Апелляционное определение № 33-3659/2025 от 21 декабря 2025 г.

Докладчик Димитриева Л.В. Апелляционное дело N 33-3659/2025

Судья Кириллова С.А. Гражданское дело N 2-129/2025

УИД 21RS0022-01-2024-002828-43


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 декабря 2025 года город Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего Шумилова А.А.,

судей Димитриевой Л.В., Уряднова С.Н.,

при секретаре Ивановой Т.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных вследствие дорожно-транспортного происшествия, поступившее по апелляционной жалобе ФИО2, ФИО3 на решение Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 7 августа 2025 года,

установила:

Указывая, что ФИО3 23.06.2022 при управлении в отсутствие полиса обязательного страхования гражданской ответственности принадлежащим ФИО2 транспортным средством марки Audi модели A4 с государственным регистрационным знаком № на проезжей части около <адрес> было совершено дорожно-транспортное происшествие, вследствие которого причинен ущерб в связи с повреждением принадлежащего ему на праве собственности транспортного средства марки Subaru модели Forester с государственным регистрационным знаком №, и причинен вред здоровью, ФИО1 в поданном в суд иске просил о защите своих прав.

В редакции окончательного заявления истец просил о взыскании с ФИО2 материального ущерба в размере 453800 руб., с ФИО4 - морального вреда в размере 50000 руб., а также возмещения понесенных им судебных расходов.

Истец ФИО1 лично в деле не участвовал.

Представитель истца ФИО1 ФИО5 в суде исковые требования поддержал, ответчики ФИО2, ФИО3, представитель ФИО6 возражали относительно иска, участвовавший в деле прокурор Еремеева Г.З. полагала неимущественные требования истца подлежащими удовлетворению, просила определить размер денежной компенсации вреда с учетом требований разумности и справедливости.

Привлеченные к участию в деле третьи лица Российский Союз Автостраховщиков, публичное акционерное общество «Страховая Компания «Росгосстрах», отдел МВД России по городу Новочебоксарску представителей в суд не направили.

Решением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 07.08.2025 в пользу ФИО1 взысканы с ФИО2- материальный ущерб, причиненный в дорожно-транспортном происшествии, в размере 453800 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 7738 руб., и с ФИО3 - компенсация морального вреда в размере 25000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

На указанное решение ФИО2, ФИО3 подана апелляционная жалоба, содержащая доводы о том, что судом не был поставлен на обсуждение вопрос об обстоятельствах выбытия транспортного средства из владения ФИО2, стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства подлежала определению не на дату проведения экспертизы, а на дату происшествия, присужденный судом потерпевшему размер компенсации морального вреда необоснован, является чрезмерным.

В суде ФИО2, ФИО3 поддержали жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, представителей в суд не направили.

Исходя из сведений о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания, размещении информации о времени и месте рассмотрения жалобы, в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 N 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» на интернет-сайте суда апелляционной инстанции, а также в занимаемых судом апелляционной инстанции помещениях, судебная коллегия не усмотрела препятствий в рассмотрении дела по имеющейся явке.

Изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции, 23.06.2022 на проезжей части около <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Audi модели A4 с государственным регистрационным знаком № под управлением водителя ФИО3 и автомобиля марки Subaru модели Forester с государственным регистрационным знаком № под управлением водителя ФИО1

Указанные автомобили получили механические повреждения, ФИО1 также причинен вред здоровью, потерпевший обращался в медицинское учреждение.

Разрешая имущественные требования ФИО1 к ФИО2, являющейся собственником транспортного средства не застраховавшей риск гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, районный суд исходил из того, что доказательств выбытия автомобиля из ее обладания в результате противоправных действий иных лиц при рассмотрении дела не добыто, и пришел к выводу о том, что указанный ответчик является законным владельцем транспортного средства и отвечает за причиненный потерпевшему имущественный вред.

Как указал суд, потерпевший вправе требовать возмещения ущерба за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался ущерб, путем предъявления к нему соответствующих требований, основанных на общих нормах об обязательствах вследствие причинения вреда.

Удовлетворяя заявленные ФИО1 к ФИО2 требования о взыскании стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, в обоснование размера ущерба суд принял заключение эксперта ФБУ Чувашская ЛСЭ Минюста России от 27.03.2025 N № согласно которому на дату проведения исследования ущерб от повреждений составлял 453800 руб.

Суд первой инстанции применил к спорным правоотношениям положения преамбулы, пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пункта 3 статьи 1, статей 15, 209, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, данной Конституционным судом Российской Федерации в постановлении от 31.05.2005 N 6-П оценкой Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункте 13 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Проверяя судебное постановление в указанной части по доводам апелляционной жалобы ответчиков, судебная коллегия исходит из следующего.

Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Диспозицией пункта 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 18 и 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В пункте 24 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также разъяснено, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

Из изложенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины.

Законный владелец источника повышенной опасности и лицо, завладевшее этим источником повышенной опасности и причинившее вред в результате его действия, несут ответственность в долевом порядке при совокупности условий, а именно наличие противоправного завладения источником повышенной опасности лицом, причинившим вред, и вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим.

Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности дорожного движения.

Согласно пункту 3 статьи 16 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлено, что владельцы транспортных средств должны осуществлять обязательное страхование своей гражданской ответственности в соответствии с федеральным законом. В отношении транспортных средств, владельцы которых не исполнили данную обязанность, регистрация не проводится. Обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств осуществляется только при условии проведения в отношении транспортного средства государственного технического осмотра или технического осмотра, проведение которого предусмотрено законодательством в области технического осмотра транспортных средств.

Аналогичные положения содержатся и в статье 4 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно пункту 2 статьи 19 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» предусмотрен запрет на эксплуатацию транспортных средств, владельцами которых не исполнена установленная федеральным законом обязанность по страхованию своей гражданской ответственности.

Из системного толкования приведенных положений следует, что владелец источника повышенной опасности - транспортного средства, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было заведомо известно законному владельцу на момент передачи полномочий по его управлению этому лицу, в случае причинения вреда в результате неправомерного использования таким лицом транспортного средства, будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них, то есть вины владельца источника повышенной опасности и вины лица, которому транспортное средство передано в управление в нарушение специальных норм и правил по безопасности дорожного движения.

Что касается довода жалобы о том, что в данном деле судья не провел подготовку дела к судебному рассмотрению и не поставил на обсуждение вопрос об обстоятельствах выбытия автомобиля из обладания ФИО2 и передачи управления транспортным средством ФИО3, не влечет отмены правильного по существу решения, поскольку при рассмотрении дела доказательств того, что это обстоятельство являлось следствием противоправных действий, не добыто.

Более того, как следует из объяснений ФИО2, ФИО3 в суде апелляционной инстанции, они находятся в близких родственных отношениях, и сын был допущен к управлению автомобилем с согласия матери и в отсутствие полиса обязательного страхования его гражданской ответственности.

По изложенным доводам соответствующий довод жалобы стороны несостоятелен.

Относительно размера ущерба, судебная коллегия исходит из следующего.

По правилам статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1); возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (абзац второй пункта 2); размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 5).

Как указано в Обзоре практики Конституционного Суда Российской Федерации за второй квартал 2025 года, в определении от 10.04.2025 N 911-О Конституционный Суд, проанализировав положения статьи 15, пунктов 2 и 3 статьи 393, а также пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что пункт 2 статьи 393 данного Кодекса предусматривает, что убытки (причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства) определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса; возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что действующее гражданское законодательство предполагает, что вне зависимости от развивающихся на фоне существования денежного обязательства инфляционных процессов, по общему правилу, должник обязан исполнить это обязательство в размере, обусловленном номинальной суммой денежного долга, с учетом определенных в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации процентов на эту сумму, что не исключает индексацию этой суммы со дня вынесения судебного акта.

Хотя сами по себе инфляционные потери и могут рассматриваться как определенного рода вред, причиняемый имущественным интересам лица, действия должника, однако, обычно являются косвенной причиной их влияния на имущественную сферу кредитора: такие потери вызваны не исключительно его противоправным поведением, а объективными экономическими процессами, сопутствующими в качестве внешнего обстоятельства любым гражданско-правовым отношениям. Так, в отсутствие причинно-следственной связи - которая является, как отметил в Постановлении от 02.07.2020 N 32-П Конституционный Суд, conditio sine qua non (непременным условием) обязательства возместить причиненный вред - инфляционные потери не могут автоматически расцениваться в качестве вреда в том значении, в котором они понимаются в действующем законодательстве, судебной практике и гражданско-правовой доктрине.

Это, однако, не исключает использование гражданско-правового инструментария возмещения вреда (убытков) в том случае, если причинно-следственная связь и другие условия наступления гражданско-правовой ответственности причинителя вреда за инфляционные потери потерпевшего с учетом обстоятельств конкретного дела будут установлены судом.

При таком положении суд первой инстанции, разрешая имущественные требования потерпевшего, обоснованно принял во внимание цены, существовавшие в регионе на день проведения экспертизы, а не на день причинения вреда, хотя иное необоснованно утверждают в жалобе ее авторы.

Разрешая неимущественные требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из доказанности причинения ответчиком вреда здоровью истца при эксплуатации источника повышенной опасности.

Определяя по требованию потерпевшего размер денежной компенсации причиненного морального вреда, суд принял во внимание характер и объем нравственных и физических страданий, связанных с причинением потерпевшему вреда здоровью, требования справедливости и разумности и пришел к выводу о том, что размер денежной компенсации морального вреда в размере 25000 руб. достаточно полно отразит и компенсирует степень страданий потерпевшей.

Так, суд первой инстанции учел получение ФИО1 повреждения <данные изъяты>, о чем свидетельствуют объективные данные клинического осмотра врачами - специалистами пациента, доставленного в медицинское учреждение бригадой скорой неотложной помощи 23.06.2022.

Данные повреждения в совокупности согласуются с обстоятельствами получения пациентом повреждений при заявленном дорожно-транспортном происшествии.

Суд руководствовался положениями статей 15, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 28, 29 постановления Пленума от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Проверяя решение суда по доводам жалобы ответчиков о чрезмерном размере денежной компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В пунктах 25-27 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 30 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В данном деле судом, как считает судебная коллегия, судом были учеты положения материального закона, и данного высшей судебной инстанцией его истолкования, устанавливающего критерии определения размера денежной компенсации морального вреда, нарушения правил исследования и оценки доказательств не допущены.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что денежная компенсация причиненного ФИО1 морального вреда в связи с повреждением здоровья в размере 25000 руб. является разумной и справедливой, соответствует существу и значимость прав и нематериальных благ потерпевшего, компенсирует его страдания в полной мере и чрезмерной не является.

Довод ответчика ФИО3 о том, что непосредственно после дорожно-транспортного происшествия потерпевший каких-либо претензий к нему не заявлял, выводов суда не опровергают.

Иных доводов, нуждающихся в дополнительной проверке судом апелляционной инстанции, жалоба ответчиков не содержит.

Поскольку в силу положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная инстанция связана доводами жалобы стороны, то решение суда проверяется судебной коллегией только в обжалуемой части.

Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

Таким образом, оснований для отмены либо изменения решения суда первой инстанции, как о том просит сторона ответчика, не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 7 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на указанное решение оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции, находящийся в городе Самаре, через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного судебного постановления.

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи: