Приговор № 22-192/2017 от 26 декабря 2017 г. по делу № 22-192/2017

Председательствующий: Аджян С.В.

Апелляционный
приговор №22-192/2017

Именем Российской Федерации

27 декабря 2017 года город Хабаровск

Судебная коллегия по уголовным делам

Дальневосточного окружного военного суда

в составе:

председательствующего Кушева В.Е.,

судей: Дубинина В.А.

и Пунтусова Д.В.,

при секретаре Гончаренко П.В.,

с участием:

прокурора отдела военной прокуратуры Восточного военного округа

советника юстиции ФИО24, государственного обвинителя помощника военного прокурора Хабаровского гарнизона капитана юстиции ФИО25,

- представителя потерпевшего и гражданского истца – Министерства обороны Российской Федерации – Ёргиной С.В.,

- осуждённого ФИО26,

- защитника адвоката Карнауховой Н.А.,

рассмотрела в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя помощника военного прокурора Хабаровского гарнизона капитана юстиции ФИО25 на приговор Хабаровского гарнизонного военного суда от 25 сентября 2017 года, которым военнослужащий войсковой части 51460 прапорщик

ФИО26, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый, проходящий военную службу по контракту с 2014 года, в том числе, в качестве прапорщика с марта 2016 года;

осуждён:

за преступление, предусмотренное частью первой статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, к штрафу в размере семьдесят тысяч рублей.

за преступление, предусмотренное частью четвёртой статьи 337 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на один год.

На основании части второй статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательное наказание, с применением статьи 73 того же кодекса, назначено ФИО26 в виде лишения свободы сроком на один год, условно с испытательным сроком в один год.

Тем же приговором гражданский иск представителя потерпевшего Ёргиной С.В. о взыскании 3910926 рублей 90 копеек, в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, удовлетворен частично. С ФИО26 в пользу Министерства обороны Российской Федерации присуждено к взысканию 3907926 (три миллиона девятьсот семь тысяч девятьсот двадцать шесть) рублей 90 копеек. В остальной части (на сумму 3000 рублей) в удовлетворении гражданского иска отказано.

Заслушав доклад судьи Кушева В.Е., судебная коллегия

установила:

Прапорщик ФИО26 признан виновным в халатности, повлекшей причинение крупного ущерба и в неявке в срок без уважительных причин на службу продолжительностью свыше одного месяца.

Эти деяния совершены им, как указывается в приговоре, при следующих приведённых в этом судебном решении обстоятельствах.

ФИО26, являлся должностным лицом, а именно старшиной 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460, будучи, в соответствии с положениями Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495 и Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного Приказом Министра обороны Российской Федерации от 03 июня 2014 года № 333 также материально ответственным лицом, отвечающим за сохранность вверенного ему имущества. Выполняя возложенные на него служебные обязанности по получению, хранению, учёту материальных ценностей указанного подразделения, в июле 2016 года надлежащим образом свои должностные обязанности не исполнил вследствие небрежного отношения к ним. А именно, в нарушение п. 39, 82, 83, 85, 86, 91, 105, 106, 113, 222 и 242 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, он не организовал надлежащее хранение и учёт полученных им со склада службы ракетно-артиллерийского вооружения (РАВ) войсковой части 51460 30 марта 2016 года - бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска), в количестве 34 комплектов, комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска), в количестве 34 комплектов, 19 апреля 2016 года - бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска), в количестве 30 комплектов, комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска), в количестве 30 комплектов, вверенных ему, в результате чего допустил утрату этого перечисленного вверенного ему имущества общей стоимостью 3999226 рублей 90 копеек.

Тем самым он причинил государству, в лице Министерства обороны Российской Федерации, ущерб на вышеуказанную сумму, который в силу примечания к статье 293 Уголовного кодекса Российской Федерации является крупным.

Он же, 23 сентября 2016 года в 8 часов 30 минут, желая временно уклониться от исполнения обязанностей военной службы и отдохнуть от неё, не явился без уважительных причин на службу к установленному распорядком дня времени в войсковую часть 51460, и стал проживать в городе Хабаровске и в Сахалинской области.

27 февраля 2017 года он явился в военный следственный отдел по Хабаровскому гарнизону и заявил о себе.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит об отмене приговора и вынесении апелляционного приговора с признанием ФИО26 виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью четвёртой статьи 160 и частью четвёртой статьи 337 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Доводы, приводимые при этом в представлении, сводятся к тому, что судом первой инстанции оценка исследованных доказательств проведена неправильно и односторонне, что выразилось:

- в необоснованном признании недостоверными показаний свидетелей ФИО1, ФИО2 и ФИО3, свидетельствующих о совершении ФИО26 хищения, а также показаний иных свидетелей об отсутствии в подразделении полученного ФИО26 в службе РАВ воинской части имущества;

- без надлежащей оценки и проверки в основу приговора положены письменные доказательства о якобы наличии этого имущества в роте, в частности, выписка из акта о результатах инвентаризации службы РАВ войсковой части 51460 от 28 июня 2016 года, фактически не исследованная, как указывается в апелляционной жалобе, в судебном заседании.

Кроме того, суд, по мнению автора жалобы, существенно нарушил уголовно-процессуальный закон.

При переквалификации действий ФИО26 с части четвёртой статьи 160 Уголовного кодекса Российской федерации на часть первую статьи 293 того же кодекса суд необоснованно сослался на позицию государственного обвинителя, якобы заявившего в прениях сторон о недоказанности корыстного мотива в действиях ФИО26. Фактическая позиция обвинения, полагавшего необходимым признать того виновным в хищении в форме присвоения, была судом искажена.

Кроме того, суд не возобновил судебное следствие, несмотря на изменение позиции ранее последовательно отрицавшим свою вину ФИО26, который в последнем слове признал себя виновным в хищении.

Как полагает автор представления несправедливо мягким является наказание, назначенное ФИО26 за преступление, предусмотренное частью четвёртой статьи 337 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании сторона обвинения, включая представителя потерпевшего, поддержала свои просьбы и доводы апелляционного представления, и высказала просьбу отменить приговор и вынести новый обвинительный приговор. Осуждённый и его защитник просили об оставлении приговора без изменения, а апелляционного представления без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и допросив дополнительно представленных сторонами свидетелей, выслушав выступления сторон, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор суда первой инстанции подлежит отмене на основании пунктов 1 - 4 статьи 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора.

В соответствии со статьёй 297 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями названного кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования закона при постановлении приговора по настоящему уголовному делу не соблюдены.

Выводы суда о юридической оценке деяния ФИО26, расцененного как халатность, основаны на неверной оценке исследованных по делу доказательств, противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела и сделаны с нарушением требований уголовного закона.

Прежде всего, приговор не содержит указания, в чём именно выразились действия либо бездействие ФИО26, расцененные судом как халатность. Положенные судом в основу приговора показания ФИО26 о том, что полученное им имущество – бронежилеты и комплекты боевого снаряжения – было частично выдано им военнослужащим роты, а частично помещено в предназначенное на тот период для хранения имущества роты помещение, при убытии в отпуск документально было сдано выделенному для этой цели командованием военнослужащему, после отпуска и вплоть до обнаружения его отсутствия ФИО26, вопреки выводу о противоположном суда первой инстанции, о наличии в его деянии состава преступления свидетельствовать не могут.

В то же время гарнизонным военным судом показания свидетелей и иные доказательства, из которых следует, что ФИО26 совершено хищение имущества, отвергнуты, как полагает судебная коллегия, без достаточных к этому оснований, а изложение ряда доказательств в приговоре не полной мере соответствует их установленному в судебном заседании содержанию.

При этом, вопреки указанному в приговоре, позиция государственного обвинителя относительно доказанности корыстного мотива в действиях ФИО26, заключавшаяся в том, что он полагал доказанным присвоение ФИО26 с использованием своего служебного положения и в целях личного обогащения вверенных ему бронежилетов и комплектов боевого снаряжения (том 4 лист дела 116) квалификации содеянного осуждённым как умышленного преступления и хищения не препятствовали.

Ссылка же в апелляционном представлении на то обстоятельство, что содержание последнего слова ФИО26 свидетельствовало о необходимости возобновления судебного следствия изложению этого выступления осуждённого в протоколе судебного заседания не соответствует.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона относятся к оценке доказательств и квалификации деяний ФИО26 в пределах имевшейся в обвинительном заключении, судебная коллегия полагает возможным постановить по делу новый обвинительный приговор.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что старшина разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460, дислоцированной в селе Князе-Волконском-1 Хабаровского района Хабаровского края прапорщик ФИО26, будучи должностным лицом, совершил хищение вверенного ему чужого имущества, в особо крупном размере, путём его присвоения и неявку в срок без уважительных причин на службу продолжительностью свыше одного месяца, совершенную военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, при следующих обстоятельствах.

В один из дней марта 2016 года ФИО26 на основании накладной № 336 от 29 марта 2016 года на внутреннее перемещение объектов основных средств, на складе службы ракетно-артиллерийского вооружения (служба РАВ) войсковой части 51460 для нужд 2 разведывательной роты разведывательного батальона названной воинской части, получил материальные ценности, а именно 35 единиц бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска) стоимостью 20775 рублей за один и 35 комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска) по 36771 рубль 40 копеек за комплект, а всего имущества на общую сумму 2014124 рубля.

Далее, в один из дней апреля 2016 года ФИО26 на основании накладной № 403 от 19 апреля 2016 на внутреннее перемещение объектов основных средств, на складе службы РАВ той же воинской части для нужд того же подразделения получил материальные ценности, а именно 30 единиц бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска) стоимостью 31316 рублей 91 копейка за один бронежилет и 30 комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска) стоимостью 36771 рубль 40 копеек каждый, а всего имущества на общую сумму 2042649 рублей 70 копеек.

Один бронежилет 6Б23-1 (2010 года выпуска) и один комплект боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска) был выдан ФИО26 в пользование командиру роты.

В дальнейшем, используя своё должностное положение и отсутствие надлежащего контроля за его служебной деятельностью со стороны командования подразделения и воинской части, ФИО26, имея преступный умысел на присвоение вверенного ему имущества - бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска), в количестве 34 единиц, бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска), в количестве 30 единиц, комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 кода выпуска), в количестве 64 комплектов, предназначенных для нужд 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460, действуя умышленно и незаконно, из корыстных побуждений в целях незаконного обогащения, осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, в период с 29 марта 2016 года по 1 июня 2016 года, используя личное транспортное средство, самовольно и незаконно вывез вверенные ему вышеуказанные материальные ценности за пределы территории воинской части. Затем он распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению, чем причинил государству, в лице Министерства обороны Российской Федерации ущерб в особо крупном размере, на общую сумму стоимости указанного имущества - 3999226 рублей 90 копеек.

Кроме того, ФИО26 23 сентября 2016 года, преследуя цель некоторое время отдохнуть от исполнения обязанностей военной службы, не явился без уважительных причин на службу к установленному распорядком дня времени в войсковую часть 51460, и стал проживать в городе Хабаровске и в Сахалинской области.

27 февраля 2017 года он прибыл в военный следственный отдел по Хабаровскому гарнизону и заявил о себе.

В судебных заседаниях гарнизонного военного суда, а также суда апелляционной инстанции ФИО26 полностью признал себя виновным в неявке в срок на службу без уважительных причин и о её обстоятельствах дал показания, по своему существу совпадающие с изложенным выше. При этом он пояснил, что в период невыхода на службу в городе Хабаровске ему неоднократно угрожали различные лица, которых он считает знакомыми командира роты ФИО1, в связи с недостачей вверенного ему имущества и повреждали его автомобиль, с чем он связывает столь продолжительное своё отсутствие на службе.

Что же касается обвинения в хищении бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, то виновным себя он не признал.

Его объяснения в этой части обвинения в суде первой инстанции, подтверждённые и уточнённые перед судебной коллегией окружного военного суда, сводились к следующему.

В начале 2016 года ввиду формирования нового штата 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460 состоялся разговор между ним, начальником штаба разведывательного батальона капитаном ФИО3 и командиром 2 разведывательной роты разведывательного батальона капитаном ФИО1 о необходимости полного обеспечения данного подразделения на весь штат 65 бронежилетами и комплектами боевого снаряжения. Данный вопрос также был согласован с начальником службы РАВ войсковой части 51460 майором ФИО4 Ввиду занятости начальника склада имущества службы РАВ он принял решение получить это имущество в два приёма. В марте 2016 года он на имя начальника службы РАВ войсковой части 51460 подал заявку на получение 35 бронежилетов и 35 комплектов боевого снаряжения. По выданным ему трём экземплярам накладной от 29 марта 2016 года № 336, это имущество в полном объёме им с помощью подчинённых рядовых ФИО5, ФИО6 и ФИО7 было получено на складе, находившемся примерно в одном километре от кладовой 2 разведывательной роты, куда он доставил в несколько приёмов имущество на своём легковом автомобиле.

Каждый раз от ворот складской территории он подвозил получаемое имущество к ограждению возле казармы, где располагалась 2 разведывательная рота. В данном ограждении имелся проём, через который он с бронежилетами и КБС заходил в казарму и складывал их в кладовой 2 разведывательной роты. После он возвращался на склад и таким же образом доставлял следующую часть имущества в кладовую подразделения, совершив таким образом 3-4 поездки.

Помимо этого ФИО26 показал, что в этот же день после того как имущество было доставлено в кладовую 2 разведывательной роты, он внёс данные об имуществе в книгу № 8 учета и движения материальных ценностей службы РАВ 2 разведывательной роты и выдал под роспись в книге учёта материальных средств присутствовавшим на тот момент примерно 10-12 военнослужащим бронежилеты и комплекты боевого снаряжения. Остальная часть полученных бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, осталась храниться в кладовой роты.

Аналогично на основании написанной им заявки на получение 30 бронежилетов и 30 комплектов боевого снаряжения и накладной от 19 апреля 2016 года № 403 им было получено на складе и помещено в кладовую подразделения это количество имущества. Сведения об этом имуществе он по забывчивости не внёс в книгу № 8 учета и движения материальных ценностей службы РАВ 2 разведывательной роты. Чтобы обеспечить безопасность хранения имущества в кладовой, куда был возможен доступ посторонних лиц, находившиеся там на тот момент бронежилеты и комплекты боевого снаряжения он прикрыл матрасами и иным вещевым имуществом, желая скрыть их.

6-7 мая 2016 года он убыл в отпуск. При этом были составлены и подписаны акты о передачи им всего числящегося за ротой имущества младшему сержанту ФИО7, которому он передал дела и должность.

В начале июня 2016 года после того как он прибыл из отпуска, не стал поштучно проверять наличие ранее полученных им бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, не принимал их у ФИО7 и не составлял об этом актов, но сразу же поменял навесной замок, который имелся на двери кладовой 2 разведывательной роты. При этом один экземпляр ключей он оставил себе, а остальные положил в металлический ящик, который располагался в одном из помещений 2 разведывательной роты.

В один из дней июля 2016 года в кладовой роты он бронежилетов и комплектов боевого снаряжения не обнаружил. О пропаже этого имущества он командованию части не доложил, попытался найти пропавшее самостоятельно, но это ему не удалось. В сентябре 2016 года с ним по факту пропажи бронежилетов и КБС беседовали командир роты ФИО1 и начальник штаба разведывательного батальона ФИО3. Им он сказал, что хранит имущество у друга в гараже. Это он придумал, поскольку боялся ответственности.

Существо указанных объяснений ФИО26 свидетельствует о том, что полученное и помещённое им в установленном порядке в кладовую подразделения имущество исчезло в период, когда его принял в подотчёт иной военнослужащий, что исключает его ответственность за пропажу этого имущества. Утверждение в приговоре гарнизонного военного суда о признании ФИО26 себя виновным в халатности существу его показаний не соответствует.

ФИО26 продемонстрировал, как он уложил в кладовой бронежилеты и комплекты боевого снаряжения, пояснив, что на тот момент в кладовой размещались только 50 комплектов бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, поскольку остальные пятнадцать комплектов он выдал личному составу в ходе проведённого с его участием следственного эксперимента, протокол которого был исследован судом первой инстанции.

Виновность ФИО26 в совершении преступлений подтверждается доказательствами, проверенными и непосредственно исследованными судом апелляционной инстанции. При этом, проверяя исследованные гарнизонным военным судом доказательства, судебная коллегия находит протокол судебного заседания Хабаровского гарнизонного военного суда по делу ФИО26, несмотря на имеющиеся в нём недостатки изложения, доказательством, с достаточной полнотой отражающим процессуальные действия, имевшие место в данном судебном заседании.

Из выписок из приказов статс-секретаря – заместителя Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2014 года № 694, командира войсковой части 51460 от 21 сентября 2014 года № 224, копии контракта и послужного списка усматривается, что ФИО26 21 октября 2014 года заключил контракт о прохождении военной службы на три года, зачислен в списки личного состава войсковой части 51460, назначен на должность разведчика.

Назначение его на должность старшины разведывательной роты, принятие им дел и должности и присвоение ФИО26 воинского звания «прапорщик» подтверждается выписками из приказов командующего 35 общевойсковой армией от 31 марта 2016 года № 53.

Свидетель ФИО1, с начала 2016 года командир 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460, показал, что вопрос о получении 65 комплектов бронежилетов и комплектов боевого снаряжения с ФИО26 не обсуждал. Он поставил подсудимому задачу получить только 35 бронежилетов и такого же количества комплектов боевого снаряжения. При этом бронежилеты и комплекты боевого снаряжения он никогда в кладовой роты не видел. Он получил у ФИО26 один бронежилет 2010 года выпуска и комплект боевого снаряжения. В марте или апреле он увидел в книге № 8 учета и движения материальных ценностей службы РАВ 2 разведывательной роты запись о получении 35 бронежилетов и такого же количества комплектов боевого снаряжения и стал узнавать у ФИО26, где они находятся. ФИО26 ему ответил, что хранит это имущество в гараже у своего друга. Он поверил ФИО26 на слово и не стал подробно выяснять, у какого друга, по какому адресу и на каком основании имущество 2 разведывательной роты находится за пределы воинской части. Он также не помнит, имелись ли записи о выдаче бронежилетов и комплектов боевого снаряжения в книге № 37 учета материальных средств, выданных во временное пользование, а у других, кроме него, военнослужащих роты такого имущества не было. Проведение сверок имущества роты со службами ФИО26 он не контролировал, а на вопрос об их проведении получал от ФИО26 утвердительный ответ. В июле 2016 года в клубе части проводилась общевойсковая сверка по всем службам, на которую он прибыл вместе с ФИО26, при этом сверку по службе РАВ проводил сам ФИО26, он у него только спросил о результатах, а также вновь сказал привезти имущество, якобы хранящееся в гараже у знакомого.

ФИО1 также указал, что в сентябре 2016 года ему стало известно, что ФИО26 без его ведома получил еще 30 бронежилетов и столько же комплектов боевого снаряжения. Он вместе с начальником штаба разведывательного батальона капитаном ФИО3 стали выяснять у ФИО26 местонахождение бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, на что подсудимый также продолжал отвечать, что имущество находится у друга в гараже, друг временно отсутствует, а где находится гараж – ФИО26 забыл. Потом ФИО26 сказал, что продал это имущество. В сентябре того же года он подал рапорт командованию части и доложил о пропаже 65 комплектов бронежилетов комплектов боевого снаряжения. Он внёс недостающие сведения о 30 комплектах бронежилетов и таком же количестве комплектов боевого снаряжения в книгу № 8 учета и движения материальных ценностей службы РАВ роты, поскольку самим ФИО26 это ранее сделано не было. Что касается книги № 37 учета материальных средств, выданных во временное пользование 2 разведывательной роты, то после исчезновения ФИО26, пропала и эта книга, в связи с чем он вынужден был завести новую книгу.

Кроме того свидетель ФИО1 показал, что 23 сентября 2016 года утром ФИО26 на службу не прибыл и с этого момента он на службе не появлялся и о себе ничего не сообщал. Были организованы его поиски, которые положительных результатов не дали, на телефонные звонки он не отвечал, близкие родственники о месте его нахождении не сообщили.

В феврале 2017 года он узнал, что ФИО26 добровольно явился в военный следственный отдел и заявил о себе.

Показания указанного содержания ФИО1 подтвердил и на очной ставке с ФИО26 в ходе предварительного следствия.

Свидетель ФИО3, начальник штаба разведывательного батальона войсковой части 51460, в суде пояснил, что первое получение ФИО26 бронежилетов и комплектов боевого снаряжения в количестве 35 комплектов было согласовано с ним. О втором получении ФИО26 бронежилетов и комплектов боевого снаряжения в количестве 30 он узнал только в сентябре 2016 года, когда проводилось разбирательство и только тогда в книгу учёта 2 разведывательной роты была внесена об этом соответствующая запись. Тогда же, в сентябре в беседе с ним и ФИО1 ФИО26 сказал, что часть этого имущества он продал, а часть хранится за пределами части в гараже его друга. Как ему стало известно от командира роты ФИО1, 23 сентября 2016 года ФИО26 на службу не вышел и больше он его не видел. Потом он узнал, что в феврале 2017 года ФИО26 прибыл в военный следственный отдел и сообщил о себе.

В ходе очной ставки между ФИО26 и ФИО3 на предварительном следствии последний эти показания подтвердил.

Накладные № 336 от 29 марта 2016 года и № 403 от 19 апреля 2016 года содержат сведения о получении старшиной 2 разведывательной роты ФИО26 на складе имущества службы РАВ войсковой части 51460 имущества:

- по первой накладной 35 бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска) и 35 комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска);

- по второй накладной 30 бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска) и 30 комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска).

Из показаний допрошенного в качестве свидетели начальника склада службы РАВ войсковой части ФИО27 следует, что по накладным № 336 от 29 марта 2016 года и № 403 от 19 апреля 2016 года ФИО26 соответственно 30 марта и 19 апреля 2016 года было получено указанное в них имущество. Накладные им подписаны с рукописным указанием даты фактического получения имущества. Указание в накладных фамилии прежнего начальника склада ФИО8 является ошибочным, к выдаче указанного в них имущества тот отношения не имел.

Свидетели ФИО5, ФИО7 и ФИО6 показали, что в конце марта 2016 года помогали ФИО26 получать на складе РАВ войсковой части 51460 30 бронежилетов и такое же количество комплектов боевого снаряжения. Имущество они грузили из склада в легковой автомобиль ФИО26. Автомобиль стоял за территорией склада возле ворот. Бронежилеты и комплекты боевого снаряжения они складывали в автомобиль, после чего ФИО26 их куда-то увозил и каждый раз в пустом автомобиле возвращался примерно через 30 минут. Всё имущество ФИО26 вывез в один день за три или четыре поездки. Никто из них с ФИО26 для разгрузки имущества не ездил. Также им известно, что сразу после получения ФИО26 выдавал личному составу 2 разведывательной роты бронежилеты и комплекты боевого снаряжения, чтобы военнослужащие нашили на них свои бирки. Затем всё выданное имущество вернули ФИО26. После этого полученные бронежилеты и комплекты боевого снаряжения во 2 разведывательной роте (включая помещение кладовой) они не видели.

Аналогичного содержания показания, данные ими на предварительном следствии, перечисленные свидетели подтвердили в ходе очных ставок с ФИО26.

Согласно пояснениям ФИО7, дела и должность у ФИО26 при убытии того в отпуск в мае 2016 года он не принимал, имущество роты не принимал и каких-либо актов об этом не составлялось.

Показания о том, что ФИО26 в марте 2016 года получил на складе РАВ войсковой части 51460 бронежилеты и комплекты боевого снаряжения в количестве по 35 комплектов. Не более 10 комплектов этого имущества ФИО26 в тот же день выдал военнослужащим подразделения для того, чтобы на них нашили бирки. Выданное имущество почти сразу возвратили ФИО26 и более никто бронежилеты и комплекты боевого снаряжения в подразделении не видел. На строевых смотрах у военнослужащих данное имущество отсутствовало, а ФИО26 пояснял, что имущество находится в гараже у его знакомого, были даны и иными лицами. На предварительном следствии их дали военнослужащие 2 разведывательной роты свидетелями ФИО9, ФИО10, ФИО11 и ФИО12. Аналогичными по своему содержанию были показания в гарнизонном военном суде свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16 и ФИО17, также проходивших службу в указанном подразделении.

Из показаний свидетеля ФИО13, данных им в суде первой инстанции и на предварительном следствии, кроме того, усматривается, что примерно в марте 2016 года он видел, что салон автомобиля ФИО26 заполнен бронежилетами и комплектами боевого снаряжения. Автомобиль ФИО26 стоял тогда на стоянке за пределами территории части возле контрольно-пропускного пункта.

По ходатайству стороны защиты в суде апелляционной инстанции допрошен свидетель ФИО12, который, сославшись на несоответствие действительности показаний данных им на предварительном следствии, пояснил, что ему известно, что порядка 15 комплектов боевого снаряжения было выдано ФИО26 военнослужащим роты, а в кладовой роты примерно в мае 2016 года он видел складированные штабелем бронежилеты и комплекты боевого снаряжения.

Свидетель ФИО2 – командир взвода 2 разведывательной роты – в суде показал, что в конце марта 2016 года ФИО26 получал бронежилеты и комплекты боевого снаряжения в количестве 35. В день получения имущества он видел, как ФИО26 на центральном проходе в расположении роты у канцелярии выдавал их военнослужащим в количестве не более десяти комплектов. На тот момент в подразделении было не более десяти военнослужащих. Во время выдачи имущества к нему обратился ФИО26 и сказал, что намерен отвезти комплекты боевого снаряжения и бронежилеты в гараж к своему знакомому из-за отсутствия в подразделении условий для их хранения. Сам он это имущество у ФИО26 не получал. Кроме как в упомянутый день он больше не видел бронежилеты и комплекты боевого снаряжения, ни у военнослужащих подразделения, ни в кладовой роты. В связи с замечаниями командования батальона по поводу отсутствии у личного состава подразделения бронежилетов и комплектов боевого снаряжения он неоднократно говорил ФИО26, что нужно привезти в часть данное имущество и выдать военнослужащим. ФИО26 всякий раз отвечал, что не может этого сделать, так как его товарищ уехал, а где находится гараж, он не помнит. Какие-либо книги учёта ФИО26 ему не передавал. Кроме того ему стало известно, что ФИО26 в апреле 2016 года еще раз получал бронежилеты и КБС в количестве 30 комплектов, однако никому его не выдавал, в подразделении он данное имущество не видел.

В сентябре 2016 года ФИО26 на службу не прибыл и больше не появлялся в войсковой части 51460. В последующем ему стало известно, что ФИО26 в феврале 2017 года добровольно явился в военный следственный отдел по Хабаровскому гарнизону и сообщил о себе.

Свидетель ФИО18 – старшина 1 разведывательной роты – пояснил, что бывал в кладовой 2 разведывательной роты, но никогда не видел, чтобы там хранилось имущество службы РАВ в таком количестве, как было получено ФИО26. Количество замеченных им там бронежилетов и комплектов боевого снаряжения не превышало десяти.

Аналогичные пояснения он дал и в ходе осмотра места происшествия во время предварительного следствия.

Из показаний свидетеля ФИО19 следует, что в сентябре 2016 года в кабинет помощника начальника разведки части, где он работал, зашли ФИО3, ФИО1 и ФИО26. Первые двое стали выяснять у ФИО26, где имущество – бронежилеты и комплекты боевого снаряжения. Как он понял из их разговора, ФИО26 получил указанное имущество и куда-то его дел. Из разговора он понял, что комплекты боевого снаряжения и бронежилеты ФИО26 получал дважды. ФИО26 отвечал, что часть имущества хранит в гараже у знакомого, а часть имущества он продал, так как, по его словам, «влез куда-то не туда». После этой беседы он ФИО26 в части больше не видел.

То обстоятельство, что полученное ФИО26 имущество относилось к второй категории, а стоимость его составляла:

- бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска) - 20775 рублей за единицу;

- бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска) - 31316 рублей 91 копейка за единицу;

- комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска) - 36771 рубль 40 копеек за комплект, установлено на основании заключения специалиста № 43/2/1738 от 24 апреля 2017 года. Указанные данные подтверждаются и совокупностью иных документов – письмами производителей комплектов боевого снаряжения - заместителя генерального директора по производству АО «ЦНИИТОЧМАШ» и бронежилетов - генерального директора ОАО «НИИ стали», сведениям Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю». Таким образом, общая стоимость полученного ФИО26 имущества составляла 4056773 рубля 30 копеек.

Актом проверки имущества службы РАВ во 2 разведывательной роте разведывательного батальона войсковой части 51460 от 12 октября 2016 года и материалами служебного разбирательства подтверждается, что по бухгалтерии за материально — ответственным лицом прапорщиком ФИО26 числятся 65 комплектов боевого снаряжения 6Б38 и 65 единиц бронежилетов 6Б23-1. Данное имущество лично получено ФИО26 на складе службы РАВ войсковой части 51460. По факту данное имущество в подразделении отсутствует.

Вещественное доказательство – книга формы №8 учёта и движения материальных ценностей службы РАВ 2 разведывательной роты, содержит сведения за данной ротой на 21 апреля 2016 года числятся 65 комплектов боевого снаряжения 6Б38, 65 бронежилетов 6Б23. 24 апреля 2016 года, 25 мая 2016 года, 22 июня 2016 года, 26 июля 2016 года, 24 августа 2016 года, 27 сентября 2016 года, 25 октября 2016 года проведены сверки со службой РАВ войсковой части 51460.

Из исследованного в судебном заседании вещественного доказательства – книги формы №37 учета материальных средств, выданных во временное пользование 2 разведывательной роты, видно, что записи о получении личным составом подразделения бронежилетов и комплектов боевого снаряжения датируются с ноября 2016 года.

Согласно исследованному в судебном заседании вещественному доказательству – книге формы №10 учета и движения категорийных материальных средств службы РАВ войсковой части 51460, между службой РАВ войсковой части 51460 и 2 разведывательной ротой проведены сверки 18 апреля 2016 года, 20 мая 2016 года, 20 июня 2016 года, 22 июля 2016 года, 20 сентября 2016 года и указано, что за данной ротой числятся 65 комплектов бевого снаряжения, а также проведены сверки 18 апреля 2016 года, 19 мая 2016 года, 20 июня 2016 года, 18 июля 2016 года, 22 августа 2016 года, 19 сентября 2016 года и указано, что за 2 разведывательной ротой числятся 65 бронежилетов 6Б23-1.

Как следует из выписки из акта № 4 о результатах инвентаризации имущества РАВ войсковой части 51460 от 28 июня 2016 года, за период с 16 мая по 30 июня 2016 года комиссией проведена инвентаризационная опись имущества службы РАВ войсковой части 51460 и по результатам проверки имущество службы РАВ войсковой части 51460 имеется в наличии в подразделениях, за исключением 5 мср, в результате хищения КБС 6Б38 в количестве 25 комплектов.

Согласно выписке из акта № 280 о результатах инвентаризации имущества РАВ войсковой части 51460 от 24 декабря 2016 года, за период с 1 ноября по 24 декабря 2016 года комиссией проведена инвентаризационная опись имущества службы РАВ войсковой части 51460 и по результатам проверки имущество службы РАВ войсковой части 51460 имеется в наличии в подразделениях, за исключением: КБС 6Б38 в количестве 25 комплектов, числящихся за 5 мср; КБС 6Б38 в количестве 65 комплектов и бронежилеты 6Б23 в количестве 65 штук, числящихся за 2 разведывательной ротой.

Свидетель ФИО4, начальник службы РАВ войсковой части 51460, показал, что в марте 2016 года к нему подошел ФИО26 с заявкой на получение 35 бронежилетов и комплектов боевого снаряжения, на которой он поставил свою резолюцию. После этого ФИО26 получил 3 экземпляра накладных. Потом ему доложили, что данное имущество в указанном количестве ФИО26 получил на складе РАВ войсковой части 51460. Когда приходил ФИО26 с заявкой во второй раз, он точно он не помнит, но свою резолюции о даче согласия на выдачу 30 бронежилетов и комплектов боевого снаряжения он поставил на заявке. Далее ему стало известно, что со склада РАВ войсковой части 51460 данное имущество было выдано. Поскольку штатная численность 2 разведывательной роты на тот момент составляла 65 военнослужащих, то суммарное количество выданных бронежилетов и комплектов боевого снаряжения не выходила за эти пределы. В связи с этим заявки им были удовлетворены.

Как показал ФИО4, в войсковой части 51460 два раза в год по каждым службам проводятся ревизии, одна за первое полугодие, а вторая за второе. Насколько он помнит, в 2016 году ревизии (инвентаризация) проводились. О пропаже во 2 разведывательной роте бронежилетов и комплектов боевого снаряжения ему стало известно только в сентябре – октябре 2016 года, когда проводилось служебное разбирательство по распоряжению командира части. В это время, когда он спрашивал у ФИО1 по поводу пропажи имущества, то тот ничего пояснить не мог.

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции, ФИО4 пояснил, что при проведении инвентаризации 28 июня 2016 года комиссией, в состав которой он входил, наличие имущества во 2 разведывательной роте не проверялось, поскольку на тот период в расположении части отсутствовали материально ответственные лица этого подразделения. Числившееся же за этим подразделением по данным службы РАВ имущество было показано, как наличествующее.

Аналогичные показания о порядке проведения инвентаризации и содержании её акта от 28 июня 2016 года дали допрошенные в суде второй инстанции свидетели – ФИО20 и ФИО21, также являвшиеся членами комиссии по инвентаризации имущества ракетно-артиллерийских вооружений войсковой части 51460.

