Решение № 2-738/2026 от 16 февраля 2026 г.

Дело № 2-738/2026

УИД: №


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Железнодорожный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе председательствующего судьи Хомчука А.А., при секретаре Комаровой П.В., с участием истца ФИО2, представителя истца ФИО12, ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратилась в суд с иском (с учетом уточнений) к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере <данные изъяты>.

В обоснование заявленных требований указано на то, что ДД.ММ.ГГГГ по вине ФИО1, управлявшей автомобилем «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО3, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого причинены механические повреждения автомобилю «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № принадлежащему ФИО2, а последней материальный ущерб, размер которого составляет <данные изъяты>. Поскольку на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя ФИО1 не была застрахована, то обязанность по возмещению данного ущерба должна быть возложена на законного владельца автомобиля «<данные изъяты>», которым является ФИО3

Определением Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело передано по подсудности в Железнодорожный районный суд г.Барнаула.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ на основании статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО1

В судебном заседании истец ФИО2 и её представитель ФИО12 настаивали на удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании ответчик ФИО1 просила отказать в удовлетворении исковых требований, в случае удовлетворения изменить размер ущерба с учетом годных остатков, в удовлетворении исковых требований к ФИО3

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, о причинах не явки не сообщил, ходатайств не заявлял.

Третьи лица ФИО13, ФИО14, финансовый управляющий ФИО3 – ФИО15 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, о причинах не явки не сообщили, ходатайств не заявляли.

Выслушав истца и её представителя, ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов возмещения вреда.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (пункт 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в районе <адрес> в <адрес> края произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, и автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО14

Из материала по факту дорожно-транспортного происшествия, в том числе письменных объяснений водителей ФИО1, ФИО5, ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, данных сотрудникам полиции, схемы места дорожно-транспортного происшествия, рапорта сотрудника полиции следует, что автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО1 двигался в <адрес> от <адрес> в направлении <адрес> и на пересечении перекрестка с <адрес> произошло столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» под управлением ФИО5, двигавшегося по <адрес> в направлении <адрес>, после чего автомобиль под управлением ФИО1 отбросило на автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО14, стоящего на встречной полосе по <адрес> на перекрестке с <адрес>.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилям причинены механические повреждения, а также причинен вред здоровью водителю и пассажиру автомобиля «<данные изъяты>» ФИО14 и ФИО6 соответственно.

Согласно ответам ГИБДД УМВД России по <адрес>, карточкам учета транспортных средств, ФИО3 является собственником автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО7 – автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № ФИО2 – автомобиля <данные изъяты>», государственный регистрационный знак №.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО2 ссылалась на то, что вышеуказанное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1

Не оспаривая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, ФИО1 возражала относительно наличия её вины в нем.

Для установления механизма дорожно-транспортного происшествия судом по ходатайству ФИО1 назначалось проведение по делу судебной автотехнической экспертизы, расходы по которой были возложены на ФИО1

Согласно части 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

В определении суда о назначении экспертизы ответчику ФИО1 разъяснены последствия, изложенные в приведенной норме процессуального закона, данное определение ФИО1 в части возложения на неё расходов по оплате экспертизы не обжаловалось.

В счет оплаты экспертизы ФИО1 на депозитный счет Управления Судебного департамента в Алтайском крае внесены денежные средства в размере <данные изъяты>.

Определением суда о назначении судебной экспертизы ФИО1 разъяснялось, что в случае необходимости требуется произвести доплату стоимости экспертизы непосредственно в экспертное учреждение либо путем внесения денежных средств на депозитный счет Управления Судебного департамента в Алтайском крае.

Согласно сообщению эксперта, полная стоимость экспертизы составила <данные изъяты>.

Судом ФИО1 неоднократно извещалась о необходимости произвести оплату экспертизы в полном объеме, однако от совершения данных действий последняя уклонилась.

Гражданское дело возвращено из экспертного учреждения без исполнения в связи с отсутствием со стороны ответчика ФИО1 оплаты за проведение судебной экспертизы.

Помимо приведенных в части 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации последствий уклонения стороны от участия в экспертизе, суд учитывает, что заключение судебной экспертизы не является исключительным средством доказывания. Квалификация действия участников дорожного движения, равно как и установление причинно-следственной связи, вины является прерогативой суда, а не эксперта-техника.

Основания для назначения по делу судебной экспертизы для установления того, соответствовали ли действия водителей Правилам дорожного движения и какими пунктами они должны были руководствоваться, как о том заявила ответчик ФИО1 в судебном заседании, у суда не имеется, поскольку данные вопросы носят правовой характер и не отнесены к компетенции судебного эксперта, а подлежат разрешению судом. Указанное следует из правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики по применению законодательства, регулирующего назначение и проведение экспертизы по гражданским делам, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14 декабря 2011 года).

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5 Правил дорожного движения).

В соответствии с пунктом 1.2 Правил дорожного движения уступить дорогу (не создавать помех) - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

В пункте 1.2 Правил дорожного движения также определено, что главной дорогой является дорога, обозначенная дорожным знаком 2.1 «Главная дорога», на которой предоставлено право преимущественного проезда нерегулируемых перекрестков.

В силу пункта 13.11 Правил дорожного движения на перекрестке равнозначных дорог, за исключением случая, предусмотренного пунктом 13.11(1) Правил, водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся справа.

Согласно положениям раздела 3 Приложения 1 «Дорожные знаки» к Правилам дорожного движения запрещающие знаки вводят или отменяют определенные ограничения движения.

В соответствии с приложением 1 к Правилам дорожного движения знак 3.1 «Въезд запрещен» означает запрет въезда всех транспортных средств в данном направлении.

В соответствии с пунктом 10.1. Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия, представленной видеозаписи с фиксацией дислокации дорожных знаков, <адрес> с поворотом налево на <адрес> является главной дорогой, по ходу движения по <адрес> в направлении <адрес> за перекрестком с <адрес> установлен дорожный знак <данные изъяты>

Из материала, составленного сотрудниками полиции по факту дорожно-транспортного происшествия, представленной видеозаписи, на которой зафиксирован момент столкновения автомобилей, следует, что автомобили «<данные изъяты>» под управлением ФИО5 и «<данные изъяты>» под управлением ФИО1 двигались соответственно по <адрес> и <адрес> по главной дороге, автомобиль «<данные изъяты>» под управлением ФИО8 двигался по <адрес> по второстепенной дороге и при приближении к перекрестку с <адрес> совершил остановку. Водитель ФИО1 на перекрестке с <адрес> продолжила прямолинейное движение в направлении <адрес> и при пересечении нерегулируемого перекрестка с <адрес> произошло столкновение правой части её автомобиля в области крыла с автомобилем «<данные изъяты>», после чего автомобиль «<данные изъяты>» под её управлением отбросило на остановившийся перед перекрестком с <адрес> во встречном направлении автомобиль «<данные изъяты>».

Оценивая приведенные доказательства, полученные в рамках рассмотрения настоящего дела и при оформлении дорожно-транспортного происшествия, в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, анализируя изложенную выше дорожную ситуацию, суд приходит к выводу о том, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 при проезде перекрестка с выездом на второстепенную дорогу, где по направлению её движению установлен запрещающий дорожный знак 3.1 «Въезд запрещен», не уступила дорогу автомобилю «<данные изъяты>», двигавшемуся по равнозначной дороге и приближающемуся к ней с правой стороны, а, соответственно, имеющему преимущество в движении, тем самым нарушила пункты 1.3, 13.11 Правил дорожного движения.

Именно несоответствие действий водителя ФИО1 вышеприведенным требованиям Правил дорожного движения находится в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием и причинением материального ущерба истцу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате действий и по вине водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1

Наличие вины в действиях иных участников дорожно-транспортного происшествия суд не усматривает.

Доводы ФИО1 о том, что по факту дорожно-транспортного происшествия она не привлекалась к административной ответственности, не принимаются судом во внимание, поскольку постановление о привлечении к административной ответственности в данном случае не носит преюдициального характера в вопросе установления вины участников дорожно-транспортного происшествия в рамках деликтных правоотношений, разрешаемых в порядке гражданского судопроизводства. Отсутствие факта привлечения ФИО1 к административной ответственности само по себе не свидетельствует об отсутствии в её действиях нарушения Правил дорожного движения, повлекших наступление неблагоприятных последствий в виде столкновения транспортных средств.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителей автомобилей «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, и «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО14 и ФИО5 соответственно была застрахована в ФИО18», водителя автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационной знак № ФИО1 по договору обязательного либо добровольного страхования (ОСАГО, КАСКО) не была застрахована.

При рассмотрении дела ФИО1 не оспаривала отсутствие на момент дорожно-транспортного происшествия страхования её ответственности. Факт отсутствия страхования автомобиля «<данные изъяты>» также подтверждено ответом АО «Национальная Страховая Информационная Система» на судебный запрос.

Постановлением должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 привлечена к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 12.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за неисполнение владельцем транспортного средства установленной федеральным законом обязанности по страхованию своей гражданской ответственности, а равно управление транспортным средством, если такое обязательное страхование заведомо отсутствует при управлении автомобилем «<данные изъяты>», что подтверждается ответом ГИБДД УМВД России по Алтайскому краю.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) владелец транспортного средства - собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное).

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

При возникновении права владения транспортным средством (приобретении его в собственность, получении в хозяйственное ведение или оперативное управление и тому подобном) владелец транспортного средства обязан застраховать свою гражданскую ответственность до совершения регистрационных действий, связанных со сменой владельца транспортного средства, но не позднее чем через десять дней после возникновения права владения им (пункт 2 статьи 4 Закона об ОСАГО).

В силу пункту 6 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При этом в пункте 19 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Из приведенных норм права и акта толкования следует, что законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.

Факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством. Передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не освобождает собственника от ответственности за причиненный вред.

Таким образом, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником повышенной опасности передано им иному лицу на каком-либо законном основании либо выбыло из его владения вследствие противоправных действий третьих лиц.

Исходя из требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания вышеуказанных обстоятельств возлагается на лицо, за которым зарегистрировано право собственности на транспортное средство.

Согласно сведениям федеральной информационной системы Госавтоинспекции о транспортном средстве, карточке учета транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по день формирования карточки автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, зарегистрирован по праву собственности за ФИО3

Возражая относительно исковых требований, ФИО1 ссылалась на то, что на дату дорожно-транспортного происшествия она являлась собственником и законным владельцем автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Проверяя данные доводы, суд исходит из следующего.

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 указанного выше кодекса по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, при отчуждении транспортного средства по договору право собственности на него у нового приобретателя возникает с момента передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно представленной в материалы дела копии договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приобрела у ФИО3 автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационной знак №, по цене <данные изъяты>. (<данные изъяты>

Между тем, доказательств, как реальности исполнения данной сделки, так и того, что ФИО1, реализуя правомочия собственника транспортного средства, осуществляла действия, направленные на содержание транспортного средства, в том числе поддержание его технического состояния (осуществление ремонта, технического обслуживания и т.д.), не представилено.

При оформлении дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО1 сотрудниками полиции на обстоятельства того, что она является собственником автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационной знак №, не ссылалась, договора купли-продажи сотрудникам ГИБДД не предъявляла.

Вышеуказанный договор купли-продажи был представлен ответчиком ФИО1 лишь при рассмотрении настоящего дела с заявлением об отмене заочного решения – ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более <данные изъяты> со дня возбуждения гражданского дела в суде.

Кроме того, как следует из протоколов судебных заседаний, в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 поясняла, что собственником автомобиля «<данные изъяты>» она не является, управляла на основании доверенности в личных целях (<данные изъяты>); в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пояснила, что автомобиль использовала в рабочих целях (т<данные изъяты>).

С учетом изложенного, суд критически оценивает представленный договор купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ.

Сам по себе факт передачи ключей и регистрационных документов на автомобиль в рассматриваемом случае подтверждает волеизъявление ФИО3 как собственника на передачу данного имущества в пользование, но не свидетельствует о передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке, поскольку использование другим лицом имущества собственника не лишает последнего права владения им, а, следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником.

Доказательства выбытия автомобиля из владения ФИО3 вследствие противоправных действий третьих лиц также не представлено.

С учетом изложенного, оценивая вышеуказанные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 являлся как титульным, так и фактическим владельцем автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что собственник транспортного средства ФИО3, передавший право управления транспортным средством иному лицу без соответствующего оформления правоотношений и не исполнивший обязанность застраховать гражданскую ответственность владельца транспортного средства, является надлежащим ответчиком, обязанным возместить ущерб, причиненный истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № № признано обоснованным заявление ФИО21 и в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, введена процедура реструктуризации долгов, утвержден финансовый управляющий.

Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № № ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура реализации имущества сроком дом ДД.ММ.ГГГГ.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 81, абзаца восьмого пункта 1 статьи 94, абзаца седьмого пункта 1 статьи 126, абзаца третьего пункта 2 статьи 213.11, абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 213.19 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, принятия решения о признании должника банкротом и открытия конкурсного производства или введения реализации имущества гражданина, с даты введения процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждения арбитражным судом плана реструктуризации долгов гражданина требования кредиторов по денежным обязательствам и требования об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 213.11 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.

Из приведенных правовых норм следует, что требования кредиторов по денежным обязательствам, не относящимся к текущим платежам, подлежат предъявлению исключительно в рамках дела о банкротстве, рассмотрение которого в силу пункта 1 части 6 статьи 27 Арбитражного кодекса Российской Федерации отнесено к исключительной подсудности арбитражных судов независимо от субъектного состава участвующих лиц.

Следовательно, с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введения процедуры реализации имущества должника, выступающего ответчиком в гражданском деле по спору, который в силу закона подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве, суд общей юрисдикции утрачивает компетенцию по его рассмотрению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», денежные обязательства относятся к текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом. Судам при применении данной нормы необходимо учитывать, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством для целей этого Закона понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному основанию, предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации (в связи с предоставлением бюджетного кредита юридическому лицу, выдачей государственной или муниципальной гарантии и т.п.). Таким образом, в качестве текущего платежа может быть квалифицировано только то обязательство, которое предполагает использование денег в качестве средства платежа, средства погашения денежного долга.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» разъяснено, что дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Из указанных положений закона и акта толкования следует, что платежи, подлежащие выплате кредитору вследствие причинения вреда его имуществу, имевшего место после даты принятия к производству арбитражного суда заявления о признании должника банкротом, относятся к текущим платежам.

Из установленных по делу обстоятельств следует, что дело о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) возбуждено на основании заявлений ФИО19 и ФИО20 принятых к производству арбитражного суда ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно.

Ущерб ФИО2 причинен в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, поскольку причинение вреда имуществу ФИО2 имело место после принятия заявлений о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), то требование о возмещении данного ущерба относится к текущим платежам и полежит рассмотрению в рамках гражданско-правового спора, отнесенного, с учетом субъектного состава сторон, к подсудности суда общей юрисдикции.

В подтверждение размера причиненного ущерба истцом представлено экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненное ИП ФИО9, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на дату дорожно-транспортного происшествия составляет без учета износа – <данные изъяты>., с учетом износа – <данные изъяты> руб., рыночная стоимость с учетом округления – <данные изъяты>., стоимость годных остатков с учетом округления – <данные изъяты>.

Данное заключение стороной ответчика не оспорено, доказательств иного размера восстановительного ремонта ответчиком не представлено, от проведения экспертизы ответчик уклонился, в связи с чем оно принимается судом.

С учетом изложенного, суд принимает заключение эксперта в качестве допустимого доказательства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 4 пункта 5 постановления от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Б. и других», при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23 июня 2015 года « 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В абзаце 1 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 65 названного постановления от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает стоимость данного транспортного средства без учета повреждений на момент разрешения спора, с причинителя вреда может быть взыскана разница между стоимостью такого транспортного средства и надлежащим размером страхового возмещения с учетом стоимости годных остатков.

Принимая во внимание, что экспертным заключением от <данные изъяты> № № установлено превышение стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца его рыночной стоимости, суд приходит к выводу о том, что в результате дорожно-транспортного происшествие произошла конструктивная гибель данного транспортного происшествия, соответственно, размер ущерба подлежит определению исходя из его рыночной стоимости на дату дорожно-транспортного происшествия за вычетом стоимости годных остатков и составляет <данные изъяты>. из расчета <данные изъяты>. – <данные изъяты>

С учетом изложенного, суд взыскивает с ответчика ФИО3 в пользу истца сумму ущерба в размере <данные изъяты>

При подаче иска ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере <данные изъяты>., что подтверждается чеками по операции от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

В силу статей 88 и 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам, связанным с рассмотрением дела, относятся государственная пошлина.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку исковые требования удовлетворены только к ответчику ФИО3, то у истца возникло право на возмещение понесенных в связи с рассмотрением дела вышеуказанных судебных расходов с данного ответчика.

Принимая во внимание, что исковые требования удовлетворены частично (на <данные изъяты> %), суд взыскивает с ответчика, в пользу истца судебные расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным исковым требованиям в размере <данные изъяты>

Определением судьи Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, в том числе денежные средства, автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак <данные изъяты> принадлежащие ФИО3, находящиеся у него или у других лиц, в пределах суммы заявленных исковых требований – <данные изъяты>., с запретом осуществления действий, направленных на отчуждение указанного имущества; органам ГИББ наложен запрет осуществлять регистрационные действия в отношении вышеуказанного автомобиля.

В соответствии с частью 1 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.

В силу части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты» в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда.

Поскольку, как следует из материалов дела и установлено судом, собственником автомобиля Тойота Корона» государственный регистрационный знак <***>, является истец ФИО2, то суд приходит к выводу о необходимости отмены вышеуказанных обеспечительных мер в отношении данного транспортного средства.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (ИНН: № в пользу ФИО2 (СНИЛС: №) ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере <данные изъяты>, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> а всего <данные изъяты>

В удовлетворении остальной части исковых требований, в том числе к ответчику ФИО1 отказать.

По вступлении решения в законную силу отменить обеспечительные меры в виде наложения ареста и запрета органам ГИБДД осуществлять регистрационные действия в отношении автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № принятые определением судьи Центрального районного суда г.Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г.Барнаула Алтайского края в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья А. А. Хомчук

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