Решение № 2А-70/2021 2А-70/2021~М-69/2021 М-69/2021 от 13 июля 2021 г. по делу № 2А-70/2021

Дело № 2а-70/2021 <данные изъяты>


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июля 2021 года город Москва

235 гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – Зайцева С.Н., при помощнике судьи Губанове В.Е., с участием представителя административного истца ФИО1 и представителя Центральной жилищной комиссии ФСО России и ФСО России ФИО2, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению ФИО1, поданному в интересах военнослужащего ФСО России полковника ФИО3, об оспаривании решения Центральной жилищной комиссии ФСО России (далее – ЦЖК ФСО России), оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учёт,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 через представителя Жердева обратился в суд с названным административным иском, в котором, с учётом уточнения его представителем требований, просил:

- признать незаконным решение ЦЖК ФСО России, оформленное протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учёт;

- обязать ЦЖК ФСО России отменить данный протокол в указанной части и принять его с членами семьи на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания в г. Москве;

- взыскать с ЦЖК ФСО России в его пользу судебные расходы в размере 20 000 руб., состоящие из оплаты услуг представителя.

В судебном заседании представитель ФИО1 данные требования поддержал и настаивал на их удовлетворении в полном объеме. В обоснование заявления он пояснил, что его доверитель, имея выслугу на военной службе более 20 лет, установленным порядком 20 ноября 2020 года подал в ЦЖК ФСО России заявление о принятии его с членами семьи (он сам, супруга и трое детей) на учет нуждающихся в обеспечении жилым помещением для постоянного проживания в г. Москве. Однако оспариваемым решением ему в принятии на жилищный учёт отказано со ссылкой на ст. 53 ЖК РФ, то есть в связи с неистечением пятилетнего срока с момента совершения действий по намеренному ухудшению своих жилищных условий (дарение отцу ? доли по жилому помещению, расположенному по адресу: <адрес>.).

По убеждению ФИО1, решение коллегиального органа, является незаконным и подлежит отмене, поскольку пресекательный пятилетний срок, установленный нормами жилищного законодательства, на момент подачи заявления ФИО3 и рассмотрения его коллегиальным органом, истёк ещё в 2019 году, о чём имеется запись в тексте решения. При этом исчислять его необходимо с 18 февраля 2014 года, то есть с даты дарения ФИО3 ? доли в указанной квартире своему отцу.

Исчисление данного срока с даты вступления в законную силу решения Королевского городского суда от 11 марта 2020 года, на основании которого его доверитель с членами семьи сняты с регистрационного учёта по указанной квартире, на чём настаивал в возражениях представитель ФИО2, по мнению ФИО1, является неверным, поскольку вопрос о прекращении права пользования вышеуказанной квартиры и снятии с регистрационного учёта семьи ФИО3 был инициирован собственником жилого помещения.

Также ФИО1 полагал, что, поскольку его доверитель и члены его семьи на момент принятия оспариваемого решения жилья для постоянного проживания по договору социального найма или в собственности не имели и при этом проживали на съемной квартире, они в силу положений ст. 51 ЖК РФ на законных основаниях поставили вопрос перед ЦЖК ФСО России о принятии их на жилищный учёт.

ФИО3, уведомленный о времени и месте заседания в суд не прибыл, представил заявление о рассмотрении дела без его участия.

Представитель ЦЖК ФСО России и ФСО России ФИО2 требования административного истца не признал, настаивал на их отказе в полном объёме. В обоснование своей позиции он пояснил следующее.

Впервые претендуя на улучшение жилищных условий ФИО3 через ЖК Спецсвязи ФСО России в 2012 году обратился в ЦЖК ФСО России по вопросу улучшения жилищных условий в связи с тем, что в приватизированной им с отцом в равных долях квартире № 217 принадлежит лишь 1/2 площади жилья, что указывает на его с семьей необеспеченность жилым помещением по установленным нормам.

Решением ЦЖК ФСО России, оформленным протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, это обращение оставлено без удовлетворения в связи с необоснованностью требований.

Не согласившись с указанным решением, ФИО3 обратился в 94 гарнизонный военный суд, решением которого от 24 июня 2013 г., оставленным без изменений апелляционным определением судебной коллегии 3-го окружного военного суда от 21 октября 2013 года установлено, что вне зависимости от принадлежности долей в занимаемом жилом помещено должна учитываться общая площадь жилого помещения, а не её половина, на чем настаивал ФИО3.

Кроме того, оценивая доводы апелляционной жалобы ФИО3 о заключении между собственниками квартиры, в которой заявитель проживает с семьёй, устного соглашения о порядке пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, судебная коллегия исходила из того, что даже наличие такого соглашения, при имеющихся обстоятельствах, в частности родства дольщиков, дающего основания для применения определения, приведенного в ч.1 ст.31 ЖК РФ, а также нахождения у отца ФИО3 в собственности другого жилого помещения, никоим образом не свидетельствовало о нуждаемости ФИО3 в жилье и необходимости участия государства в лице ФСО России в улучшении жилищных условий заявителя и членов его семьи.

Учитывая эти обстоятельства, спустя 4 месяца, а именно 18 февраля 2014 года, ФИО3 подарил принадлежавшую ему 1/2 доли в квартире № 217 отцу, с которым 1 марта того же года заключил письменный договор пользования занимаемой квартирой и спустя пятилетний срок, предусмотренный ст. 53 ЖК РФ повторно обратился в ЦЖК ФСО России по вопросу принятия на жилищный учёт, в чём ему также было отказано решением названного компетентного органа, оформленным протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000.

Оспаривая это решение, ФИО3 обратился в Московский гарнизонный военный суд, который решением от 17 января 2020 года, оставленным без изменений определением судебной коллегией 2 Западного окружного военного суда от 18 июня 2020 года, его административный иск оставил без удовлетворения, установив следующие обстоятельства.

ФИО3, проживая в квартире № 217 по указанному адресу, является членом семьи собственника и сохраняет право пользования жилым помещением наравне с его собственником, а учитывая, что на каждого члена его семьи приходится более учетной нормы жилого помещения, он не вправе претендовать на улучшение жилищных условий.

Кроме того, суды установили, что вне зависимости от договорных отношений ФИО3 и члены его семьи имеют право пользования квартирой, собственником которой является его отец, поскольку указанный договор не являлся основанием для вселения административного истца и членов его семьи в квартиру отца и не свидетельствует о прекращении с ним семейных отношений, а, соответственно, и утрате права пользования жилым помещением, как члена семьи собственника.

В третий раз по вопросу улучшения жилищный условий с иском в суд уже обратился отец ФИО3, который настаивал на утрате его сыном и членами его семьи права проживания в занимаемом ими жилом помещении и снятии их с регистрационного учета по указанному адресу в связи с необходимостью продажи этого жилого помещения, но каких-либо данных в обосновании своего иска не привел и факт планируемой продажи квартиры не доказал.

Несмотря на указанное обстоятельство, решением Королевского городского суда Московской области от 11 марта 2020 года, оставленным без изменений апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 21 сентября 2020 года, эти требования были удовлетворены.

При этом, каких-либо обстоятельств, подтверждающих намерение отца ФИО3 продать квартиру № 217, в которой помимо совершеннолетних граждан были постоянно зарегистрированы 2 несовершеннолетних ребенка, по делу не установлено. Не продано это жилое помещение и до настоящего времени собственником квартиры № 217 является отец административного истца.

В свою очередь сам ФИО3, несмотря на важность вопроса, связанного с утратой единственного для него и членов его семьи жилого помещения, а также лишение ими всех социальных благ, гарантий и компенсаций, предусмотренных в связи с этим за все время судебного разбирательства в суд не являлся и личного участия не принимал, возложив всю ответственность в решении этого вопроса исключительно только на представителя.

В свою очередь представитель ФИО3, согласно протоколу судебного заседания Королевского городского суда Московской области от 11 марта 2020 года, каких-либо активных мер по защите интересов своего доверителя и членов его семьи не предпринимал.

Кроме того, в отличии от представителя ФСО России не настаивал данный представитель и на обязательной явке и участии в деле прокурора и органов опеки и попечительства, необходимых для зашиты прав и законных интересов граждан по данной категории дел.

Подводя итог своему выступлению, ФИО2 указал на то, что сама по себе утрата жилья стала возможной в результате действий ФИО3, который в начале приватизировал его с отцом в равных долях, а затем подарил последнему свою долю, создав тем самым условия для возможного последующего своего с семьей выселения и каких-либо активных мер, препятствующих этому не принимал.

Данные обстоятельства, по мнению ФИО2, указывают на то, что пятилетний срок, предусмотренный ст. 53 ЖК РФ, необходимо исчислять именно со дня вступления вышеуказанного решения суда в законную силу, поскольку до наступления этого события ФИО3 и члены его семьи считались обеспеченными жильем выше учётной нормы и, как следствие, претендовать на нахождение на жилищном учёте не могли.

Рассмотрев заявление, выслушав объяснения сторон, а также исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Разрешая вопрос о соблюдении административным истцом трёхмесячного срока, предусмотренного ст. 219 КАС РФ, суд полагает, что он его не пропустил и его заявление подлежит рассмотрению по существу, поскольку по вопросу законности оспариваемого решения, с которым ФИО3 был ознакомлен 2 марта 2021 года, в суд за защитой своих прав он обратился 25 мая 2021 года, то есть в пределах данного срока.

По требованию административного истца о признании незаконным решения ЦЖК ФСО России, оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учёт, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счёт средств федерального бюджета.

На весь срок военной службы служебными жилыми помещениями обеспечиваются, в том числе военнослужащие, назначенные на воинские должности после получения профессионального образования в военной профессиональной образовательной организации или военной образовательной организации высшего образования и получения в связи с этим офицерского воинского звания (начиная с 1998 года), и совместно проживающие с ними члены их семей.

Из копии справок Спецсвязи ФСО России (г. Москва) от ДД.ММ.ГГГГ № 0000 и 0000 следует, что ФИО3:

- с 31 июля 1992 года по 17 июня 1996 года проходил военную службу в качестве курсанта <данные изъяты>;

- после окончания данного училища принят на военную службу в ФСО России, которую проходит по настоящее время в г. Москве;

- его выслуга лет на военной службе более 28 лет (л.д. 89-90)

Из этого следует, что он относится к военнослужащим, которые на весь период военной службы обеспечиваются служебным жильём.

Право на получение жилья для постоянного проживания у данной категории военнослужащих в соответствии с той же нормой Закона возникает при признании нуждающимися в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы 20 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба. Таким военнослужащим по смыслу данной нормы Закона предоставляются жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства и в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными ст. 15.1 настоящего Федерального закона.

Порядок реализации военнослужащими данного права регламентирован Правилами признания военнослужащих - граждан РФ, проходящих военную службу по контракту, нуждающимися в жилых помещениях, формы выписки из решения о предоставлении жилого помещения, находящегося в федеральной собственности, в собственность бесплатно, формы акта приёма-передачи жилого помещения и признании утратившими силу некоторых актов и отдельных положений некоторых актов Правительства РФ, (далее – Правила) утвержденными постановлением Правительства РФ от 30 октября 2020 года № 1768.

Для принятия на жилищный учёт военнослужащий в соответствии с п. 6 Правил подает в уполномоченный орган заявление и документы.

Уполномоченным органом в ФСО России является Центральная жилищная комиссия.

В соответствии с подп. «а» п. 1 данных Правил военнослужащие признаются нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения.

В соответствии с копией заявления ФИО3 от 22 октября 2020 года, он просит данный коллегиальный орган принять его с членами семьи на жилищный учёт для получения жилого помещения в г. Москве, указав состав семьи четыре человека (он сам, супруга и трое детей) (л.д. 83-88).

Согласно копии справки от ДД.ММ.ГГГГ 0000, в личном деле административного истца значатся: супруга – НСА, ДД.ММ.ГГГГ., дочь НИА, ДД.ММ.ГГГГ. (учащаяся очной формы обучения МГМСУ им. А.И. Евдокимова), дочь НЛА, ДД.ММ.ГГГГ. и сын, НВА ДД.ММ.ГГГГ

Как следует из вышеуказанного заявления, ФИО3 и члены его семьи жилья на условиях договора социального найма или в собственности не имеют.

Доказательств того, что у ФИО3 или названных членов его имеется жильё на праве собственности или по договору социального найма, стороной административных ответчиков суду представлено не было.

Как следует из копии решения ЦЖК ФСО России, оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, ФИО3 отказано в принятии на жилищный учёт в соответствии с п. 3 ч.1 ст. 54 ЖК РФ (не истёк пятилетний срок, предусмотренный ст. 53 ЖК РФ).

Вместе с тем, из текста оспариваемого решения следует, что ЦЖК ФСО России, установив, что ФИО3 18 февраля 2014 года подарил отцу принадлежащую ему на праве собственности ? доли в квартире № 217, совершил действия, предусмотренные ст. 53 ЖК РФ, а пресекательный пятилетний срок, истёк. (л.д.82).

В судебном заседании представитель ФСО России, пояснил, что начало течения данного срока необходимо исчислять с даты вступления в законную силу Королевского городского суда Московской области от 11 марта 2020 года о прекращении права пользования ФИО3 и членами его семьи жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Давая юридическую оценку выводам ЦЖК ФСО России решения и доводам представителя данной жилищной комиссии, суд исходит из следующего.

Действительно, в соответствии с требованиям ст. 53 ЖК РФ граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учёт в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

Аналогичный запрет на принятие на жилищный учёт регламентирован и п. 12 Правил. При этом к таким действиям и гражданско-правовым сделкам, в результате совершения которых у военнослужащих и (или) членов их семей возникли основания признания их нуждающимися в жилых помещениях, предусмотренные ст. 51 ЖК РФ законодатель отнёс:

- вселение в жилое помещение иных лиц (за исключением вселения военнослужащими членов семей, указанных в п. 5 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих»);

- обмен жилого помещения;

- невыполнение условий договора социального найма, повлекшим выселение из жилого помещения без предоставления другого жилого помещения или с предоставлением другого жилого помещения меньшей площади;

- выделение доли собственниками жилых помещений;

- отчуждение жилых помещений или их частей.

Данный перечень оснований, по мнению суда, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Более того, по убеждению суда, указанные действия подлежат учёту лишь в том случае, если они были совершены именно лицом, претендующим на принятие на жилищный учёт, и подлежат учёту в течение пяти лет со дня их совершения.

Из копии вступившего в законную силу решения Московского гарнизонного военного суда от 17 января 2020 года, имеющего в данном случае в силу положений ч. 2 ст. 64 КАС РФ преюдициальное значение, следует, что жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, в 1999 году Администрацией города было передано в долевую собственность административному истцу и его отцу – ННН, свою долю в этой квартире административный истец подарил отцу (дата выдачи свидетельства отцу о регистрации права 28 февраля 2014 года).

Также, данным судебным решением установлено, что 1 марта 2014 года ФИО3 и его отцом заключен договор, согласно которому ФИО3 передана эта квартира в пользование для проживания за плату 5000 руб. ежемесячно.

Представитель ФИО1 в суде пояснил, что на таких условиях ФИО3 и члены его семьи проживали в этой квартире до обращения отца административного истца в суд с соответствующим иском о выселении.

Как следует из копии вступившего в законную силу решения Королевского городского суда Московской области от 11 марта 2020 года, имеющего в данном случае в силу положений ч. 2 ст. 64 КАС РФ, также преюдициальное значение, пунктом 11 договора от 1 марта 2014 года было определено, что он (договор) заключен на 11 месяцев по 1 февраля 2015 года и по окончании указанного срока договор считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, если одна из сторон не заявит о своем отказе от продления.

При исследовании данного договора Королевский городской суд Московской области также установил, что в силу п.п. 8 и 9 договор может быть расторгнуть по соглашению сторон или в одностороннем порядке.

Принимая во внимание данные обстоятельства, а также установив, что семья административного истца с ННН не являются членами одной семьи и не ведут совместного хозяйства, городской суд требования последнего удовлетворил, то есть признал ФИО3 и всех четырех членов его семьи прекратившими право пользования квартирой со снятием с регистрационного учёта.

В соответствии с выпиской от 25 марта 2021 года из домовой книги по адресу: <адрес> административный истец и члены его семьи сняты с регистрационного учета по решению суда.

Таким образом, суд приходит к выводу, что, поскольку на момент рассмотрения заявления ФИО3 о принятии его с членами семьи на жилищный учёт пятилетний срок, с момента отчуждения ? доли по квартире истёк, жилья в пользовании на условиях договора социального найма или в собственности семья ФИО3 не имела, они на законных основаниях поставили вопрос о принятии их на жилищный учёт, как относящиеся к категории нуждающихся в обеспечении жилым помещением для постоянного проживания.

С учётом изложенного, суд находит требование ФИО3 о признании незаконным решения ЦЖК ФСО России, оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учет, обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Принимая во внимание, что инициатором выселения семьи ФИО3, как следует из решения Королевского городского суда Московской области от 11 марта 2020 года, был его отец (собственник квартиры), который как установлено данным судебным решением с ними общего хозяйства не вел и членом их семьи не являлся, а предъявленные требования вытекали из условий возмездного договора и на основании положений ст. 209 ГК РФ, позицию представителя ФИО2 о необходимости исчисления срока, предусмотренного ст. 53 ЖК РФ, с момента даты вступления в законную силу указанного решения (21 сентября 2020 года), суд находит несостоятельной, поскольку такое исчисление противоречит нормам действующего законодательства.

В свою очередь, доводы ФИО2 о том, что ФИО3 при рассмотрении городским судом иска отца личного участия в заседаниях не принимал, предоставив полномочия представителю, и его отец так и не продал спорное жилое помещение, также не влияют на принятое судом решение, поскольку оценка действий сторон на соответствие их нормам действующего законодательства по указанному гражданскому делу уже была предметом судебной проверки судебных коллегий по гражданским делам Московского областного суда 21 сентября 2020 года и Первого кассационного суда общей юрисдикции 25 марта 2021 года.

Что же касается ссылки представителя ФИО2 на бездействие ФИО3 по непринятию мер, препятствующих его выселению из квартиры, то она, с учётом участия в данном гражданском деле помимо представителя ответчика также и ФСО России на его стороне является несостоятельной.

Для восстановления нарушенных прав и законных интересов административного истца и членов его семьи суд в соответствии с положениями ч. 9 ст. 227 КАС РФ находит необходимым обязать данный коллегиальный орган в течение 30 дней со дня вступления данного решения суда в законную силу, отменить указанное решение в названной части и повторно рассмотреть вопрос о принятии ФИО3 и членов его семьи на учёт нуждающихся в обеспечении жилым помещением для постоянного проживания в г. Москве.

По требованию административного истца о возложении на ЦЖК ФСО России безусловной обязанности по принятию его с семьей на жилищный учет.

В силу ст. 10 Конституции РФ государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны.

Из этого следует, что закрепленный в Конституции РФ принцип разделения властей не допускает вмешательство судебных органов в деятельность исполнительных органов власти, поэтому судам не предоставлено право подменять собою исполнительные органы власти и принимать решения по предметам ведения этих органов.

Пунктом 2 Правил определено, что решения о принятии военнослужащих на учёт или об отказе в принятии на учёт нуждающихся в жилых помещениях принимаются уполномоченным органом, каковым в данном случае является ЦЖК ФСО России.

Анализ приведенного действующего законодательства дает основания полагать, что вопросы по принятию решения о постановке либо об отказе в принятии на указанный учёт относятся к исключительной компетенции названного жилищного органа.

С учётом изложенного, требование ФИО3 о возложении на ЖЦК ФСО России обязанности по принятию его с семьей на жилищный учёт удовлетворению не подлежит.

Разрешая вопрос о компенсации судебных расходов, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 103 КАС РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 111 КАС стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При этом в силу положения ст. 112 того же Кодекса стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку по делу установлены нарушения прав и законных интересов ФИО3 и членов его семьи со стороны ЦЖК ФСО России, суд руководствуется вышеуказанными нормами КАС РФ и приходит к выводу о взыскании понесенных административным истом расходов с ФСО России, то есть с ведомства, в котором осуществляет свою деятельность данный коллегиальный орган.

При этом разрешая размер суммы, подлежащей взысканию с административного ответчика, суд учитывает следующее.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Как следует из договора на оказание юридических услуг от 2 апреля 2021 года, ФИО3 поручил ФИО1 принять на себя обязательство по предоставлению его интересов в суде по вопросу обжалования решения ЦЖК ФСО России от 18 февраля 2021 год. Стоимость данных услуг сторонами определена в размере 20 000 руб.

Согласно платежному поручению от ДД.ММ.ГГГГ 0000 ФИО3 оплатил эту денежную сумму через банк по реквизитам адвоката ФИО1.

Принимая во внимание указанные выше нормы, а также продолжительность судебного разбирательства по данному административному делу, объём дела, его сложность, объём и характер оказанной правовой помощи ФИО3, суд приходит к выводу о том, что право административного истца на возмещение понесенных им расходов по оплате оказанных юридических услуг будет полностью восстановлено путем взыскания с ФСО России в его пользу 15 000 руб.

Разрешая вопрос о взыскании в пользу истца уплаченной государственной пошлины при подаче заявления в размере 300 руб. суд, руководствуясь положениями ст. 111 КАС РФ, полагает необходимым взыскать её в полном объёме с того же ведомства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 175-180, и 227 КАС РФ, военный суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1, поданное в интересах военнослужащего ФСО России полковника ФИО3, об оспаривании решения Центральной жилищной комиссии ФСО России, оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учёт,- удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Центральной жилищной комиссии ФСО России, оформленное протоколом от ДД.ММ.ГГГГ 0000, которым ему с членами семьи отказано в принятии на жилищный учёт.

Обязать Центральную жилищную комиссию ФСО России отменить данный протокол в указанной части и повторно рассмотреть вопрос о принятии ФИО3 с членами семьи на учет нуждающихся в жилом помещении для постоянного проживания в г. Москве.

Взыскать с ФСО России в пользу ФИО3 судебные расходы в размере 15 300 (пятнадцать тысяч триста) рублей.

В удовлетворении остальных требований ФИО1 в интересах ФИО3 – отказать.

Обязать Центральную жилищную комиссию ФСО России и ФСО России исполнить данное решение в течение месяца со дня его вступления в законную силу и в этот же срок сообщить о его исполнении в суд и административному истцу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-ой Западный окружной военный суд через 235 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу С.Н. Зайцев

решение изготовлено в окончательной форме

23 июля 2021 года

Копия верна:

Заместитель председателя суда С.Н. Зайцев

Помощник судьи В.Е. Губанов