Апелляционное определение № 33-2009/2026 от 16 апреля 2026 г.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме: 17 апреля 2026 г.

Судья Бачигина С.В.

Дело №33-2009/2026УИД 76RS0023-01-2025-002179-93

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе: председательствующего судьи Сеземова А.А.,

судей Виноградовой Т.И., Ваниной Е.Н.

при секретаре Подколзиной О.В.

с участием прокурора Дзерина О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ярославле 16 апреля 2026 года

гражданское дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Красноперекопского районного суда г. Ярославля от 5 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО3 (<данные изъяты>) к ИП ФИО2 (<данные изъяты>) о взыскании утраченного заработка, расходов на санаторно-курортное лечение, о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб. 00 коп., утраченный заработок в размере 59 286 руб. 60 коп.. расходы на оплату санаторно-курортного лечения в сумме 67 200 руб. 00 коп..

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с ИП ФИО2 в бюджет государственную пошлину в размере 7 795 руб. 00 коп.».

Заслушав доклад судьи Виноградовой Т.И., судебная коллегия

установила:

ФИО3 обратилась в Красноперекопский районный суд г. Ярославля с исковым заявлением к ИП ФИО2, просила взыскать утраченный заработок в сумме 59 286, 60 руб., расходы на санаторно-курортное лечение 67 200 руб., компенсацию морального вреда 30 000 руб.

В обоснование требований указано, что истец являлась клиентом спортивного клуба "Fitness House" и посещала спортивные занятия в здании по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ пришла в здание спортивного клуба, при открывании входной двери получила травму плеча, поскольку дверь не открывалась в полном объеме. После получения травмы обратилась к сотрудникам спортивного клуба, помощь не была оказана. В этот же день в связи с полученной травмой в 21 час. 05 мин. истец обратилась в травмпункт ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко". В связи с повреждением плечевого сустава ввиду полученной травмы истец находилась на амбулаторном лечении с 23 марта 2025 г. по 10 апреля 2025 г., продолжительность лечения составила 19 календарных дней. На момент причинения вреда официально трудоустроена не была, но с 24 марта 2025 г. должна была выйти на новую престижную и высокооплачиваемую работу. Размер дохода истца до увольнения за 12 месяцев 2024 года составлял 1 185 735, 03 руб., размер утраченного заработка составляет 59 286, 60 руб. Кроме того, при обращении в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница имени Семашко Н.А.» истцу назначено санаторно-курортное лечение для восстановления здоровья в связи с полученной травмой. ФИО3 приобретена санаторно-курортная путевка № 115209 на срок 12 дней с 24 ноября 2025 г. по 5 декабря 2025 г. на сумму 67 200 руб. в ЗАО "Санаторий имени Воровского" в Рыбинском районе Ярославской области.

В судебном заседании истец ФИО3 и ее представитель Васильев А.В. заявленные исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ИП ФИО2 по доверенности ФИО4 возражала против удовлетворения требований истца. В письменных возражениях на иск указано на то, что дверь действительно не открылась полностью, но истец все равно решила пройти в нее, в результате чего стукнулась плечом об торец двери. От помощи сотрудников фитнес-клуба отказалась, потребовав книгу жалоб. Полагали об отсутствии вины ответчика в травме, необоснованности требования о взыскании компенсации морального вреда. Обращали внимание, что медицинская реабилитация (санаторное лечение) была возможна в рамках бесплатного оказания медицинской помощи.

Судом постановлено вышеуказанное решение о частичном удовлетворении иска, с которым не согласился ответчик ИП ФИО5

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда. Доводы жалобы сводятся к нарушению норм материального и процессуального права, несоответствию выводов суда обстоятельствам дела. Автор жалобы указывает, что не имел возможности ознакомиться с медицинской картой истца до принятия судом решения. Отмечается, что санаторно-курортное лечение не было назначено, только рекомендовано, при этом ранее, за год до рассматриваемого происшествия, истец уже получала санаторно-курортное лечение с тем же диагнозом «<данные изъяты>». Доказательства, подтверждающие причинно-следственную связь между полученной травмой и диагнозами «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>», отсутствуют, судом в проведении необходимых дополнительных обследований было отказано. Истцом не доказано отсутствие возможности получения санаторно-курортного лечения бесплатно в рамах программы ОМС. Ответчик полагает, что в деле отсутствуют доказательства того, что истец в указанный ею день должна была выйти на работу, не представлены доказательства наличия трудового договора, его условий, не подтверждены действия со стороны истца, направленные на реализацию права на трудоустройство. Кроме того, автор жалобы указывает на нарушение судом тайны совещательной комнаты при принятии решения.

В возражениях ФИО3 на апелляционную жалобу выражается согласие с постановленным судом решением.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав возражения на апелляционную жалобу ФИО3 и ее представителя по ордеру адвоката Васильева А.В., заключение прокурора Дзерина О.В., полагавшего решение суда отменить в части взыскания расходов на санаторно-курортное лечение, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Принимая решение, суд пришел к выводу о том, что ответчиком допущено небезопасное состояние входной группы в помещение принадлежащего ему фитнес-клуба, в связи с чем истцом получена травма, что причинило моральный вред. Суд пришел к выводу о доказанности утверждений истца о том, что ей была предложена и принята ею работа, к которой истец не смогла приступить ввиду полученной травмы. Судом установлен размер утраченного заработка, исходя из ранее полученной заработной платы. Так как истцу было рекомендовано санаторно-курортное лечение, решением суда также взыскана стоимость санаторно-курортного лечения. При определении размера компенсации морального вреда в 7 000 руб. суд исходил из обстоятельств, при которых истцом была получена травма, принял во внимание характер и объем повреждений, описанных в медицинской документации, претерпевание физической боли, необходимость обращения к врачу, степень вины нарушителя. Разрешая требования о взыскании утраченного заработка, суд согласился с расчетом среднедневного заработка, основанного на сведениях о заработной плате истца в период ее предыдущего трудоустройства, приняв во внимание показания свидетеля ФИО6, указавшего на предстоящее трудоустройство ФИО3 в его организации.

С выводом суда о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, утраченного заработка судебная коллегия соглашается.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о защите прав потребителей потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Статьей 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен порядок исчисления заработка (дохода), утраченного в результате повреждения здоровья.

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается, в том числе, утраченный потерпевшим заработок (доход), под которым следует понимать средства, получаемые потерпевшим по трудовым и (или) гражданско-правовым договорам, а также от предпринимательской и иной деятельности (например, интеллектуальной) до причинения увечья или иного повреждения здоровья.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между истцом и ответчиком был заключен договор оказания спортивных услуг № 104/21122810 от 28 декабря 2021 г. на посещение спортивного клуба по адресу: <адрес> с периодом действия с 13 января 2022 г. по 12 января 2025 г. (л.д. 23). Факт продления срока действия указанного договора ответчиком не оспаривался.

ДД.ММ.ГГГГ при входе в помещение фойе спортивного клуба при открывании металлической входной двери истец ударилась о дверь левым плечом, что зафиксировано в том числе на представленной ответчиком видеозаписи с камеры, установленной в тамбуре входной группы.

В этот же день в 21 час. 05 мин. ФИО3 обратилась в травмпункт ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко" с жалобой на удар в область левого плеча железной двери, выставлен диагноз «<данные изъяты>», что подтверждается справкой об обращении (л.д. 9). В связи с полученной травмой истец находилась на амбулаторном лечении с 23 марта 2025 по 10 апреля 2025 г. (л.д. 10).

Согласно заключению хирурга ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко" от 11 июня 2025 г., истцу установлен диагноз «<данные изъяты>», рекомендована санаторно-курортная реабилитация (л.д. 12). Аналогичный диагноз и рекомендации установлены врачом-неврологом ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко" в заключении от 2 июля 2025 г. (л.д. 13).

Из медицинской карты ФИО3 № 92874540 ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко" также следует, что имело место обращение к неврологу 27 октября 2025 г. с жалобами в области левой руки по событиям от 23 марта 2025 г., выставлен клинический диагноз «<данные изъяты>».

В подтверждение соблюдения рекомендаций врачей и прохождения лечения полученной травмы, истцом представлены санаторно-курортная путевка ЗАО «Санаторий им. Воровского», договор №4275 на приобретение услуг по санаторно-курортному лечению от 18 июля 2025 г. (л.д. 14-15). Из содержания указанных документов следует, что истцом приобретена путевка в санаторий, специализирующийся в том числе на лечении заболеваний опорно-двигательного аппарата, продолжительностью лечения 12 дней в период с 24 ноября 2025 г. по 5 декабря 2025 г. Стоимость путевки составила 67 000 руб., что подтверждается чеком об оплате (л.д. 16).

Согласно пояснениям истца, а также свидетеля ФИО1 (место работы – <данные изъяты>), на момент получения травмы ФИО3 не была трудоустроена, однако планировала трудоустройство в день, следующий за днем получения травмы. Как пояснил свидетель ФИО1, предполагалось, что ФИО3 с 24 марта 2025 г. должна была начать подготовку офиса к работе, планировала занимать должность регионального представителя. Указанная должность имеет разъездной характер, в связи с чем исполнять обязанности при наличии травмы ФИО3 не могла.

С учетом установленных обстоятельств судом сделан обоснованный вывод о том, что потребитель услуг клуба получила травму вследствие ненадлежащего содержания входной группы, в связи с чем имеет право на компенсацию морального вреда, размер которой суд определил в 7 000 руб.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции сделан вывод о том, что истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между полученным истцом ударом дверью в область левого плеча 23 марта 2025 г. и выставленным ФИО3 неврологом ГБУЗ ЯО "Клиническая больница им. Н.А. Семашко" диагнозом «<данные изъяты>». Вместе с тем, суд пришел к выводу о том, что диагноз «<данные изъяты>», установленный ФИО3, носит посттравматический характер, о чем прямо указывается в представленной в материалы дела медицинской документации. Ссылки ответчика на имеющиеся у истца заболевания других суставов, возникшие до получения травмы плеча, отклоняются как несостоятельные, поскольку диагноз «<данные изъяты>» имеет указание на конкретный сустав, причину возникновения (посттравматический), выставлен по результатам обращения ФИО3 в медицинское учреждение непосредственно в день получения травмы.

Несостоятельным является также довод жалобы о том, что судом отказано в проведении каких-либо дополнительных обследований истца по вопросу установления причинно-следственной связи между полученной травмой и установленным диагнозом. Так, в материалах дела имеется ходатайство представителя ИП ФИО2 о назначении судебно-медицинской экспертизы, представлен ответ ГУЗ ЯО «ЯО БСМЭ» о готовности проведения исследования, сроках исполнения экспертизы и ее стоимости (л.д. 102-103). Указанное ходатайство было заявлено стороной ответчика в судебном заседании 21 октября 2025 г. (л.д. 117), однако впоследствии, после перерыва в судебном заседании, 30 октября 2025 г. представитель ответчика данное ходатайство не поддержал, просил считать отозванным (л.д. 118). Иных ходатайств о назначении экспертизы, назначении каких-либо обследований и запросов дополнительной медицинской документации сторона ответчика не заявляла.

К доводу о невозможности ознакомления автора жалобы и его представителя с медицинской картой истца судебная коллегия относится критически. Согласно материалам дела, в судебном заседании 21 октября 2025 г. (л.д. 117), в котором принимал участие представитель ответчика, судом разрешен вопрос о запросе медицинской документации в отношении истца. Согласно сопроводительному письму, медицинская карта ФИО3 поступила в материалы дела 1 ноября 2025 г. (л.д. 97). При этом после перерыва в судебном заседании, объявленном 30 октября 2025 г. до 5 ноября 2025 г. (дата вынесения судом решения по иску), представитель ответчика ходатайств об отложении рассмотрения дела, предоставлении дополнительного времени для ознакомления с материалами дела, в том числе с вновь поступившими по запросу суда документами, не заявлял. При указанных обстоятельствах, судебная коллегия полагает, что стороне ответчика было достоверно известно о запрошенных и поступивших в суд медицинских документах, имелась возможность ознакомления с медицинской картой ФИО3 до вынесения судом решения по делу. Нарушений процессуальных прав ответчика судом не допущено.

Также верным является и вывод суд о наличии оснований для взысканий утраченного заработка, который оспаривается в апелляционной жалобе.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие доказательств, конкретизирующих условия предполагаемого трудоустройства истца, не влияет на правильность выводов суда о наличии оснований для взыскания утраченного заработка с учетом доказательств по делу о том, что трудоустройство должно было состояться, и доказательств заработка до увольнения, предшествовавшего получению травмы. Расчет и размер суммы утраченного заработка ответчиком не оспаривался, судом первой инстанции принят и проверен, в апелляционной жалобе по существу не оспорен.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом тайны совещательной комнаты при вынесении решения опровергаются результатами служебной проверки от 12 февраля 2026 г. (л.д.172-174), подлежат отклонению как необоснованные.

Вместе с тем, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы о необоснованности требований истца о взысканий расходов на санаторно-курортное лечение.

Согласно части 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Как следует из разъяснений, содержащихся в подпункте "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судов на то, что, если потерпевший, нуждающийся в соответствующих видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов (подпункт "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

С учетом этого в ряде случаев допускается взыскание в пользу потерпевшего понесенных им расходов на лечение, когда медицинское учреждение, в которое гражданин имел возможность обратиться в рамках программы ОМС, не может оказать соответствующую медицинскую помощь в связи с неприменением в нем необходимых способов (методов) лечения или обследования либо в связи с невозможностью сделать это в необходимые (исходя из состояния пациента) сроки ввиду отсутствия материалов, исчерпания квот или по иным причинам организационно-технического характера, притом что ожидание лечения могло бы в значительной степени осложнить процесс выздоровления пациента (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2025 г. N 4-П).

Порядок медицинского отбора и направления больных на санаторно-курортное лечение утвержден приказом Министерства здравоохранения и социального развития от 22 ноября 2004 г. N 256. Пунктами 2.1, 2.2 названного Приказа определены основные принципы медицинского отбора и направления больных на санаторно-курортное лечение.

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, судебная коллегия соглашается с доводами жалобы о недоказанности истцом отсутствия у него права на бесплатное получение этих видов медицинской помощи либо невозможности их получения качественно и в срок. По результатам осмотра ФИО3 и оценки последствий полученной ею 23 марта 2025 г. травмы левого плечевого сустава, санаторно-курортное лечение действительно указано в рекомендациях врача-хирурга и врача-невролога. Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства невозможности прохождения лечения и реабилитации бесплатно, необходимости избрания платного лечения, соответствующего клиническим рекомендациям, в связи с длительным ожиданием бесплатного лечения или иными обстоятельствами, которые могли повлечь неблагоприятные последствия здоровью истца.

Также судебная коллегия учитывает, что сторона истца отказалась от проведения судебной экспертизы, которой можно было бы подтвердить нуждаемость в санаторно-курортном лечении в связи с травмой и невозможность его получения в рамках программы ОМС качественно и в срок (л.д. 118).

С учетом приведенных доводов решение суда подлежит отмене в части взыскания с ответчика в пользу истца расходов на санаторно-курортное лечение с принятием в данной части нового решения об отказе в удовлетворении данных требований.

С учетом изменения решения суда, изменению подлежит решение суда и в части судебных расходов. Принимая во внимание размер удовлетворенных исковых тербований, с ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО2 в бюджет г. Ярославля подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб.

В остальной части судебная коллегия оставляет решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Красноперекопского районного суда г. Ярославля от 5 ноября 2025 года отменить в части удовлетворения требований о взыскании расходов на санаторно-курортное лечение с принятием в данной части нового решения об отказе во взыскании расходов на оплату санаторно-курортного лечения.

Абзац второй и четвертый резолютивной части решения изложить в следующей редакции:

«Взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб. 00 коп., утраченный заработок в размере 59 286 руб. 60 коп.

Взыскать с ИП ФИО2 в бюджет г. Ярославля государственную пошлину в размере 7 000 руб.»

В остальной части апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи