Решение № 2-401/2018 2-401/2018~М-253/2018 М-253/2018 от 23 июля 2018 г. по делу № 2-401/2018

Дело № 2-401/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 июля 2018 года город Иваново

Октябрьский районный суд города Иваново в составе

председательствующего судьи Борисовой Н.А.,

при секретаре Медведевой А.А.,

с участием представителей истца Солодкой В.В., ФИО1, ответчика ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 об устранении нарушений прав собственника,

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 об устранении нарушений прав собственника.

Исковые требования обоснованы тем, что истцу на праве общей долевой собственности принадлежит 207/300 доли жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес>. 31/100 доли жилого дома и земельного участка принадлежат ФИО2 на праве собственности от 06.06.2016 г. 23.03.2015 г. произошел пожар и строения сгорели. В начале июня 2016 г. бывший сособственник ФИО4 продала свою долю в праве общей долевой собственности ФИО2, который весной 2017г. начал расчистку и строительство своей части жилого дома. Ответчиком возведен второй этаж жилого дома, в то время как ранее до пожара дом представлял собой одноэтажное строение. В результате дождевые воды и снег попадают на стены строения истицы, чем могут разрушить стены и фундамент. Так же сособственником заложен фундамент под строительство гаража в той части строения, где расположено окно и часть стены половины жилого дома истца. Учитывая, что возведенные стены гаража будут расположены на минимальном расстоянии от части стены строения истца, у него не будет возможности доступа для осуществления ремонтных работ стены и фундамента строения, что в дальнейшем может привести к разрушению дома. По данному нарушению истец обращался в Администрацию г. Иваново. В ответе от 17.11.2017 г. ему сообщили, что разрешения на строительство (реконструкцию), а также ввод в эксплуатацию индивидуального жилого дома Администрацией г. Иваново не выдавалось. Своей самовольной постройкой ответчик нарушает право истца на проживание в безопасных условиях и условиях, отвечающих санитарным и техническим нормам. В добровольном порядке данную конфликтную ситуацию разрешить не удается, письменные требования о сносе второго этажа и ликвидации фундамента под гараж ответчик игнорирует.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации ( далее по тексту ГК РФ),истец просит суд обязать ответчика демонтировать второй этаж самовольной постройки, приостановить строительство гаража, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

В дальнейшем представителями истца неоднократно уточнялись исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ). В последней редакции требования звучат следующим образом. Истец просит суд обязать ответчика:

- произвести работы по утеплению стены, между строениями истца и ответчика, а именно заменить керамзитовый гравий насыпной на пластичный утеплитель с коэффициентом теплопроводности 0, 05 в местах сопряжения наружных стен новой постройки с наружными стенами жилой части дома,

-произвести реконструкцию чердачно-мансардной части строения, а именно: понизить уровень строения до уровня жилой части дома истца и изменить наклон кровли в соответствии со СНиП для предотвращения негативных воздействий на жилую часть строения истца, установить водостоки и снегозадержатели на кровле,

- производить строительство гаража с соблюдением минимально допустимого расстояния от стены гаража до окна одной из жилых комнат истца, равное 6 метрам,

-восстановить забор по границе земельного участка по пер. Межсоюзный,

- восстановить забор, разделяющий земельный участок по сложившемуся порядку пользования,

- очистить от строительного мусора погребную яму,

-взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом в порядке главы 10 ГПК РФ, доверил защиту своих интересов в суде представителям

Представители истца по доверенности ФИО3, ФИО1 в судебном заседании уточнённые исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, оспаривали заключение судебной экспертизы. Полагали, что эксперт ФИО8 не должен был использовать СНиП 53.13330.2011., т.к. в данном случае они не применимы. Кроме того, указывают, что эксперт при проведении экспертизы не оценил угрозу от газовой трубы, которая не закреплена.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что приобрел долю жилого дома и земельного участка в декабре 2015г., в августе – сентябре 2016г. он вывез мусор после пожара и очистил место под строительство. В это же время он залил фундамент будущей постройки, строительство же начал в 2017 году. До начала строительства он предлагал истцу укрепить стены, однако этого сделано не было. Обращает внимание, что до начала строительства, в течение 1,5 лет истец не предпринимал никаких действий по утеплению и укреплению стены своей части дома. Ответчик за свой счет утеплил стену истца, заложив в промежуток между стенами насыпной утеплитель керамзит, шириной засыпки в 30 см. Строительство пристройки осуществляется им в прежних границах. В процессе строительства на кровле возводимой им пристройки будут установлены водоотводящие и снегозадерживающие устройства. Не отрицает, что им заложен фундамент гаража перед окнами части дома истца. В тоже время гарантирует, что строительство гаража в дальнейшем им будет производиться по границе стены, разделяющей лит «А» от лит. «А2». Утверждает, что погребная яма засыпана мусором от пожара, а не строительным мусором, в связи с чем отказывается производить ее очистку. Забор, огораживающий участок со стороны пер. Межсоюзный сделан на 40%, остальная часть забора состоит из старых деревянных досок. Поскольку земельный участок находится в долевой собственности, как внутренний забор, разделяющий участок по порядку пользования, так и внешний забор подлежит восстановлению сособственниками в долях, пропорционально доли в праве общей долевой собственности. При этом пояснил, что ни тот, ни другой забор им не сносился, в момент приобретения доли в жилом доме заборы находились в ветхом состоянии. Заключение судебной экспертизы не оспаривал.

Суд, заслушав участников процесса, пояснения эксперта, показания специалиста, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

Установлено, что собственниками земельного участка, площадью 614 кв.м. и расположенного на нем жилого дома по адресу <адрес>, являются: ФИО3 –207/300 и ФИО2 – 31/100 доли (л.д.9, 45).

Как следует из пояснений сторон, материалов дела ранее собственниками жилого дома являлись ФИО3 и ФИО4 Между сособственниками сложился порядок пользования жилым домом, в соответствии с которым ФИО3 пользовался лит. А, А1, А3, лит.а, а1, лит. Г1, Г2 – сараи, лит. Г5, Г6 – навесы III - уборная, IV сливная яма, а также погребной ямой ( в техническом паспорте не указана), ФИО4 - лит. А2, лит.а2, лит. Г3 – сарай, лит. Г4- сарай (л.д.13).

Установлено, что 23.03.2015г. в жилом доме по вышеуказанному адресу произошел пожар, в результате которого часть жилого дома, находившаяся в пользовании ФИО4, была полностью уничтожена (л.д.5).

25.12.2015г. ФИО4 на основании Договора купли-продажи продала принадлежащие ей на праве собственности 31/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, ФИО2 (л.д. 183).

Право собственности за ФИО2 на 31/100 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, ФИО2 зарегистрировано 06.06.2016г., что подтверждается Свидетельствами о государственной регистрации права (л.д. 185. 186).

Установлено и сторонами не отрицается, что раздел жилого дома и земельного участка сособственниками не производился

Установлено, что в августе – сентябре 2016г. ФИО2 произвел демонтаж строения, обозначенного в техническом паспорте лит. «А2», «а2», пострадавшего от пожара, и в 2017 году приступил к монтажу новой постройки. Ответчиком был также заложен фундамент под строительство гаража.

Согласно доводам, содержащимся в исковом заявлении, при выполнении строительства ответчиком возведен второй этаж жилого дома, в результате чего дождевые воды и снег попадают на стены строения истицы, ответчик отступил от стены на 30 см., не укрепив и утеплив стену как следует, что негативно воздействует на принадлежащее истице строение – литер «А», а именно покосилась стена лит. « А», которую занимает истец. Кроме того наклон кровли навеса, возведенного ответчиком, создает угрозу жизни и здоровью, а также имуществу истца. Ответчиком заложен фундамент под строительство гаража в непосредственной близости к окну строения, находящегося в пользовании истца, что нарушает требования по инсоляции жилых помещений истца.

В силу ст. 304 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту ГК РФ ) собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" на основании статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что нарушается его право собственности или законное владение, или что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и ст. 3 ГПК РФ защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

При этом избранный способ защиты нарушенного права и законных интересов должен отвечать принципам правовой соразмерности, то есть должен быть основан на соблюдении баланса интересов и прав спорящих сторон.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Представителями истца в материалы дела представлены Результаты обследования самовольной пристройки к жилому дому № 23/9 по <адрес>, на предмет законности и негативного влияния новой пристройки к жилому дому, выполненного ФИО5 (л.д.98-101).

Согласно обследования, специалистом ФИО5 сделан вывод, что высота и наклон ската крыши мансарды над новой пристройкой представляют прямую угрозу жизни и здоровью при пользовании земельным участком собственнику жилой части дома №23/9. Наклон ската крыши мансарды над новой пристройкой в сторону земельного участка собственника жилой части дома №23/9 угрожает также целостности наружному газопроводу, принадлежащему собственнику жилой части дома №23/9. Расположение вновь построенного выгреба вблизи жилой части дома нарушает санитарно-эпидемиологические нормы по допустимому расположению подобных объектов относительно жилых домов. Если этот выгреб сделан также вопреки нормативам по его обустройству (гидроизоляция, герметичность и т.п.), что усугубляет потенциальную опасность его нахождения вблизи от жилой застройки. Существующая часть новой пристройки уже привела к осадке фундамента по наружной стеной с северной стороны жилой части дома, стена дома наклонилась и осела. Тепловая защита наружных стен жилой части дома в местах сопряжения ее с новой пристройкой имеет недостаточную тепловую защиту. Сопротивление теплопередаче наружных стен в местах сопряжений в настоящее время имеет величину 2,3 Вт/м2 °С. По этой причине наружные стены жилой части дома в местах сопряжений с наружными стенами новой пристройки промерзают. Наружная стена новой пристройки не должна с восточной стороны закрывать имеющееся окно жилой комнаты собственника дома №23/9. Если это случится, то инсоляция жилой комнаты, окно которой будет закрыто от солнца глухой стеной, резко снизится. Первоочередным мероприятием, которое исключит уже действующие негативные воздействия на жилую часть дома №23/9, является изменение направление наклона ската мансарды на противоположное - с западной стороны на восточную. Кроме того, необходимо заменить насыпной утеплитель керамзитовый гравий, имеющий коэффициент теплопроводности 0,18, на пластинчатый утеплитель с коэффициентом теплопроводности 0,05 в местах сопряжения наружных стен новой пристройки с наружными стенами жилой части дома №23/9. Это повысит сопротивление теплопередаче наружных стен жилой части дома №23/9 в местах сопряжения с наружными стенами новой пристройки до нормативной величины.

Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО5 результаты обследования самовольной пристройки поддержал, пояснил, что акт экспертного исследования им не давался, в своих результатах обследования им указаны отклонения от строительных норм и правил, наличие потенциальных угроз, изучение которых должно проводиться в рамках судебной экспертизы. ФИО6 показал суду, что фундамент с восточной части жилого дома является пристройкой, а обустроенная в нем яма по внешнему виду, согласно его предположениям, является выгребной ямой. При этом пояснения относительно назначения данных объектов ему давали присутствовавшие при обследовании лица. Им проводилось визуальное исследование объекта, внутрь строительных конструкций он не заглядывал, специальных расчетов не проводил. Исходит из теоретических познаний в области физики. Утверждал, что просев фундамента и крен стены жилой части дома истца связан со сходом сточных вод с крыши вновь возведенного строения ответчика. При ознакомлении с заключением судебной экспертизы от января 2017г., проведённой в рамках уголовного дела, признал, что возможно будут сделаны иные выводы о причинах возникновения крена стены лит. « А». Относительно недостаточности утепления стены лит. « А» керамзитом, пояснил, что необходимо его заменить пенопластом, при этом пояснить техническую возможность выполнения данного вида работ не смог.

Давая оценку данному заключению суд учитывает, что специалистом ФИО5 сделал вывод, что строительство будет продолжаться с восточной стороны дома № 23/9 и заложенный фундамент является фундаментом будущей пристройки к жилому дому, в зоне которой сооружен выгреб в недопустимой близости кжилой части дома. Однако как следует из пояснений сторон и материалов дела ответчиком заложен фундамент под строительство гаража, а расположенный там выгреб является погребной ямой. При этом суд отмечает, что каких-либо пояснений в ходе визуального обследования ответчик специалисту ФИО7 не давал. Таким образом, заключение специалиста ФИО5 не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Кроме того, выводы данного специалиста носят вероятностный характер, что им не отрицалось в судебном заседании, в связи с чем суд относится к данному заключению и пояснениям данного специалиста критически.

В целях определения соблюдения необходимых строительных нормативов и правил при возведении строения, а также выяснения наличия негативных последствий для строения истца Лит. «А», судом по ходатайству сторон была назначена судебная строительно – техническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта Ивановская ЛСЭ Минюста России № 439/2-16.1от 15 июня 2018г. При строительстве (реконструкции) пристройки лит. «А2», «а2» дома по адресу: <адрес> строительные нормы и правила, относящиеся к вопросам прочности и устойчивости зданий, не нарушены. Имеются отступления от действующих норм в части обустройства кровли реконструируемого здания устройствами водоотведения (п. 6.7 СП 53.13330.2011 «Планировка и застройка территорий садоводческих объединений граждан, здания и сооружения») и снегозадержания (п. 9.11. СП 17.13330.2017. «Кровли, Актуализированная редакция СНиП П-26-76»). С технической точки зрения данные несоответствия нормам нельзя считать нарушениями ввиду значительной степени незавершённости объекта на момент осмотра, но на будущее следует учитывать необходимость выполнения данных мероприятий. На момент осмотра отступление от нормативных требований, допущенные ответчиком выразившиеся в отсутствии устройств водоудаления и снегозадержания на кровле реконструируемого здания, не оказывают негативное воздействие на часть дома лит. «А» по указанному адресу, и не создают угрозу жизни и здоровью и имуществу граждан. Для устранения выявленных отступлений от строительных норм следует обеспечить кровельные скаты ответчика средствами водоудаления и снегозадержания. Возведение хозяйственной постройки (гаража) на основе существующего фундамента приведёт к нарушению градостроительных и строительных норм и а именно: будут нарушены требования п. 5.3.8 СП 30-102-99. Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства". О возможных нарушениях санитарных и противопожарных норм и правил на данном этапе ввиду высокой степени незавершённости объекта говорить преждевременно, т.к. отсутствует информация о конструктивных особенностях будущего здания, его геометрических размерах, применяемых материалах и т.п. Возведение хозяйственной постройки (гаража) на основе существующего фундамента, при условии возведения гаража по границе стены, разделяющей лит. «А» от лит. «А2», не приведёт к нарушению градостроительных и строительных норм и правил (л.д. 128-129).

Заключение эксперта полностью соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробное описание проведенного исследования, результаты исследования с указанием примененных методов, ответы на поставленные судом вопросы, оно не допускает неоднозначного толкования, не вводит в заблуждение, является достоверным и допустимым доказательством по делу. Заключение судебной экспертизы не оспорено, ходатайств о проведении повторной или дополнительной экспертиз, не заявлялось.

Эксперт ФИО8 в судебном заседании заключение поддержал по основаниям, в нем изложенным. Дополнительно пояснил, что при проведении экспертизы им применилось действующие СНиПы и СП, содержание нормы и правила в отношении строительства. Пояснил, что свои выводы он сделал со ссылкой на незавершенность строительства объекта. На кровле должен быть установлен водоотлив и снегозадерживающие устройства, однако это норма существует для завершенного строительством объекта. Обращает внимание, что проседание фундамента части жилого дома истца имело место и до строительства пристройки, и связано с процессами старения и износа жилого дома. Керамзитовой засыпки в 30 см. между стенами лит. «А» и лит. « А2» вполне достаточно для утепления стены части дома истца. Занижать уровень кровли необходимости нет, высота и конфигурация кровли не регламентируется. Расстояние 6 м. от окна должно измеряться по прямой, а не наискосок, более того расстояние между постройками на одном земельном участке между строениями не регламентируется. Продолжительность инсоляции в жилых зданиях должна быть обеспечена не менее чем в одной комнате в трехкомнатной квартире. В данном случае нарушений инсоляции не наблюдается.

Действительно, из материалов проверки по факту пожара следует, что после пожара представителем истца Солодкой В.П. было заявлено о дополнительном ущербе, выразившимся в проявлении трещин на фундаменте дома, а также в крене стены дома.

Согласно заключению эксперта, проведенному в рамках уголовного дела, для выяснения причин указанных выше дефектов, № 804/1-16.1 от 16 января 2017 года Ивановская ЛСЭ Минюста России, данные повреждения следствием пожара или проявлением его последствий не являются, а вызвано следствием просадки фундаментов данного жилого дома, что является характерным для домов такого типа (л.д. 171-179).

Таким образом, установлено, что крен стены лит. А, занимаемого истцом, появился задолго до начала строительства своей части дома ответчиком, и не связан с проводимыми ответчиком строительными работами.

Анализ заключения эксперта Ивановской ЛСЭ Минюста России № 439/2-16.1 от 15 июня 2018г. позволяет утверждать, что в результате изменений, которые претерпела в ходе реконструкции часть жилого дома, ранее обозначенная в техническом паспорте как лит. «А2», лит. «а2» были допущены нарушения, экспертом приведен примерный перечень работ, которые необходимо произвести ответчику с целью исключения негативных воздействий на лит. «А» и земельный участок, находящийся в пользовании истца.

Таким образом, истцом представлены доказательства нарушения ответчиком прав истца и создание препятствий истцу во владении и пользовании принадлежащими ему объектами недвижимости (лит. «А» и земельным участком), в связи с чем исковые требования в части обязания ответчика выполнить работы по организации водостока, установке на крыше пристройки снегозадерживающих устройств, подлежат удовлетворению. В тоже время требования об обязании провести работы по утеплению стены, между строениями истца и ответчика, путем замены керамзитового утеплителя на пластичный, произвести реконструкцию чердачно- мансардной части строения, путем понижения строения до уровня жилой части истца и изменения наклона кровли в соответствии со СНиП удовлетворению не подлежат, доказательства необходимости выполнения данных работ в настоящем деле отсутствуют.

Доводы представителей истца о том, что в заключении судебной экспертизы не оценена угроза от газовой трубы необоснованны, поскольку объект строительством не завершен, о чем указывает эксперт в своем заключении, в связи с чем невозможно сделать однозначный вывод о том, что данное обстоятельство создает угрозу нарушения прав истца.

Разрешая требования истца об обязании ответчика производить строительство гаража с соблюдением минимально допустимого расстояния от стены гаража до окна одной из жилых комнат истца, равное 6 метров, суд руководствуется заключением судебной экспертизы Ивановской ЛСЭ Минюста России и учитывает следующее.

Факт заложения фундамента под гараж ответчиком в непосредственной близости от окна жилой части дома истца подтверждается фототаблицей, представленной в материалы дела (л.д.49), и ответчиком не отрицается. Одновременно с этим ответчик в своих пояснениях указал, что в дальнейшем строительство гаража будет им осуществлено вдоль стены своего строения, начиная с границы стены, разделяющей лит. «А» и лит. « А2».

В соответствии с п. 5.3.8 СП 30-102-99 на территориях с застройкой усадебными, одно-двухквартирными домами расстояние от окон жилых комнат до стен соседнего дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, бани), расположенных на соседних земельных участках, должно быть не менее 6 м.

Однако фундамент планируемого гаража расположен на общем земельном участке, в связи с чем п. 5.3.8 СП 30-102-99 не применяется. Таким образом, оснований для удовлетворения требований истца в данной части не имеется.

Требования ФИО3 об обязании восстановить забор по пер. Межсоюзный и забор, разделяющий участки по сложившемуся порядку пользования, также удовлетворению не подлежат.

Как установлено судом стороны являются сособственниками земельного участка, общей площадью 614 кв.м., кадастровый номер №, расположенного по адресу: <адрес>. За истцом ФИО3 зарегистрировано право собственности на 207/300 доли, за ФИО2 – 31/100 доли в праве общей долевой собственности (л.д. 44-45).

Из пояснений представителей истца, ответчика следует, что указанные выше заборы пришли в негодность от старости и отсутствия надлежащего содержания, ответчик действий по их сносу не совершал.

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества.

В силу ч. 1 ст. 249 Гражданского кодекса РФ каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

Таким образом, требования истца о возложении исключительно на ответчика (второго сособственника земельного участка) обязанности по восстановлению заборов не соответствуют закону и удовлетворению не подлежат. Затраты на проведение работ по восстановлению заборов как внутреннего, так и внешнего по границе земельного участка должны распределяться между сособственниками с учетом принадлежащих им долей, поскольку согласно ст. 249 ГК РФ каждый участник общей долевой собственности обязан нести расходы по содержанию имущества соразмерно со своей долей.

В ходе рассмотрения дела установлено и ответчиком не отрицается, что в состав домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, входит погребная яма, находящаяся в пользовании истца. Как следует из пояснений представителей истца погребная яма расположена на месте сгоревшего сарая, обозначенного в техническом паспорте в качестве лит. Г1 (л.д. 13).

Согласно доводам истца и его представителей погребная яма была засыпана ответчиком строительным мусором в ходе осуществления им строительных работ, доказательств обратного суду ответчиком представлено не было.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 в судебном заседании показала, что после пожара погребная яма истца была вычищена полностью, однако после начала строительных работ ответчиком своей части жилого дома, яма была вновь завалена, но уже строительным мусором. Оснований не доверять показаниям данного свидетеля у суда не имеется.

Учитывая установленные обстоятельства, руководствуясь ст. 304 ГК РФ, суд приходит к выводу о возложении на ответчика обязанности по устранению нарушений прав истца в пользовании указанным имуществом, путем возложения обязанности очистить погребную яму от мусора.

Таким образом, требования истца об устранении нарушений прав собственника подлежат удовлетворению частично, с возложением на ответчика обязанности по установлению водостоков и снегозадержателей на кровли возводимой им пристройки, а также очистке погребной ямы от имеющегося там мусора.

В соответствии с ч. 2 ст. 206 ГПК РФ суд полагает необходимым и достаточным установить срок для выполнения указанных работ 1 месяц с момента вступления решения суда в законную силу. При этом суд исходит из позиции ответчика, обсуждаемой в рамках мирового соглашения и климатических условий местности.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причиненморальныйвред(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающимиего личные неимущественныеправалибо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежнойкомпенсацииуказанного вреда.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ,моральныйвред, причиненный действиями (бездействием),нарушающимиимущественныеправа гражданина, подлежит компенсация в случаях, предусмотренных законом.

Требование истцаовзысканиикомпенсацииморальноговредав сумме 10000 руб. удовлетворению не подлежит, поскольку действующим законодательством не предусмотренакомпенсацияморальноговредав случаях нарушения имущественных прав ( прав собственника жилого дома и земельного участка).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 об устранении нарушений прав собственника удовлетворить частично.

Обязать ФИО2 выполнить своими силами и за свой счет в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу следующие работы:

- установить водостоки и снегозадержатели на кровле пристройки лит. «А2», «а2» - дома по адресу: <адрес>,

- -очистить погребную яму, расположенную на земельном участке <адрес>, находящуюся в пользовании ФИО3.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Октябрьский районный суд города Иваново в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 27 июля 2018 года.

Судья: подпись Н.А. Борисова

КОПИЯ ВЕРНА. Судья:

Секретарь: