Решение № 2-1429/2018 2-3/2019 2-3/2019(2-1429/2018;)~М-1031/2018 М-1031/2018 от 14 февраля 2019 г. по делу № 2-1429/2018

дело № 2-3/19


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 февраля 2019 года г. Новочеркасск

Новочеркасский городской суд Ростовской области

в составе судьи: Калашниковой Н.М.,

при секретаре: Плахотиной А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО21, третье лицо нотариус Новочеркасского нотариального округа Ростовской области ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к нотариусу Новочеркасского нотариального округа Ростовской области ФИО4, в котором указал, что он является <данные изъяты> ФИО7 <дата> года рождения. Приехав <дата> в гости к своей <данные изъяты>, он не смог попасть в ее квартиру, так как в ней проживают посторонние лица. От соседей он узнал, что ФИО7 умерла <дата> и после смерти она была кремирована по неизвестным причинам и без ведома прямых родственников. В настоящее время квартирой и другим имуществом распоряжается некий Альберт, бывший ее работодатель, за ребенком которого ФИО7 присматривала за материальное вознаграждение. Также истец выяснил, что часть имущества самовольно передана и продана Альбертом третьим лицам. В телефонной беседе Альберт заявил, что он является наследником данного имущества по завещанию ФИО7, но завещание, как и свидетельство о смерти никому предъявлять не собирается. На вопрос о том, почему он не сообщил родственникам о смерти ФИО7, он ответил, что не собирался никого уведомлять, и все вопросы по данному факту он будет обсуждать только в суде. <дата> он повторно приехал в г. Новочеркасск с попыткой лично встретиться с Альбертом с целью ознакомления с документами о смерти. Однако, он повторно заявил, что встречаться не намерен. Истец был вынужден обратиться в ОП №-1 г. Новочеркасска с заявлением о проведении оперативных действий по выяснению законности нахождения данных граждан в квартире ФИО7, а также распоряжения ее имуществом. После проведения проверки сотрудник полиции сообщил, что ему было предъявлено свидетельство о смерти ФИО7 и завещание на имя Альберта, зарегистрированное нотариусом ФИО4 <дата> он направил на имя нотариуса претензию на приостановление наследственного дела. Учитывая, что факт смерти ФИО7 умышленно скрывался от него Альбертом в течение <дата>, его нежелание сообщать любую информацию, касательно смерти, а также имущественных вопросов умершей, а также необходимостью сбора документов, подтверждающих родство истца через отдел ЗАГС и прочие действия на подтверждение родственности истец просил суд восстановить срок на подачу заявления на право наследование; признать за ним право на наследование; освободить душеприказчика от дальнейшего выполнения по завещанию; провести проверку подлинности и легитимности завещания №, зарегистрированного у нотариуса ФИО4; обязать обслуживающую организацию дома по <адрес> ждать архивную справку-9 с паспортного стола, в которой отражаются сведения о лица, проживающих в жилом помещении, а также с указанием сведений: о лицах, зарегистрированных в квартире, собственнике жилья, наличии либо отсутствии родства между собственником и иными жильцами, дате регистрации по данному адресу и дате снятия с регистрационного учета, жилом помещении (размер общей и жилой площади, число комнат).

В дальнейшем истец неоднократно уточнял исковые требования, в соответствии с последними уточнениями просил суд признать завещание №, умершей <дата> ФИО7, удостоверенное <дата> нотариусом Новочеркасского нотариального округа Ростовской области ФИО4, зарегистрированного в реестре за №, недействительным.

ФИО2, извещенный о дате и времени судебного заседания, в суд не явился.

В судебном заседании представители ФИО2 – ФИО5, действующий на основании доверенности, адвокат Гончарова Ж.В., действующая на основании ордера, на уточненных исковых требованиях настаивали, просили их удовлетворить.

ФИО3, ФИО1, извещенные о дате и времени судебного заседания, в суд не явились.

В судебном заседании представитель ФИО3 – адвокат Новиков Л.В., действующий на основании ордера, против исковых требований истца возражал, просил в их удовлетворении отказать.

Третье лицо нотариус ФИО4, извещенная о дате и времени судебного заседания, в суд не явились.

Суд определил рассмотреть дело в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие не явившихся лиц.

Также в судебном заседании в качестве свидетелей были допрошены ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13

Выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Пунктом 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Как следует из статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации, для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

В соответствии с п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

На основании пункта 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания и доверенностей недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Судом установлено, что ФИО7 и ФИО14 на праве собственности на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от <дата> принадлежало жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, что также подтверждается копией регистрационного удостоверения № от <дата>. ФИО14 умер <дата>. После его смерти единственным наследником обратившимся к нотариусу с заявлением о принятии наследства ФИО14 в виде 1/2 доли в праве общей собственности на вышеуказанную квартиру, явилась ФИО7, что подтверждается материалами наследственного дела №.

Как усматривается из материалов дела, ФИО7 умерла <дата>, что подтверждается свидетельством о смерти IV-АН №. ФИО2 является племянником ФИО7, что подтверждается свидетельствами о заключении брака IV-АН №, о рождении IV-АН №, IV-АН №, справками о заключении брака №№, № от <дата>, от <дата> и не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

Согласно сведениям нотариуса <данные изъяты>

<данные изъяты> имущества, принадлежащего ей на праве собственности – всю принадлежащую квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> ФИО7 завещала ФИО1

ФИО2 обратившись в суд с исковым заявлением, предъявил требование о признании недействительным завещания ФИО7 от <дата>. Оспаривая указанное завещание, ФИО2 обратившись ссылается на то обстоятельство, что ФИО7 не могла понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления указанного завещания.

В соответствии с положениями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Так, судом по ходатайству стороны истца в соответствии с ч. 2 ст. 57 ГПК РФ было оказано содействие в истребовании из лечебных (медицинских) учреждений сведений о болезни и нахождении на лечении ФИО7, из которых следует, что последняя на стационарном лечении в Новочеркасском филиале ГБУ РО «Психоневрологический диспансер» за период с <дата> не находилась, на учете у врача-психиатра не состояла, сведений об имевших место обращениях в диспансерное отделение психоневрологического диспансера нет.

Более того, судом по делу была назначена комплексная амбулаторная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ГБУ Ростовской области «Психоневрологический диспансер».

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов № от <дата>, выполненной экспертами вышеуказанного учреждения, ФИО7 в течение жизни страдала рядом соматических заболеваний (сахарный диабет 2 типа средней степени тяжести, гипертонической болезнью 2 степени), перенесла психотравму (смерть сына <дата>). С большой степенью вероятности можно предположить, что примерно с <дата> года (после смерти сына), и в юридически значимый период (момент составления завещания от <дата>) ФИО7 обнаруживала признаки психического расстройства в виде «депрессивного состояния на фоне органического расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями». Однако в связи с отсутствием описания ее психического состояния в амбулаторной карте, отсутствием указаний на наличие каких-либо расстройств поведения, какой-либо психотической симптоматики, наблюдении ее психиатром, с постановкой на учет в ПНД, противоречивостью и скудностью свидетельских показаний, характеризующих ее психическое состояние, а также в связи с отсутствием описания ее психического состояния в юридически значимый период (составление завещания от <дата>), определить степень выраженности имеющихся у ФИО7 в тот период психических расстройств (депрессивных, церебрастенических, интеллектуально-мнестических), нарушений критических и прогностических функций, а также ее способности (неспособности) понимать значение своих действий и руководить ими в интересующий суд период не представляется возможным.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств в подтверждение того, что ФИО7 на момент составления завещания от <дата> находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или не могла руководить ими. Соответствующие доводы истца признаются судом необоснованными и голословными, противоречащим фактическим обстоятельствам дела.

Объяснения истца, а также показания свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 о неадекватном поведении ФИО7 не принимаются судом во внимание, поскольку они не находят своего подтверждения материалами дела и опровергаются иными доказательствами, в частности показаниями свидетелей ФИО12, ФИО13, которые пояснили в судебном заседании, что умершая была нормальным человеком, каких-либо психических расстройств не проявляла, присматривала за детьми, делала с ними уроки. В целом все свидетели указывали на обстоятельства того, что ФИО7 находилась в подавленном состоянии после смерти сына, что, однако, не свидетельствует о наличии у умершей заболевания, препятствующего ей понимать значение своих действий или руководить ими. При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у ФИО7 таких заболеваний.

В соответствии с ч. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, то есть осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.

Разрешая спор, суд исходит из презумпции дееспособности завещателя и добросовестности действий нотариуса и приходит к выводу о действительности завещания, основываясь на том, что ФИО7 могла самостоятельно прочитать завещание, о чем имеется соответствующая запись в завещании. У суда нет оснований ставить под сомнение добросовестность действий нотариуса ФИО4 и выполнение ею при удостоверении завещания ФИО7 требования порядка совершения нотариальных действий. Нотариусом завещание записано со слов ФИО7, то есть в завещании отражена воля завещателя, завещание подписано завещателем собственноручно.

Также материалами дела установлено, что истцом срок для подачи заявления о принятия наследства после смерти ФИО7 пропущен не был, с указанным заявлением ФИО2 обратился в предусмотренный законом срок.

При данных обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о восстановлении срока для принятия наследства, признании завещания недействительным, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО1, третье лицо нотариус Новочеркасского нотариального округа Ростовской области ФИО4 о восстановлении срока для принятия наследства, признании завещания недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Новочеркасский городской суд Ростовской области в месячный срок со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 19 февраля 2019 года.

Судья: Н.М. Калашникова