в центре восстановительной травматологии и ортопедии г. Курган рекомендовано оформление квоты на получение высокотехнологичной медицинской помощи. В записях областной больницы № 3 отсутствуют данные об обращении за оформлением указанной квоты и фигурирует только лабораторное обследование 22 марта 2017 года и осмотр терапевтом 29 марта 2017 года для выявления противопоказаний к оперативному лечению, прохождение которых, вероятнее всего, было рекомендовано травматологом г. Кургана. При доставлении ФИО4 бригадой скорой помощи 09 апреля 2017 года с жалобами на отсутствие движений в нижних конечностях и нарушение чувствительности неврологом выставлен предварительный диагноз «параплегия вялая», проведена госпитализация. При дальнейшем обследовании выставлен диагноз Спондилодисцит Th7-Th82 неуточненной этиологии. Натечник дурального канала с компрессией спинного мозга. Вторичная миелопатия. Нижняя параплегия. Нарушение функции тазовых органов по типу задержки. Гидротаракс слева. В 206 третья стадия, латентная». Диагноз установлен своевременно и соответствовал клиническим данным. Проведено оперативное лечение в объеме удаления пораженных частей грудных позвонков, декомпрессии спинного мозга и интенсивная медикаментозная терапия, несмотря на которые у него отмечено дальнейшее развитие гнойных осложнений спондилодисцита в виде эпиемы правой плевральной полости, сепсиса и полиорганной недостаточности. Смерть ФИО4 наступила от остеомиелита грудного отдела позвоночника в виде спондилодисцита межпозвонкового диска между 7-8 грудными позвонками с переходом на их тела и распространением воспалительного процесса в позвоночный канал и вещество спинного мозга с развитием вторичного миелита, осложнявшегося сепсисом, гнойным менингитом и полиорганной недостаточностью. На этом этапе медицинская помощь оказана с дефектами и оформления медицинской документации. В остальном медицинская помощь, включая диагностику и лечение, оказаны в полном объеме. Дефекты оказания медицинской помощи имели место уже после развития у ФИО4 спондилодисцита и в какой-либо причинной связи с развитием дальнейших его осложнений не состоят. Причиной спондилодисцита явилась своевременно не леченная перипротезная инфекция правого тазобедренного сустава, вследствие его не обращения за медицинской помощью. Последующее прогрессирование спондилодисцита и наступление летального исхода обусловлены тяжестью самого заболевания, а не дефектами медицинской помощи. Своевременное лечение перипротезной инфекции могло предотвратить развитие дальнейших гнойных осложнений, после их развития наступление летального исхода было практически непредотвратимо. (л.д.31-54).

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от 02 ноября 2018 года, в ноябре 2014 года ФИО4 выполнена операция тотальная эндопротезирование правого тазобедренного сустава, при установке ножки эндопротеза в канал правой бедренной кости возник перелом, для лечения перелома отломки кости были обосновано и правильно фиксированы проволочным серкляжем, внутриоперационный перелом правой бедренной кости зажил путём его полной консолидации, без каких-либо неблагоприятных последствий. Каких-либо послеоперационных осложнений у ФИО4 не выявлено. Гнойный вялотекущий спондилодисцит 7-8 грудных позвонков возник в пределах от нескольких месяцев – около одного года до поступления ФИО4 09 апреля 2017 года в областную больницу №3. Прогрессирование спондилодисцита грудных позвонков привело к образованию гнойного натёчника, распространившегося в позвоночный канал со сдавлением спинного мозга и его корешков, проявившееся в виде отсутствие контроля функции тазовых органов, нижняя параплигия (отсутствие движения и чувствительности нижних конечностей). В последующем гнойный процесс в позвоночнике осложнился гнойным воспалением спинного мозга, нпиемой плевры и сепсиса. Вполне вероятно, что спондилодисцит позвонков возник еще в марте 2016 года, и в последующем, скрытом течении проявлялся в виде болей в позвоночнике расцененных врачами как обострение поясничного остеохондроза, лечение которого, даже стационарное, облегчения не приносило. При этом вероятным путём проникновение инфекций в организм вызвавшей развитие гнойного спондилодисцита является парентеральный путь – при внутривенном употреблении наркотиков. Установить данный диагноз до его усложнений без проведения лучевых методов исследования грудного отдела позвоночника было не возможно. Прямых объективных показаний для проведения таких исследований не было. Образование гематомы связано с травмой этой области в ноябре 2016 года. В последующем произошло нагноение этой гематомы, которая была диагностирована 23 ноября 2016 года. Вероятнее всего источником нагноения гематомы явилось наличие спондилодисцита, нагноение гематомы способствовало наличие снижения иммунитета в связи с множественным вирусным инфицированием (ВИЧ инфекция, вирусный гепатит С, герпетическая инфекция, цитомегаловирусная инфекция) и хронической интоксикацией (злоупотребление алкоголем, внутривенное применение наркотиков). В дальнейшем развилась глубокая перепротезная инфекция, полное излечение которой было крайне затруднительно из-за снижения иммунитета. Смерть ФИО4 наступила от гнойного вялотекущего спондилодисцита позвонков, с распространением воспалительного процесса на окружающие ткани, спинной мозг, органы грудной клетки, с последующим развитием сепсиса. При оказании медицинской помощи в период 19 ноября по 8 декабря 2014 года (эндопротезирование тазобедренного сустава) существенных дефектов оказания медицинской помощи не выявлено. Операция проведена правильно. Внутриоперационный перелом правой бедренной кости является операционным осложнением, которое является одним из множества вариантов течения операции, не может рассматриваться как дефект оказания медицинской помощи и никаких не благоприятных последствий для здоровья не повлек. Проволочный серкляж на правой бедренной кости, по сути являясь медицинским имплантантом не требовал его удаления не вызывал негативного воздействия на организм и не создавал каких либо условий для развития неблагоприятных последствий для здоровья, в том числе развитие и поддержание какого либо гнойно-воспалительного процесса. После проведения операции ФИО4 необходимое диспансерное наблюдение у травматолога не проходил. Каких либо существенных дефектов на всех этапах оказания медицинской помощи ФИО4 оказавших влияния на развитие гнойно-воспалительных процессов и наступление смерти не выявлено. Следует отметить, что ФИО4 не редко не выполнял рекомендации и не являлся на необходимое амбулаторное лечение и наблюдение. Учитывая изложенное, прогрессирование заболевания и смертельный исход у ФИО4 обусловлены тяжестью самого заболевания протекающего на фоне сниженного иммунитета и не редких случаев противодействия указанию медицинской помощи, а не с какими-либо дефектами оказания медицинской помощи (л.д.56-156).

Свидетель ФИО4 (дочь истца) пояснила, что ФИО4 проживал у неё, посещал все назначенные процедуры. Наркотики не употреблял, пил обезболивающие, назначенные для больного «раком», который умер. Брат жаловался на боли в пояснице.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.).

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Компенсация морального вреда за ненадлежащее оказание медицинских услуг предусмотрена Законом «О защите прав потребителей».

Таким образом, допущенные дефекты оказания медицинской помощи могли послужить основанием для компенсации морального вреда лицу, которому были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, т.е. ФИО4

Поскольку неимущественные права в силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследственного имущества не входят, следовательно, оснований для взыскания компенсации морального вреда, причиненного ФИО4, в пользу его матери ФИО2 не имеется.

Поскольку вина Областной больницы № 3 в причинении смерти ФИО4 не установлена, дефекты оказанной медицинской помощи не послужили причинной смерти, причинно-следственная-связь между дефектами оказанной помощи и наступлением смерти не установлена, медицинская помощь на этапе стационарного лечения оказана ФИО4 полно, качественно, своевременно, лечение проведено в соответствии с выставленными диагнозами, смерть ФИО4 наступила не в связи с ненадлежащим исполнением своих профессиональных обязанностей медицинскими работниками или ввиду оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности, а в результате имевшегося неизлечимого заболевания, нередких случаев противодействия оказанию медицинской помощи самого ФИО4, следовательно, оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО2 не имеется.

Таким образом, иск ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь Гражданским кодексом Российской Федерации, Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации,

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Тюменской области «Областная больница № 3» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Тюменский областной суд через Тобольский городской суд Тюменской области.

Судья М.А. Гаврикова

Решение суда в окончательной форме составлено 25 февраля 2019 года.