Апелляционное определение № 33А-10326/2025 33А-303/2026 от 20 января 2026 г.

Судья 1 инстанции Дацюк О.А.

УИД 38RS0001-01-2025-003767-64

Судья-докладчик Абрамчик И.М.

№ 33а-303/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г.

г. Иркутск

Судебная коллегия по административным делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Абрамчика И.М.,

судей Махмудовой О.С., Трофимовой Е.Н.,

при секретаре Должиковой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело№ 2а-4060/2025 по административному иску ФИО1 к Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Иркутской области, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ангарскому городскому округу о признании незаконными решений о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, об аннулировании вида на жительство в Российской Федерации

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 17 сентября 2025 г.,

установила:

в обоснование административного иска ФИО1 указал, что 17 апреля 2025 г. ГУ МВД России по Иркутской области в отношении него принято решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в соответствии с п.п. 1 ч. 1 ст.27 Федерального закона от 15 августа 1996 г. №114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» сроком до 08 октября 2030 г. О принятом решении уведомлен 10 июля 2025 г. С принятым решением не согласен, считает его незаконным и необоснованным, так как административный ответчик не представил обоснования в целях обеспечения какой конкретно задачи обороноспособности или безопасности государства, либо общественного порядка, либо защиты здоровья населения принято такое решение и на основании каких обстоятельств. Он проживает на территории Российской Федерации значительное время, 09 сентября 2016 г. в отношении него принято решение о выдаче вида на жительство в Российской Федерации проживают его супруга и двое несовершеннолетних детей, являющиеся гражданами РФ. Он ведет с ними совместное хозяйство, материально обеспечивает, а также поддерживает постоянное общение и активно участвует в воспитании детей. Административный ответчик не указал на какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований, допускающих вмешательство в осуществление права на уважение семейной жизни, а также оснований, по которым неразрешение въезда в РФ вызвано крайней необходимостью в интересах национальной безопасности и общественного порядка, целями предотвращения беспорядков или преступлений, целями охраны здоровья или нравственности.

14 мая 2025 г. принято решение об аннулировании ранее выданного вида на жительство на основании неправомерно принятого решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

На основании изложенного административный истец просил суд признать незаконными и отменить решение ГУ МВД России по Иркутской области о неразрешении въезда на территорию Российской Федерации от 17 апреля 2025 г., решение ГУ МВД России по Иркутской области от 14 мая 2025 г. об аннулировании вида на жительство в Российской Федерации за Номер изъят.

Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 17 сентября 2025 г. в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1, повторяя доводы, изложенные в административном исковом заявлении, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Письменных возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.

Заслушав доклад судьи, объяснения ФИО1 и его представителя ФИО2, просивших об удовлетворении апелляционной жалобы, представителя ГУ МВД России по Иркутской области ФИО3, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого судебного акта, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 4 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Положениями части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданину предоставлено право обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если он полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

На основании частей 9, 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав, свобод и законных интересов, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, касающихся оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), а также соответствия содержания оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Конституция РФ как основной закон Российской Федерации в статье 2 провозгласила права и свободы человека и гражданина высшей ценностью, их признание, соблюдение и защиту - обязанностью государства.

В силу части 3 статьи 62 Конституции РФ иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации.

Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (часть 3 статьи 55 Конституции РФ).

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, а также отношения с их участием определяет и регулирует Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 115-ФЗ), а также Федеральный закон от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (далее – Федеральный закон № 114-ФЗ).

Согласно статье 4 Федерального закона № 115-ФЗ иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

Из анализа указанных положений следует, что иностранный гражданин, находящийся на территории Российской Федерации обязан соблюдать законы и иные нормативно-правовые акты Российской Федерации, в ином случае государство вправе применить установленные законодательством меры реагирования.

Согласно статье 24 Федерального закона № 114-ФЗ иностранным гражданам и лицам без гражданства въезд в Российскую Федерацию и выезд из Российской Федерации могут быть не разрешены по основаниям, предусмотренным данным Федеральным законом.

Как следует из статьи 25.10 Федерального закона № 114-ФЗ в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства при наличии оснований, предусмотренных частью первой статьи 27 настоящего Федерального закона, выносится решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 27 Федерального закона № 114-ФЗ въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если это необходимо в целях обеспечения обороноспособности или безопасности государства, либо общественного порядка, либо защиты здоровья населения, за исключением случаев, предусмотренных абзацем вторым пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 30 марта 1995 г. № 38-ФЗ «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)».

В силу части 2 статьи 9 Федерального закона № 115-ФЗ помимо случаев, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, вид на жительство иностранному гражданину не выдается, а ранее выданный вид на жительство аннулируется в случае принятия в установленном порядке решения о нежелательности пребывания (проживания) в Российской Федерации, в том числе в случае приостановления действия такого решения, или решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию данного иностранного гражданина.

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 5 марта 2014 г. № 628-О, в силу статьи 55 части 3 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно изложенной им в своих решениях, защита конституционных ценностей предполагает, как это следует из ст. ст. 17 (часть 3), 19, 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации, возможность разумного и соразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина при справедливом соотношении публичных и частных интересов, без умаления этих прав, а значит, федеральным законом могут быть предусмотрены лишь те средства и способы такой защиты, которые исключают несоразмерное ограничение прав и свобод; соответствующие право ограничения оправдываются поименованными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации публичными интересами, если они обусловлены именно такими интересами и способны обеспечить социально необходимый результат (постановления от 18 февраля 2000 г. № 3-П, от 14 ноября 2005 г. № 10-П, от 26 декабря 2005 г. № 14-П, от 16 июля 2008 г. № 9-П, от 7 июня 2012 г. № 14-П и др.).

Создавая условия, обеспечивающие достойную жизнь и свободное развитие человека, государство несет ответственность за исполнение этой конституционной обязанности и должно оставаться способным ее исполнять при помощи доступных ему ресурсов, включая социальную защиту, здравоохранение, рынки труда и жилья, поддерживая приемлемую для этого миграционную ситуацию. Российская Федерация вправе использовать действенные законные средства, которые позволяли бы ей контролировать на своей территории иностранную миграцию, следуя при этом конституционным критериям ограничения прав, свобод и не отказываясь от защиты своих конституционных ценностей. Государство вправе, не отступая от конституционных установлений, предусмотреть в федеральном законе меры ответственности и правила их применения, действительно позволяющие следовать правомерным целям миграционной политики, для пресечения правонарушений, восстановления нарушенного правопорядка в области миграционных отношений, предотвращения противоправных (особенно множественных) на него посягательств угрозой законного и эффективного их преследования.

Необходимость ограничения прав и свобод человека должна быть обоснована исходя из установленных фактических обстоятельств. Ограничение прав и свобод человека допускается лишь в том случае, если имеются относимые и достаточные основания для такого ограничения, а также если соблюдается баланс между законными интересами лица, права и свободы которого ограничиваются, и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Уполномоченные органы исполнительной власти и суды обязаны соблюдать вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, которые предполагают дифференциацию публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Приведенные положения закона судом первой инстанции не нарушены.

Как следует из материалов дела, ФИО1, (данные изъяты), является гражданином Республики Узбекистан, документирован видом на жительство иностранного гражданина серии 83 Номер изъят, сроком действия (бессрочно)

Постановлением Ангарского городского суда Иркутской области от 08 октября 2024 г. г., вступившим в законную силу 24 октября 2024 г., прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 УК РФ, в связи с примирением сторон по основанию, предусмотренному статьей 25 УПК РФ. В соответствии со статьей 76 УК РФ обвиняемый ФИО1 освобожден от уголовной ответственности.

18 апреля 2025 г. врио начальника ГУ МВД России по Иркутской области утверждено решение Номер изъят о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, которым на основании пункта 1 части 1 статьи 27 Федерального закона № 114-ФЗ гражданину Республики Узбекистан ФИО1, (данные изъяты), неразрешен въезд в Российскую Федерацию сроком на 6 лет, до Дата изъята

Из содержания оспариваемого решения следует, что в ходе служебной деятельности выявлен гражданин Республики Узбекистан, ФИО1, (данные изъяты), в отношении которого Дата изъята возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Постановлением Ангарского городского суда Иркутской области от Дата изъята уголовное дело и уголовное преследование в отношении гражданина Республики Узбекистан ФИО1 прекращено на основании статьи 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон, то есть без возникновения у указанного гражданина права на реабилитацию. При принятии решения миграционным органом учтён факт привлечения ФИО1 к административной ответственности по статье 20.21 КоАП РФ и части 1 статьи 18.8 КоАП РФ.

Решением от 26 августа 2025 г. внесено изменение в решение от 18 апреля 2025 г. путем исключения из абзаца 8 установочной части решения указания на привлечение в 2017 году к уголовной ответственности по части 1 статьи 161 УК РФ.

Решением ГУ МВД России по Иркутской области от 14 мая 2025 г. на основании пункта 2 статьи 9 Федерального закона № 115-ФЗ ФИО1 аннулирован вид на жительство в Российской Федерации, в связи с принятием решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, оценив собранные по делу доказательства и основания принятия оспариваемых решений, пришел к выводу о том, что оспариваемые решения являются законными и обоснованными, принятыми компетентным органом, в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции не имеется, поскольку они соответствуют нормам материального права, регулирующим спорное правоотношение, и представленным в дело доказательствам.

На основании части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Действительно, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 05 марта 2014 г. № 628-О, от 19 ноября 2015 г. № 2667-О).

Приведенные нормативные положения не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории, не гарантируют иностранцам право въезжать в страну или проживать на ее территории и не быть высланными, поскольку лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, признав их относимыми, допустимыми и в совокупности достаточными, пришёл к обоснованному выводу о законности оспариваемых решений о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, об аннулировании вида на жительство в Российской Федерации.

Таким образом, при наличии соответствующих сведений в отношении административного истца, свидетельствующих о нарушении требований законов страны пребывания, принимая во внимание обстоятельства возбуждения вышеуказанного уголовного дела и последующее его прекращение по нереабилитирующим основаниям, факты привлечения ФИО1 к административной ответственности за совершение правонарушений, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность, обеспечения режима пребывания иностранных граждан на территории Российской Федерации, приводимые административным истцом доводы относительно семейных связей не могут оправдать допущенные им нарушения правопорядка и не влекут отмену оспариваемых решений.

Само по себе наличие у ФИО1 супруги и малолетних детей, являющихся гражданами Российской Федерации, в совокупности с изложенными выше обстоятельствами не является безусловным основанием для отмены судебного решения и удовлетворения заявленных требований. Кроме того, судом первой инстанции обоснованно учтено, что брак между административным истцом и ФИО4 расторгнут 10 июля 2025 г.

Судебная коллегия также учитывает, что административный истец, зная о возможных негативных последствиях совершения уголовно-наказуемого деяния и административных правонарушений, со своей стороны, необходимой заботы не проявлял.

Исходя из анализа вышеприведенных норм права, учитывая установленные по делу обстоятельства, а именно, характер совершенных административным истцом административных правонарушений, обстоятельства возбуждения уголовного дела и последующее его прекращение по нереабилитирующим основаниям, судебная коллегия приходит к выводу, что поведение административного истца свидетельствует о явном пренебрежении административного истца к законодательству Российской Федерации, в связи с чем выводы суд первой инстанции о законности оспариваемых решений правомерны. Проживание на территории Российской Федерации супруги и детей не явилось фактором, сдерживающим ФИО1 от нарушения законодательства Российской Федерации, а также безразличное отношение самого административного истца к последствиям совершенного им умышленного преступления и повлекло принятие миграционным органом оспариваемых решений.

Доводы заявителя о несоразмерности принятых мер совершенным деяниям несостоятельны, так как суд правомерно исходил из презумпции знания заявителем законодательства страны пребывания, и возможности совершения государством страны пребывания оспариваемых действий в отношении заявителя за совершение правонарушений.

Доводы жалобы о том, что оспариваемые решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию, об аннулировании вида на жительство не оправданы крайней социальной необходимостью, по своим правовым последствиям влекут чрезмерное вмешательство в имеющееся у ФИО1 право на уважение личной и семейной жизни; что уголовное дело и уголовное преследование прекращено ввиду примирения с потерпевшим; что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что запрет на въезд в Российскую Федерацию является необходимой мерой в целях защиты общественной безопасности, - по существу направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств и повторяют правовую позицию административного истца, изложенную им в административном исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде первой инстанции, которая была исследована судом и верно отклонена как необоснованная в решении.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Определении от 05 марта 2014 г. № 628-О, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров Российской Федерации, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики.

В связи с чем, поведение ФИО1 не может не оцениваться как сознательное пренебрежительное отношение к законодательству Российской Федерации, что позволяет сделать вывод о соразмерности примененной административным ответчиком меры ответственности в виде неразрешения въезда на территорию Российской Федерации.

Сами по себе решения миграционного органа не являются вмешательством в сферу личной жизни гражданина Республики Узбекистан ФИО1, поскольку государство вправе устанавливать ответственность иностранных граждан за совершение преступления на территории Российской Федерации в целях обеспечения государственной безопасности, общественного порядка, предотвращения преступлений, защиты здоровья и нравственности населения, и соблюдения баланса между законными интересами административного истца и законными интересами иных лиц, государства, общества.

Тем более, что правовые ограничения, принятые в отношении административного истца, носят временный характер и не влекут запрет на въезд и проживание в Российской Федерации по истечении установленного срока.

Правилами принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2015 г. № 12 «О порядке принятия решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства», приказом МВД России от 08 мая 2019 г № 303 «Об утверждении Порядка рассмотрения материалов, содержащих обстоятельства, являющиеся основанием для принятия (отмены) решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, а также форм решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, решения об отмене решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства, уведомления иностранного гражданина или лица без гражданства о принятом в отношении него решении о неразрешении въезда в Российскую Федерацию» не запрещено внесение изменений (дополнений) в действующее решение органа государственной власти о неразрешении иностранным гражданам въезда в Российскую Федерацию.

Решение от 26 августа 2025 г. о внесении изменения в решение от 18 апреля 2025 г. принято при наличии к тому оснований, в соответствии с полномочиями миграционного органа, фактические основания первоначального решения не изменяет – привлечение к уголовной ответственности в связи с совершением преступления, предусмотренного пунктом «в» части 2 статьи 158 УК РФ и последующее прекращение уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, доводы апелляционной жалобы в указанной части признаются судебной коллегией необоснованными.

Из объяснения административного истца, показаний свидетеля, свидетельства о расторжении брака следует, что брак между ФИО1 и ФИО4 расторгнут 01 июля 2025 г., с целью получения ФИО4 ежемесячного пособия, как нуждающейся в социальной поддержке лицу (одинокой матери), имеющей детей в возрасте до 17 лет, ввиду чего вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 возложил обязанность по содержанию своих детей на государство установленным по делу обстоятельствам не противоречит.

Доказательств, свидетельствующих об осуществлении административным истцом в период пребывания на территории Российской Федерации трудовой деятельности, обладании законным источником дохода, исполнении им обязанности по содержанию и воспитанию детей, в материалах дела отсутствуют. Статус индивидуального предпринимателя прекращен 05 сентября 2016 г., справка ООО «Максим-Ангарск» не подтверждает осуществления административным истцом деятельности, приносящей доход, а также исполнения им обязанности по содержанию своей семьи.

Таким образом, изложенные административным истцом в обоснование доводов жалобы, оцениваемые применительно к нормам материального и процессуального закона, регулирующим рассматриваемые правоотношения, не свидетельствуют о нарушении прав административного истца.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, в связи с чем отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта, предусмотренные статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ангарского городского суда Иркутской области от 17 сентября 2025 г. по данному административному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Судья-председательствующий

И.М. Абрамчик

Судьи

О.С. МахмудоваЕ.Н. Трофимова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 января 2026 г.