Апелляционное постановление № 22-91/2026 от 23 марта 2026 г.

Судья Лиджиев М.А. Дело № 22-91/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 марта 2026 года город Элиста

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего

- судьи Гончарова С.Н.,

с участием:

прокурора

- Деликова В.П.,

осужденной ее защитника - адвоката

- М.Ф.Л.- Безнощенко А.М.,

при секретаре

- Лагаевой Э.К.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Безнощенко А.М. на приговор Яшалтинского районного суда Республики Калмыкия от 22 января 2026 года, которым

М.Ф.Л., родившаяся <данные изъяты>

осуждена по ст. 3223 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 20 000 рублей.

Заслушав доклад председательствующего о содержании приговора, обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, выступление прокурора Деликова В.П., возражавшего против удовлетворения доводов жалобы, полагавшего необходимым обжалуемый приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения, выступление осужденной М.Ф.Л. ее защитника – адвоката Безнощенко А.М. поддержавших доводы жалобы, просивших приговор отменить и прекратить производство по делу за отсутствием состава преступления, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

согласно приговору М.Ф.Л. признана виновной в фиктивной постановке на учет иностранного гражданина по месту пребывания в Российской Федерации.

Преступление совершено осужденной при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании подсудимая М.Ф.Л. вину в инкриминируемом ей преступлении признала, в содеянном раскаялась.

Не согласившись с принятым по делу судебным решением, защитник Безнощенко А.М. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит приговор суда от 22 января 2026 года отменить и прекратить производство по уголовному делу. В обоснование указывает, что приговор суда является незаконным, поскольку вынесен с нарушением уголовного закона, повлиявшим на исход дела. Не оспаривая фактических обстоятельств дела, полагает, что судом нарушены положения ч. 2 ст. 14 УК РФ и имеются основания для прекращения уголовного дела. Судом не дана оценка доводам защиты об отсутствии в действиях М.Ф.Л. состава преступления в силу малозначительности. М.Ф.Л. без какого-либо корыстного мотива, из чувства сострадания, с целью оказания помощи в оформлении документов на гражданство поставила на учет иностранного гражданина Турции – девятимесячного А.О., сына своей родственницы А.Г.Р.. в принадлежащем ей домовладении, где зарегистрирована и ранее проживала А.Г.Р. Действия М.Ф.Л. не причинили серьезного вреда охраняемым уголовным законом интересам личности, общества и государства. Полагает, что выводы суда об отсутствии объективных обстоятельств, снижающих степень общественной опасности содеянного М.Ф.Л. являются не убедительными, основанными на ошибочном толковании закона. В материалах дела не содержится доказательств, свидетельствующих о высокой общественной опасности содеянного М.Ф.Л. Полагает, что судом не дана должная оценка тому, что в ходе дознания М.Ф.Л. подробно изложила все обстоятельства совершенного ею деяния, раскаялась в содеянном, в судебном заседании свои показания поддержала, ранее к уголовной ответственности не привлекалась, замужем, имеет на иждивении троих малолетних детей, семья имеет статус многодетной, положительно характеризуется по месту жительства, дала своим действиям отрицательную оценку.

Просит приговор Яшалтинского районного суда Республики Калмыкия от 22 января 2026 года отменить, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ производство по делу прекратить за отсутствием состава преступления.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит приговор суда первой инстанции подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В силу положений ст. 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, должны быть основаны лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. Ссылка в приговоре на показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, данные ими в ходе предварительного расследования или в ином судебном заседании, допустима только при условии оглашения этих показаний с соблюдением требований ст. 276 и 281 УПК РФ.

В соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пп. 6 и 8 Постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в приговоре необходимо привести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал выводы о виновности лица. Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, в том числе, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В соответствии с ч. 1 ст. 273 УПК РФ судебное следствие начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения.

Согласно ст. 87 УПК РФ проверка доказательств проводится судом путём сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Согласно положениям ст. 15 и 244 УПК РФ судебное разбирательство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, суд, рассматривая дело в общем порядке судопроизводства, обязан создать необходимые условия для осуществления сторонами предоставленных им прав, в том числе, по представлению доказательств, на основании которых суд выносит приговор или иное итоговое решение по делу, а также для исполнения ими своих процессуальных обязанностей.

В силу с ч. 2 ст. 292 УПК РФ подсудимый вправе ходатайствовать об участии в прениях сторон.

В соответствии со ст. 259 УПК РФ в ходе судебного заседания ведется протокол, в котором обязательно указываются все действия суда, в том числе и результаты производимых в судебном заседании осмотров и других действий по исследованию доказательств.

Данные требования закона судом первой инстанции были нарушены.

Суд первой инстанции фактически не провел эффективное судебное следствие, а следовательно справедливое судебное разбирательство.

Положения ст. 259 УПК РФ регламентируют ведение протокола в судебном заседании, в котором в соответствии с ч. 3 ст. 259 УПК РФ должны быть указаны сведения, подлежащие обязательному отражению. Эти сведения должны быть изложены в протоколе с максимально возможной полнотой и приближенностью к тому, как они прозвучали в ходе судебного заседания.

Протокол судебного заседания является процессуальным документом, составляемым на стадии судебного разбирательства и служащим важнейшим источником информации относительно содержания исследованных судом доказательств и соблюдения судом и участниками судебного заседания установленных законом правил и порядка судебного разбирательства, представляющий собой одно из средств проверки и оценки законности, обоснованности и справедливости приговора или иного решения суда первой инстанции, что отражено в Постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 2017 года № 21-П.

Однако, судом первой инстанции эти требования не были соблюдены.

Вопреки содержащимся в письменном протоколе сведениям, в ходе судебного заседания судом не были выполнены требования ст. 266, 273-276, 278, 281, 285 УПК РФ, а именно: после разъяснения сторонам права заявлять отвод составу суда и другим участникам судебного разбирательства суд не предоставил право реализовать его и высказаться о наличии или отсутствии отводов; государственным обвинителем в судебном следствии не изложено предъявленное М.Ф.Л. обвинение, а суд не выяснил, понятно ли оно подсудимой; осужденной М.Ф.Л. не предоставлено право давать показания, а показания, данные ею в ходе дознания, не оглашались; доказательства, указанные в приговоре в обоснование выводов о виновности подсудимой, не исследовались.

Указанные нарушения подтверждаются аудиозаписью судебного разбирательства.

Таким образом, содержание протокола судебного заседания и его аудиозапись имеют существенные противоречия, которые указывают на несоответствие протокола судебного заседания на бумажном носителе действительному ходу судебного разбирательства, искажению фактического судебного следствия, что противоречит требованиям ст. 259 УПК РФ.

Допущенные судом первой инстанции нарушения свидетельствуют о проведении судебного разбирательства с нарушениями требований глав 36 и 37 УПК РФ, регулирующих общие условия судебного разбирательства, а также о нарушении принципов состязательности, равноправия сторон, непосредственности исследования представленных сторонами доказательств и обеспечения обвиняемой права на защиту.

Так, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 273 УПК РФ и разъяснениями, содержащимися в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» судебное следствие начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения с указанием времени, места, способа его совершения, других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, и формулировки предъявленного обвинения со ссылкой на пункт, часть, статью УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Согласно ч. 2 ст. 273 УПК РФ, председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению.

Положения ст. 273 УПК РФ обеспечивают определенность предмета и пределов судебного разбирательства, условия для эффективной защиты от конкретного обвинения.

Изложение сущности обвинения позволяет: установить какие именно действия (бездействия) вменены подсудимому и какой правовой квалификации они в соответствии с действующим законодательством подлежат, пределы исследования доказательств, круг вопросов, которые будут рассматриваться в суде, обстоятельства, подлежащие доказыванию в ходе судебного следствия, также предоставляет подсудимому возможность полноценно подготовиться к защите, уяснить суть предъявленного обвинения и сформулировать свою позицию, а сторонам – сконцентрировать внимание на ключевых фактах и исключить рассмотрение несущественных деталей.

Кроме того, суд может вынести приговор только в рамках предъявленного и исследованного в суде обвинения. Если обвинение не изложено, то это нарушает право обвиняемого на защиту.

Так, в судебном заседании государственным обвинителем не было изложено существо предъявленного подсудимой М.Ф.Л. обвинения. В связи с чем суд не выяснил понятно ли ей обвинение и желает ли она или ее защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению.

Наличие указанного нарушения подтверждается аудиопротоколом судебного заседания.

Ввиду того, что в ходе судебного следствия обвинение не изложено, то возникла неопределенность относительно позиции государственного обвинителя - поддерживает ли он предъявленное подсудимой обвинение, поскольку государственный обвинитель вправе изменить его или отказаться от поддержания обвинения в соответствии со ст. 246 УПК РФ.

Исключение из стадии судебного следствия изложения предъявленного подсудимой обвинения и выяснения вопроса об отношении к предъявленному обвинению подсудимой и защитника, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку данные требования выступают элементом механизма обеспечения права подсудимой знать, в чем она обвиняется и защищаться от обвинения в определенных государственным обвинителем пределах.

В результате судом было допущено нарушение процедуры судопроизводства, повлекшее за собой отсутствие четких пределов судебного разбирательства, предопределяющих дальнейший его ход (ст. 252 УПК РФ), нарушено право подсудимой на защиту и не выполнены требования ч. 2 ст. 273 УПК РФ.

Положения ст. 261-272 УПК РФ регулируют производство в суде первой инстанции и предписывают председательствующему наряду с другими требованиями объявить состав суда и других участников судебного разбирательства, разъяснить сторонам право заявлять отводы и разрешить заявленные отводы в порядке, установленном ст. 65, 66 и 68-72 УПК РФ.

Как следует из аудиозаписи протокола судебного заседания, при объявлении состава суда председательствующий разъяснил сторонам их право заявлять отвод составу суда и другим участникам судебного разбирательства, однако не предоставил им возможность реализовать его, то есть высказаться о наличии или отсутствии таковых.

В соответствии с ч. 3 ст. 274 УПК РФ допрос подсудимого проводится в соответствии со ст. 275 настоящего Кодекса. С разрешения председательствующего подсудимый вправе давать показания в любой момент судебного следствия.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашение показаний подсудимого, данных при производстве предварительного расследования, а также воспроизведение приложенных к протоколу допроса материалов фотографирования, аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки его показаний могут иметь место по ходатайству сторон в случае отказа от дачи показаний, если соблюдены требования п. 3 ч. 4 ст. 47 настоящего Кодекса.

Из содержания аудиопротокола судебного заседания видно, что осужденная М.Ф.Л. отказалась от дачи показаний и воспользовалась положениями ст. 51 Конституции РФ. Однако, получив от подсудимой отказ от дачи показаний, судом не выполнены требования п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, то есть показания, данные ею в ходе дознания, в судебном заседании не оглашались и не исследовались, но приведены в приговоре в обоснование выводов суда о виновности М.Ф.Л.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в п. 1 и 8 Постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», приговор может быть признан законным только в том случае, если он постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 2 ст. 240 УПК РФ оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, возможно лишь в особо предусмотренных случаях, причем фактические данные, содержащиеся в оглашенных показаниях, как и другие доказательства, могут быть положены в основу выводов и решений по делу лишь после их проверки и всестороннего исследования в судебном заседании.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2006 года № 548-О высказана правовая позиция по данному вопросу, где указано, что «Обеспечению конституционного принципа состязательности и равноправия сторон служит установленное ч. 1 ст. 240 УПК РФ правило о непосредственности судебного разбирательства, согласно которому в судебном разбирательстве все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, рассматривается как исключение и допускается лишь в случаях, предусмотренных законом, что обусловлено как необходимостью устранения неравенства в процессуальных возможностях по исследованию доказательств между стороной защиты и стороной обвинения, производившей допросы потерпевших и свидетелей в ходе досудебного производства и составившей соответствующие протоколы, так и стремлением создать для суда условия, при которых ему обеспечиваются свободные от постороннего влияния восприятие и оценка показаний участников уголовного судопроизводства.

В тех же целях ст. 272 УПК РФ предусматривается, что при неявке кого-либо из участников уголовного судопроизводства суд выслушивает мнения сторон о возможности судебного разбирательства в его отсутствие и выносит определение или постановление об отложении судебного разбирательства или о его продолжении, а также о вызове или приводе неявившегося участника.

Приведенные законоположения обязывают суд использовать все имеющиеся возможности для обеспечения явки этого участника судопроизводства в судебное заседание. Оглашение судом показаний отсутствующего свидетеля без законных на то оснований, то есть при возможности обеспечить его явку в суд, а также последующее использование таких показаний свидетельствует об использовании недопустимых доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 10 октября 2017 года № 2252-О, каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и имеет право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него. Оглашение показаний, данных не явившимися в суд свидетелями при производстве предварительного расследования, допускается лишь в исключительных случаях, предусмотренных законом, если обеспечена надлежащая оценка достоверности этих показаний в качестве доказательств, а у обвиняемого была возможность задать вопросы показывающему лицу или оспорить достоверность его показаний на стадии досудебного производства или в предыдущих судебных стадиях разбирательства по уголовному делу.

Данные требования закона суд первой инстанции не выполнил.

Постановляя обвинительный приговор, суд первой инстанции в качестве доказательств виновности осужденной сослался на оглашенные показания свидетелей, данные ими в ходе дознания, допросив в судебном заседании лишь одного свидетеля из шести, заявленных в обвинительном акте.

При этом суд надлежащим образом не уставил уважительность причин их неявки, не указал, почему невозможно обеспечить явку свидетелей в судебное заседание, тем самым нарушил требования уголовно-процессуального закона, так как в материалах дела отсутствуют сведения о выяснении причин, по которым не явились свидетели и об отложении судебных заседаний ввиду необходимости обеспечить явку вызванных свидетелей.

Кроме того, судом первой инстанции не только принято решение об оглашении показаний свидетелей вопреки вышеуказанным положениям закона, но и в дальнейшем проигнорировано их оглашение и исследование в условиях непосредственности, состязательности и равноправия сторон, что противоречит фундаментальным основам уголовного судопроизводств.

В соответствии со ст. 240 УПК РФ, приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.

Помимо этого, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в п. 6 Постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений п. 3 и 4 ч. 1 ст. 305, п. 2 с. 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Исходя из указанных требований закона, суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания. Фактические данные, содержащиеся в оглашенных показаниях, как и другие доказательства, могут быть положены в основу выводов и решений по делу лишь после их непосредственного исследования, проверки и оценки по правилам, установленным ст. 87 и 88 УПК РФ.

Протоколы следственных действий, заключения экспертов, данные в ходе предварительного следствия, документы, приобщенные к уголовному делу или представленные в судебном заседании также должны быть исследованы судом путем непосредственного обозрения и проверки их относимости, достоверности и допустимости.

Однако, суд первой инстанции при вынесении приговора не исследовал доказательства, на которых базируются его выводы о виновности М.Ф.Л. а именно: протоколы допросов подсудимой М.Ф.Л. свидетелей М.А.А. М.М.М. И.А.И. М.Т.В. М.А.К. осмотра места происшествия от 13 ноября 2025 года, осмотра документов от 26 ноября 2025 года, выписку ЕГРН от 17 октября 2017 года, копию уведомления о прибытии иностранного гражданина или лица без гражданства в место пребывания № от 11 июля 2025 года, копию заграничного паспорта гражданина Турции А.О., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, копию карты миграционного учета серии №, не провел проверку на предмет законности их собирания и закрепления, источника получения, относимости, допустимости и достоверности, а поэтому не мог использовать в доказывании обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Совокупность отмеченных обстоятельств свидетельствует о том, что суд формально подошел к проведению судебного разбирательства, исследованию и оценке доказательств, изначально пренебрегая требованиями закона о непосредственном исследовании доказательств в судебном заседании.

Непринятие со стороны суда необходимых и исчерпывающих мер по непосредственному исследованию доказательств повлекло ограничение права подсудимой на защиту и свидетельствует о существенном нарушении судом уголовно-процессуального закона.

В связи с этим, суд, нарушив закрепленные ст. 7 и 17 УПК РФ принципы законности уголовного судопроизводства и свободы оценки всей совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, положения ст. 87 и 88 УПК РФ, а также предусмотренный ст. 240 УПК РФ принцип непосредственности исследования доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела, допустил грубые нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие отмену приговора.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве», судам необходимо иметь в виду, что право обвиняемого на защиту включает в себя не только право пользоваться помощью защитника, но и право защищаться лично и (или) с помощью законного представителя всеми не запрещенными законом способами и средствами (ч. 2 ст. 16, п. 11 ч. 4 ст. 46, п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ), в том числе участвовать в ходе судебного разбирательства в исследовании доказательств и судебных прениях. При рассмотрении дела по существу судом первой инстанции разъяснению обвиняемому подлежат не только права, указанные в ч. 4 ст. 47 УПК РФ, но и другие его права в судебном разбирательстве, в том числе право ходатайствовать об участии в прениях сторон наряду с защитником (ч. 2 ст. 292 УПК РФ).

Так, в начале судебного следствия председательствующий разъяснил подсудимой М.Ф.Л. право ходатайствовать об участии в судебных прениях. При этом, перейдя к стадии судебных прений, суд не выяснил у М.Ф.Л. имеется ли у нее ходатайство о личном участии в прениях сторон, нарушив тем самым право осужденной на защиту, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания.

Наличие у осужденной права заявлять ходатайства об участии в прениях сторон само по себе не исключает обязанность суда предпринимать меры по выяснению наличия или отсутствия такого ходатайства.

Согласно ч. 6 ст. 292 УПК РФ, после произнесения речей всеми участниками прений сторон каждый из них может выступить еще один раз с репликой. Право последней реплики принадлежит подсудимому или его защитнику.

Вместе с тем, из протокола судебного заседания и аудиозаписи к нему следует, что после проведения прений сторон председательствующий предоставил осужденной М.Ф.Л. право выступить с последним словом, однако возможность выступить с репликой участникам процесса не была предоставлена, что также является существенным нарушение уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 38917 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции нарушено право подсудимой М.Ф.Л. на защиту, приговор основан на не исследованных в судебном заседании доказательствах, а также само судебное разбирательство проведено с нарушениями требований, регулирующих общие условия судебного разбирательства.

Изложенное не позволяет признать проведенное судебное следствие способным обеспечить справедливое правосудие, в связи с чем обжалуемый приговор подлежит отмене ввиду допущения судом первой инстанции существенных нарушений уголовно - процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения, а уголовное дело - направлению на новое судебное рассмотрение.

Так как приговор отменяется ввиду нарушений уголовно-процессуального закона, суд апелляционной инстанции в обсуждение доводов апелляционной жалобы не входит, поскольку они подлежат рассмотрению и оценке при новом рассмотрении уголовного дела, в ходе которого суду необходимо устранить допущенные нарушения, указанные в настоящем постановлении, надлежащим образом проверить представленные сторонами доказательства, с учетом конституционного принципа осуществления судопроизводства на основе состязательности сторон, всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства дела, дать надлежащую оценку всем доказательствам и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Поскольку судом первой инстанции были допущены нарушения, неустранимые в суде апелляционной инстанции, уголовное дело подлежит передаче на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, но в ином составе. Направление уголовного дела на новое судебное разбирательство необходимо также и с целью обеспечения реализации прав граждан, предусмотренных ст. 47 и ч. 3 ст. 50 Конституции РФ, на рассмотрение дела именно тем судом, которому оно подсудно с возможностью инстанционного обжалования принятых решений.

Принимая во внимание необходимость обеспечения прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, учитывая требования закона об осуществлении уголовного судопроизводства в разумный срок, судебная коллегия, исходя из общих положений, закрепленных в уголовно-процессуальном законе, с целью гарантии соблюдения принципов уголовного судопроизводства, а также предотвращения вероятных процессуальных нарушений или злоупотреблений со стороны М.Ф.Л. считает необходимым оставить без изменения меру пресечения в виде обязательства о явке.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38915, 38916, 38917, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

приговор Яшалтинского районного суда Республики Калмыкия от 22 января 2026 года в отношении М.Ф.Л. отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в виде обязательства о явке в отношении М.Ф.Л. оставить без изменения.

Апелляционную жалобу защитника Безнощенко А.М. в интересах осужденной М.Ф.Л.. оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 471 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня провозглашения. М.Ф.Л. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

С.Н. Гончаров