Решение № 2-719/2017 2-719/2017~М-564/2017 М-564/2017 от 20 сентября 2017 г. по делу № 2-719/2017

дело №2-719/2017


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

21 сентября 2017г. Томский районный суд Томской области в составе:

председательствующего-судьи Ждановой Е.С.,

при секретаре Ковалевой Д.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ОТП – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску ФИО3 к ОТБ, ОТП, ОАЕ о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ОТБ, ОТП, ОАЕ ( с учетом дополнения основания иска):

о признании договора дарения между ОТБ и ОАЕ, ОТП в лице представителя ОАЕ, действующего на основании доверенности, зарегистрированный Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Томской области от ДД.ММ.ГГГГ недействительным;

применении последствий недействительности сделки, путем возврата земельного участка, расположенного по адресу: в собственность ОТБ.

В обосновании иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ОТБ был зарегистрирован брак. В период брака супругами приобретен земельный участок, расположенный по адресу: На земельном участке строился дом. В последующем ОТБ оформила и зарегистрировала земельный участок на свое имя. Несмотря на то, что земельный участок был оформлен на имя ОТБ, тем не менее он является совместной собственностью супругов и соответственно распоряжаться им они должны совместно. ДД.ММ.ГГГГ между ОТБ и ОТП, ОАЕ был заключен договор дарения земельного участка. О данной сделке ФИО3 не знал, супруга совершила сделку без его согласия. ФИО3 против совершения этой сделки. Правовым основанием иска указаны ст. ст. 34,35,36 СК РФ, ст.167, 168 ГК РФ.

В ходе судебного разбирательства основания исковых требований были дополнены. В письменном заявлении указано, что на момент совершения сделки дарения земельного участка на данном участке находился старый домик, другие надворные постройки, а также новый дом, который строил ФИО3, что документально подтверждено. Таким образом, на момент отчуждения земельного участка, находящегося в совместной собственности ФИО3 и ОТБ, на участке имелись здания, строения, сооружения, также принадлежавшие этим лицам, строившим объекты за счет совместных денежных средств. Статья 1 ЗК РФ содержит принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов. Пункт 4 ст. 35 ЗК РФ запрещает отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу. Из приведенных нормативных положений Земельного кодекса РФ следует, что дарение земельного участка без находящихся на нем строений в случае принадлежности и того и другого вида имущества одному лицу будет нарушать установленный законом запрет. Доказательством принадлежности конкретному лицу недвижимого имущества, включая объекты незавершенного строительства, является не только государственная регистрация права на эти объекты. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца. Если на подаренном земельном участке находятся объекты недвижимого имущества, однако в договоре дарения они не упомянуты, имеются основания для признания такого договора недействительным, о чем свидетельствует сложившаяся судебная практика. На момент совершения сделки на земельном участке находился незавершенный строительством дом, который строил ФИО3, что подтверждается договором подряда и может быть подтверждено свидетельскими показаниями. Таким образом, руководствуясь п.4 ст. 35 ЗК РФ заключение ОТП договора дарения, предметом которого является только земельный участок без указания в договоре дарения на незавершенный строительством дом в силу ст. 168 ГК РФ, с учетом нарушения прав истца как третьего лица по данной сделке, влечет за собой недействительность сделки.

В судебное заседание истец ФИО3, ответчики ОТБ, ОТП, ОАЕ не явились. На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3 требования поддержал. Пояснил, что браке с ОТБ состоит с 1982 года. В начале 90-х годов ему по месту работы был выделен земельный участок, который он и супруга до настоящего времени обрабатывает. С 2011г. на участке началось строительство дома, предназначенного для постоянного проживания их семьи, а также семьи сына Антона. Строительство осуществлялось за счет средств его и жены, кроме того материальную помощь оказывала теща, ее наследство, всего вложено в строительство около № рублей. В 2012 г. им был заключен договор с ФИО3, бригада которого занималась постройкой дома. Он является членом , на территории которого находится земельный участок, участвует в жизни товарищества, платит членские взносы, производит другие платежи. В летний период он с супругой на участке находится постоянно, ОТБ занимается огородом, а он строительством. К ним на участок регулярно приезжают гости. Он всегда полагал, что земельный участок является общим имуществом семьи. О том, что ОТБ оформила земельный участок на свое имя он не знал. Все документы семьи находились у супруги и она занималась хозяйственными делами. Весной 2017 г. он случайно из разговора жены и сына узнал, что участок был подарен ОТБ сыну Антону и его жене ОТБ. Он до настоящего времени даже не предполагал, что собственником участка и строящегося за счет средств семьи дома является сын со своей женой. Татьяну он видел несколько раз в год, в их квартире за весь период брака с Антоном она ночевала один раз. На участок Татьяна приезжала как гостья, в строительстве, в обсуждении хозяйственных вопросов, связанных с участком участия не принимала. Сын помогал ему на участке, но о том, что он (ФИО3) не является собственником участка, поведение сына, его разговоры никогда не свидетельствовали об этом. Также он не знал о факте регистрации Татьяны в 2015 г. в строящемся доме, оформлении в собственность дома. В настоящее время он с женой и Антоном фактически проживают в построенном доме. Предполагает, что жена оформила участок на себя с целью сохранения имущества, так как он ранее злоупотреблял спиртными напитками, грозился ей во время ссор, что продаст участок. Почему был оформлен договор дарения ему не понятно. Просил требования удовлетворить, вернуть участок в собственность супруги.

Представитель истца РОП пояснила, что ФИО3 с 2012 г. начал проходить лечение. Сначала он длительный период лечился стационарно от туберкулеза, в 2013 г. проявилась болезнь тазобедренного сустава. В мае-апреле 2016 г. он перенес операцию по замене сустава в . В этот период времени стал злоупотреблять спиртными напитками. В 2013-2015 г.г. в осенний-зимний период времени отсутствовал дома по несколько месяцев. В 2016 г. ФИО3 не было дома по этой причине с июля по ноябрь. В 2016 г. Антон заболел онкологическим заболеванием, находился в больнице с марта по июнь. В апреле 2017 г. Антон поделился в присутствии отца информацией о том, что Татьяна намерена продавать свою долю дома, именно в этот момент истцу стали известно о сделке дарения. Полагает, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку в силу ст. 200 ГК РФ, течение срока начинается с момента, когда ФИО3 узнал о нарушении своего права.

Ответчик ОТБ пояснила, что спорный земельный участок и квартира в были выделены ФИО3 по месту его работы в конце 80-х, начале 90-х годов. Участок был всегда в пользовании, за 20 лет строения на участке пришли в негодность и было принято решение строить большой дом. Строительство началось в 2011 г., в 2013 г. дом уже был возведен под крышу, без отделки, окон. В строительство вкладывались только деньги семьи, у нее были хорошие заработки, она имела возможность подрабатывать. Кроме того, после смерти ее матери, осталось хорошее наследство. Сын в строительство своих денежных средств не вкладывал. До 2013 г. участок надлежащим образом не оформлялся. Оформить документы на свое имя она решила поскольку, муж употреблял спиртные напитки, Во время ссор всегда грозился продать участок. Ранее он, будучи в состоянии алкогольного опьянения продал два погреба, без ее ведома. По этой причине она не хранила документы на имущество в квартире в , все документы хранились в семье их дочери. Об оформлении земельного участка на свое имя ФИО3 не знал, иначе был бы конфликт и он бы воспрепятствовал бы этому. У нее изначально имелось намерение подарить дом сыну, так как у Антона не было своего жилья и ей хотелось, чтобы все жили рядом. На тот период времени семейные отношения между Антоном и его женой Татьяной стали напряженными, Антон не хотел жить в , где находилась его жена. Татьяна хотела, чтобы дом был оформлен не только на Антона, но и на нее. С целью сохранения семьи сына, она решила Антону и Татьяне подарить в равных долях земельный участок, на котором уже находился недостроенный дом. О сделки дарения ФИО3 ничего не знал, все было сделано в тайне от него, зная, что он бы однозначно возражал против этого. Весной этого года муж случайно услышал разговор между ней и Антоном из которого ему стал известен факт оформления участка на ее имя и его дарения. Он был возмущен, сразу обратился к юристу. До этого времени ФИО3 не имел возможности предполагать о том, что участок подарен Антону и Татьяне. Сами они ему об этом не говорили, Татьяна продолжала редко бывать у них, с ФИО3, практически не общалась. Намерений переезжать в с у нее так и не появилось. Вложений в обустройство земельного участка, в строительство дома не производила. На участок приезжала редко, вела себя как гостья. Евгений Владимирович при этом продолжала строить дом, у него были ключи от дома, он платил членские взносы, оплачивал электричество. Кроме того, ФИО3 проходил периодически длительные стационарные лечения, мог по несколько месяцев быть в «запое», дома отсутствовал. Зарегистрировалась в доме Татьяна самостоятельно, ни с кем не обсуждая этот вопрос. Сделка дарения оформлялась в БТИ, при оформлении, специалисты не интересовались, имеется ли согласие ее супруга на сделку. Договор дарения она оформила добровольно, сознательно, с целью сохранения семьи сына, но семья все равно распалась. Татьяна привозила покупателей на свою долю имущества. Против удовлетворения иска не возражала.

В представленных суду письменных пояснениях ответчик ОТБ указала следующее. Она и ФИО3 являются супругами, состоят в брачных отношениях по настоящее время. С 2011 г. они начали строительство дома на участке, расположенном по адресу: окр. Так как муж с 2012 г. серьезно болел, постоянно находился на лечении, оформлением документов в соответствии с действующим законодательством занималась она. В результате ДД.ММ.ГГГГ ей было выдано постановление №-з на основании которого было зарегистрировано право собственности на ее имя. ДД.ММ.ГГГГ она подарила земельный участок своему сыну ОАЕ и его жене ОТП На тот момент дом был практически достроен, но не был оформлен в собственность, так как был без отделки. Оформляя сделку дарения действовала в интересах семьи сына, так как у них не было своего жилья и Татьяна постоянно проживала в . Подарив участок, она знала, что все равно она и муж смогут им пользоваться, препятствий со стороны сына не будет. О том, что для совершения сделки нужно согласие супруга она не знала, при подаче документов на государственную регистрацию сделки в регистрирующем орган, ее об этом не спросили. На момент совершения сделки ФИО3 отсутствовал по месту своего проживания на протяжении нескольких месяцев. Ежегодно он периодами не проживает дома и не находится в семье, то в связи с болезнью, то по иным причинам. Иногда по полгода она не знает где он, так как муж стал злоупотреблять спиртными напитками и в это время уходить из дома. О том, что она подарила земельный участок сыну и его теперь уже бывшей жене, Евгению Владимировичу не сообщала, он по прежнему пользовались дачей. Узнал муж о том, что они не являются собственниками дачи весной этого года, в апреле, когда Антон при нем рассказал, что его бывшая жена Татьяна привезла в дом на земельный участок покупателя на ее долю, который вел себя грубо и начал общение с того, что никто кроме него не сможет пользоваться дачей.

Ответчик ОТП иск не признала. Суду пояснила, что она совместно с ОАЕ начала проживать с 2009 г. в , брак между ними зарегистрирован в 2010г. Между ней и родителями мужа сложились добрые отношения, они проявляли заботу об их семье. У них встал вопрос о переезде в г. Томск, ими рассматривались варианты приобретении земельного участка для строительства дома. Родители Антона предложили им свой участок в , сказали, что участок им подарят. С 2013 г. они начали строительство дома, проживая в тот период в . Фундамент дома заливался ее знакомым. Она приезжала на стройку 2-3 раза в месяц, привозила деньги, нанимала строителей. Расчет с бригадой в 2013 г. лично производила она, платила 300 000 рублей. Деньги на строительство также давали и ее родители. На 2014 г. степень готовности дома было 50 %, не было внутренней отделки и коммуникаций, проживать там было можно круглогодично. Договор дарения оформлялся в ее отсутствие по нотариальной доверенности. Доверенность была ею передана Антону через общего знакомого СДФ в присутствии истца. Зарегистрировалась она в доме в 2015 г. после того как у нее закончилась регистрация в О регистрации знали родители Антона, они советовали куда ей обратиться. В построенный дом она не переезжала, так хотела, чтобы ее сын от первого брака закончил 9 классов в своей школе. У нее не было сомнений, что дом строится для ее семьи, Евгений Владимирович постоянно помогал в строительстве. ФИО3 вел себя как гость на участке и в доме, спрашивали где надо помочь на огороде, какие работы сделать в доме, можно ли пройти покушать. Также вела себя и ОТБ, перед тем как приехать на участок, она всегда предупреждала. В доме как хозяйка себя не вела, принимала гостей она, и это было часто. Препятствия в строительстве дома, в использовании ею участка с их стороны не имелось. Документы на участок хранились в комоде, в спальной комнате дома и были в открытом доступе. Евгений Владимирович мог их видеть. С конца марта 2016 г. у нее ухудшились отношения с мужем. Выяснилось, что он около года проживал с другой женщиной, будучи в браке с ней. Она пыталась сохранить семью, приезжала к ФИО3, помогла деньгами и поддерживала Антона в лечении от онкологического заболевания, навещала его в больнице. По инициативе Антона брак был все равно расторгнут. После расторжения брака, она с О-выми не общается. Поскольку брак был расторгнут, через риэлторов дом был выставлен по согласию с Антоном на продажу. Договор с риэлторами был подписан и ею и бывшим мужем. Приезжали покупатели, но Антон отказался продавать дом. В мае 2017 г. срок договора с риэлторами закончился. Об этом знали ФИО3, они предлагали ей в счет ее доли забрать их квартиру в . В апреле 2017 г. она действительно приезжала на участок со своими знакомыми, хотела, чтобы те помогли ей оценить имущество. Иск не признает, так как истец знал достоверно о договоре дарения, Обращение в суд для нее было неожиданным, полагает, что ФИО3, таким образом, желает вернуть земельный участок своей семье.

Представитель ответчика ОТП – ФИО2 заявила о пропуске срока исковой давности, указав, что правовым основанием признания сделки дарения недействительной является ст. 168 ГК РФ. Поскольку сделка состоялась ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности должен исчисляться в соответствии со ст.ст. 168,181 ГК РФ в редакции от ДД.ММ.ГГГГ. Следовательно, срок исковой давности по данной сделке исчисляется до ДД.ММ.ГГГГ.

Выслушав стороны, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ОТБ заключен брак.

В период брака, на основании постановления Администрации Томского района № от ДД.ММ.ГГГГ ОТБ в собственность бесплатно предоставлен земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения по адресу: , участок №, площадью 839 кв.м, для садоводства.

Право собственности ОТБ на указанный земельный участок зарегистрировано Управлением федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Томской области ДД.ММ.ГГГГ, номер регистрации №

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ОТБ безвозмездно передала в общую долевую собственность по 1/2 доли каждому в праве общей долевой собственности своему сыну ОАЕ и его супруге ОТП недвижимое имущество: земельный участок, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для садоводства, общая площадь 839 кв.м, адрес объекта: , участок №, кадастровый №.

Право собственности ОАЕ и ОТП на названное имущество зарегистрировано Управлением федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по ДД.ММ.ГГГГ, номер регистрации 70-70-01/304/2013.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Семейного кодекса Российской Федерации по общему правилу права и обязанности супругов (в том числе и имущественные) возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

В силу части 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

На основании статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства, а также разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", по данному делу одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, являлось выяснение вопроса о том, давал ли ФИО3 согласие супруге на отчуждение недвижимого имущества.

При рассмотрении дела ФИО3 в обоснование своих требований ссылался на то, что о состоявшейся сделке дарения недвижимого имущества от 01.11.2013 он не знал, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации супруге не давал. Спорное имущество, на которое имел право в соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации, как на общее совместное имущество супругов, против воли выбыло из его владения.

В ходе судебного разбирательства сотернами не отрицалось, что отчужденное имущество было приобретено во время зарегистрированного брака супругов ФИО3; ФИО3 и ОТБ до настоящего времени состоят в зарегистрированном браке; спорное имущество находилось в фактическом владении супругов с начала 90-х годов.

Материалы регистрационного дела объекта недвижимости с кадастровым номером 70:14:0342005:204, предоставленного суду филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра по Томской области» не содержат документа, подтверждающего нотариально удостоверенного согласия истца ФИО3 на отчуждение земельного участка.

Ответчик ОТБ в ходе судебного разбирательства подтвердила, что согласие от ФИО3 на сделку дарения ни в устной форме, ни в нотариальной форме истребовано не было.

При таких обстоятельствах, судом установлено, что земельный участок не являлся личной собственностью ОТБ, полученной во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, следовательно, в силу статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации, был совместной собственностью супругов ФИО3. Следовательно, ОТБ не имела право распоряжаться и дарить недвижимое имущество без получения нотариально удостоверенного согласия супруга ФИО3

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (часть 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу изложенного, суд приходит к выводу, что при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ спорного земельного участка ОТБ не было получено нотариально удостоверенное согласие супруга ФИО3, что является основанием для признания сделки дарения от 01 ноября 2013 г. недействительной, как не соответствующей требованиям закона.

Также суд соглашается с мнением стороны истца о том, что основанием недействительности сделки дарения также является не указание в оспариваемом договоре дарения от 01.11.2013 наличия объекта незавершенного строительства на земельном участке.

В ходе судебного разбирательства, на основании пояснений истца, ответчиков ОТБ, ОТП судом установлено, что на дату заключения договора дарения – 01.11.2013 на спорном земельном участке был возведен объект незавершенного строительства – жилой дом.

Указанное также подтверждается техническим планом задания, выполненного по заказу ОТП и ОАЕ кадастровым инженером МАА, в соответствии с которым на земельном участке с кадастровым номером 70:14:0342005:204 расположен жилой дом, год завершения строительства 2013.

В соответствии с подп. 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации одним из основных принципов земельного законодательства является принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В развитие данного принципа пункт 4 статья 35 Земельного кодекса Российской Федерации запрещает отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу.

Из приведенных нормативных положений Земельного кодекса Российской Федерации следует, что дарение земельного участка без находящихся на нем строений в случае принадлежности и того и другого вида имущества одному лицу будет нарушать установленный законом запрет.

Таким образом, заключение ОТБ договора дарения, предметом которого является только земельный участок без указания в договоре на дарение находящихся на нем объекта незавершенного строительства, нарушает требования закона (пункт 4 ст. 35 ЗК РФ), что в силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет за собой ничтожность заключенной сделки.

Ответчиком ОТП заявлено о пропуске срока исковой давности, исходя из исчисления срока в соответствии со ст.ст. 168,181 ГК РФ в редакции от 07.05.2013. Таким образом, ответчик полагает, что срок исковой давности по оспариваемой сделке истек 01.11.2014.

Сторона истца, не согласившись с пропуском срока исковой давности, в письменных пояснений указала, что исходя из норм статьи 181 ГК РФ, в редакции действующей с 01.09.2013, статьи 179 ГК РФ исчисление срока по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока по указанным требования начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Соответственно срок исковой давности для предъявления данного иска начинается со дня, когда истец узнал о заключении его супругой без его согласия договора дарения земельного участка, а также о том, кто был на стороне одаряемого – т.е. о том, что надлежащими ответчиками по иску являются его супруга, его сын, а кроме того его бывшая сноха – ОТП Об указанных обстоятельствах ФИО3 узнал 22-23 апреля 2017 г. со слов сына ФИО4, который в присутствии отца поделился с матерью сведениями о том, что на днях бывшая супруга – ОТП, приехала на участок с мужчиной, который представился покупателем доли в доме и на земельном участке. Сын был рассержен, так как этот мужчина в грубой манере заявлял о том, что пользоваться домом и земельным участком вместе с ним будет затруднительно. Узнав об этих обстоятельствах, ФИО3 сразу же обратился за юридической помощью, ДД.ММ.ГГГГ выдал доверенность и заключив договор на услуги с представителем. Узнать о сделке и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску, ранее истец не мог. Так, ОТП несколько лет не проживает в , не находилась на земельном участке, в построенном в нем доме, не осуществляла каких-либо очевидных правомочий собственника, таких как владении и пользование. Пользование дачей, как до сделки, так и после сделки (огородные работы, строительство и благоустройство) осуществляют члены семьи ФИО3 – ОТБ, ОАЕ, сам истец. Таким образом, из фактических обстоятельств для ФИО3 не могла быть очевидна смена собственника имущества. В период с мая 2012 г. по ноябрь 2016 г. истец не являлся постоянным очевидцем событий. С мая 2012 г. по декабрь 2014 г. он болел туберкулезом, длительное время с мая по сентябрь 2012 г. проходил лечение в стационаре, в остальное время – в дневном стационаре. С января 2014 г. по настоящее время ФИО3 имеет серьезное заболевание тазобедренного сустава, в связи с чем, проходил обследование, лечение, имел затруднения в передвижении. С мая по июнь 2016 г. перенес операцию, передвигался на костылях. В период с 2013 г. по 2016 г. длительные периоды не жил дома, уходил из семьи. Кроме того, в 2016 г. серьезно заболел онкологическим заболеванием его сын Антон, который проходил курс химиотерапии и другое сложное лечение, был в тяжелом состоянии. Индивидуальные особенности характера истца таковы, что в случае сложностей, он замыкается, начинает употреблять спиртным. Указанные обстоятельства привели к тому, что ФИО3 на протяжении нескольких лет регулярно и подолгу не находился дома, не общался с родными. Кроме того, серьезные заболевания истца, а также его образ жизни привели к тому, что в результате физического состояния (боли, затруднений при дыхании, ходьбе, угнетенность тяжелыми лекарствами, постоянные лечебные процедуры, нахождения в медицинских учреждениях, переживания за здоровья сына, запои) он не мог обнаружить каких-либо изменений, связанных с отчуждением земельного участка. Истец не обладает знаниями, позволяющими ему, засомневавшись запросить сведения из открытых источников о правах на имущество. Кроме того у него не было повода для сомнений, с ним не обсуждался вопрос о переходе права на участок к сыну и снохе. ФИО3 не занимался оформлением документов, не разбирался в них, а при вышеизложенных обстоятельствах и не интересовался ими, не пытался найти и изучить документы по сделке. У него не было повода для этого. Истец полагает, что супруга намеренно оформила дарение земельного участка в тайне от него, поскольку могла предположить, что он не даст согласия на сделку. На основании изложенного, срок исковой давности начал течь с 22.04.2017 и не истек.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации под исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Согласно статьям 56,57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В обоснование позиции о неосведомленности заключения сделки дарения по ходатайству стороны истца допрошены свидетели.

Свидетель ЛЮА суду пояснил, что проживает с семьей ФИО3 по соседству в одном подъезде более 10 лет, также по соседству с участком ФИО3 в находится участок его тещи, которым он пользуется. Были случаи, когда он подвозил ФИО3 на участок на своей машине. Несколько раз видел на участке Антона, ОТП видел раза 2-3 на участке. В последние года ФИО3 начал строительство дома. О том, что дом строится для сына и снохи ФИО3 никогда не говорил, наоборот он слышал, как ФИО3 высказывался о том, что когда достроит дом, то переедет в него жить, а квартиру в д. Лоскутово отдаст семье Антона. О том, что сменился собственник участка, ему известно не было, О-вы ездили на участок постоянно. В квартире ФИО3 проживает периодически, злоупотребляет спиртными напитками. Весной 2017 г., он утром встретил ФИО3, на его вопрос, что случилось, тот рассказал, что ОТБ без его ведома, подарила участок сыну и снохе и сноха сейчас хочет продать свою долю.

Свидетель ОВВ пояснил, что он является председателем знает ФИО3 как члена товарищества. До настоящего времени заявлений о выходе из СНТ ФИО3 не подавал, также не было и заявлений о вступлении в товарищество от ОТП и ОАЕ Членские взносы платит регулярно лично ФИО3

Свидетель БСА суду пояснила, что семью ФИО3 знает около 30 лет, поддерживает дружеские отношения. Ей известно, что ОТБ оформила участок в товариществе в свою собственность, так как боялась, что Евгений может его продать, как он это сделал с погребами. О том, что Татьяна готовила документы по участку на себя, ее муж не знал. Из-за того, что Евгений злоупотреблял спиртным, документы на имущество в квартире не хранились. Года два назад она со своим мужем приезжали к ФИО3 на участок, смотрели дом. Евгений рассказывал ее мужу о строительстве, она с Татьяной смотрела саженцы. Дом был не достроен, ФИО3 встречали их как хозяева, угощали, приглашали в дом. Татьяна строила дом на деньги, полученные от наследства своей матери, ее сестра от своей доли наследства отказалась. Кроме того, сама Татьяна имела хорошие заработки, сначала работала в ателье сорняком, потом оформила статус индивидуального предпринимателя. Об этих фактах ей известно со слов Татьяны. О том, что Татьяна подарила участок сыну и снохе она не знала.

Свидетель РСБ суду пояснила, что семью ФИО3 и в том числе Антона Евгеньевича она знает с 2010 г., как соседка по участку. Она проживает на участке постоянно, через дорогу от ее участка находится участок ФИО3. ФИО3 начали строительство дома в 2011-2012 г.г. с залития фундамента. Процесс строительства происходил на ее глазах. Стройматериалы ФИО3 хранили на ее участке, их завез прораб Алексей в 2011 г. Строительством занимался прораб Алексей. ФИО3 постоянно находились на участке, Евгений ввел строительные работы, а Татьяна занималась огородом. Также на участке бывал часто Антон, его супруги она не видела ни разу и не знает ее. О том, что участок принадлежит Антону и его жене она никогда не слышала. ФИО3 при ней не вел разговоров о продаже участка или дарения.

Свидетель ФИО3 пояснил, что он занимается строительными работами. В 2011 г. к нему в , где находилась строительная техника обратился ФИО3 с просьбой дать ему технику для выравнивания участка. Они познакомились, и он стал выполнять строительные работы по адресу на участке ФИО3 Работы он начал с планировки участка, разровнял его трактором, снимал грунт. Затем выкапывал котлован под дом, возводил фундамент. Весной 2012 г. он заключил договор с ФИО3 на строительство дома, срок в договоре не был указан, так по договоренности строительство производилось по мере поступление денежных средств от заказчика. Договор был подписан ФИО3 у него в офисе. Оплату по договору привозил сам Евгений, а также его супруга и иногда их сын Антон. В бухгалтерских документах по приему денег значилась фамилия только ФИО3, так как договор был заключен именнно с ним. Процесс строительства контролировался Евгением, его жена занималась всегда грядками, позже с 2014 г. работу стал контролировать и сын ФИО3 - Антон. Со слов заказчика ему известно, что дом он строит для себя, хочет переехать жить на природу. Строительством занималась его бригада, иные работники в процесс строительства не вступали. В 2013 г. дом стоял под крышей. Всего от ФИО3 он получил за работы по строительству № рублей. В 2014 г. также им началось строительство гаража каркасного типа. В настоящее время работы по строительству дома им приостановлены, так как ФИО3 ему должен за работу № рублей. С его слов рассчитаться не имеет возможности в связи с материальными трудностями. На его предложение заложить дом, Евгений ему рассказал, что дом оформлен не в его собственность. На сегодняшний день в доме проживать можно, остались работы по внешней отделке дома.

Таким образом, из показаний свидетелей РСБ, ЛЮА, ФИО3 - лиц которые непосредственно являлись очевидцами событий, происходящих на спорном земельном участке в юридически значимый период времени следует, что ФИО3 пользовался участком как хозяин, осуществлял на участке строительство дома, не высказывался о том, что участок ему не принадлежит и дом строится в интересах семьи его сына Антона. ОТП на участке не бывала.

В период с 2012 по 2016 г.г. ФИО3 лично платил членские взносы в », что подтвердил председатель товарищества ОВВ, не высказывал намерений о выходе из членов СНТ, в связи со сменой собственника участка. Также в товарищество не обращались с заявлениями, вопросами о вступление в члены товарищества по спорному участку иные лица.

В октябре 2015 г. ФИО3 заключает договор на пользование водой по адресу нахождения земельного участка.

Из пояснений свидетеля ФИО3 следует, что ОТП он не знает, ею не вносились платежи по строительным работам. Вопросы, связанные с постройкой дома решались только с ФИО3 и ОАЕ

Судом установлено, что нотариально удостоверенного согласия на сделку ФИО3 не выдавал.

Ответчиком ОТП, указана на то, что истец достоверно знал о сделке дарения, так как являлся свидетелем передачи нотариальной доверенности выданной ею на заключения договора дарения от ее имени ОАЕ; строительство дома осуществлялось за счет ее личных средств, средств ее родителей; работы по обустройству фундамента производил ее знакомый и ею нанималась бригада строителей; она регулярно несколько раз в месяц приезжала на участок, вела себя как хозяйка на огороде и в доме, супруги ФИО3 с ее ведома, производили какие либо работы на участке, она принимал гостей в доме; ФИО3 присутствовал при обсуждении вопроса об ее регистрации в доме.

Однако доказательства приведенным обстоятельствам суду не представлены.

Фотографии, запечатлевшие на фоне строящегося дома ОАЕ, ФИО3 и ОТБ не подтверждают вышеуказанные доводы ОТП

В силу изложенного, у суда отсутствуют основания полагать, что истец знал о заключении договора дарения и одобрял эту сделку. При этом судом учитывается, что как следует из пояснений ОТБ сделка готовилась и оформлялась в тайне от ее супруга, документы не только на недвижимость, но и личные документы истца в квартире не хранились в силу его склонности к употреблению спиртного и высказываемых намерений о продаже того или иного имущества.

Факт приезда в апреле 2017 г. на участок знакомых ОТП ею не отрицался. Наличие разговора между ОТБ и ОАЕ, из которого истцу стало известно о сделке дарения подтвержден ответчиком ОТБ, Свидетель ЛЮА засвидетельствовал суду о том, что весной этого года между ним и истцом был разговор о том, что ФИО3 узнал о дарении участка.

Таким образом, суд полагает, что начала течение срока по оспариваемой сделке начинается с апреля 2017 г., когда ФИО3 узнал о своем нарушенном праве, в связи с чем, срок исковой давности ФИО3 не пропустил.

Оснований полагать, что ФИО3 должен был узнать о факте заключения договора дарения между его супругой ОТБ и ОАЕ, ОТП ранее указанного срока у суда не имеется.

С учетом изложенного, исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению. При этом, суд считает необходимым указать в резолютивной части решения категорию, вид разрешенного пользования, размер, кадастровый номер и адрес земельного участка.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Руководствуясь ст. ст. 194-197 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Признать договор дарения земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для садоводства, общая площадь № кв.м, адрес объекта: , кадастровый №, заключенный между ОТБ и ОАЕ, ОТП в лице представителя ОАЕ, действующего на основании доверенности, зарегистрированный Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Томской области 04.12.2013 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, путем возврата земельного участка, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для садоводства, общей площадью № кв.м, адрес объекта: , участок №, кадастровый № в собственность ОТБ.

Решение является основанием для внесения записи о прекращении права общедолевой собственности ОАЕ, ОТП; о регистрации права собственности ОТБ на земельный участок, расположенный по адресу: участок №, кадастровый №.

Решение может быть обжаловано, путём подачи апелляционной жалобы в Томский областной суд, через Томский районный суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Е.С. Жданова

копия верна

подлинник решения подшит в гражданском деле № _______________/2017

судья Е.С. Жданова

секретарь Д.А.Ковалева

решение на «_____» __________________ 2017 г. не вступило в законную силу

судья Е.С. Жданова

секретарь Д.А.Ковалева

решение вступило в законную силу «_____» ___________________ 2017 г.

судья

секретарь