Решение № 2-1319/2023 2-1319/2023~М-780/2023 М-780/2023 от 7 июня 2023 г. по делу № 9-683/2022~М-8468/2022

УИД 74RS0032-01-2022-009911-90

Дело № 2-1319/2023


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 июня 2023 года г. Миасс

Миасский городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Заварухиной Е.Ю.

при секретаре Сафоновой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Челябинской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Челябинской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 1 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 20 июля 2022 года постановлением старшего дознавателя ОД ОП «Северный» ОМВД России по г.Миассу Челябинской области уголовное дело НОМЕР, возбужденное 18 июня 2021 года по ст.264.1 УК РФ в отношении ФИО1, было прекращено по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 10 УК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, в связи с чем за истцом признано право на реабилитацию. В период рассмотрения уголовного дела истец был ограничен в передвижении, ввиду применения в отношении него мер процессуального принуждения в виде обязательства о явке, испытывал моральные страдания, поскольку привлечение его к уголовной ответственности стало достоянием широкого круга лиц, в связи с чем ухудшило мнение о нем, дискредитировало его в глазах окружающих. Обстоятельства, указанные в материалах уголовного дела, были предметом обсуждения знакомых, друзей, коллег по работе. ИЦ УВД России по Челябинской области в отношении него произведена учетная запись о возбуждении уголовного дела, аналогичная информация из ГИАЦ не аннулирована. В результате незаконного преследования ему причинен моральный вред, который просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации (л.д.2-6, 105-106).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснили, что в настоящее время он не может получить в ГИБДД свое водительское удостоверение, ему необходимо вновь сдавать экзамен на знание правил дорожного движения. В связи с избранием в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде, он не мог выехать на совместный отдых с семьей в летний период времени, а также съездить в гости к престарелым родителям. Истец был вынужден уволиться с работы по просьбе своего руководства из-за возбуждения в отношении него уголовного дела, участвовать в следственных действиях и принимать участие в судебных заседаниях. Полагают, что компенсация морального вреда позволит восстановить справедливость.

В судебном заседании представитель ответчика Министерство внутренних дел Российской Федерации (далее – МВД РФ), третьих лиц ОМВД России по г.Миассу Челябинской области), ГУ МВД России по Челябинской области ФИО3 с заявленными исковыми требованиями была не согласна, указывая на то, что отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда, поскольку о возбуждении уголовного дела в отношении него ФИО1 сам рассказал коллегам по работе и своим друзьям, знакомым, о чем сообщил в судебном заседании. Наличие обязательства о явке и подписки о невыезде и надлежащем поведении не являлось препятствием для выезда за пределы г.Миасса, поскольку ФИО1 мог обратиться к дознавателю с соответствующим ходатайством. Размер компенсации морального вреда 1 000 000 рублей не соразмерен проведенным по делу следственным действиям и судебным заседаниям, а также принятым в отношении ФИО1 мерам принуждения. В связи с чем, не оспаривая право ФИО1 на реабилитацию, просила суд учесть данные обстоятельства.

Представители ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления федерального казначейства по Челябинской области в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения.

Ранее от представителя Министерства финансов Российской Федерации и Управления федерального казначейства по Челябинской области (далее – УФК по Челябинской области) поступил отзыв на заявленные ФИО1 исковые требования, в соответствии с которым УФК по Челябинской области является ненадлежащим ответчиком в силу Положения об УФК по Челябинской области от 27 декабря 2013 года №316. Министерство финансов Российской Федерации заявленные исковые требования не признает, считая их необоснованными и не подлежащими удовлетворению в заявленном размере, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о пережитых истцом нравственных и физических страданиях, связанных непосредственно с уголовным преследованием.

Заслушав истца и его представителя, представителя ответчика и третьих лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Судом установлено, что 18 июня 2021 года старшим дознавателем Отдела МВД России по г.Миассу в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело НОМЕР по ст. 264.1 УК РФ.

Согласно постановления о возбуждении уголовного дела 04 апреля 2021 года в 00 час. 10 мин. ФИО1 находясь в состоянии опьянения у дома 13 по ул. Севастопольская г. Миасса Челябинской области управлял автомобилем «Фольксваген Джета» с государственным регистрационным знаком НОМЕР будучи ранее привлеченным к административной ответственности и подвергнутым наказанию в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев по постановлению мирового судьи судебного участка в административно-территориальных границах всего Октябрьского района Оренбургской области от 01 июля 2014 года, вступившего в законную силу 11 июля 2014 года.

20 марта 2022 года начальником ОП «Северный» ОМВД России по г.Миассу и 09 марта 2022 года заместителем прокурора г. Миасса было утверждено обвинительное заключение, которое вместе с уголовным делом 17 марта 2022 года было направлено в Миасский городской суд Челябинской области для рассмотрения.

Постановлением Миасского городского суда Челябинской области от 31 мая 2022 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору г.Миасса Челябинской области для устранения препятствий в рассмотрении дела судом.

09 июня 2022 года заместителем прокурора г. Миасса Челябинской области уголовное дело по обвинению ФИО1 возвращено начальнику ОМВД России по г. Миассу для организации дополнительного расследования.

Постановлением старшего дознавателя ОД ОП «Северный» ОМВД России по г. Миассу от 22 июля 2022 года уголовное дело НОМЕР возбужденное по ст. 264.1 УК РФ в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 10 УК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Ссылаясь на причиненные нравственные страдания в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности истец обратился в суд с настоящими требованиями.

В силу п.1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса (п.2 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с ч.1 и 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2,9,21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления. После вступления в законную силу указанных решений суда, а также вынесения (утверждения) постановлений дознавателем, следователем, прокурором реабилитированному лицу должно быть направлено извещение с разъяснением установленного статьями 133, 135, 136, 138, 139 УПК РФ порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, в котором, в частности, должно быть указано, какой вред возмещается при реабилитации, а также порядок и сроки обращения за его возмещением. При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

В силу абз. 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в п.30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В соответствии с п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Руководствуясь вышеуказанными нормами права и разъяснениями Верховного суда Российской Федерации по их применению, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд принимает во внимание:

продолжительность уголовного преследования истца (с 18 июня 2021 года по 22 июля 2022 года – 1 год 1 месяц 4 дня, в том числе период нахождения настоящего уголовного дела на рассмотрении Миасского городского суда – с 30 марта 2022 года по 31 мая 2022 года), в течение которых с участием ФИО1 проведено 7 следственных действий (осмотр предметов 04 декабря 2021 года, допрос 16 июля 2021 года, осмотр предметов 24 декабря 2021 года, дополнительный допрос 24 декабря 2021 года, дополнительный допрос 01 марта 2022 года), включая выемку транспортного средства 20 июня 2021 года, телефона 01 марта 2022 года, принадлежащих истцу и передачу их ему под сохранную расписку и 3 судебных заседания 13 апреля 2022 года, 25 апреля 2022 года, 31 мая 2022 года;

избрание в отношении ФИО1 меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке в период с 16 июля 2021 года по 03 декабря 2021 года (4 месяца 27 дней), меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении с 04 декабря 2021 года по 22 июля 2022 года (7 месяцев 18 дней).

Участие истца в следственных действиях, избрание в отношении него мер процессуального принуждения являлись причиной дискомфортного состояния, связанного с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками, что не было опровергнуто стороной ответчика в судебном заседании.

Указание представителя ответчика на то, что истец имел право и возможность обратиться к должностному лицу, расследующему уголовное дело, с ходатайством о временном убытии за пределы Миасского городского округа и области в целом, основанием для отказа в возмещении компенсации морального вреда не являются. Более того, ни в самих подписках об избрании меры пресечения, ни в протоколах разъяснения прав подозреваемому не конкретизирована возможность заявлять такого рода ходатайства при наличии избранной меры пресечения.

Также судом учитывается личность истца, который ранее подвергался административной ответственности за нарушение правил дорожного движения (по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, по ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ), семейное положение (женатого), характер причиненных нравственных страданий, связанных с незаконным уголовным преследованием (как указано истцом, мнение о нем было дискредитировано в глазах окружающих, возбуждение в отношении его уголовного дела явилось предметом обсуждения знакомых, друзей, коллег и родственников, находился в состоянии постоянного нервного напряжения, подвергался тревоге, не мог общаться с родственниками), нарушение личных неимущественных прав истца, отсутствие доказательств со стороны истца, подтверждающих ухудшение состояния здоровья в связи с незаконным уголовным преследованием, и, исходя из требований разумности и справедливости, полагает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей, полагая, что данная сумма соответствует перенесенным ФИО1 нравственным страданиям и переживаниям, соразмерна наступившим последствиям.

Иных обстоятельств обуславливающих заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда (1 000 000 рублей) истцом при личном участии в ходе рассмотрения дела не приведено.

Напротив, следует учесть, что в ходе судебного заседания истец указывал на то, что большинству друзей, знакомых и коллег о привлечении его к уголовной ответственности стало известно непосредственно от самого ФИО1, обстоятельства невозможности получения водительского удостоверения без сдачи экзамена на значение правил дорожного движения не могут являться предметом оценки в ходе настоящего судебного разбирательства, поскольку ранее были предметом рассмотрения по другому правовому спору, связанному с обжалованием действий сотрудников ГИБДД. Отражение же сведений о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в ИЦ УВД России по Челябинской области и ГИАЦ является учетной архивной информацией относительно лица, доступной ограниченному кругу лиц. Сбор такой информации предусмотрен действующим законодательством Российской Федерации в области оперативно-розыскной деятельности, следовательно, не может рассматриваться как нарушающий личные неимущественные права гражданина Российской Федерации.

Судом отмечается, что не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету.

Оснований для определения иной компенсации морального вреда суд не находит.

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Исходя из положений ч. 3 ст. 158, ст. 165, ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации именно на главного распорядителя средств федерального бюджета возлагается обязанность по исполнению судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов, в порядке ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку по своей сути уголовное преследование является обвинением от лица государства в нарушении закона, то очевидно, что в период незаконного уголовного преследования гражданин претерпевает бремя возможности наступления уголовной ответственности, осознавая свою невиновность, что очевидно нарушает личное неимущественное право гражданина.

Согласно пп. 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств обладает следующими бюджетными полномочиями: отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств. В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 данной статьи главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 80 000 рублей, отказывая в удовлетворении иска о взыскании компенсации морального вреда в остальной части полагая его размер завышенным и необоснованным на данную сумму.

Учитывая, что Министерство финансов Российской Федерации, представителем которого в Челябинской области является Управление Федерального казначейства по Челябинской области, распорядителем средств федерального бюджета по указанному спору не является, оснований для удовлетворения заявленных требований к указанным ответчикам не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследование – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт серии НОМЕР выдан ГУ МВД России по Челябинской области 17 апреля 2018 года) в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Челябинской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд.

Председательствующий судья Заварухина Е.Ю.

Мотивированное решение суда составлено 15 июня 2023 года.