Апелляционное определение № 33-7506/2026 от 28 апреля 2026 г.

Судья: фио Дело <данные изъяты>

УИД 50RS0<данные изъяты>-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты> 29 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего Шибаевой Е.Н.,

судей Горячевой М.Н., фио,

при секретаре фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску фио к фио о признании недействительным договора купли-продажи и применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе фио на решение Егорьевского городского суда <данные изъяты> от «21» октября 2025г.

заслушав доклад судьи фио,

объяснения явившихся лиц,

установила:

фио обратился в Егорьевский городской суд <данные изъяты> с иском к фио о признании договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты> недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что <данные изъяты> умерла супруга истца фио После оформления наследственного имущества, истец, совместно с доверенным лицом, обратился в МФЦ с целью получения выписок из Единого государственного реестра недвижимости на имущество квартиру, а также на земельный участок и жилой дом, являвшиеся совместным имуществом супругов, право собственности на которые оформлено на истца. В полученной <данные изъяты> выписке из Единого государственного реестра недвижимости в графе собственник содержалась запись «Физическое лицо» и дата регистрации права <данные изъяты> Указанный факт смутил доверенное лицо истца. <данные изъяты> истцом и его доверенным лицом получен дубликат договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты>, согласно которому истец продал фио жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный по адресу: <данные изъяты>, общей площадью 85,2 м2 и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> расположенный по адресу: <данные изъяты> площадью 1646 м2. фио не имел намерения и не собирался продавать принадлежавший ему жилой дом и земельный участок, ни о какой продаже с ответчиком фио не договаривался, денежных средств от него не получал, более того, летом 2024 года фио спокойно проживал в своем доме, требований о выселении к нему никто не предъявлял, ни о какой сделке не сообщал. фио является глубоко пожилым человеком страдает тяжелыми хроническими заболеваниями, которые не позволяют ему воспринимать окружающую действительность в полной мере. фио является инвалидом второй группы (в настоящий момент оформляется первая группа) но зрению. Зрение практически утрачено, истец физически не мог ознакомиться с текстом указанного договора. При этом, необходимо отметить, что текст договора не содержит никакой записи о том, что его условия зачитывались сторонам вслух, сам договор составлен в простой письменной форме, подпись фио на нем находится ниже строки подписи и явно совершена человеком, имеющим проблемы с написанием текста. фио также страдает полной глухотой левого уха и хронической тугоухостью пятой стадии правого уха, даже со слуховым аппаратом с трудом различает звуки, на вопросы отвечает, только если задавать их громко и с маленького расстояния. В период с февраля по март 2024 года к фио обратился фио, предложив свою помощь в оформлении прав на захоронение его покойной супруги. Для этого, по словам ответчика, им нужно поехать в многофункциональный центр и заполнить некоторые документы. Истец доверял ответчику, считал их отношения дружескими, в связи с чем поехал в многофункциональный центр, где действительно ставил подписи, необходимые, по словам ответчика, для оформления могилы супруги истца. Представляется, что воспользовавшись полной беспомощностью (слепотой и глухотой) истца, ответчик смог получить его подписи на необходимых документах, а также подать указанные документы на регистрацию в многофункциональный центр. Истец же, в силу слепоты и глухоты, не только не мог ознакомиться с текстом документа, который подписывал, но и с трудом мог услышать какие-либо вопросы со стороны сотрудников многофункционального центра. Истец фио не собирался заключать с ответчиком никаких сделок, находился в уверенности, что подписывает документы для оформления участка на кладбище для погибшей супруги, о подписанном договоре не знал, никаких денежных средств от ответчика не получал, спорный договор сторонами не исполнялся. О смене собственника на земельный участок и жилой дом истец фио узнал только <данные изъяты>, когда получил в многофункциональным центре выписку из Единого государственного реестра недвижимости. Узнать об этом в день подписания сделки истец фио не имел никакой возможности, так как в силу слепоты ознакомиться с текстом договора не мог, о том, что совершает какую-то сделку, не знал.

Ссылаясь на указанные обстоятельства фио просит суд признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты>, заключённый между фио и фио в отношении жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты>; аннулировать запись в Едином государственном реестре недвижимости о зарегистрированном праве собственности фио на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, распложенные по адресу: <данные изъяты>; восстановить запись о праве собственности фио на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, распложенные по адресу: <данные изъяты>

Истец фио и его представитель по доверенности (бланк: серия <данные изъяты>4 л.д. 37 том 1) фио в судебном заседании поддержали доводы искового заявления. Пояснив суду, что полагают сделки заключенные между фио и фио недействительными, поскольку фио не выражал намерения продажи жилого дома и земельного участка.

Ответчик фио и его представитель по доверенности (бланк: серия <данные изъяты>2 л.д. 52 том 1) фио в судебном заседании возражали относительно заявленных требований, представив суду письменный отзыв на иск (л.д. 49-51 том 1), указав, что спорное правоотношение основано на договоре купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты> в соответствии с которым истец фио, выступая продавцом, продал ответчику фио, выступающему покупателем, жилой дом с земельным участком, расположенные по адресу <данные изъяты> фио заявлено требование о признании данного договора недействительным как сделки, совершенной под влиянием обмана, что не соответствует действительности, поскольку является попыткой исказить обстоятельства дела и ввести суд в заблуждение. Истец фио осознавал истинное значение сделки и однозначно выразил волю на её совершение в ходе общения с сотрудниками многофункционального центра. Сделка совершена спустя месяц после захоронения супруги истца, не могла заключаться под указанным предлогом. Не смотря на доводы о нарушении зрения и слуха, истец находился в здравом уме, имел возможность дать критическую оценку происходящему, а также проявить должную осмотрительность и ознакомится с содержанием документов, прибегнув к помощи иных лиц. Сторона ответчика возражает против удовлетворения требований, поскольку отсутствие факта обмана, истец фио осознавал, что заключает договор купли-продажи дома и земельного участка, заявленные исковые требования с нарушением срока исковой давности. Сделка заключена добровольно, без обмана, истец фио, при заключении сделки <данные изъяты> полностью осознавал характер и юридические последствия совершаемых им действий. После подписания договора, при осуществлении регистрации сделки истец лично находился в многофункциональном центре и поставил подписи на заявлении о регистрации. Сотрудники многофункционального центра попросили ответчика фио уйти в другое помещение, провели с истцом фио разъяснительную беседу, истец подтвердил намерение продать дом и земельный участок. Истец фио внятно и четко выразил свое согласие на отчуждение недвижимости, его слова и поведение не вызвали сомнения у сотрудников многофункционального центра. Сделка совершенная между истцом фио и ответчиком фио без какого либо понуждения.

Представители третьих лиц, не являющих самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации муниципального округа <данные изъяты> и КУИ АМОЕ в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении дела в адрес суда не поступали.

Решением Егорьевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> иск фио удовлетворен. Договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты>, заключённый между фио (паспорт: серия <данные изъяты>) и фио (паспорт: серия <данные изъяты>) в отношении жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> признан недействительным. Аннулирована запись в Едином государственном реестре недвижимости о зарегистрированном праве собственности фио (паспорт: серия <данные изъяты>) на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, распложенные по адресу: <данные изъяты>, восстановлена запись о праве собственности фио (паспорт: серия <данные изъяты>) на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, распложенные по адресу: <данные изъяты>.

С решением суда не согласился фио, просил о его отмене, как незаконного и необоснованного, ссылался на то, что суд вышел за пределы заявленных требований и в обоснование принятого решения положил иную норму ГПК РФ, нежели та, о применении которой просили истец, оспаривая сделку, полагал, что основания для признания сделки недействительной отсутствуют.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции сторона истца и сторона ответчика свои доводы поддержали.

Судебная коллегия определила возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истцу фио на праве собственности принадлежал земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> и расположенный на нем жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенные по адресу: <данные изъяты>. Право собственности по которому зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (материалы реестрового дела л.д. 61-82, 100-118 том 1).

<данные изъяты> умерла супруга истца фио

На основании договора купли-продажи от <данные изъяты> собственником жилого дома и земельного участка является фио Из указанного договора купли-продажи следует, что фио продал жилой дом и земельный участок фио за 1 200 000 рублей.

Право собственности на недвижимое имущество зарегистрированы за ответчиком фио на основании договора купли-продажи от <данные изъяты> и <данные изъяты> соответствующие сведения внесены в Единый государственный реестр недвижимости в порядке, установленном Федеральным законом от <данные изъяты> № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (л.д. 123-127 том 1).

В рамках рассмотрения данного гражданского дела, по ходатайству представителя истца, с целью проверки его утверждения о том, что фио не имел возможности прочитать оспариваемый текст договора купли-продажи и не выражал намерения об их продажи, судом назначена судебная медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр медико-криминалистических исследований» на основании определения Егорьевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> о назначении судебной медицинской экспертизы (л.д. 174-176 том 1).

Из заключения эксперта от <данные изъяты><данные изъяты>-М/25 (л.д. 224-262 том 3) следует, что согласно данным специальных медицинских источников: первичная открытоугольная глаукома (ПОУГ) — это хроническое прогрессирующее заболевание глаз, характеризующееся повреждением зрительного нерва и постепенной потерей зрения, вплоть до полной слепоты, из-за длительного или периодического повышения внутриглазного давления; возрастная макулярная дегенерация (ВМД) — это хроническое прогрессирующее мультифакторное заболевание глаз, характеризующееся поражением макулярной области сетчатки и являющейся основной потерей центрального зрения у пациентов старше шестидесяти лет. ВМД оказывает серьезное влияние на качество жизни пациентов - возрастают трудности в повседневной деятельности (приготовление пищи, самообслуживание, использование телефона, чтение). Прогрессирование и оценка тяжести ВМД осуществляется по общепризнанной классификации AREDS (Age Related Eye Disease Study). AREDS 1- отсутствие изменений или небольшое количество мелких друз диметром до 63 мкр; AREDS2 (ранняя стадия) - множественный мелкие друзы или небольшое число друз среднего размера (от 63 до 124 мкр) или начальные изменения пигментного эпителия сетчатки; AREDS3 (промежуточная стадия) - множественный средние друзы или по крайней мере одна большая друза диаметром больше 124 мкр или очаги географической атрофии, не затрагивающие центральную ямку; AREDS4 (поздняя стадия) - очаги географической атрофии, затрагивающие центральную ямку или хориоидальная неоваскуляризация (ХНВ), характеризующаяся отслойкой нейроэпителия и/или отслойкой пигментного эпителия, отеком нейроэпителия, геморрагиями, твердыми (липидными) экссудатами, образование рубца в центральной зоне сетчатки, являющегося исходом макулярной неоваскляризации. Следует отметить, что на стадии AREDS 3 и 4 происходит быстрая и тяжелая потеря центрального зрения; острота зрения - это способность видеть и различать четко детали объектов на любом расстоянии. Измерение остроты зрения осуществляется в основном с помощью визометрических таблиц ФИО1 или колец Ландольта. При стандартном расстоянии в пять метров острота зрения 1,0 (100 процентов) означает, что пациент четко видит нижнюю строчку таблицы. При остроте зрения 1,0 человек без труда может прочитать самый мелкий шрифт на расстоянии 35-40 см от глаз. По данным литературы минимальная острота зрения для чтения составляет 0,3-0,4 можно читать крупный шрифт (например, заголовки) при хорошем освещении и без дополнительной оптической коррекции. Острота зрения 0,5-0,6 позволяет читать обычный книжный текст (примерный размер шрифта 11 pt) на расстоянии 35-40 см от глаз. Если зрение ниже 0,3, то требуются очки или контактные линзы. При очень низком зрении (< 0,1) используют спецсредства (лупы, программы-синтезаторы речи). По оценке Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) («Visual Standards for Driving and Reading» (WHO, 2018)) при остроте зрения < 0,3 адекватное самостоятельное чтение мелкого текста не возможно. По результатам анализа предоставленной медицинской документации в отношении фио установлено, что на момент подписания договора <данные изъяты> у подэкспертного имел место комплекс хронических прогрессирующих заболеваний органа зрения, а именно: а) на обоих глазах возрастная макулярная дегенерация: на правом глазу рубцовая форма, на левом глазу неоваскулярная форма, активная МНВ первого типа, что соответствует классификации AREDS 4; б) первичная открытоугольная глаукома 2 а стадии, в) из сопутствующих заболеваний/состояний: на обоих глазах - артифакия, на правом глазу дислокация интраокулярной линзы, на левом глазу миопия слабой степени, выраженное снижение остроты зрения обоих глаз (по результатам осмотра офтальмолога, датированных <данные изъяты>: Visus4 OD = счет пальцев у лица, не коррегирует, OS = 0,07, не коррегирует). Кроме того, по результатам проведенного обследования офтальмологом, проведенным по состоянию здоровья на <данные изъяты> (в период после состоявшегося подписания договора), зарегистрировано, что правый глаз вблизи не читает, а левый глаз с коррекций сферой +2,0 дптр читает отдельные крупные буквы: состояние функции зрения после подписания договора каких-либо существенных изменений не претерпело, как на этапе подписания договора, так и при обследовании по состоянию на <данные изъяты> острота зрения бесспорно была ниже 0,35. С учетом имеющихся медицинских данных о состоянии функции зрения фио (при наличии у него комплекса означенных выше заболеваний органа зрения) и в свете данных специальных медицинских источников эксперты считают, что подэкспертный на этапе подписания договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты> был лишен сколь-нибудь адекватной возможности самостоятельного прочтения текста, содержащегося в приобщённом к материалам дела договоре купли-продажи жилого дома и земельного участка, а, следовательно, и адекватного анализа «природы сделки, ее предмета и существенных условий», содержащихся в данном документе.

Истец просил признать сделку недействительной по основанию ст.179 ГПК РФ, как заключенной под влиянием обмана.

Приходя к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст.153, 154, 160, 166, 209 ГК РФ, а также положениями ст.ст.168, 177 ГК РФ, при этом основывал свои выводы на том, что фио, будучи лишенным на стадии подписания документа лишен сколь-нибудь адекватной возможности самостоятельного прочтения текста, содержащегося в приобщённом к материалам дела договоре купли-продажи жилого дома и земельного участка, а, следовательно, и адекватного анализа «природы сделки, её предмета и существенных условий», содержащихся в данном документе, что подтверждается заключением судебной экспертизы. При этом, применяя последствия недействительности сделки в виде возврата имущества фио. суд первой инстанции, ввиду отсутствия доказательств со стороны ответчика, подтверждающих передачу денежных средств по сделке, основания для взыскания с истца в пользу ответчика денежных средств по сделке не усмотрел. Также судом первой инстанции были оценены и отклонены доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности обращения в суд с данным требованием.

Судебная коллегия, соглашаясь с правильностью вывода суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцом требования, а также об отсутствии оснований для применения последствий пропуска срока исковой давности, вместе с тем полагает обоснованными доводы апелляционной жалобы о том, что судом при принятии решения было допущено существенное нарушение норм материального права, при разрешении исковых требований фио были применены нормы права, не подлежащие применению (ст.177 ГК РФ) и не были применены нормы права, подлежащие применению (ст.179 ГК РФ).

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает необходимым отменить решение от <данные изъяты> и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, принимая во внимание следующее.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе принципов равноправия и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих доводов и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу положений пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст.179 ч.2 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 ГК РФ", сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Из смысла указанной нормы и общих положений гражданского права следует, что обманом является намеренное (умышленное) введение в заблуждение стороны в сделке другой стороной либо лицом, в интересах которого совершается сделка относительно характера сделки, ее условий и других обстоятельств, влияющих на решение потерпевшей стороны. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

Из поданного иска и пояснений стороны истца следует, что у истца не было намерений заключать договор купли-продажи дома и земельного участка от <данные изъяты>, в том числе на указанных в нем условиях, истец не получал какие-либо денежные средства от ответчика по данной сделке, при подписании договора не имел возможности прочитать его текст и был уверен, что подписывает иные документы, связанные с оформлением захоронения на супругу.

В обоснование своих доводов истец ссылался на наличие инвалидности по зрению (данный факт невозможности прочесть подписанный договор подтвержден выводами судебной экспертизы, оснований не доверять которым у судебной коллегии не имеется), проблем со слухом, что, вопреки доводам ответчика, подтверждено представленным в дело заключением по реабилитации (абилитации) инвалида, в котором подтверждена нуждаемость истца в постоянном ношении слухового аппарата ввиду существенной утраты им возможности слышать без применения специальных средств.

Также истец ссылался на тот факт, что ездил с ответчиком в МФЦ в спорный период для оформления иных документов, связанных с оформлением (переоформлением) захоронения на супругу и соответствующих пособий, что подтверждено представленными истцом документами о записи на прием в МФЦ, не связанным с оспариваемой сделкой купли-продажи.

Как следует из ответа МКУ «Служба в сфере погребения и похоронного дела» в настоящее время захоронение на имя фио, 03.11.1938года рождения, умершей 20.01.2024годла, оформлено на фио и на имя истца фио не переоформлялось.

Истец после оформления сделки купли-продажи проживал в спорном доме, что не отрицается ответчиком, не предъявлявшим к нему претензий, связанных с утратой последним права пользования спорными объектами.

Из договора купли-продажи от <данные изъяты> следует, что цена сделки между сторонами была определена в 1200000рублей (в совокупности за дом и земельный участок), в то время как по выпискам из ЕГРН кадастровая стоимость дома составляет 2479519,58рублей, кадастровая стоимость земельного участка составляет 998809,26рублей.

Договор купли-продажи был оформлен в простой письменной форме, подписан лично фио без привлечения рукоприкладчика (с учетом подтвержденных выводами судебной экспертизы проблем со зрением, а также с учетом представленной в настоящее дело доверенности от имени фио на представление его интересов, оформленной нотариально и подписанной от его имени рукоприкладчиком фио)., оформление сделки происходило в МФЦ в день составления и подписания спорного договора, нотариус, а также иные лица к оформлению сделки не привлекались.

Доводы стороны ответчика о том, что последствия заключения сделки были разъяснены истцу сотрудниками МФЦ, судебная коллегия отклоняет, как необоснованные, поскольку в полномочия сотрудников МФЦ при принятии документов о регистрации права собственности по сделке не входит обязанность разъяснения последствий заключение сделок между сторонами, а непосредственного участия в оформлении и подписания спорного договора купли-продажи и обсуждения его условий сотрудники МФЦ не принимали.

Из текста договора усматривается, что денежные средства в размере 30000рублей подлежали выплате истцу в качестве аванса до подписания договора, а сумма 1170000рублей подлежала оплате в течение 2 рабочих дней с момента регистрации перехода права собственности в установленном порядке.

Истец ссылался на то, что какие-либо денежные средства по сделке им не были получены. Со стороны ответчика доказательств передачи истцу данной суммы в порядке, установленном условиями договора (расписки, перевода на счет и пр.), а равно финансовой возможности выплаты данной денежной суммы истцу, в соответствии со ст.56 ГПК РФ представлено не было, сам ответчик ссылался заемный характер денежных средств, переданных истцу, а также не то, что они были переданы наличными и без оформления расписки ввиду доверительных соседских отношений.

В акте приема-передачи дома и земельного участка от <данные изъяты> какие-либо сведения о произведенном сторонами расчете по сделке отсутсвуют.

Какие-либо доказательства того, что после перехода права собственности к фио на спорный дом и земельный участок им в надлежащем порядке осуществлялись оплаты налогов за приобретенное имущество, а также оплата жилищно-коммунальных услуг, в соответствии со ст.56 ГПК РФ представлены не были.

Кроме того, какие-либо доказательства фактического исполнения оспариваемой сделки со стороны фио, выразившиеся в передаче истцу денежных средств по сделке, со стороны ответчика фио не представлены, а стоимость отчуждаемого имущества. Значительно заниженная даже по сравнению с кадастровой стоимостью дома и земельного участка, с его стороны необоснованна. Какие-либо доказательства о намерении истца осуществить спорную сделку с ответчиком именно на данных условиях (предварительный договор купли-продажи, переписка и пр.) в дело со стороны ответчика не представлены.

Кроме того, из представленных сведений из ЕГРН усматривается, что <данные изъяты> между истцом и ответчиком также была совершена сделка по отчуждению принадлежащего истцу гаража в <данные изъяты>, а из объяснений ответчика в рамках материала КУСП усматривается, что с его слов между сторонами была достигнута договоренность об иной цене сделки, отличной от указанной в договоре о продаже спорного имущества, при этом указанная стоимость должна была включать в себя и стоимость гаража, а какие-либо сведения о договоренности о продаже вместе с земельным участком и расположенного на нем жилого дома фио в рамках материала КУСП не сообщал, как не сообщал и о совершении нескольких сделок в указанную дату.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы стороны истца о том, что оспариваемая сделка от <данные изъяты> была совершена истцом путем постановки подписи в договоре под влиянием обмана со стороны ответчика, который умышленно создал условия для подписания истцом договора на указанных условиях, которые истец не мог просчитать и оценить на момент совершения сделки, будучи уверенным, что совершает иное юридически значимое действие, не связанное с отчуждением спорного имущества, при том, что со стороны истца какого-либо встречного предоставления по данной сделке от ответчика получено не было, нашли свое подтверждение при рассмотрении дела и не опровергнуты в установленном порядке стороной ответчика, ввиду чего полагает необходимым удовлетворить заявленные истцом требования о признании сделки от <данные изъяты> купли-продажи дома и земельного участка недействительной по основаниям, предусмотренным ст.179 ГК РФ, как о том просил истец, также применить последствия недействительности указанной сделки в виде возврата отчужденного имущества истцу путем внесения в сведения ЕГРН соответствующих изменений, аннулирования записи о регистрации права на данное имущество за ответчиком и восстановлении записи о регистрации данного права за истцом. Ввиду отсутствия доказательства исполнения сделки в части передачи денежных средств по ней от ответчика в истцу, оснований для взыскания с истца в пользу ответчика суммы 1200000рублей.

Оснований для применения к спорным правоотношениям последствий пропуска срока исковой давности, как о том просила сторона ответчика, судебная коллегия не усматривает ввиду следующего.

В силу положений статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из пояснений истца фио и его представителя, о данной сделке сторона истца узнала только при получении выписки из Единого государственного реестра недвижимости <данные изъяты> (дата выдачи выписки из единого государственного реестра недвижимости л.д. 15-17 оборот том 1), таким образом, истцу фио стало известно, что он не является собственницей жилого дома и земельного участка расположенных по адресу: <данные изъяты>

Доводы представителя истица о состоянии здоровья фио подтверждаются представленными: оригиналами медицинской карты <данные изъяты>, медицинской карты <данные изъяты>, копии амбулаторной карты <данные изъяты>, <данные изъяты>, амбулаторной карты <данные изъяты>, <данные изъяты> на имя фио

Каких-либо доказательств того, что истец мог и должен был узнать о спорной сделке до указанной даты, в том числе ввиду вышеизложенных выводов судебной коллегии о наличии оснований полагать заключенную сделку совершенной под влиянием обмана со стороны ответчика, в дело фио не представлено, в том числе с учетом того, что из его пояснений в рамках материала КУСП усматривается, что первые ссоры с фио и его новой супругой, в ходе которых по мнению судебной коллегии сторона истца и могла узнать о переоформлении земельного участка и дома на ответчика, стали иметь место только летом 2024года, а иск поступил в суд в апреле 2025года, т.е. в течение года, что свидетельствует об отсутствии оснований полагать пропущенным срок исковой давности обращения в суд.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемое решение от <данные изъяты> подлежит отмене по доводам жалобы ответчика о применении положений закона, не подлежащего применению в данном споре, исходя из оснований заявленных требований и о принятии по делу нового решения об удовлетворении исковых требований фио по указанным им основаниям.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст.199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Егорьевского городского суда <данные изъяты> от «21» октября 2025года отменить.

Постановить по делу новое решение.

Иск фио удовлетворить.

Договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от <данные изъяты>, заключённый между фио (паспорт: серия <данные изъяты>) и фио (паспорт: серия <данные изъяты>) в отношении жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты> и земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> признать недействительным.

Настоящее апелляционное определения является основанием для прекращении записи Едином государственном реестре недвижимости о зарегистрированном праве собственности фио (паспорт: серия <данные изъяты>) на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенные по адресу: <данные изъяты> восстановлении записи о праве собственности фио (паспорт: серия <данные изъяты>) на жилой дом с кадастровым номером <данные изъяты> и земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>, распложенные по адресу: <данные изъяты>.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15.05.2026года