Отсутствие ФИО26 на службе с 23 сентября 2016 года, когда он не прибыл на службу ко времени, установленному регламентом служебного времени и распорядком дня, подтвердили в суде первой инстанции свидетели ФИО22 и ФИО23, пояснившие, что с указанной даты они ФИО26 больше не видели.

В соответствии с регламентом служебного времени военнослужащих войсковой части 51460, прибытие на службу военнослужащих по контракту установлено ежедневно к 8 часам 30 минутам.

Как следует из рапорта следователя военного следственного отдела по Хабаровскому гарнизону и протокола разъяснения подозреваемому прав на помощь защитника, ФИО26 добровольно прибыл в военный следственный отдел по Хабаровскому гарнизону 27 февраля 2017 года в 09 часов 00 минут и заявил о себе.

Согласно справке военно-врачебной комиссии ФИО26 по состоянию здоровья годен к военной службе.

По заключением комиссии экспертов ФИО26 признан годным к военной службе. Каким-либо психическим заболеванием он не страдает, в момент совершения деяний, в которых он обвиняется, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности у него не было.

Приведенные выводы экспертов, согласующиеся с иными исследованными доказательствами, военный суд находит обоснованными и признает ФИО26 вменяемым.

Оценивая доказательства, судебная коллегия, относясь критически не только к показаниям свидетелей ФИО3, ФИО1 и ФИО2 (как это было сделано судом первой инстанции), но и ко всем исследованным доказательствам, и находит следующее:

Суд апелляционной инстанции полагает объективно установленным, что в марте и апреле 2016 года ФИО26 на складе имущества службы РАВ войсковой части 51460 было получено

- 35 бронежилетов 6Б23-1 (2010 года выпуска);

- 30 бронежилетов 6Б23-1 (2015 года выпуска) - 31316 рублей 91 копейка за комплект;

- 65 комплектов боевого снаряжения 6Б38 (2014 года выпуска) общей стоимостью 4056773 рубля 30 копеек для нужд подразделения, старшиной которого он являлся.

Данное обстоятельство подтверждается как документально – соответствующими накладными, так и показаниями не отрицающего его осуждённого, свидетелей – начальника склада, выдавшего это имущество, военнослужащих, участвовавших в получении части имущества в марте, офицеров подразделения ФИО1 и ФИО2.

Судебная коллегия, далее, полагает доказанным, что указанное имущество, принадлежащее государству в лице военного ведомства, после его получения на складе было вверено ФИО26.

При этом суд исходит из того, что документально он являлся получателем названного имущества.

В соответствии с положениями статей 154 и 155 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации прапорщик Казмирчук как старшина роты являлся лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции (должностным лицом). Он отвечал за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты, а также личных вещей военнослужащих, находящихся в кладовой. Он был обязан своевременно получать и осматривать поступающие в роту оружие и другое военное имущество, строго следить за их наличием, и вести установленные учёт и отчётность.

Указанные полномочия, обстоятельства получения имущества, а также нормы, закреплённые в пунктах 39, 82, 83, 85, 86, 91, 105, 106, 113 222, 242 Приказа Министра обороны Российской Федерации № 333 от 3 июня 2014 года «Об утверждении руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооружённых Силах Российской Федерации» приводят судебную коллегию к выводу о том, что упомянутое имущество находилось в правомерном ведении ФИО26, который в силу должностного служебного положения, осуществлял полномочия по распоряжению, управлению, пользованию и хранению в отношении названного имущества военного ведомства.

При этом судебная коллегия отвергает показания осуждённого о том, что дела и должность, а также имущество роты, убывая в мае 2016 года в отпуск, он передал военнослужащему ФИО7. Принимая такое решение, суд апелляционной инстанции исходит из последовательных показаний ФИО7, отвергавшего факт такой передачи, показаний командира роты свидетеля ФИО1 об отсутствии распоряжения о передаче ФИО7 дел, должности и имущества ФИО26 и отсутствия каких-либо подтверждающих данное обстоятельство документов.

Относительно порядка распоряжения этим имуществом суд находит доказанным, что один бронежилет из числа полученных в марте 2018 года и комплект боевого снаряжения был выдан ФИО26 в пользование командира роты ФИО1, что подтверждается показаниями обоих этих лиц.

Оценивая показания по обстоятельствам распоряжения имуществом осуждённого ФИО26, судебная коллегия отвергает его заявления о выдаче им имущества в количестве ещё 14 комплектов в пользование других военнослужащих роты. При этом из числа называвшихся им лиц ФИО5, ФИО14, ФИО7, ФИО13 и ФИО6 пояснили, что выданные им ФИО26 комплекты боевого снаряжения и бронежилеты сразу же после оформления их соответствующими бирками сдали обратно ФИО26.

ФИО11, ФИО16, ФИО15 пояснили, что никогда не получали такого имущества и им неизвестно о выдаче его в пользование ФИО26 другим военнослужащим.

Показания этих лиц, а также ФИО1 и ФИО2 и других военнослужащих роты об отсутствии у личного состава в подразделении бронежилетов и комплектов боевого снаряжения в марте – сентябре 2016 года суд кладёт в основу приговора.

Утверждения же о выдаче ФИО26 упомянутого количества имущества службы РАВ, содержащееся в показаниях осуждённого, а также показания свидетеля ФИО12 в окружном военном суде о получении его сослуживцами у ФИО26 судебная коллегия отвергает как противоречащие совокупности показаний указанных свидетелей, не вызывающих сомнений в их достоверности.

При оценке показаний ФИО12 судебной коллегии суд также учитывает, что вывод о выдаче ФИО26 комплектов боевого снаряжения его сослуживцам он сделал лишь поскольку видел у некоторых из них отдельные предметы, входящие в комплект, не уточняя их происхождения. В то же время, при его допросе на предварительном следствии (протокол в томе 1, лист дела 181-183) были соблюдены все правила получения показаний у названного свидетеля и его показания о том, что ему ничего неизвестно о выдаче ФИО26 военнослужащим имущества службы РАВ и хранении его в роте, были даны им добровольно, что не оспаривается им и в настоящее время. При таких обстоятельствах судебная коллегия с учётом соответствия показаний, данных свидетелем ФИО12 в ходе предварительного следствия, показаниям иных не заинтересованных в исходе дела лиц, кладёт их в основу приговора, а показания, данные им в суде апелляционной инстанции, отвергает.

Последнее касается и показаний свидетеля ФИО12 в части наблюдения им штабелей бронежилетов и комплектов боевого снаряжения в кладовой 2 разведывательной роты, данных им в суде второй инстанции.

Что же касается показаний свидетеля ФИО18 о том, что он видел в кладовой 2 разведывательной роты бронежилеты и комплектов боевого снаряжения в количестве не более десяти, то с учётом сообщённых им подробностей, из которых следует, что он наблюдал это имущество не позднее мая 2016 года, суд не находит данные показания противоречащими совокупности иных доказательств по делу, за исключением показаний ФИО26, и исключающими виновность последнего в пропаже вменяемого тому в вину имущества службы РАВ.

Оценивая доказательства, касающиеся времени исчезновения из части полученных ФИО26 бронежилетов и комплектов боевого снаряжения и времени обнаружения этого обстоятельства, судебная коллегия также отвергает показания ФИО26 о том, что он обнаружил пропажу этих предметов в июле 2016 года, а впервые дал пояснения ФИО1 о том, что якобы их вывез за пределы части только в сентябре того же года.

При этом, оценивая сведения, исходившие от ФИО26 об этих обстоятельствах, суд полагает возможным учесть его объяснение, данное военному прокурору Хабаровского гарнизона 22 октября 2016 года. При его получении ФИО26 разъяснялось право, предусмотренное статьёй 51 Конституции Российской Федерации. Защитник при получении данного объяснения не присутствовал, однако ФИО26 не возражал против его исследования в суде первой инстанции. При оглашении данного документа (том 4 лист дела 104) ФИО26 полностью согласился с изложением своих объяснений. Поэтому судебная коллегия находит данный документ не подпадающим под пункт 1 части второй статьи 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Так вот, в объяснениях ФИО26 указал, что большая часть полученных им бронежилетов и комплектов боевого снаряжения пропала из кладовой уже в конце мая 2016 года и оставалось не более 17 комплектов и бронежилетов, что свидетельствует о непоследовательности его позиции и исходящей от него информации.

Суд первой инстанции выразил сомнение в достоверности показаний свидетелей ФИО3, ФИО1 и ФИО2 ввиду служебной заинтересованности указанных лиц, в связи с занимаемыми ими должностями и пропажи имущества именно из их подразделения, а показания остальных свидетелей счёл неубедительными, принимая во внимание их должностные обязанности, не связанные с контролем за поступлением в указанное подразделение имущества, их учетом и хранением. Вместе с тем отвергнуты данные показания судом первой инстанции не были. Такой подход, когда достоверность показаний свидетелей ставится в зависимость от их должностного положения и неубедительными признаются равно показания как материально ответственных лиц, так и свидетелей ими не являющихся, только ввиду этих обстоятельств, судебная коллегия находит не соответствующим требованиям закона.

Давая оценку документам о проверках наличия имущества, представленных сторонами в суд первой инстанции, судебная коллегия находит, что сведения о сверках имущества службы РАВ в книгах службы и 2 разведывательной роты являются формальными и не соответствующими фактическому учёту и наличию имущества. Такой вывод делается потому, что, во-первых, не соответствуют указанные в них даты проведения сверок, а во-вторых, сверки, в ходе которых не устанавливалось расхождений в учёте и наличии имущества, проводились, как это видно из дат, в периоды, когда, как следует из показаний ФИО26 и ФИО1, полученное по накладной от 19 апреля 2016 года имущество службы РАВ на учёте 2 разведывательной роты не находилось. Также не соответствующими действительности судебная коллегия находит и сведения об отсутствии недостачи во 2 разведывательной роте в акте инвентаризации от 28 июня 2016 года, о чём суду дали показания все члены проводившей её комиссии. На этом основании судом отвергаются и эти доказательства.

Судебная коллегия, полагает доказанным обвинение ФИО26 в том, что он вывез 64 бронежилета и такое же количество комплектов боевого снаряжения за пределы воинской части и затем распорядился ими по своему усмотрению. Учитываются ею при этом не только показания свидетелей ФИО2, ФИО1, ФИО16, ФИО9 о том, что ещё весной 2016 года до убытия в отпуск в мае того же года, ФИО26 говорил им о том, что не может выдать бронежилеты и комплекты боевого снаряжения военнослужащим роты, так как вывез их за пределы части. Суд учитывает, что те же сведения он сообщил и ФИО3 и ФИО1 в сентябре 2016 года, когда на вопрос о судьбе этого имущества пояснил им, что вывез его за пределы части и там продал. Содержание этого разговора полностью подтвердил и присутствовавший при нём свидетель ФИО19. При этом суд учитывает заинтересованность ФИО1, который, будучи командиром подразделения, отвечал за его имущество. Все же остальные свидетели в этом смысле заинтересованными в исходе дела лицами не являются и их показания о заявлениях ФИО26 о судьбе полученного им имущества службы РАВ, совпадающие с показаниями ФИО1 даны ими самостоятельно и без воздействия с его стороны. При этом свидетели ФИО9 и ФИО19 по службе от ФИО1 не зависят никак.

Вывоз имущества РАВ за пределы воинской части в автомашине ФИО26 подтверждается и показаниями такого незаинтересованного в исходе дела свидетеля как ФИО13. Из его показаний о месте обнаружения им машины ФИО26 с бронежилетами и комплектами боевого снаряжения следует, что наличие этого имущества в ней с разгрузкой его в подразделение связано не было, поскольку место нахождение машины на стоянке перед контрольно-пропускном пунктом части пояснениям осуждённого о механизме доставки имущества из склада в расположение роты не соответствует.

При этом, учитывая пояснения ФИО26 ФИО1 и ФИО3 в присутствии ФИО19 о продаже вывезенного им имущества, судебная коллегия полагает доказанным корыстные мотив и цель таких действий ФИО26.

Поэтому показания ФИО26 о его непричастности к хищению вверенного ему имущества службы РАВ судебная коллегия отвергает и кладя в основу приговора совокупность приведённых выше допустимых и достоверных доказательств, находит установленным, что тот вверенное ему имущество – 64 бронежилета и 64 комплекта боевого снаряжения общей стоимостью 3999226 рублей 90 копеек безвозмездно, с корыстной целью, противоправно обратил в свою пользу против воли собственника. Исходя из уголовного закона и разъяснений в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», суд расценивает такие действия Казмирчука как присвоение. С учётом размера похищенного, являющегося особо крупным, эти его действия квалифицируются судебной коллегией по части четвёртой статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом суд учитывает, что присвоение и растрата являются двумя различными способами хищения вверенного виновному имущества. В силу этого признание названного имущества похищенным путём присвоения исключает его же растрату виновным. Отсюда позиция государственного обвинителя, исключившего при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции из обвинения ФИО26 указание о растрате им названного имущества (поддержанная стороной обвинения при рассмотрении дела в апелляционном порядке) в полной мере соответствует требованиям закона. На основании статей 246 и 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации такое изменение обвинения является обязательным для суда.

Поскольку, как признал осуждённый, и это подтверждается совокупностью иных доказательств, в частности, показаний свидетелей ФИО1, ФИО23 и ФИО22, 23 сентября 2016 года ФИО26, будучи военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, совершил неявку без уважительных причин на службу, продолжавшуюся свыше одного месяца (до 27 февраля 2017 года), его действия суд апелляционной инстанции расценивает как подпадающие под часть четвёртую статьи 337 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ссылки осуждённого на угрозы и незаконные действия, якобы имевшие место в отношении него в период его незаконного отсутствия на службе судебная коллегия в качестве уважительных причин его неявки на службу, либо тяжёлых обстоятельств, указанных в примечании к названной статье, признать не может.

При назначении наказания ФИО26 суд учитывает, что к уголовной ответственности он привлекается впервые, частично признал себя виновным, добровольно прекратил уклонение от исполнения обязанностей военной службы, частично возместил ущерб от хищения. Помимо отрицательной характеристики за последний период службы, суд учитывает, что в предшествующий период ФИО26 повышался командованием по должности и воинскому званию, что следует расценивать как признание его надлежащего отношения к служебным обязанностям и положительных данных о его личности.

Поэтому срок наказания за каждое из совершённых ФИО26 преступлений суд полагает возможным назначить менее одной трети от наибольшего установленного соответствующей нормой Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации наказания.

Вместе с тем, учёт степени общественной опасности содеянного ФИО26, выражающейся в причинении его действиями материального ущерба, более чем втрое превышающего особо крупный размер, установленный законом для преступлений против собственности, приводит судебную коллегию к выводу о возможности исправления осуждённого лишь в условиях изоляции от общества при реальном отбывании наказания в виде лишения свободы, которое в силу пункта «б» части первой статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации должно отбываться в колонии общего режима. Одновременно, исходя из приведённых выше обстоятельств, а также воздействия наказания на условия жизни семьи ФИО26, суд полагает возможным не применять в отношении него дополнительное наказание в виде штрафа, установленное частью четвёртой статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исходя из приведённых в приговоре обстоятельств дела, относящихся к характеру и степени общественной опасности содеянного ФИО26, основания для применения положений части шестой статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации о возможности изменения категории преступлений отсутствуют.

Поскольку с вынесением апелляционного приговора он вступает в законную силу, ФИО26 приступает к отбыванию наказания в виде лишения свободы. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении него подлежит отмене, а сам он взятию под стражу в зале судебного заседания для отбывания наказания.

Разрешая гражданский иск Министерства Обороны Российской Федерации к ФИО26, судебная коллегия находит доказанным, что непосредственным результатом действий осуждённого явилось изъятие из законного владения названного военного ведомства имущества стоимостью 3999226 рублей 90 копеек, то есть, в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания иска являются доказанными.

Определяя сумму подлежащую возмещению, судебная коллегия учитывает пояснения в суде представителя потерпевшего и гражданского истца Ёргиной, которая заявила о снижении размера взыскания с ФИО26.С учетом того, что в судебном заседании установлено, что в настоящее время 1 бронежилет и один комплект боевого снаряжения находится у командира 2 разведывательной роты, а также в связи с привлечением военнослужащих войсковой части 51460 к ограниченной материальной ответственности приказом командира названной воинской части от 9 февраля 2017 года № 271 она снизила сумму ранее заявленного гражданского иска и просит взыскать с ФИО26 денежную сумму в размере 3910926 рублей 90 копеек в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Таким образом, суд полагает гражданский иск подлежащим удовлетворению на сумму 3910926 рублей 90 копеек.

Вещественные доказательства по делу – три книги учёта службы РАВ войсковой части 51460 и

две книги учёта 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460,

согласно пункту 5 части третьей статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат передаче по принадлежности в войсковую часть 51460.

Вещественные доказательства по делу:

– две накладные, изъятые в ходе выемки в бухгалтерии войсковой части 51460,

- две накладные, две заявки от имени прапорщика ФИО26, изъятые в ходе выемки у свидетеля ФИО4,

- коносамент № 00008181, маршрутная квитанция № 0604, кассовый чек от 13.10.2016 об оплате ООО ТЭК «ДВТК ФРАХТ», билет А 698428, билет А 698427, согласно пункту 5 части третьей статьи 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует оставить для храниения при уголовном деле.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, состоящих из оплаты услуг адвоката Карнауховой по назначению в ходе судебного заседания судов первойи второй инстанции в размере 61110 (шестьдесят одна тысяч сто десять) рублей, суд в соответствии со статьями 131, 132, 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации полагает необходимым возложить их на осуждённого ФИО26.

Руководствуясь статьями 389.19, 389.20, 389.28, 389.32 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

приговорила:

Приговор Хабаровского гарнизонного военного суда от 25 сентября 2017 года в отношении ФИО26 отменить.

Признать ФИО26 виновным:

- в совершении преступления, предусмотренного частью четвёртой статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой лишить его свободы сроком на три года;

- в совершении преступления, предусмотренного частью четвёртой статьи 337 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой лишить его свободы сроком на один год.

Окончательное наказание ФИО26 в соответствии с частью третьей статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации назначить путём частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на три года и шесть месяцев в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО26 исчислять с 27 декабря 2017 года.

В связи со вступлением приговора в законную силу меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО26 отменить. Взять ФИО26 под стражу для исполнения приговора в зале суда апелляционной инстанции. Для отбывания наказания с последующим помещением в соответствующее учреждение направить ФИО26 в Федеральное казённое учреждение «Следственный изолятор №1» управления Федеральной службы исполнения наказаний по Хабаровскому краю.

Гражданский иск Министерства Обороны Российской Федерации к ФИО26 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО26 в пользу Министерства обороны Российской Федерации 3907926 (три миллиона девятьсот семь тысяч девятьсот двадцать шесть) рублей 90 копеек.

Вещественные доказательства по делу:

книгу формы 25, две книги формы 10 службы РАВ войсковой части 51460,

книгу № 37 учета материальных средств, выданных во временное пользование 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460,

книгу учета и движения материальных ценностей службы РАВ 2 разведывательной роты разведывательного батальона войсковой части 51460,

передать по принадлежности в войсковую часть 51460;

накладные № 336 от 29 марта 2016 года, № 403 от 19 апреля 2016 года из бухгалтерии войсковой части 51460,

накладные № 336 от 29 марта 2016 года, № 403 от 19 апреля 2016 года, заявки от имени ФИО26 на имя начальника службы РАВ от 28 марта 2016 года и от 18 апреля 2016 года изъятые у свидетеля ФИО4,

коносамент № 00008181, маршрутную квитанцию № 0604, кассовый чек от 13 октября 2016 года, два билета,

хранить при уголовном деле.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату за работу в суде по назначению, возложить на осуждённого и взыскать с ФИО26 61110 (шестьдесят одна тысяч сто десять) рублей в доход федерального бюджета.

Апелляционный приговор вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжалован в порядке, установленном главой 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в президиум Дальневосточного окружного военного суда.

СОГЛАСОВАНО

Председательствующий: