Решение № 2-2247/2025 2-2247/2025~М-1376/2025 М-1376/2025 от 26 октября 2025 г. по делу № 2-2247/2025

34RS0006-01-2025-002177-13

Дело №2-2247/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Волгоград 13 октября 2025 года

Советский районный суд города Волгограда в составе:

председательствующего судьи Чекашовой С.В.

при секретаре судебного заседания Карелиной Д.Ю.

с участием: истца ФИО1, представителя истца Мясникова Е.И., действующего на основании ордера, представителя ответчика Министерства финансов РФ и третьего лица УФК по Волгоградской области ФИО2, действующей на основании доверенностей, представителя ответчиков МВД России и ГУ МВД России по Волгоградской области ФИО3, действующей на основании доверенностей, представителя третьего лица Управления МВД России по городу Волгограду ФИО4, действующей на основании доверенности, третьего лица Прокуратуры Волгоградской области – старшего помощника прокурора Советского района г. Волгограда Калачёвой О.В., действующей на основании доверенностей

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, МВД России, ГУ МВД России по Волгоградской области о взыскании в порядке реабилитации денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратился в суд с указанным иском, в обоснование заявленных требований указал, что 06.06.2023г.в отношении ФИО1 возбудили уголовное дело по иные данные и 29.08.2023г. предъявили обвинительный Акт, согласно которого он являлся обвиняемым по указанной выше статьям и частям. Данное уголовное дело находилось в производстве отдела дознания ОП 6 УМВД России по г. Волгограду, а затем передано в СО-6 СУ УМВД России по г. Волгограду и расследование было поручено следователю ФИО5 04.07.2024г. уголовное дело в отношении ФИО1 следователем ФИО5 было прекращено по основанию п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. 07.07.2024г. защитником Мясниковым Е.И. и обвиняемым ФИО1 было подано ходатайство об ознакомлении с материалами дела, на основании которых было принято указанное решение. 19.07.2024г. следователь ФИО5 уведомила сторону защиты о том, что начальником СУ УМВД России по г. Волгограду решение о прекращении уголовного дела отменено, в связи с чем 09.07.2024г. она отказала в удовлетворении ходатайства об ознакомлении защитника и обвиняемого с материалами уголовного дела на основании которых было принято решение о прекращении уголовного дела. В последующем решения о прекращении неоднократно отменялись и 15.04.2025г. уголовное дело в отношении ФИО1 следователем ФИО6 в очередной раз было прекращено по основанию п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Определяя размер компенсации морального вреда просит учесть фактические обстоятельства дела, а именно основания привлечения к уголовной ответственности, длительность уголовного преследования (с момента возбуждения уголовного дела, то есть с 06.06.2023г. и до вынесения постановления о прекращении уголовного дела 15.04.2025г.), тот факт, что в период незаконного уголовного принуждения в виде обязательства о явке, в которой он под угрозой избрания меры пресечения, денежного взыскания и привода дал обязательство своевременно являться по вызовам дознавателя, следователя или в суд, а в случае перемены места жительства незамедлительно сообщать об этом, где ему разъяснились последствия нарушения обязательства, о чем была сделана соответствующая отметка в обязательстве, и объем наступивших для него последствий и степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, которые длились на протяжении 679 дней, то есть более 22 месяцев. Вследствие нахождения в статусе обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного иные данные информация о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности стала достоянием широкого круга лиц, которая ухудшила мнение о нем, дискредитировала его в глазах окружающих как порядочного и честного человека, повлияла на моральный климат, как в семье, так и в его окружении, поскольку обыски проводились как в его жилище, так и в подсобных помещениях, свидетелями чего стали окружающие люди, в том числе его знакомые и понятые. Негативным фактором также явились запросы в психиатрический и наркологический диспансер в отношении ФИО1, а также в адрес участкового полиции о правомерности его поведения. Нахождение в статусе обвиняемого и подсудимого возлагало бы на него обязанность по оплате стоимости проведенной ихтиологической экспертизы, а также ущерба от вылова самой рыбы, что для него как пенсионера, инвалида, является существенным. Свидетель по делу, который являлся непосредственным очевидцем произошедшего, а именно того, что запрещенного к обороту орудия лова у ФИО1 не имелось, был допрошен лишь спустя 9 месяцев после возбуждения уголовного дела, хотя ходатайство о его допросе было заявлено изначально. Длительное незаконное уголовное преследование оказало негативное воздействие на физическое состояние, что причинило и причиняет ему нравственные страдания, а состояние его здоровья ухудшилось, спровоцировано заболевание (сахарный диабет). При этом истец является инвалидом 2 группы по общему заболеванию. По факту незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, в связи с искусственным созданием сотрудником полиции доказательств его вины, в отношении участкового ФИО7 возбуждено и расследуется уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного иные данные, а сам ФИО1 признан потерпевшим по данному делу. При этом начальник ОП №6 УМВД России по г. Волгограду, несмотря на обращение ФИО1, каких-либо извинений в адрес последнего, по факту нарушения прав и свобод, которые были установлены заключением служебной проверки ОРЧ СБ ГУ МВД России по Волгоградской области, не принес. Данное обстоятельство для ФИО1 является дискредитирующим в его глазах органы полиции, поскольку он ранее сам проходил службу в рядах МВД. Более того ФИО1 служил в этом же отделе полиции, где продолжают служить полицейские лично знающие его. Изъятые в ходе обыска разрешенные орудия лова, принадлежащие ФИО1 возвращены только спустя множество заявленных им жалоб, и ФИО1 продолжительное время лишен возможности заниматься рыбной ловлей, для компенсации низкой пенсии. При таких обстоятельствах, учитывая сведения о личности ФИО1, его индивидуальные особенности, который является добропорядочным членом общества, пенсионер МВД, инвалид 2 группы, принципы разумности и справедливости, просит суд удовлетворить его требования о компенсации морального вреда в размере 2 037 000 рублей, из расчета 3 000 рублей за каждый день незаконного уголовного преследования.

Истец ФИО1 в судебное заседании заявленные исковые требования поддержал и просил их удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 по ордеру Мясников Е.И. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить, в полном объеме, подтвердив изложенные в исковом заявлении обстоятельства.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ и третьего лица УФК по Волгоградской области по доверенностям ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме. В случае удовлетворения просила снизить компенсацию морального вреда.

Представитель ответчиков МВД России и ГУ МВД России по Волгоградской области по доверенностям ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объеме. В случае удовлетворения просила снизить компенсацию морального вреда.

Представитель третьего лица Управления МВД России по городу Волгограду по доверенности ФИО4 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В случае удовлетворения просила снизить компенсацию морального вреда.

Представитель третьего лица Прокуратуры Волгоградской области – старшего помощника прокурора Советского района г. Волгограда по доверенности Калачёва О.В. в судебном заседании полагала необходимым снизить компенсацию морального вреда.

Представитель третьего лица Отдел полиции №6 Управления МВД России по г. Волгограду, третьи лица ФИО7, ФИО6 Следователь СО СУ УМВД России по г. Волгограду, ФИО5 Следователь Управления МВД России по г. Волгограду в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. О причинах неявки суд не уведомили.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.ст. 52 и 53 Конституции РФ к числу гарантированных конституционных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

К числу прав граждан, закрепленных в Конституции Российской Федерации, относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. ст. 52 и 53).

В силу ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Как следует из ч. 2, 2.1 и 3 указанной выше статьи, а также из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют:

подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор,

подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения,

подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; в том числе и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения (например, при прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 105 УК РФстатьей 105 УК РФ, при обвинении в убийстве и краже).

осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления:

непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления,

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием события преступления;

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления,

прекращение уголовного дела в связи истечением сроков давности уголовного преследования;

прекращение уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого,

прекращение уголовного дела в связи с отсутствием заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в пунктах 2 и 2.1 части первой статьи 448 настоящего Кодекса, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в пунктах 1 и 3 - 5 части первой статьи 448 настоящего Кодекса.

лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 134 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 УПК РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации исковое заявление о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (в части требований, оставленных без рассмотрения в порядке уголовного судопроизводства), в соответствии с частью 6 статьи 29 ГПК РФ может быть подано реабилитированным по его выбору в суд по месту своего жительства или в суд по месту нахождения ответчика. При этом реабилитированный освобождается от уплаты государственной пошлины (подпункт 10 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Таким образом, право на реабилитацию должно быть признано за лицом в порядке, предусмотренном ст. 134 УПК РФ, дознавателем, следователем, прокурором, судом в приговоре, определении, постановлении.

Исковое заявление о возмещении морального вреда в порядке гражданского судопроизводства может быть подано реабилитированным лицом, то есть лицом, за которым признано право на реабилитацию.

В судебном заседании установлено, что 06.07.2023г. СО-6 СУ УМВД России по г. Волгограду по рапорту УПП ОУУП и ПДН ОП №6 УМВД России по г. Волгограду ФИО7, возбуждено уголовное дело иные данные по признакам преступления, предусмотренного иные данные.

29.08.2023г. старшим дознавателем ФИО8 составлен обвинительный акт по уголовному делу иные данные в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п.иные данные.

Постановлением старшего следователя СО-6 СУ УМВД России по г. Волгограду старшего лейтенанта юстиции ФИО6 от 15 апреля 2025 года прекращено уголовное дело №иные данные и уголовное преследование в отношении ФИО1, по основанию, предусмотренному иные данные, то есть в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления. В соответствии со ст.134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию и ему разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Приговором Советского районного суда г. Волгограда от 04.08.2025г., ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ и назначено ему наказание в виде иные данные. В соответствии со ст. 73 УК РФ, ФИО7 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком иные данные

Данным приговором установлено, что ФИО7 являясь участковым уполномоченным полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних отдела полиции №6 Управления МВД России по городу Волгограду совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов общества и государства, при следующих обстоятельствах.

Действия УУП ФИО7, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, по подмене рыболовных снастей, изъятых в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства у ФИО1 и служащих орудием преступления, повлекли искажение собранных доказательств, имеющих значение для доказывания события преступления, не только нарушили установленный процессуальный порядок, но и подорвали сущность правосудия, дискредитировало правоохранительную деятельность органов внутренних дел, подорвали их авторитет и доверие граждан к органам государственной власти, должностные лица которых обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, что существенно нарушило охраняемые законом интересы ФИО1 как участника уголовного процесса, а также общества и государства в сфере уголовного судопроизводства и охраны природных ресурсов.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда по предусмотренному п. 1 ст. 1070 ГК РФ основанию приобретают лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию (статьи 133 - 139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

При разрешении требований реабилитированного суд не вправе возлагать на него обязанность доказать наличие вины конкретных должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в причинении ему вреда в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, поскольку в силу положений пункта 1 статьи 1070 ГК РФ, а также части 1 статьи 133 УПК РФ такой вред подлежит возмещению независимо от вины указанных лиц.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом.

Поскольку предметом исследования являются, в том числе, нравственные страдания личности, исследование и оценка таких обстоятельств не может быть формальной, а в решении суда должны быть приведены мотивы, которыми руководствовался суд при определении размера компенсации морального вреда.

При этом сама компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и/или нравственных страданий.

Несмотря на то, что определение размера компенсации морального вреда в определенной степени относится к оценке и установлению обстоятельств дела, присуждение несоразмерно малой суммы компенсации, без учета каких-либо имеющих значение обстоятельств дела, и не отвечающей требованиям справедливости, может свидетельствовать о существенном нарушении судом норм материального права, определяющих цель присуждения данной компенсации и правила определения ее размера, а также о существенных нарушениях норм процессуального права, обязывающих суд определить все имеющие значение для дела обстоятельства и дать им оценку в мотивировочной части судебного постановления.

Из изложенного следует, что поскольку закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, то суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Пунктом 1 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Подпунктом 1 пункта 3 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее БК РФ) установлено, что от имени Российской Федерации субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

В соответствии с пп.12.1 п.1 ст. 158 БК РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Из разъяснений пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" следует, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность ГК РФ, БК РФ или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по делу будет являться Российская Федерация в лице Минфина России.

В обоснование степени морального вреда, истец ссылается длительность уголовного преследования (с момента возбуждения уголовного дела 06.06.2023г. до прекращения уголовного дела 15.04.2025г.), тот факт, что в период незаконного уголовного преследования в отношении него была дано обязательство о явке, объем наступивших для него последствий и степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием длящимся на протяжении 679 дней. Вследствие нахождения в статусе подозреваемой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного иные данные информация о привлечении его к уголовной ответственности стала достоянием широкого круга лиц, которая ухудшила мнение о нем, дискредитировала его в глазах окружающих, повлияла на моральный климат, как в семье, так и в его окружении. Незаконное уголовное преследование оказало негативное воздействие на ФИО1 и его семью, что причинило и причиняет ему нравственные страдания.

Официальное извинение начальником ОП №6 УМВД России по г. Волгограду истцу принесено не было.

Между тем, законом не предусмотрено взыскание в пользу реабилитированного лица компенсации морального вреда в связи с не принесением начальником отдела полиции извинений либо в связи с длительным не принесением извинения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием по своей сути является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в постановления Верховного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2013 года № 329-П12ПР, обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному, исходя из положений статей 133, 134, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию. Согласно части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации прокурор от имени государства приносит официальное извинение за причиненный ему вред. Данная норма уголовно-процессуального закона в отличие от других его норм (статьи 135, 136, 138) не содержит предписаний о том, что суд при признании за осужденным права на реабилитацию должен одновременно с этим обязать прокурора принести извинения, поскольку такая обязанность возложена на прокурора законом. В то же время при неисполнении прокурором возложенной на него частью 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Аналогичную правовую позицию выразил и Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 14 ноября 2017 года № 28-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО9».

Поскольку моральный вред причинен истцу в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, суд приходит к выводу о доказанности причинения ФИО1 нравственных и физических страданий в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

При разрешении заявленного требования, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, а именно обязательство о явке, длительность нахождения в производстве следствия уголовного дела в отношении ФИО1, которое составляет более 1,6 года с момента возбуждения и до момента прекращения, индивидуальные особенности личности ФИО1, степень причиненных истцу нравственных и физических страданий.

Кроме того, суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализации прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения ст.1101 ГК РФ, считая заявленную сумму компенсации морального вреда завышенной, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред лицу, производство по уголовному делу в отношении которого прекращено, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о наличии основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 и взыскании в его пользу за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей. Указанная сумма денежной компенсации по мнению суда, является соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и нравственных страданий.

В соответствии со ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Таким образом, в пользу ФИО1 подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации компенсация морального вреда в размере 250 000 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований суд считает необходимым отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, МВД России, ГУ МВД России по Волгоградской области о взыскании в порядке реабилитации денежной компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счёт средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в порядке реабилитации денежную компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявленных требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, МВД России, ГУ МВД России по Волгоградской области о взыскании в порядке реабилитации денежной компенсации морального вреда, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Советский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Справка: решение суда в окончательной форме изготовлено 27 октября 2025 года.

Судья подпись С.В. Чекашова