Апелляционное постановление № 22К-676/2026 от 24 марта 2026 г.

Судья Давиденко С.А. Дело № 22К-676


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Воронеж 25 марта 2026 г.

Воронежский областной суд в составе

председательствующего судьи Стариловой С.Ф.,

при секретаре судебного заседания Лаптевой А.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Воронежской области Малесиковой Л.М.,

обвиняемого ФИО1, участвовавшего в судебном заседании посредством использования систем видео-конференц-связи, и его защитников –

адвоката Сидораки А.И., представившего ордер № 5241 от 25 марта 2026 г. и удостоверение № 4140 от 28 марта 2025 г.,

адвоката Ломанова А.В., представившего ордер № 14857 от 25 марта 2026 г. и удостоверение № 2847 от 27 января 2016 г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционным жалобам обвиняемого ФИО1 и адвоката Сидораки А.И. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 4 марта 2026 г., которым ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 28 суток, то есть по 8 апреля 2026 г. включительно.

Заслушав доклад судьи Стариловой С.Ф. об обстоятельствах дела, содержании постановления суда и существе апелляционных жалоб; выступления адвокатов Сидораки А.И., Ломанова А.В. и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб; позицию прокурора Малесиковой Л.М., полагавшей постановление районного суда законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

8 ноября 2025 г. следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Воронежской области ФИО16. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, по факту совершения 23 июня 2025 г. в период времени с 12 часов 45 минут по 17 часов 50 минут в Рамонском районе Воронежской области неустановленным лицом из числа сотрудников полиции в ходе проведения обыска в жилище ФИО17. кражи, то есть тайного хищения принадлежащих последней денежных средств в размере не менее 12000 долларов США (что по состоянию на 23 июня 2025 г. было эквивалентно 942019, 2 рублям), который является крупным.

11 ноября 2025 г. по подозрению в совершении указанного преступления в порядке, предусмотренном ст. ст. 91 и 92 УПК РФ, был задержан ФИО1

12 ноября 2025 г. следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области ФИО18. было возбуждено уголовное дело в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного п. «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, по факту совершения последним, состоявшим с 1 ноября 2024 г. в должности <данные изъяты>, являвшимся должностным лицом, 23 июня 2025 г. в период времени с 12 часов 45 минут по 17 часов 50 минут в Рамонском районе Воронежской области действий, явно выходящих за пределы его полномочий, из корыстной заинтересованности, а именно: в ходе проведения обыска в жилище ФИО19., будучи в числе лиц, обеспечивающих безопасность данного следственного действия, тайного хищения принадлежащих ФИО20. обнаруженных в ходе обыска денежных средств в размере не менее 12 000 долларов США (что по состоянию на 23 июня 2025 г. было эквивалентно 942 019, 2 рублям), который является крупным, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов ФИО21., выразившееся в причинении последней материального ущерба, а также существенное нарушение охраняемых законом интересов общества или государства, выразившееся в дискредитации и подрыве авторитета правоохранительных органов.

12 ноября 2025 г. руководителем второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области указанные уголовные дела были соединены в одно производство.

12 ноября 2025 г. уголовное дело принято к производству следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области ФИО22.

13 ноября 2025 г. постановлением Ленинского районного суда г. Воронежа ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 8 января 2026 г. включительно.

Срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей был продлен на основании постановлений Ленинского районного суда г. Воронежа от 18 декабря 2025 г. на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 28 суток, то есть по 8 февраля 2026 г. включительно; от 6 февраля 2026 г. (с учетом изменений, внесенных в постановление суда апелляционным постановлением Воронежского областного суда от 18 февраля 2026 г.) до 3 месяцев 26 суток, то есть по 8 марта 2026 г. включительно.

29 января 2026 г. ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «е» ч. 3 ст. 286, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

30 января 2026 г. срок предварительного следствия по делу продлен до 5 месяцев, то есть до 8 апреля 2026 г. включительно.

20 февраля 2026 г. ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «е» ч. 3 ст. 286, п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

2 марта 2026 г. в Ленинский районный суд г. Воронежа поступило ходатайство следователя по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области ФИО23 согласованное с руководителем второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области ФИО24., о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 28 суток, то есть по 8 апреля 2026 г. включительно.

Обжалуемым постановлением Ленинского районного суда г. Воронежа от 4 марта 2026 г. ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 28 суток, то есть по 8 апреля 2026 г. включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Сидорака А.И. просит отменить постановление суда в отношении ФИО1 ввиду несоответствия его требованиям закона и избрать в отношении последнего меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес>.

Ссылается на то, что при разрешении ходатайства следственного органа суд надлежащим образом не проверил обоснованность подозрения ФИО2 в причастности к совершенному преступлению, ограничившись формальной ссылкой в постановлении на наличие у органа предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению.

Указывает, что приложенные следователем к ходатайству материалы идентичны тем, которые ранее предоставлялись суду при избрании меры пресечения ФИО3 и продлении срока ее действия; при этом иные документы, подтверждающие факт проведения по делу следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, к ходатайству не приложены, чему судом не дано никакой оценки.

Обращает внимание на то, что Воронежский областной суд, изменяя 18 февраля 2026 г. постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 6 февраля 2026 г. путем сокращения на 1 месяц срока содержания обвиняемого под стражей, установленного судом первой инстанции, указал на то, что следователем неоднократно в ходатайствах ставится вопрос о продлении срока содержания ФИО1 под стражей по мотивам необходимости выполнения требований ст. ст. 216-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения и направления уголовного дела прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ, однако следователь вновь обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания ФИО3 под стражей, сославшись в нем на необходимость проведения тех же процессуальных действий, чему судом не дано надлежащей оценки при принятии решения об удовлетворении этого ходатайства, а также, что при указанных обстоятельствах выводы суда о невозможности окончания расследования по делу в связи с необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий противоречат ранее установленным обстоятельствам и, кроме того, сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может являться единственным достаточным основанием для продления срока содержания обвиняемого под стражей.

Считает выводы суда о том, что ФИО1 может оказать влияние на свидетелей и воспрепятствовать расследованию уголовного дела, так как является <данные изъяты>, не обоснованы, поскольку 18 декабря 2025 г. ФИО1 был уволен с ранее занимаемой должности и, кроме того, проведение следственных действий по делу фактически окончено в январе 2026 г., в связи с чем, как полагает защитник, у ФИО1 отсутствует возможность повлиять на участников уголовного судопроизводства.

Отмечает, что суд оставил без внимания то, что ходатайство следователя не отвечает требованиям, указанным в ч. 8 ст. 109 УПК РФ, так как в нем отсутствуют сведения о следственных и процессуальных действиях, проведенных в период после предыдущего продления срока содержания обвиняемого под стражей и не приведены основания и мотивы дальнейшего продления этого срока; что срок, на который продлевается содержание обвиняемого под стражей, должен определяться исходя из объема следственных и процессуальных действий, приведенных в постановлении; не указаны причины, по которым следственные и процессуальные действия не были проведены в установленные ранее сроки содержания обвиняемого под стражей.

Полагает, что ни следователем, ни судом не учтены данные о личности ФИО1, который характеризуется исключительно положительно и который ни в рамках процессуальной проверки, ни после возбуждения уголовного дела от следствия не скрывался, добровольно прошел полиграфическое исследование, явился по вызову в орган предварительного следствия для допроса в качестве подозреваемого, имеет устойчивые социальные связи.

Указывает, что в связи с тем, что обстоятельства, которые учитывались судом при избрании ФИО1 меры пресечения в виде содержания под стражей, отпали и изменились, а также с учетом личности ФИО1, наличия у него постоянного места жительства, отсутствия компрометирующих данных о нем и доказательств возможности совершения им действий, направленных на воспрепятствование расследованию преступления, имеются достаточные основания для избрания ему меры пресечения в виде домашнего ареста.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО1 просит отменить вынесенное в отношении него постановление суда как незаконное и необоснованное и избрать в отношении него меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес> либо залога.

Ссылается на то, что срок содержания его под стражей неоднократно продлевался ввиду необходимости выполнения следственным органом требований ст. ст. 215-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения и направления уголовного дела прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ; что представленные суду органом предварительного следствия материалы не подтверждают его причастность к инкриминируемым ему преступлениям; что из представленных материалов усматривается, что следователем не запланированы конкретные следственные и процессуальные действия, в связи с чем выводы суда о необходимости продления срока содержания его под стражей и о невозможности применения в отношении него иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не основаны на материалах дела; что постановление суда не содержит указания на конкретные обстоятельства, подтверждающие его выводы о том, что он может оказать давление на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать производству расследования.

Проверив представленные материалы, выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено ч. 1.1, 1.2 и 2 ст. 108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, до 6 месяцев, за исключением случая, указанного в ч. 2.1 ст. 109 УК РФ.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость либо при удовлетворении ходатайства командования воинской части (учреждения), заявленного в случаях, предусмотренных ч. 1.1 ст. 119 УПК РФ, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. п. 3, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», судам следует иметь в виду, что наличие оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу. Решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

При рассмотрении ходатайств о продлении срока содержания обвиняемых под стражей суду следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования, в этих целях обращать внимание на то, соблюдены ли следователем (дознавателем) требования, предъявляемые к такому ходатайству, перечисленные в ч. 8 ст. 109 УПК РФ. В случае, когда ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается перед судом неоднократно и по мотивам необходимости выполнения следственных действий, указанных в предыдущих ходатайствах, суду надлежит выяснить причины, по которым следственные действия не были произведены. Если причина, по мнению суда, заключается в неэффективной организации расследования, это может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства. Сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения (ст. ст. 97, 99 УПК РФ).

Согласно требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Оспариваемое постановление не в полной мере соответствует приведенным выше требованиям уголовно-процессуального закона.

Так, из представленных материалов усматривается, что ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей возбуждено перед судом уполномоченным на то лицом; в нем, помимо иных сведений, содержатся указания на основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, на перечень выполненных следственных и процессуальных действий по уголовному делу, а также на то, что в оставшийся срок содержания ФИО1 под стражей не представляется возможным закончить расследование по уголовному делу ввиду необходимости выполнения требований ст. ст. 215-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения и направления уголовного дела прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ и, кроме того, указано, что оснований для отмены или изменения избранной ФИО1 меры пресечения не имеется.

Как видно из оспариваемого постановления, суд, удовлетворяя ходатайство следственного органа, в обоснование принятого решения сослался на то, что оно соответствует требованиям ст. 109 УПК РФ; что у органа предварительного расследования имеется достаточно сведений, подтверждающих причастность ФИО1 к совершению вменяемых ему преступлений; что срок, на который следователь просит продлить содержание ФИО1 под стражей, является разумным, а также, что в ранее установленный судом срок содержания последнего под стражей не представилось возможным закончить расследование по уголовному делу ввиду необходимости выполнения ряда процессуальных и следственных действий.

Констатируя невозможность изменения ранее избранной обвиняемому меры пресечения на иную, суд отметил в постановлении, что не изменились обстоятельства, которые учитывались судом при ее избрании; что ФИО1 обвиняется в совершении тяжких преступлений, занимал должность <данные изъяты>, обладает специальными познаниями о тактике и методике оперативно-розыскной деятельности, в связи с чем, используя свой авторитет и личные связи среди действующих сотрудников правоохранительных органов, он может воздействовать на свидетелей, давших показания, изобличающие его в совершении инкриминируемых преступлений, потерпевшую, иных участников уголовного судопроизводства с целью изменения последними показаний, сокрыть либо уничтожить предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, которые еще не обнаружены и не изъяты органом предварительного следствия, а также в силу тяжести обвинения и возможного наказания может скрыться от органа предварительного расследования и суда.

Суд первой инстанции правильно изложил в постановлении обстоятельства дела, проверил наличие достаточных данных об имевшем место событии преступлений и о причастности к нему ФИО1

Как видно из протокола судебного заседания, процедура рассмотрения судом ходатайства органа предварительного расследования соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. Судебное заседание проведено с соблюдением положений ст. 15 УПК РФ, в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по заявленному ходатайству. Ограничений прав участников процесса при рассмотрении судом ходатайства следователя не установлено.

Вместе с тем, продлевая срок содержания ФИО1 под стражей, суд не дал надлежащей оценки тому обстоятельству, что в предыдущих двух ходатайствах о продлении меры пресечения обвиняемому, как и в рассматриваемом ходатайстве, следователь ссылался на невозможность закончить расследование по уголовному делу в ранее установленный срок содержания обвиняемого под стражей ввиду необходимости выполнения требований ст. ст. 215-217 УПК РФ, составления обвинительного заключения и направления уголовного дела прокурору для принятия решения в порядке ст. 221 УПК РФ, на что было обращено внимание в апелляционном постановлении Воронежского областного суда от 18 февраля 2026 г. и что следственным органом проигнорировано при обращении в суд с ходатайством, по результатам разрешения которого вынесено оспариваемое постановление.

Более того, постановление следователя о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания ФИО1 под стражей от 27 февраля 2006 г. за исключением указаний о сроках по содержанию абсолютно идентично предыдущему постановлению следователя о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания ФИО1 под стражей от 2 февраля 2026 г., в том числе относительно выполненных по делу следственных и процессуальных действиях, за исключением предъявления ему обвинения 20 февраля 2026 г.

При этом обращает на себя внимание тот факт, что содержание постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 20 февраля 2026 г. и содержание предыдущего постановления о привлечении его в качестве обвиняемого от 29 января 2026 г. имеют несущественные различия, заключающиеся в том, что постановление от 20 февраля 2026 г. дополнено ссылками на положения п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ и п. 6 ч. 1 ст. 40.2 УПК РФ, а также на то, что <данные изъяты>., что свидетельствует о том, что для составления этого постановления и для допроса ФИО1 после предъявления ему обвинения в данной редакции, в ходе которого тот отказался от дачи показаний, не требовалось значительного количества времени.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит вывод суда первой инстанции, содержащийся в оспариваемом постановлении, о невозможности закончить расследование по уголовному делу в ранее установленный срок содержания ФИО1 под стражей необоснованным.

Кроме того, суд в нарушение требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ и ст. 99 УК РФ не дал какой-либо оценки исключительно положительной характеристике ФИО1 по месту службы, факту того, что он занесен на Доску почета <данные изъяты>, наличию у него постоянных места регистрации и жительства, устойчивых социальных связей.

Обосновывая риск того, что ФИО1 может воздействовать на потерпевшую и свидетелей, сокрыть или уничтожить предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, суд исходил из того, что он может использовать авторитет и личные связи среди действующих сотрудников правоохранительных органов, а также, что он может скрыться от органа предварительного расследования и суда, в связи с чем иная мера пресечения, нежели заключение под стражей, не будет являться гарантией надлежащего поведения обвиняемого, отсутствия у него возможности скрыться и воспрепятствовать эффективному производству предварительного расследования.

Однако данный вывод суд надлежаще не мотивировал, характеристику личности ФИО1 не учел, доказательства и конкретные факты, требующие продления срока содержания его под стражей не раскрыл. Также суд не указал в постановлении, несмотря на доводы, выдвинутые стороной защиты, каким образом, находясь под домашним арестом, ФИО1 сможет использовать авторитет и личные связи среди действующих сотрудников правоохранительных органов для совершения указанных выше действий.

Суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом отмеченных выше обстоятельств; данных о личности ФИО1, который не судим, имеет постоянные место жительства и регистрации в г. Воронеже, характеризуется положительно; установленных фактов окончания следственных действий по уголовному делу и увольнения ФИО1 с ранее занимаемой должности, что свидетельствует о том, что изменились обстоятельства, послужившие основаниями для избрания ему меры пресечения, имеются основания для изменения обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на более мягкую, в виде домашнего ареста.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что в силу ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. Домашний арест избирается на срок до двух месяцев.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», принимая решение о домашнем аресте, суд вправе в зависимости от тяжести предъявленного обвинения и фактических обстоятельств дела подвергнуть подозреваемого или обвиняемого всем запретам, перечисленным в пунктах 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, либо некоторым из них (ч. 8 ст. 107 УПК РФ). При этом суду необходимо учитывать данные о личности подозреваемого или обвиняемого.

В соответствии с ч. 7 ст. 107 УПК РФ суд апелляционной инстанции с учетом данных о личности ФИО1, тяжести инкриминируемых ему преступлений и их фактических обстоятельств считает необходимым установить обвиняемому ФИО1 запреты, предусмотренные п. п. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Указанная выше мера пресечения, по убеждению суда апелляционной инстанции, будет являться достаточной гарантией как явки ФИО1 в орган предварительного расследования и в суд, так и иных аспектов его надлежащего поведения, исключит возможность для обвиняемого скрыться от органов предварительного следствия и суда, оказать воздействие на потерпевшую, свидетелей, иных участников уголовного судопроизводства с целью изменения последними своих показаний либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, а достижение интересов предварительного расследования по уголовному делу (его полнота и объективность) возможно и в условиях домашнего ареста ФИО1, так как он будет находиться под контролем и в изоляции от общества в жилом помещении по адресу своего проживания, а также исполнять установленные ему запреты.

Оснований для применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде залога, запрета определенных действий либо иной, более мягкой, меры пресечения, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

постановление Ленинского районного суда г. Воронежа от 4 марта 2026 г., которым ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 28 суток, то есть по 8 апреля 2026 г. включительно, изменить:

изменить обвиняемому ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу на меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу: <адрес> на срок по 7 апреля 2026 г. включительно.

В соответствии с ч. 7 ст. 107 УПК РФ установить обвиняемому ФИО1 следующие запреты:

выходить за пределы жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, за исключением случаев явки к следователю, в суд, а также необходимости получения медицинской помощи и чрезвычайных ситуаций;

общаться с лицами, имеющими отношение к уголовному делу, за исключением следователя, защитника, контролирующего органа, сотрудников суда;

отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения со следователем, с сотрудниками правоохранительных органов и контролирующего органа, с необходимостью информировать о каждом таком звонке контролирующий орган.

Контроль за соблюдением установленных обвиняемым ФИО1 запретов возложить на филиал ФКУ УИИ УФСИН России по Воронежской области по месту жительства ФИО1

Разъяснить обвиняемому ФИО1, что в случае нарушения меры пресечения в виде домашнего ареста и условий исполнения этой меры пресечения следователь вправе обратиться в суд с ходатайством об изменении данной меры пресечения.

Обвиняемого ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г. рождения, уроженца <данные изъяты>, из-под стражи освободить.

В остальной части постановление оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.3, 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья областного суда С.Ф. Старилова