Апелляционное определение № 33-510/2026 от 30 марта 2026 г.

Судья Верещагина Ю.Н. 17RS0009-01-2024-000227-02

№2-1271/2025 (№33-510/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кызыл 31 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва в составе:

председательствующего Ойдуп У.М.,

судей Кандана А.А., Дулуша В.В.,

при секретаре Чамзы Б.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Ойдуп У.М. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО2 - ФИО4 на решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 16 октября 2025 года,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением (с учетом уточнений) к ФИО2, ФИО3, указывая, что 01 августа 2024 года в 20 час. 17 мин. в ** произошло дорожно-транспортное происшествие (далее –ДТП) с участием транспортных средств 1 под управлением истца и 2, под управлением ФИО2 ДТП произошло по вине водителя ФИО2, автогражданская ответственность которого не была застрахована. Согласно экспертному заключению № от 12 августа 2024 года сумма восстановительно ремонта транспортного средства истца составляет 212 000 руб. В добровольном порядке ущерб не возмещен. Просит взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 212000 руб., расходы за проведенную оценку ущерба в размере 18 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 5000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 320 руб.

Решением Кызылского городского суда Республики Тыва от 16 октября 2025 2025 года исковые требования удовлетворены частично. Взыскано с ФИО3 в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 173 271 руб., расходы по оценке ущерба в размере 14 706 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 196,51 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований к ФИО3 отказано. Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, оставлено без удовлетворения.

С указанным решением не согласился представитель ответчика ФИО2 – ФИО4, в своей апелляционной жалобе указала, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки действиям ФИО1, нарушившего п. 10.1 ПДД РФ, которые находятся в прямой причинно-следственной связью с дорожно-транспортным происшествием. Из выводов заключения судебной автотехнической экспертизы ООО ** (ответ на вопрос №) следует, что при заданных, принятых исходных данных и при скорости движения 45 км/ч. водитель автомобиля 1 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 2 путем применения торможения в момент возникновения опасности, то есть в момент выезда автомобиля 2 на проезжую часть западного направления движения. Данный вывод эксперта свидетельствует, что водитель ФИО1 в нарушение п. 10.1 ПДД РФ при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии был обнаружить, не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, хотя располагал такой технической возможностью. При этом вместо торможения истец начал выполнять маневр, что противоречит ПДД РФ. Данные обстоятельства указывают на то, что лицо, нарушившее п. 10.1 ПДД РФ и не предотвративший ДТП при наличии технической возможности, не может быть признано потерпевшим в данной ситуации. Суд необоснованно отклонил выводы судебной экспертизы о технической возможности предотвращения ДТП, без приведения мотивов, что является существенным нарушением гражданского процессуального закона. Согласно схеме ДТП и объяснениям, ФИО1 на автомобиле 1 в момент ДТП осуществлял перестроение из одной полосы в крайнюю правую полосу. Взыскание ущерба собственника транспортного средства ФИО3 является правомерным при доказанности причинения вреда именно этим источником, между тем в данном спорном отношении вина истца также усматривается. Принимая решение, суд за основу принял во внимание схему ДТП, которая не соответствует действительности. В нарушение разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» суд присудил ко взысканию сумму стоимости восстановительного ремонта без учета износа, тогда как следовало с учетом износа. В этой связи просит отменить решение суда, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска ФИО1, взыскать с истца расходы по оплате государственной пошлины и за услуги представителя, а также истребовать материалы ДТП из органа ГИБДД.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4, действующий по доверенности, в суд апелляционной инстанции не явились. Представитель ФИО4 подал ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Истец ФИО1, ответчик ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом. При неявке в суд лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, вопрос о возможности судебного разбирательства дела решается с учетом требований ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ). Невыполнение лицами, участвующими в деле, обязанности известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин дает суду право рассмотреть дело в их отсутствие.

Судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ рассмотривает дело в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о дне рассмотрения дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского Кодекса РФ (далее-ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование, в том числе транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В п. 2 ст. 1079 ГК РФ указано, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Как следует из разъяснений, содержащихся п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих, в том числе связанная с использованием источника повышенной опасности, обязывает осуществляющих ее лиц, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 4 октября 2012 года № 1833-О, к особой осторожности и осмотрительности, поскольку многократно увеличивает риск причинения вреда третьим лицам, что обусловливает введение правил, возлагающих на владельцев источников повышенной опасности - по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана, - повышенное бремя ответственности за наступление неблагоприятных последствий этой деятельности, в основе которой лежит риск случайного причинения вреда.

В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).

Как установлено судом, 01 августа 2024 года в 20 час. 17 мин. ** произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств 1 под управлением истца ФИО1 и 2 под управлением ФИО2

Согласно объяснению ФИО2 от 01 августа 2024 года, он двигался на автомобиле 2 по ** в западном направлении, 1 и 2 полосы были свободны, на 3 полосе ехал автомобиль, который свернул на 2 полосу и произошло столкновение, когда он свернул на 2 полосу.

Из объяснения ФИО1 от 01 августа 2024 года следует, что он двигался в западном направлении по ** на автомобиле 1 по 2 полосе движения, с разворота в него въехал автомобиль 2.

Согласно схеме дорожно-транспортного происшествия, составленного на месте происшествия инспектором ДПС ГИБДД, автомобиль 2 в момент удара, располагаясь на 2 полосе проезжей части **, допустил столкновение с автомобилем 1, двигавшемся по 2 полосе и приступившим к перестроению в крайнюю правую полосу движения. **

В отношении ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении за нарушение ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ – не выдержал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, в результате чего совершил столкновение с транспортным средством 1.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от 01 августа 2024 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ (нарушение п. 9.10 ПДД РФ), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1500 руб.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от 01 августа 2024 года в связи с нарушением Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», за управление транспортным средством без полиса ОСАГО ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 800 руб.

Решением о пересмотре постановления по делу об административном правонарушении от 28 августа 2024 года постановление об административном правонарушении от 01 августа 2024 года по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ в отношении ФИО2 с переквалификацией на ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ с административным штрафом в сумме 1000 руб. оставлено без изменения, жалоба - без удовлетворения.

Из решения о пересмотре постановления по делу об административном правонарушении от 28 августа 2024 года следует, что дорожно-транспортное происшествие совершено из-за грубого нарушения п.13.12 ПДД РФ водителем транспортного средства ФИО2, не уступившего дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка.

Согласно карточке учета транспортного средства, с 12 марта 2022 года собственником транспортного средства марки 2 является ФИО3

Для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истец обратился к независимому эксперту.

В обоснование размера причиненного ущерба истцом представлено экспертное заключение № эксперта ООО «** от 12 августа 2024 года, из которого следует, что полная стоимость восстановительного ремонта на дату ДТП равна 212 400 руб., стоимость восстановительного ремонта на дату ДТП с учетом снижения стоимости заменяемых запчастей вследствие их износа составляет 144 800 руб.

В ходе судебного разбирательства на основании ходатайства представителя ответчика ФИО2 – ФИО4 назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению ООО «**» от 2 октября 2025 года, определить по имеющимся данным механизм ДТП не представилось возможным. Перед столкновением (начальная фаза) 2 совершал разворот с проезжей части восточного направления движения ** в сторону проезжей части западного направления движения. Перед столкновением (начальная фаза) автомобиль 1 двигался в западном направлении по проезжей части западного направления движения ** автомобилей (кульминационная фаза) произошло на проезжей части западного направления движения **, вероятно, на ее крайней правой полосе движения. Определить по имеющимся данным более точно место столкновения автомобилей 2 и 1 не представляется возможным. При столкновении первоначально контактировали передняя правая угловая часть автомобиля 2 и левая боковая часть автомобиля 1 (в области левой передней двери). Определить экспертным путем по имеющимся данным угол столкновения транспортных средств (угол взаимного расположения) не представляется возможным, здесь можно утверждать, что столкновение автомобилей произошло под некоторым острым углом. Столкновение для автомобилей было перекрестным. По характеру взаимодействия контактировавших участков при ударе столкновение для обоих автомобилей было скользящим. По месту нанесения удара столкновение для автомобиля 1 было переднее правое угловое, для автомобиля 1 – левое боковое. В процессе взаимодействия происходило внедрение контактировавших частей автомобилей с образованием разрушений и повреждений элементов их конструкций. Далее произошло расцепление и перемещение автомобилей (конечная фаза). Автомобиль 2 после завершения фазы взаимодействия с автомобилем 1, переместившись на некоторое расстояние, занял свое конечное положение, зафиксированное в схеме. Автомобиль 1 после завершения фазы взаимодействия с автомобилем 2, переместившись на некоторое расстояние в первоначальном направлении, занял свое конечное положение, зафиксированное в схеме. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 2 должен был руководствоваться п. 8.1 (абзац 1), 8.2, 8.5 (абзац 1) и 13.12 ПДД РФ, водитель автомобиля 1 – п. 10.1 (абзац 2) ПДД РФ. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации опасность была создана водителю автомобиля 1.

При заданных и принятых исходных данных и при скорости движения автомобиля 45 км/ч. водитель автомобиля 2 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 2 путем применения торможения в момент возникновения опасности, т.е. в момент выезда автомобиля 2 на проезжую часть западного направления движения. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства 1 повреждённого в результате ДТП 1 августа 2024 года, составляет 173 271 руб. Стоимость восстановительного ремонта с учетом износа деталей, подлежащих замене - 116 676 рублей.

Разрешая заявленные требования и удовлетворяя их частично, суд пришел к выводу, что причинно-следственная связь в причинении материального ущерба в результате действий ФИО2, управлявшего автомобилем 2, нарушившего ПДД РФ и совершившего дорожно-транспортное происшествие с транспортным средством истца 1 установлена, стоимость материального ущерба и расходы по оценке размера ущерба подлежат взысканию с надлежащего ответчика - собственника источника повышенной опасности ФИО5 с учеом того, что гражданская ответственность ответчиков не была застрахована, материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО2 являлся лицом, допущенным к управлению транспортным средством на основании страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, также данных о том, что ФИО2 завладел автомобилем противоправно, то есть помимо воли его собственника ФИО5, не имеется.

Доказательств того, что дорожно-транспортное происшествие произошло непосредственно по вине ФИО1 в связи нарушением последним Правил дорожного движения РФ, суду предоставлено не было, протоколы об административном правонарушении в отношении истца составлены не были. Выводы заключения эксперта о возможности автомобиля 2 под управлением истца предотвратить столкновение с автомобилем ответчика с достоверностью не свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 умышленных действий, спровоцировавших либо повлекших столкновение автомобилей. Напротив из материалов дела следует, что автомобиль 1 двигался по 2 полосе проезжей части в западном направлении по ** и в момент когда приступил к перестроению в крайнюю правую полосу движения западного направления, в него левую сторону столкнулся правой частью автомобиль 2 под управлением ответчика ФИО2

Ссылка ответчика на то, что истцом не соблюдены правила полной остановки п. 10.1 ПДД, судебной коллегией отклоняется. Истец двигался по основной дороге, тогда как ответчик совершал маневр и выехал со второстепенного проезда, тем самым истец не мог ожидать не соблюдение ответчиком правил дорожного движения. В момент ДТП разные водители по разному реагируют на стрессовую ситуацию и не все могут мгновенно оценить ситуацию. В данном случае суду очевидно ясно, что даже если бы истец произвел соблюдение п. 10.1 ПДД тем не менее столкновение автомобилей было бы не избежать, так как ответчик допустил грубое нарушение ПДД. Предполагаемое торможение истца могло лишь уменьшить силу удара, но не исключить его вовсе.

В этой связи доводы апелляционной жалобы о наличии также вины истца в совершении дорожно-транспортное происшествия судебной коллегией признаются необоснованными.

Принимая во внимание заключение ООО «**» от 2 октября 2025 года в качестве доказательства при определении размера материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, суд пришел к выводу о его относимости и допустимости, отвечающего требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в его результате выводы и научно обоснованные ответы на вопросы, в подтверждение своих выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, выводы эксперта последовательны, не противоречат материалам дела, порядок проведения экспертиз соблюден, при этом экспертиза проведена лицом, имеющим соответствующее образования и квалификацию, а также стаж экспертной деятельности, выводы содержащееся в судебной экспертизе не являются противоречивыми. Эксперт, проводивший исследование, был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оснований не доверять экспертному заключению, не установлено.

Автором апелляционной жалобы оспаривается решение суда в части присужденного размера компенсации материального ущерба.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в п. 12 постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (абз. 2 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25).

Применяя ст. 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В соответствии с абз. 2 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П, основным положениям гражданского законодательства относится и ст. 15 ГК РФ, позволяющая лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Из изложенного следует, что, по общему правилу, потерпевший в результате дорожно-транспортного происшествия имеет право на возмещение причиненного его имуществу вреда, в размере, определенном без учета износа заменяемых узлов и деталей.

Ответчиками ФИО2 и ФИО3 не доказано наличие обстоятельств, уменьшающих размер возмещения вреда (например, имущественное положение ответчика (ч. 3 ст. 1083 ГК РФ).

При этом экспертное учреждение руководствовалось реальными рыночными ценами на запасные детали, а также Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта автомобиля на дату дорожно-транспортного происшествия.

Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Таким образом, из анализа вышеприведенных норм права и разъяснений следует, что лицо, чье транспортное средство повреждено в результате дорожно-транспортного происшествия, обладает правом на полное возмещение причиненного ему ущерба.

Ответчики не представляли доказательства того, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля истца, таковых доказательств суду апелляционной инстанции ответчиком не представлено.

Оснований не согласиться с определенным судом размером возмещения материального ущерба судебная коллегия не усматривает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ.

Суд первой инстанции обосновано также взыскал с ответчика расходы истца, понесенные им по оплате экспертизы и государственной пошлины пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований

Нарушения или неправильного применения норм как материального, так и процессуального права судебной коллегией не усматривается в обжалуемом решении, доводы апелляционной жалобы, проверенные в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу.

Доводов, влекущих отмену или изменение решения суда, апелляционная жалоба содержит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кызылского городского суда Республики Тыва от 16 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) через Кызылский городской суд Республики Тыва в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение будет изготовлено в течение десяти рабочих дней.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 7 апреля 2026 года.