Решение № 2-1201/2025 2-1201/2025~М-677/2025 М-677/2025 от 16 декабря 2025 г. по делу № 2-1201/2025

УИД №66RS0008-01-2025-001117-56

№ 2-1201/2025


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 декабря 2025 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Недоспасовой Н.С.,

при секретаре судебного заседания Марецкой О.А.,

с участием прокуроров – старшего помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил ФИО1, помощника прокурора Моташневой К.И.,

истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО2 (далее истца),

представителя истца по первоначальному иску (представителя ответчика по встречному иску) ФИО3, действующему по доверенности (далее по тексту – представителя истца),

ответчика по первоначальному иску (истца по встречному) - ФИО4 (далее ответчика),

представителя ответчика по первоначальному иску (представителя истца по встречному иску) ФИО4 – ФИО7, действующему по доверенности (далее по тексту – представителя ответчика),

ответчика по встречному иску ФИО8,

ответчика по встречному иску – ФИО9,

представителей третьего лица ООО «Траст Профи» - ФИО10, ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

по встречному иску ФИО4 к ФИО2, ФИО8, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО5, ФИО6 о признании утратившими право пользования, выселении, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором просит признать сделку по договору купли-продажи <Адрес> в городе Нижний Тагил от 30 апреля 2025 года недействительной, совершенной под влиянием заблуждения.

В обосновании заявленных требований указано, что 29 апреля 2025 года между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи жилого помещения – <Адрес> в городе Нижний Тагил по цене 2 680 000 рублей, который был удостоверен нотариусом Сим Н.Д.

До совершения сделки истец заключила агентский договор с ООО «Траст» за вознаграждение на полный комплекс услуг, направленных на продажу принадлежащего истцу жилого помещения – <Адрес> в городе Нижний Тагил за цену 2 700 000 рублей. Сделка истцом была совершена по указанию «сотрудника ФСБ», который на Вацап истцу выслал распоряжение и настойчиво потребовал, что вся информация, полученная от него конфиденциальна. Данный «сотрудник ФСБ» продиктовал номер телефона риелтора, который поможет ей собрать необходимые документы для совершения сделки. При заключении договора купли-продажи у нотариуса истец получила от покупателя ФИО4 денежные средства в размере 2 680 000 рублей. После чего, «сотрудник ФСБ» потребовал показать через камеру телефона наличные деньги, которые истец получила от продажи квартиры, после чего ей необходимо было передать данные денежные средства курьеру, который должен был ей сказать кодовое слово 4402. Услышав от курьера кодовое слово, она передала ему пакет с деньгами. Осознав через некоторое время о совершенной ошибке, истец обратилась в ОП № 17 МУ МВД России» с заявлением о возбуждении уголовного дела. Полагает, что сделка по продаже квартиры была совершена ею под влиянием существенного заблуждения.

Определением суда от 13 мая 2025 года было удовлетворено ходатайство ФИО2 о принятии мер по обеспечению иска. Наложен запрет на совершение регистрационных действий по отчуждению жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>.

Определением суда от 19 июня 2025 года для совместного рассмотрения с первоначальным иском принято встречное исковое заявление ФИО4 к ФИО2, ФИО8, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО12 о признании утратившими право пользования жилым помещением и выселении, а также о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО4 оплаты государственной пошлины в размере 12 000 рублей, с учетом изменения требований.

В обоснование встречных исковых требований указано, что ФИО4 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес> по договору купли-продажи от 29 апреля 2025 года, где и была зарегистрирована. ФИО2 была снята с регистрационного учета по вышеуказанному адресу 25 апреля 2025 года. Кроме ответчика ФИО2 в спорном жилом помещении проживают ФИО8, ФИО12 и их несовершеннолетний сын ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Полагает, что у ФИО2 и членов ее семьи нет законных оснований на проживание в спорном жилом помещении, поскольку истец с 29 апреля 2025 года является собственником квартиры, в связи с чем, просит выселить ФИО2, ФИО8, ФИО12 и несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения из жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>.

Истец ФИО2 и ее представитель в судебном заседании заявленные требования поддержали. Возражали относительно удовлетворения встречных исковых требований.

Истец дополнила, что 28 апреля 2025 года ей на Вацап позвонил «сотрудник ФСБ» и сказал, что мошенники совершили взлом ее страницы Госуслуг, где оформили доверенность на продажу принадлежащей ей квартиры. Этот «сотрудник» сделал скриншот и прислал фото ей на Вацап. При этом, ей сказали, что ее защитят от данных мошенников, но необходимо продать квартиру по фиктивной сделке. При этом была продумана операция, под названием «Гроза». Потом она связалась с риелтором, которому сказала о необходимости продажи жилого помещения, в связи с переездом в город Екатеринбург. Риелтор нашла покупателя, которому понравилась квартира. После чего договор купли-продажи был оформлен у нотариуса. Там, за проданное жилое помещение ФИО2 от покупателя получила 2 680 000 рублей. С момента первого звонка и до продажи квартиры «сотрудник ФСБ» звонил каждый день и интересовался процессом продажи квартиры. После того, как ею были получены денежные средства от продажи квартиры, «сотрудник ФСБ» попросил показать деньги, а затем необходимо было их передать курьеру, который скажет кодовое слово, что она и сделала. Только через некоторое время она поняла, что ее обманули. После чего она обратилась в отдел полиции. Полагает, что действовала под заблуждением.

ФИО3 дополнил, что ФИО2 заблуждалась в природе сделки, помогала правоохранительным органам, подверглась воздействию неустановленной группы лиц, они ежедневно отслеживали ее, что ввело ее в заблуждение, она не хотела совершать сделку.

Ответчик по первоначальному иску ФИО4 просила удовлетворить встречные исковые требования, в первоначальном иске отказать.

Ответчик дополнила, что она обратилась к риелтору для поиска подходящего ей жилого помещения. Затем на Авито она увидела объявление о продаже спорного жилого помещения и на следующий день позвонила риелтору. Продавец в присутствии риелтора показала свою квартиру, при этом сказала, что будет переезжать в город Екатеринбург, к внуку. На покупку квартиры денежные средства ФИО4 дал сын. Чтобы сделка была безопасной, для оформления договора купли-продажи они обратились к нотариусу. При этом, нотариус запросил у истца справку от врача-психиатра. Денежные средства за приобретенное жилье были переданы продавцу у нотариуса. По условиям договора, истец должна была освободить жилое помещение через месяц, однако когда ФИО4 с сыном пришли в квартиру, то не могли туда попасть.

Указала на то, что доступа в квартиру у нее нет на протяжении нескольких месяцев, она желает проживать в своей квартире, просит ее освободить. Никаких обсуждений и звонков со стороны ФИО2 не было.

Представитель ответчика по первоначальному иску ФИО7 в судебном заседании первоначальные исковые требования не признал, указав, что сделка была проведена в соответствии с действующим законодательством. Истец при совершении сделки была полностью дееспособной, называла цель продажи квартиры – покупка квартиры в г. Екатеринбург. Квартира была продана по рыночной цене, поскольку истец требовала в срочном порядке реализовать данную квартиру. Поддержал встречные исковые требования в полном объеме. Указал на то, что заключение эксперта правильное, нарушений нет, проводилась экспертиза тремя членами комиссии, выводы, такие же, как и в судебном заседании при просмотре видео, <данные изъяты>. ФИО4 на данный момент проживает со своей мамой, желает проживать в квартире, которую купила, где в настоящее время проживают члены семьи ФИО2, доступа в квартиру нет. Сама ФИО2 проживает на <Адрес> семья Бельских на <Адрес>.

Ответчик по встречному иску ФИО9 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, указал, что продолжает проживать в квартире на <Адрес>, выселяться, не намерен. Доступ ФИО4 не представляют, поскольку некуда съезжать. В свою квартиру не переезжают, потому что там недостаточно места для 4 человек. Обсуждали с семьей вопрос возврате денежных средств, но на данный момент такой суммы у семьи нет.

Ответчик по встречному иску ФИО8 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что съезжать семье некуда. В квартире, которая принадлежит им, проживает ФИО2

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ООО «Траст Профи» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, направил в суд свои возражения, где указал, что ООО «Траст Профи» осуществляет деятельность агентств за вознаграждение или на договорной основе. К представителю ООО «Траст Профи» обратилась ФИО2 с целью продажи квартиры, расположенной по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>, поскольку переезжает в город Екатеринбург. Покупатели настояли на совершении нотариальной сделки, поэтому было принято решение обратиться к нотариусу Сим Н.Д., где дополнительно истцу было предложено провести сделку посредством безопасных платежей, однако последняя настояла на получении денежных средств наличными. При этом, никакие «сотрудник ФСБ» к ним не обращались.

В предыдущем судебном заседании представитель третьего лица ФИО11 пояснила о том, что ФИО2 попросила помочь ей с продажей квартиры, стороны переговорили, ФИО2 пояснила, что хочет продать данную квартиру, у нее есть один миллион накоплений, и она хочет купить квартиру в Екатеринбурге. Подписали договор. В рекламе квартира простояла примерно неделю. Через неделю позвонили покупатели, сказали, что хотят прийти на просмотр. Покупатели посмотрели, сказали, что квартира им понравилась. ФИО2 выписалась из квартиры. Также у нее было желание получить деньги за квартиру наличкой, так ей спокойней. Сделку тогда решили провести у нотариуса, чтобы была зафиксирована передача денежных средств в присутствии нотариуса. Нотариус дополнительно попросила предоставить справку. Все было абсолютно спокойно, ФИО2 вела себя адекватно, никаких сомнений не возникало, она рассказывала про детей, про внука своего, рассказывала, что он учится в медицинском, что он отличник, что она хочет жить с ним. На встрече у нотариуса, нотариус провела с ней беседу, дала почитать документы, все ознакомились. При передаче денег все присутствовали, передача была зафиксирована нотариусом. Через 2 или 3 дня ФИО2 перезвонила и рассказала эту историю, что какие-то сотрудники ФСБ ее заставили продать квартиру.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – нотариус Сим Н.Д. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом. Направила в суд свои возражения, где указала, что 23 апреля 2025 года в нотариальную контору обратился представитель ФИО2 - агент по недвижимости, действующая на основании агентского договора от 20 апреля 2025 года с намерением продать принадлежащую ФИО2 на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>. При рассмотрении представленных заявителем документов было установлено, что собственником квартиры является ФИО2, отчуждаемая квартира принадлежала ей на основании договора купли-продажи от 11 марта 2014 года. 29 апреля 2025 года ФИО2 пришла в нотариальную контору самостоятельною. В ходе личной встречи вела себя адекватно, представила подлинники документов на квартиру, своими действиями не вызывала подозрений и сомнений относительно мотивов своего поведения, кроме того, она предварительно снялась с регистрационного учета из вышеуказанной квартиры. Таким образом, продажа жилого помещения не была одномоментной, так как до совершения сделки у нотариуса и участников сделки было время на подготовку – около 7 дней. Во время личной беседы с нотариусом, ФИО2 сообщила, что желает продать принадлежащее ей жилое помещение в городе Нижний Тагил, и на полученные от продажи квартиры деньги, а также за счет имеющихся у нее сбережений, купить квартиру в городе Екатеринбург исключительно в свою единоличную собственность в ближайшие две недели. Со слов ФИО2 необходимость в продаже квартиры связана с ее переездом в город Екатеринбург к внуку, который учится в <данные изъяты>. После покупки квартиры в городе Екатеринбург, намерена там проживать с внуком. При этом добавила, что решение о переезде в город Екатеринбург является осознанным, взвешенным, детям известно о ее планах, связанных с переездом и продажей квартиры в городе Нижний Тагил и они согласны с принятым решением. Подтвердила у нотариуса, что при продаже квартиры в городе Нижний Тагил ее право на квартиру прекратится и она утратит какие-либо права на данную жилплощадь. После разъяснения всех возможных последствий оформления договора купли-продажи ФИО2 настаивала на продаже квартиры, оснований сомневаться в ее адекватном отношении к сделке, ее свободной воле на заключение сделки не имелось, так как при заключении договора ни агенту недвижимости, ни нотариусу, ни покупателю она не сообщала о том, что действует под влиянием третьих лиц. Таким образом, нотариусом была установлена абсолютно конкретизированная воля ФИО2 оформить договор купли-продажи, согласно которому принадлежащая ей на праве собственности <Адрес> в городе Нижний Тагил должна быть продана ФИО4 за цену 2 680 000 рублей. До заключения соглашения нотариусом были совершены все проверочные действия в отношении сторон о наличии (отсутствие судебного акта о признании сторон недееспособными или ограниченно дееспособными). Несмотря на преклонный возраст участников договора, их дееспособность сомнений не вызывала, кроме того, нотариусу была предоставлена справка из медицинского психиатрического учреждения о том, что ФИО2 по состоянию на 29 апреля 2025 года на учете в <данные изъяты>. При удостоверении договора, расчеты между сторонами договора были произведены до подписания договора, ФИО2 деньги в полном объеме по договору получила. В ходе согласования условий договора, стороны установили срок и порядок освобождения квартиры, порядок оплату коммунальных платежей и плате за электроэнергию в отношении указанной квартиры, а также риск случайной гибели и случайного повреждения вышеуказанного имущества до момента передачи квартиры покупателю. Доводы истца о том, что сделка была совершена под влиянием существенного заблуждения, нотариусом не подтверждены. У нотариуса не возникло сомнений в действительности воли ФИО2, так как продажная стоимость квартиры не была заниженной, участники сделки не настаивали на срочности в проведении сделки, у продавца была конкретная, обоснованная причина продажи квартиры, с намерением приобрести встречный объект в ближайшее время, что в момент заключения договора подтвердил агент недвижимости. При удостоверении договора нотариус длительное время, порядка 30 минут, беседовала с ФИО2 наедине, интересовалась жизненными обстоятельствами. Кроме того, участники сделки были проинформированы о том, что в помещении нотариальной конторы ведется видеонаблюдение. Все это дает возможность с уверенностью исключить влияние чужого давления, обмана или заблуждения. В день обращения к нотариусу жалоб на плохое самочувствие у ФИО2 не было, она всегда отвечала на задаваемые вопросы, адекватно, лично и связанно на них отвечала без наводящих вопросов, произвела впечатление грамотного, понимающего и осознающего суть подписываемого документа человека, четко и ясно формулировала свои мысли. В момент удостоверения договора она была полностью <данные изъяты>. Таким образом, до удостоверения договора нотариусом были выяснены действительность и свобода намерений участников договора, установлена их воля и дееспособность, были разъяснены положения Гражданского кодекса РФ, касающиеся договора купли-продажи недвижимого имущества и его правовые последствия. Текст договора был зачитан нотариусом вслух, также прочитан участниками договора лично, после чего собственноручно ими подписан в присутствии нотариуса. Оба участника договора разборчивым почерком написали на документе свои фамилию, имя, отчество и расписались в реестре для регистрации нотариальных действий.

Старший помощник прокурора Дзержинского района г. Н. Тагил в своем заключении просил удовлетворить первоначальные исковые требования, во встречных исковых требованиях просил отказать.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав собранные по делу письменные доказательства, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании пунктов 1 и 2 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В силу положений ч. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункты 3, 5 пункта 2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

По смыслу приведенных положений данной нормы, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Судом установлено, что спорное жилое помещение – <Адрес> в г. Нижний Тагил, представляет собой изолированную двухкомнатную квартиру, которая ранее принадлежала ФИО2 на основании договора купли – продажи от 11 марта 2014 года.

Согласно справке МКУ «СПО» в спорной квартире никто не зарегистрирован, ранее была зарегистрирована ФИО2 с 04 апреля 2014 года по 25 апреля 2025 года, ФИО8, ФИО13 с 28 января 2022 года по 27 сентября 2022 года (л.д.35).

17 апреля 2025 года между ФИО2 и ООО «ТРАСТ Профи» был заключен агентский договор, по условиям которого исполнитель, именуемый в договоре агентством, за вознаграждение обязался по поручению и за вознаграждение совершить полный комплекс услуг, направленных на продажу принадлежащего ФИО2 на праве собственности объекта недвижимости (л.д.13-14).

23 апреля 2025 года между ФИО2 и ФИО4 был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры с условием о передаче задатка, по условиям которого стороны взяли на себя обязательства заключить в будущем договор купли-продажи спорной квартиры, который будет подписан и передан на регистрацию в Управление Федеральной службы государственной регистрации в течение 20 рабочих дней с момента подписания настоящего договора. Цена объекта согласована сторонами в размере 2 680 000 рублей из которых задаток в размере 50 000 рублей покупатель передает наличными денежными средствами в день подписания предварительного договора, а сумму 2 630 000 рублей покупатель обязуется передать продавцу перед подписанием основного договора купли – продажи, наличными денежными средствами (л.д.6-7).

Согласно расписки от 23 апреля 2025 года, ФИО4 передала ФИО2 50 000 рублей как задаток по предварительному договору купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес> (л.д.12).

29 апреля 2025 года между ФИО2 и ФИО4 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, а именно спорной квартиры, расположенной по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>, который был удостоверен нотариусом Сим Н.Д. и зарегистрирован в реестре <№> Согласно условий договора, квартира продается по цене 2 680 000 рублей, денежная сумма оплачена покупателем продавцу за счет собственных денежных средств полностью до подписания договора в присутствии нотариуса.

30 апреля 2025 года указанный договор купли-продажи, а также право собственности ФИО4 на указанную квартиру, зарегистрированы в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, что подтверждается выпиской из реестра (л.д.17-19).

Сделка была нотариально удостоверена. При совершении нотариального действия как удостоверение договора купли – продажи недвижимого имущества в соответствии со ст. 54 Основ законодательства о нотариате, нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного проекта сделки, проверить соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

В соответствии с Регламентом совершения нотариусами нотариальных действий и основами законодательства о нотариате, при удостоверении сделки одной из обязанностей нотариуса является установление дееспособности. Дееспособность определяется документально, путем проверки документов, предоставленных нотариусу и визуально, путем беседы с гражданином, собственной оценки адекватности его поведения, определения действительных его намерений, логичности, обоснованности и адекватности его суждений ответов на задаваемые вопросы.

Как следует из положений ст.163 ГК РФ, нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

ФИО2 была предоставлена справка из <данные изъяты> (л.д.50).

<данные изъяты>

Согласно сведениям из ОП № 17 МУ МВД России «Нижнетагильское» 02 мая 2025 года в отдел полиции обратилась ФИО2 по факту завладения неизвестным лицом денежных средств в сумме 2 802 000 рублей. По данному факту 02 мая 2025 года возбуждено уголовное дело в отношении неизвестного, в действиях которого усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (л.д.63-64).

Из постановления о возбуждении уголовного дела от 02 мая 2025 года следовало, что в период с 08 апреля 2025 года по 30 апреля 2025 года, неизвестный, находясь в неустановленном месте, путем обмана, умышленно, из корыстных побуждений, в ходе общения с ФИО2, посредством осуществленного звонка на ее мобильный телефон посредством мессенджера ватцап и введя последнюю в заблуждение, завладел принадлежащими ей денежными средствами в сумме 2 802 000 рублей, которые ФИО2, продав свою квартиру перевела с помощью банкомата ПАО «ВТБ» на банковский счет неустановленного банка.

Исходя из представленных материалов уголовного дела следует, что постановлением от 02 мая 225 года ФИО2 признана потерпевшей по уголовному делу. В рамках отдельного поручения по уголовному делу был проведен комплекс оперативно розыскных мероприятий, с целью установления лиц, причастных к совершению преступления.

23 октября 2025 года предварительное следствие было приостановлено. 07 ноября 2025 года прокурором Дзержинского района гор. Нижний Тагил постановление о приостановлении предварительно следствия отменено, производство по уголовному делу возобновлено.

Допрошенный в предыдущем судебном заседании свидетель М. суду пояснил, что истец является его матерью. Никаких изменений в ее поведении он не замечал, все было нормально, никаких подозрений на то, что она общается с мошенниками. Только потом сестра ФИО8 сообщила ему, что они с мужем выяснили, что мама под воздействием мошенников совершила сделку по квартире. Как потом выяснилось мошенники говорили ФИО2 не сообщать никому из родственников о проводимой секретной операции. Финансовой возможности вернуть ФИО4 денежные средства у него нет.

Свидетель К. суду пояснил, что является сыном ответчика ФИО4 На покупку квартиры, расположенной по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес> денежные средства были переданы им матери за счет своих накоплений и денежных средств, оформленных в кредит в Сбербанке в размере 1 000 000 рублей. Кроме того, с целью обезопасить совершение сделки, они с матерью настояли на совершение нотариально удостоверенной сделки. Продавец настояла на получении денежных средств наличными. При этом, до совершения сделки квартира ими была проверена на счет наличия обременения. Никаких признаков того, что истец продает квартиру под влиянием заблуждения, не было. Она говорила, что продает квартиру, в связи с переездом к внуку в город Екатеринбург. До подписания договора купли-продажи нотариус разговаривала с ФИО2 Срок передачи объекта по договору, стоял 19 мая 2025 года, никаких переживаний не было, ФИО4 была спокойна, просто ждала обозначенную дату. Наступило 19 число, а на связь так никто и не вышел, написали телеграмму, в которой указали на то, что истекает срок передачи объекта по договору, просили выйти на связь и обеспечить доступ в квартиру, но никакой реакции не последовало. В целом ничего не произошло, квартиру не передали. О всей случившейся ситуации стало известно только тогда, когда ФИО4 прислали исковое заявление.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, показания являются последовательными, согласуются с письменными доказательствами и отвечают требованиям относимости и допустимости в соответствии со ст. 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В рамках настоящего гражданского дела была назначена судебная <данные изъяты>.

В соответствии с заключением комиссии экспертов <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч.2 ст.86 ГПК РФ, заключение эксперта должно содержать подробное описание проведённого исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в своё заключение.

Суд считает законным положить в основу решения заключение комиссии экспертов <данные изъяты>, так как экспертиза проведена в соответствии с законом, экспертам разъяснялись их права и обязанности, они предупреждались об уголовной ответственности. Эксперты имеют высшее профессиональное образование, имеют последующую подготовку по конкретной экспертной специальности в области <данные изъяты>, а также имеют допуск к производству судебных экспертиз.

Содержание экспертного заключения не имеет противоречий, мотивировано, выводы обоснованы, и экспертиза выполнена в соответствии с требованиями закона, в связи с чем выводы судебной экспертизы не вызывают у суда сомнений в правильности и объективности.

Суд признает вышеуказанное заключения психолого-психиатрической экспертизы относимым и допустимым доказательством по делу, поскольку оно соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к такому виду доказательств как заключение судебной экспертизы. Оснований не доверять заключениям экспертов у суда не имеется. Выводы экспертов в отношении состояния ФИО2 являются четкими, ясными и однозначными. Кроме того, экспертное заключение научно обосновано, удостоверено подписями проводивших его экспертов, имеющих длительный стаж экспертной работы в области <данные изъяты>

Ходатайств о проведении повторной или дополнительной экспертизы сторонами не заявлено.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что по смыслу данной статьи при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (пункт 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). В связи с этим в качестве элемента, имеющего ключевое значение для признания того или иного юридически значимого акта сделкой, закон и судебная практика принимают не столько истинную волю лица, составляющую внутреннюю, субъективную сторону, сколько внешнее проявление воли лица - волеизъявление, непосредственно порождающее определенные гражданско-правовые последствия. Вопросы об истинной воле лица, о ее отличии от волеизъявления, равно как и о свободном характере ее формирования возникают только в строго определенных законом случаях, являющихся основаниями для признания заключенной лицом сделки недействительной в связи с теми или иными пороками воли или волеизъявления (недееспособность стороны, совершение сделки под влиянием заблуждения, обмана, насилия или угрозы либо неблагоприятных обстоятельств и прочее). При этом в большинстве приведенных в законе случаев указанные пороки являются основанием не ничтожности, а оспоримости совершенных сделок, то есть эти пороки таковы, что законодатель допускает их оспаривание только ограниченным кругом лиц (стороной такой сделки или иным лицом, поименованным в законе) в исковом порядке в течение ограниченного срока исковой давности (статья 166, пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Более того, в определенных случаях возможность оспаривания таких сделок законодатель связывает с необходимостью оценки поведения другой стороны сделки, допуская признание ее недействительной, только если контрагент знал или должен был знать о порочности (например, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также позволяет сохранить сделку и даже в исключительных случаях признать ничтожную сделку действительной, если устранение обстоятельств порочности является возможным (пункт 4 статьи 178, пункт 2 статьи 171 и пункт 2 статьи 172 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны (пункт 3 статьи 177, абзацы 2, 3 пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ФИО2 в качестве оснований исковых требований о признании сделки недействительной ссылалась на совершение ее под влиянием заблуждения. Защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена под влиянием заблуждения, обеспечивает статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе. Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает. Конституционный Суд Российской Федерации в названных выше определениях именует эти положения Гражданского кодекса Российской Федерации ориентирами, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной. Необходимо оценивать то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки. Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заблуждение ФИО2 относительно мотивов сделки, полагавшей, что она заключает оспариваемый договор для пресечения совершаемых в отношении нее мошеннических действий, равно как и ее заблуждение относительно последствий, то есть в том, что совершенная сделка будет аннулирована, а право собственности на квартиру будет ей возвращено, в данном случае основанием для признания совершенной ею сделки купли-продажи недействительной являться не может.

Из пояснений ФИО2, данных в ходе судебного заседания, в качестве допроса потерпевшей, следует, что она была намерена совершить именно оспариваемую ею сделку купли-продажи недвижимости и наступления соответствующих правовых последствий, которые вместе с тем, по ее мнению, должны были быть впоследствии аннулированы. <данные изъяты>

Дееспособный гражданин должен в первую очередь самостоятельно отвечать за последствия своего поведения, что следует в том числе из смысла положений закона, закрепляющих основные начала гражданского законодательства (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). <данные изъяты>

Кроме того, при разрешении споров об оспаривании сделок, совершенных гражданином под влиянием заблуждения, сформированного третьими лицами при совершении в отношении такого гражданина имущественного преступления, предоставлять другой стороне сделки меньший объем защиты, чем предоставлено законом контрагенту при оспаривании договора по мотивам ее заключения под влиянием обмана (абзац третий пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона знала или должны была знать об обмане, являлось бы неверным. При рассмотрении настоящего дела недобросовестного поведения ФИО4 при заключении оспариваемой сделки судом не установлено.

На основании вышеизложенного, оценивая в совокупности все собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что требования истца ФИО2 к ФИО4 о признании сделки купли – продажи <Адрес> в городе Нижний Тагил Свердловской области от 30 апреля 2025 года, недействительной, совершенной под влиянием заблуждения, удовлетворению не подлежат.

Разрешая встречные исковые требования ответчика ФИО4 суд приходит к следующему.

Согласно части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены Жилищным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

В судебном заседании установлено и подтверждено документально, что ФИО4 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Согласно справке МКУ «СПО» в спорной квартире никто не зарегистрирован, ранее была зарегистрирована ФИО2 с 04 апреля 2014 года по 25 апреля 2025 года, ФИО8, Б.. с 28 января 2022 года по 27 сентября 2022 года (л.д.35).

Как следует из пояснений сторон и подтверждается материалами дела, ответчик ФИО2 проживает в квартире принадлежащей на праве собственности ФИО12, ФИО8, расположенной по адресу: <Адрес>

Ответчики ФИО12, ФИО8, ФИО13, зарегистрированы в жилом помещении, принадлежащем им на праве собственности по <Адрес>, но по договорённости с ФИО2 проживают в квартире, расположенной по адресу: <Адрес>. На просьбы выселиться не реагируют, продолжают проживать в квартире ФИО4, указывают на то, что квартира, принадлежащая им, имеет меньшую площадь, чем спорная, что препятствует собственнику осуществлять свои права пользования жилым помещением.

Из представленных доказательств следует, что ответчики ФИО8, ФИО12, Б. членами семьи собственника – ФИО4 не являются, общее хозяйство с ней не ведут.

Доказательств, опровергающих доводы ФИО4, ответчиками в судебное заседание представлено не было.

Право пользования спорным жилым помещением у ответчиков прекратилось и доказательств о наличии соглашения о пользовании жилым помещением в настоящее время между истцом и ответчиками суду не представлено, суд находит требования истца о выселении ответчиков из спорного жилого помещения обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Учитывая, что ответчики ФИО12, ФИО8, Б.. в спорной квартире проживают без разрешения на то собственника квартиры, суд приходит к выводу, что она подлежат выселению.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований о признании сделки купли – продажи квартиры недействительной, то встречные требования ФИО4 о признании ФИО2, ФИО8, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО5, ФИО12 о признании утратившими право пользования и выселении, взыскании судебных расходов подлежат частичному удовлетворению.

При этом в требованиях, заявленных к ФИО2 надлежит отказать, поскольку как следует из исследованных материалов дела и пояснений сторон последняя в спорной квартире не зарегистрирована и не проживает.

Поскольку исковые требования ФИО4 к ФИО2 не подлежат удовлетворения, отсутствуют основания для взыскания денежных средств в счет компенсации расходов по оплате государственной пошлины в размере 12 000 рублей.

Согласно ч.1 и 3 ст.144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле либо по инициативе судьи или суда.

По смыслу части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмена обеспечительных мер должна производиться судом в том случае, если условия, послужившие основанием для принятия обеспечительных мер, отпали. При этом отмена обеспечительных мер допускается и в случаях, когда судебные акты еще не исполнены.

В случае отказа в удовлетворении иска, принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО4 о признании сделки купли – продажи <Адрес> в городе Нижний Тагил Свердловской области от 30 апреля 2025 года, недействительной, совершенной под влиянием заблуждения – отказать.

Встречные исковые требования ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> (СНИЛС <№>) к ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> (СНИЛС <№>), ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты>, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты> о признании утратившими право пользования и выселении, взыскании судебных расходов – удовлетворить частично.

Признать утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес> - ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку <данные изъяты>, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <данные изъяты>.

Выселить ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженку гор. <данные изъяты>, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>

из жилого помещения, расположенного по адресу: по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Свердловская область, город Нижний Тагил, <Адрес> выселении, взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 12 000 рублей - отказать.

Принятые определением суда от 13 мая 2025 года меры по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий по отчуждению жилого помещения, расположенного по адресу: город Нижний Тагил, <Адрес>, сохранить до вступления решения суда в законную силу, после чего отменить.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления текста решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

Судья: Н.С. Недоспасова

Мотивированное решение изготовлено 13 января 2026 года.

Судья: Н.С. Недоспасова