Решение № 2-383/2018 2-383/2018~М-389/2018 М-389/2018 от 25 июля 2018 г. по делу № 2-383/2018

Дело № 2-383/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 июля 2018 года г. Снежинск

Снежинский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи - Симонян И.С.,

старшего помощника прокурора ЗАТО г. Снежинск ФИО1,

при секретаре Богдановой А.С.,

с участием:

- истца ФИО2,

- представителя ответчика Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» и третьего лица Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области ФИО3, выступающей на основании доверенностей от 25.12.2017 ( том 1 л.д. 155) и от 06.07.2018 ( том 1 л.д. 156),

- третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда с использованием видеоконференцсвязи гражданское дело по иску ФИО2 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области», Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» (далее по тексту - ФКУ ИК №25 ГУФСИН России), о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в размере 300 000 рублей (том 1 л.д. 3-5). В обоснование заявленных требований указал, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК №25 ГУФСИН России и нахождения в штрафном изоляторе за дисциплинарное нарушение, 03.05.2018 в утреннее время при осуществлении осмотра внешнего вида осужденных, а также технического состояния камеры, лейтенант внутренней службы ФИО4, беспричинно нанес ему удар в нижнюю челюсть, что вызвало падение истца на пол. Считает, что незаконными действиями сотрудника ФКУ ИК №25 ГУФСИН России ФИО4 причинен вред здоровью, просил исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании посредством видеоконференцсвязи ФИО2 изменил исковые требования, надлежащим ответчиком по делу считает Федеральную службу исполнения наказаний РФ ( далее по тексту –ФСИН РФ), с указанного ответчика просит взыскать в счет компенсации морального вреда 300 000 руб. Истец поддержал свои объяснения, данные по протоколу судебного заседания от 12.07.2018( том 1 л.д.164-171). Дополнительно пояснил, что он не отказывался от выполнения требования дежурного помощника начальника колонии ( далее по тексту –ДПНК) ФИО4, исполнил его требования выйти из камеры для досмотра. Со слов истца, выйдя из камеры и повернувшись лицом к стене для проведения досмотра, сотрудник ФИО4 надел на него наручники, после чего развернул его лицом к себе и нанес удар локтем в нижнюю челюсть. От удара истец упал на пол, почувствовал острую боль. В связи с причинением действиями ФИО4 нравственных и физических страданий, просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФКУ ИК №25 ГУФСИН России и третьего лица ГУФСИН по Челябинской области ФИО3, выступающая на основании доверенностей от 25.12.2017 (том 1 л.д. 155) и от 06.07.2018 (том 1 л.д. 156), в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи возражала против удовлетворения заявленных требований, поддержала свои объяснения по протоколу судебного заседания от 12.07.2018 ( том 1 л.д.171-175), а также доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление (том 1 л.д. 102-104). Дополнила, что сам факт причинения вреда здоровью ФИО2 и вина сотрудников ФКУ ИК №25 ГУФСИН России по Челябинской области не установлена.

Судом привлечено к участию в деле в качестве соответчика - Федеральная служба исполнения наказаний России. Представитель ответчика ФСИН России в судебное заседание не явился, о дате слушания дела извещен надлежащим образом (том 1 л.д. 184-186).

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи возражал против удовлетворения заявленных требований, пояснил, что за неповиновение законным требованиям применил к осужденному ФИО2 физическую силу «загиб руки за спину» и специальные средства «наручники». Каких-либо ударов ему не наносил.

Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о дате слушания дела извещен надлежащим образом (том 1 л.д. 187-189), ранее представил возражения относительно заявленных требований (том 1 л.д. 98-100), в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать, а также рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, допросив свидетелей Ш.В.В. С.С.В. П.И.А. исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, суд находит заявленный иск не подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 46, статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на судебную защиту его прав и свобод и на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УИК РФ) предусмотрено, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов. Осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания. Неисполнение осужденными возложенных на них обязанностей, а также невыполнение законных требований администрации учреждений и органов, исполняющих наказания, влекут установленную законом ответственность.

В силу ст. 82 УИК РФ в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка.

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России от 16.12.2016 №295, предусмотрено, что осужденные обязаны, в том числе: исполнять требования законов РФ и Правил; соблюдать распорядок дня, установленный в ИУ; выполнять законные требования работников уголовно-исполнительной системы; являться по вызову администрации ИУ и давать объяснения по вопросам исполнения приговора, а также давать письменные объяснения по фактам нарушения установленного порядка отбывания наказания (в случае неявки осужденный может быть подвергнут принудительному приводу); быть вежливыми между собой и в общении с сотрудниками УИС и иными лицами; носить одежду установленного образца с нагрудными отличительными знаками.

На основании ч. 1 ст. 115 УИК РФ за нарушение установленного порядка отбывания наказания к осужденным к лишению свободы могут применяться меры взыскания в виде выговора, водворение осужденных, содержащихся в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток, перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режимов, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима - в одиночные камеры на срок до шести месяцев, перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в единые помещения камерного типа на срок до одного года.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, что с 11.10.2017 осужденный приговором <данные изъяты> от 24.04.2017 за совершение преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, ФИО2, отбывал наказание в ФКУ ИК №25 ГУФСИН России по Челябинской области (справка по личному делу, том 1 л.д. 147-148).

Согласно справке сложности ПДО у ФИО2 выявлено нарушение эмоционально-волевой сферы личности. В рекомендациях указано, что в ситуации конфликта ФИО2 не управляем, целенаправленно может провоцировать сотрудников, чтобы посмотреть реакцию на данное поведение (том 1 л.д. 122).

Из представленной в материалы дела справки о поощрениях и взысканиях следует, что ФИО2 имеет неоднократные нарушения установленного порядка наказания, поощрений не имеет (том 1 л.д. 149).

Постановлением начальника ФКУ ИК №25 ГУФСИН России по Челябинской области №651 от 19.04.2018 за нарушение установленного порядка отбывания наказания, выразившееся в том, что ФИО2 13.04.2018 в 14 часов 00 минут, находясь в помещении дежурной части ФКУ ИК-25 выражался нецензурными и жаргонными словами, чем нарушил п. 17 гл. 3 вышеуказанных Правил, выдворен в 15 часов 00 минут 19.04.2018 в штрафной изолятор сроком на 15 суток. Освобожден в 15 часов 00 минут 04.05.2018 ( том 1 л.д. 151).

В исковом заявлении ФИО2 указывает, что 03.05.2018 в ходе утренней проверки осужденных, находящихся в штрафном изоляторе ФКУ ИК №25 ГУФСИН России по Челябинской области, сотрудником колонии ФИО4, проводившим досмотр, ему был нанес удар в челюсть, в связи с чем он испытал физическую боль.

В соответствии с п. 164 вышеуказанных Правил осужденные, содержащиеся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ и в одиночных камерах, при передвижении за пределами камер держат руки за спиной. При каждом выводе осужденных из камеры производится их личный обыск, а обыскиваемый становится лицом к стене, упираясь в стену вытянутыми руками, ноги ставятся на ширину плеч.

Согласно приказу начальника ФКУ ИК №25 ГУФСИН России ФИО5 №-ос от 28.04.2018, утвержден распорядок дня в исправительном учреждении, в том числе, для осужденных, отбывающих дисциплинарные наказания в штрафном изоляторе, помещении камерного типа, едином помещении камерного типа (том 1 л.д. 143-144).

Как следует из распорядка дня для осужденных, отбывающих дисциплинарные наказания в штрафном изоляторе - с 08.00 до 08.40 сотрудниками колонии проводится утренняя проверка осужденных, смотр внешнего вида осужденных, технический осмотр камер (том 1 л.д. 145).

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 29 Федерального закона №5473-1 от 21.07.1993 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не смогли обеспечить выполнение возложенных на него обязанностей, в том числе, для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы.

Кроме того, сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства, в том числе, для пресечения физического сопротивления, оказываемого осужденным или лицом, заключенным под стражу, сотруднику уголовно-исполнительной системы; для пресечения неповиновения или противодействия законным требованиям сотрудника уголовно-исполнительной системы, связанных с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья (п. 4 ч. 1 ст. 30 ФЗ №5473-1 от 21.07.1993). При этом, сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право применять специальные средства, в том числе, наручники и иные средства ограничения подвижности - в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 6 и 8 - 11 части первой настоящей статьи (п. 3 ч. 1 ст. 30 ФЗ №5473-1 от 21.07.1993)

Как следует из материалов дела, что 03.05.2018 в 08 часов 24 минуты к осужденному ФИО2, отбывающему дисциплинарное взыскание в виде выдворения в штрафной изолятор – камера №2 за неповиновение законным требованиям сотрудников колонии, при проведении неполного личного обыска, дежурным ПНК ФКУ ИК №25 ГУФСИН России по Челябинской области лейтенантом внутренней службы ФИО4 была применена физическая сила - боевой прием борьбы «загиб руки за спину» и специальное средство «наручники», что подтверждается составленными ФИО4 03.05.2018 на имя начальника ФКУ ИК №25 актами о применении физической силы (том 1 л.д. 112-113) и о применении наручников (том 1 л.д. 114-115), а также рапортами ФИО4 (том 1 л.д. 117-118), С.С.В. (том 1 л.д. 120), Ш.В.В. (том 1 л.д. 121).

Согласно представленной в материалы дела справке врио начальника отдела кадров и работы с личным составом ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Челябинской области от 11.07.2018, ФИО4 с 13.06.2007 по настоящее время проходит службу в ФКУ ИК-25 ГУФСИН России по Челябинской области, с 30.06.2016 в должности заместителя дежурного помощника начальника колонии дежурной части отдела безопасности (том 1 л.д. 146). По состоянию на 03.05.2018 исполнял обязанности ДПНК.

Согласно п. 13, 29, 35 «Инструкции о приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации №250 от 11.07.2016 (документ с грифом – ДСП), сообщения о преступлениях регистрируются в Книге регистрации сообщений о преступлениях, а информация о происшествиях в Журнале регистрации информации о происшествиях, форма и содержание которых утверждены указанной инструкцией.

Поступившая в дежурную часть учреждения информация о преступлениях и происшествиях после ее регистрации незамедлительно докладывается начальнику учреждения. По каждому заявлению или сообщению о преступлениях и происшествиях начальник учреждения (или лицо, его замещающее) обязан дать письменные указания конкретным исполнителям о рассмотрении их в соответствии с требованиями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и настоящей Инструкции.

Руководителями и сотрудниками территориальных органов УИС состояние учетно-регистрационной дисциплины в учреждениях, исполняющих наказания, и иных учреждениях, а также роль начальников этих учреждений в укреплении изучаются в процессе инспекторских и контрольных проверок, а также при выездах по отдельным вопросам оперативно-служебной деятельности.

Как следует из представленной в материалы дела выкопировки Журнала № регистрации информации о происшествиях (том 1 л.д. 105-106), в нем зарегистрирована информация следующего содержания: «в 8 часов 24 минуты 03.05.2018 в связи с пресечением неповиновения в отношении осужденного ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, были применены физическая сила и наручники. Начальником учреждения дано письменное указание провести проверку». Согласно Книге регистрации сообщений о преступлениях ФКУ ИК №25, 03.05.2018 обращений ФИО2 не зафиксировано (том 1 л.д. 107-111).

По результатам проведенной проверки по факту применения физической силы и специального средства в отношении осужденного ФИО2 дано заключение о том, что требования и действия сотрудников считать законными, правомерными и соответствующими ст. 28, 29, 30 Федерального закона №503 от 28.12.2016 «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», а также ст. 86 УИК РФ (том 1 л.д. 140-142).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что сотрудники колонии надлежащим образом исполняли свои служебные обязанности, выполняя предусмотренные законом Правила внутреннего распорядка и требования УИК РФ.

Доводы ФИО2 о том, что его не ознакомили надлежащим образом с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, судом отклоняются, поскольку из объяснений представителя ФИО3, третьего лица ФИО4, свидетелей Ш.В.В., С.С.В..следует, что при приеме в исправительное учреждение осужденный ФИО2 был ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка, утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16.12.2016 № 295.

При этом уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации не устанавливает обязательного получения от осужденного расписки об ознакомлении с порядком и условиями отбывания наказания, со своими правами и обязанностями, установленными законодательством Российской Федерации и настоящими Правилами, о предупреждении об ответственности за нарушения установленного порядка отбывания наказания в исправительном учреждении.

В силу ст. ст. 12, 56 ГПК РФ, исходя из принципов состязательности гражданского процесса, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

С учетом вышеприведенных норм и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" обязанность по компенсации морального вреда возникает при совокупности следующих условий: наличие морального вреда; незаконное действие (бездействие) лица, причинившего вред; причинно-следственная связь между незаконным действием (бездействием) лица, причинившего вред, и моральным вредом; вина лица, причинившего вред.

При этом, вина должностного лица не может предполагаться, допускаться, она должна быть установлена и не может подменяться незаконностью действий.

Между тем, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец не привел относимых, допустимых, достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих наличие совокупности вышеназванных условий.

Доводы истца по причинению вреда его здоровью действиями сотрудника ФИО4 опровергаются следующими доказательствами:

- показаниями третьего лица ФИО4, который в судебном заседании 26.07.2018 посредством видеоконференцсвязи пояснил, что 03.05.2018 в 8 часов 24 минуты, исполняя обязанности ДПНК на объекте ШИЗО ПКТ, им в отношении осужденного ФИО2 были применены физическая сила и наручники, поскольку при выводе из камеры в коридор ШИЗО последний в категорической форме отказался становиться лицом к стене для проведения неполного личного обыска, выражал недовольство содержанием, размахивал руками. Каких-либо ударов, в том числе, в область левой нижней челюсти, он ФИО2 не наносил.

-актами о применении наручников и физической силы (том 1 л.д.112-115), согласно которым изложены обстоятельства, при которых применены указанные средства

-заключением по материалам проверки по факту применения физической силы и специального средства в отношении осужденного ФИО2 ( том 1 л.д.140-142), согласно которому по результатам служебной проверки следует вывод о законности действия сотрудников ИК.

- показаниями допрошенных в судебном заседании 26.07.2018 посредством видеоконференцсвязи свидетелей :старшины внутренней службы ФКУ ИК№25 С.С.В. сержанта внутренней службы ФКУ ИК №25 Ш.В.В. которые показали, что 03.05.2018 ФИО4 в их присутствии неоднократно предупреждал осужденного ФИО2 исполнить его требование по проведению неполного обыска. Предупреждал, что в случае неповиновения законным требованиям, к нему будет применена физическая сила и специальные средства «наручники». Свидетели показали, что никаких ударов ФИО4 осужденному ФИО2 не наносил.

- показаниями допрошенной в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи свидетеля П.И.А.., фельдшера МЧ-12, которая в судебном заседании 26.07.2018 показала, что 03.05.2018 в 08 часов 45 минут в помещении медицинского кабинета ШИЗО освидетельствовала ФИО2 на предмет наличия телесных повреждений. При проведении медицинского осмотра было выявлено наличие телесных повреждений – гиперемия шириной примерно 2-3 см в области левого запястья. Как-либо других телесных повреждений у осужденного ФИО2 в ходе освидетельствования выявлено не было, жалоб ФИО2 не высказывал.

Все свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, их показания последовательны и не противоречат друг другу, а также другим письменным доказательствам по делу. Оснований не доверять показаниям указанных лиц у суда не имеется.

- заключением о медицинском освидетельствовании на наличие телесных повреждений от 03.05.2018, согласно которому, кроме телесного повреждения в виде гиперемии шириной примерно 2-3 см в области левого запястья, других телесных повреждений не зафиксировано. При этом от подписи в ознакомлении с указанным заключением ФИО2 отказался, о чем был составлен акт (том 1 л.д. 119),

- медицинской картой осужденного ФИО2, обозреваемой в подлиннике в ходе судебного разбирательства, из которой следует, что с жалобами на боль в челюсти в период времени с 03.05.2018 по 01.06.2018 от последнего не поступало. 01.06.2018 зафиксирована жалоба ФИО2 на боль в нижней челюсти. При этом врачом указано, пальпация челюсти безболезненна. Какого-либо медикаментозного лечения ФИО2 назначено не было (том 1 л.д. 123-139),

- ответом на запрос руководителя следственного отдела по г. Златоусту СУ СК России по Челябинской области о том, что в производстве следователей следственного отдела материала проверки по факту причинения телесных повреждений осужденному ФИО2 сотрудником ФКУ ИК №25 ГУФСИН России не имеется (том 1 л.д. 221).

Доводы ФИО2 том, что истец на протяжении длительного времени вынужден был терпеть сильную боль в области челюсти, являются несостоятельными, так как согласно данным амбулаторной карты ФИО2 в период содержания его в указанном учреждении медицинская помощь, связанная с повреждением челюсти, ему не оказывалась, медикаментозное лечение не назначалось. С жалобами на боли в челюсти ФИО2 обратился лишь 01.06.2018 ( через 3 недели после случившегося), был осмотрен врачом, который не выявил наличие заболевания и необходимости лечения. (том 1 л.д. 123-139),

Ссылка ФИО2 о том, что в связи с жалобами на боли в нижней челюсти 10.05.2018 ему был сделан флюрограф нижней челюсти, не является доказательством причинения ему физической боли ФИО4, поскольку факт причинения вреда здоровью по событиям 03.05.2018 не установлен, какое-либо медикаментозное лечение ФИО2 не назначалось.

Судом обращено внимание и на то обстоятельство, по сведениям, представленным в медицинской карте ФИО2 стоматологической поликлиники ФГБУЗ ЦМСЧ №15 ФМБА России, ранее в период времени с 23.06.2014 по 25.06.2014, последний находился на лечении в хирургическом отделении с диагнозом закрытый двусторонний перелом нижней челюсти со смещением (том 1 л.д. 7-21).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага. А также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как указано в п.2, п.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 (с последующими изменениями), следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п ). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях по поводу претерпевания физической боли, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

С учетом изложенных норм, право на компенсацию морального вреда имеет гражданин, которому причинены физические и нравственные страдания.

Анализируя представленные доказательств, суд считает, что обстоятельства, на которых ФИО2 основывает свои требования, не нашли своего подтверждения в судебном заседании и не доказаны истцом. Суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, поскольку ФИО2 не представлено доказательств, подтверждающих, что действиями сотрудника ему был причинен моральный вред.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО2 П.И.А. к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №25 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области», Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Снежинский городской суд.

Председательствующий: И.С. Симонян