Решение № 2-1-678/2017 2-678/2017 2-678/2017~М-611/2017 М-611/2017 от 19 июля 2017 г. по делу № 2-1-678/2017

Дело № 2-1-678/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июля 2017 года г.Вольск

Вольский районный суд Саратовской области, в составе:

председательствующего судьи Козловой С.В.,

при секретаре Маклаковой Я.С.,

с участием представителя истца и ответчика по встречному иску ФИО1, ответчика и истца по встречному иску ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Вольске дело по иску Главного управления Министерства внутренних дел России по Саратовской области к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения и по встречному иску ФИО2 к Главному управлению Министерства внутренних дел России по Саратовской области о возмещении материального и морального вреда,

установил:

Главное управление Министерства внутренних дел России по Саратовской области обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, указав, что 03.06.2015 года ответчик обратилась в Отдел пенсионного обеспечения Центра финансового обеспечения Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Саратовской области (далее - ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области) с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца за своего супруга - Г.Д.М.. Вместе с заявлением представила справку о прекращении выплаты ей пенсии по старости в Управлении Пенсионного фонда Российской Федерации, однако ФИО2 скрыла факт получения в Военном комиссариате Саратовской области пенсии по случаю потери кормильца за сына - Г.Б.Д..

Согласно заключению ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области от 16.06.2015 года № ФИО2 была назначена пенсия по случаю потери кормильца за мужа - Г.Д.М. с 01.07.2015 года.

В рамках реализации Федерального закона от 22.11.2016 года № 385-ФЗ «О единовременной денежной выплате гражданам, получающим пенсию» ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области проведена сверка с Военным комиссариатом Саратовской области, в ходе которой установлено, что ответчик является получателем двух пенсий по случаю потери кормильца от разных ведомств: с 01.02.2000 года является получателем в Военном комиссариате Саратовской области пенсии по случаю потери кормильца за сына - Г.Б.Д., погибшего при исполнении обязанностей военной службы; с 01.07.2015 года в ГУ МВД России по Саратовской области является получателем пенсия по случаю потери кормильца за мужа - Г.Д.М..

Из содержания ст. 7 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 года №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» следует, что истица не имеет право на получение одновременно двух пенсий по случаю потери кормильца, в связи с чем, с 01.01.2017 года ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области прекратило ФИО2 выплату пенсии по потери кормильца за мужа - Г.Д.М.. За период с 01.07.2015 года по 31.12.2016 года ФИО2 незаконно получена пенсия в размере 164 596 рублей 54 копейки.

ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области неоднократно направлял письма ФИО2 с требованием возместить в кротчайшие сроки незаконно полученную пенсию (15.12.2016 года за исх. №, 17.01.2017 года за исх. №, 15.02.2017 года за исх. №). Указанная информация также доведена заместителем начальника ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области майором внутренней службы Ж.О.К.. до ФИО2 в телефонном разговоре от 26.12.2017 года. Однако до настоящего времени незаконно выплаченная сумма пенсии ФИО2 в добровольном порядке не возвращена.

Учитывая изложенные обстоятельства, истец просит взыскать с ФИО2 в пользу ГУ МВД России по Саратовской области неосновательное обогащение в размере 164 596 рублей 54 копеек.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержала и дала пояснения, аналогичные вышеизложенным обстоятельствам.

Ответчик ФИО2 предъявленные исковые требования не признала и предъявила встречный иск к Главному управлению Министерства внутренних дел России по Саратовской области о возмещении материального и морального вреда, обосновав заявленные требования тем, что согласно пенсионного законодательства при приеме заявления об установлении пенсии пенсионный орган о ГУ МВД России по Саратовской области обязан был проверить представленные ею документы, истребовать сведения от Военного комиссариата Саратовской области о получении ею пенсии по случаю потери кормильца за сына и при отсутствии у нее права на получение второй пенсии по случаю потери кормильца отказать ей в назначении данной пенсии. По утверждению истца до 30.06.2015 года она являлась получателем страховой пенсии по старости от ГУ Управления пенсионного фонда РФ в Вольском районе, выплата данной пенсии ей была прекращена в связи с переходом на пенсию по линии МВД. С 15.03.2017 года ей органы Пенсионного фонда возобновили выплату страховой пенсии по старости. Истица просит взыскать с ответчика материальный ущерб в сумме 168 153 рубля, который складывается из неполученной ею страховой пенсии по старости от ГУ УПФ РФ в Вольском районе за период с 01.07.2015 года по 01.03.2017 года. Кроме того, ФИО2 просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, который выразился в нравственных переживаниях по поводу рассмотрения судом настоящего дела, в результате чего у нее ухудшилось состояние здоровья и она была госпитализирована в больницу с повышенным сахаром, что отразилось на работе почек. Врачи диагностируют ей проведение нескольких операций.

Представитель ГУ МВД России по Саратовской области предъявленные во встречном иске требования не признала и пояснила, что оснований для возмещения ФИО2 материального и морального вреда не имеется, поскольку истец сам отказался от получения страховой пенсии по старости, поэтому вины ответчика в причинении материального и морального ущерба истцу не имеется

Суд, изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, приходит к следующему.

Как видно из заявления ФИО2 (л.д.7), 03.06.2015 года она обратилась в Отдел пенсионного обеспечения Центра финансового обеспечения Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Саратовской области с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца за умершего 10.12.2008 года мужа - Г.Д.М., указав, что пенсию не получает.

Суд критически оценивает доводы ФИО2 о том, что сотрудники ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области неверно ее информировали о том, что она имеет право на получение вышеуказанной пенсии при наличии у нее пенсии по случаю потери кормильца за погибшего сына, поскольку данный факт ею не был указан ни в заявлении о назначении пенсии от 03.06.2015 года, ни при рассмотрении Вольским районным судом гражданского дела № 2-632(1)/2015 года по ее заявлению об установлении факта нахождения на иждивении супруга.

На основании заключения ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области от 16.06.2015 года № (л.д.8) ФИО2 с 01.07.2015 года была назначена пенсия по случаю потери кормильца за мужа - Г.Д.М..

Вместе с тем, по сведениям Военного комиссариата Саратовской области № от 28.12.2016 года (л.д.9) ФИО2 с 01.02.2000 года является получателем пенсии по случаю потери кормильца за сына - Г.Б.Д., погибшего при исполнении обязанностей военной службы.

В соответствии со ст. 7 Закона Российской Федерации от 12.02.1993 года №4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» лицам, указанным в статье 1 настоящего Закона, и их семьям, имеющим одновременно право на различные пенсии в соответствии с законодательством Российской Федерации, устанавливается одна пенсия по их выбору (за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей и Федеральным законом "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации") (ч.1).

Супруги лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, погибших вследствие причин, перечисленных в пункте "а" статьи 21 настоящего Закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц наступила в результате их противоправных действий), не вступившие в новый брак, имеют право на одновременное получение двух пенсий. Им могут устанавливаться пенсия по случаю потери кормильца, предусмотренная статьей 30 настоящего Закона, и любая другая пенсия, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации (за исключением пенсии по случаю потери кормильца или социальной пенсии по случаю потери кормильца) (часть 2).

Родители лиц, указанных в статье 1 настоящего Закона, умерших (погибших) вследствие причин, перечисленных в пункте "а" статьи 21 настоящего Закона (за исключением случаев, когда смерть указанных лиц наступила в результате их противоправных действий), имеют право на одновременное получение двух пенсий. Им могут устанавливаться пенсия по случаю потери кормильца, предусмотренная статьей 30 настоящего Закона, и любая другая пенсия, установленная в соответствии с законодательством Российской Федерации (за исключением пенсии по случаю потери кормильца или социальной пенсии по случаю потери кормильца) (часть 3).

Таким образом, действующее законодательство Российской Федерации не предусматривает права на получение двух пенсий по случаю потери кормильца одновременно.

В судебном заседании достоверно установлено и не оспаривалось сторонами по делу, что выплата ФИО2 пенсии по случаю потери кормильца за супруга - Г.Д.М. прекращена истцом с 01.01.2017 года.

Согласно справке № от 25.04.2017 года (л.д.13), выданной ОПО ЦФО ГУ МВД России по Саратовской области, за период с 01.07.2015 года по 31.12.2016 года ФИО2 была необоснованно выплачена пенсия в размере 164 596 рублей 54 копейки. Данный расчет ответчиком в судебном заседании не оспаривался, поэтому принимается во внимание при вынесении решения.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В соответствии со статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1. имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2. имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3. заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4. денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнениенесуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующеевозврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Поскольку ответчик не поставила в известность пенсионный орган, а также суд при рассмотрении заявления об установлении факта нахождения ее на иждивении супруга о том, что она с 01.02.2000 года является получателем пенсии по случаю потери кормильца за сына - Г.Б.Д., суд полагает, что неправомерное начисление ей истцом пенсии произошло в результате недобросовестных действий ответчицы, поэтому с ФИО2 подлежат взысканию в качестве неосновательного обогащения денежные средства, полученные ею в качестве пенсии по потере кормильца от МВД РФ, в сумме 164 596 рублей 54 копеек.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещение вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должно доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку истцом по встречному иску не представлено суду никаких доказательств, подтверждающих причинения ей ответчиком материального ущерба в сумме 168 153 рубля, суд считает, что в удовлетворении заявленных ФИО2 требований о возмещении материального вреда следует отказать.

К тому же по сведения ГУ УПФ РФ в Вольском районе от 06.07.2017 года (л.д.56) следует, что выплата страховой пенсии по старости была прекращена органами пенсионного фонда по заявлению самой ФИО2

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.

Пунктом 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренным законом.

Из смысла изложенного следует, что моральный вред, причиненный истцу, может компенсироваться только в том случае, если данный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права истца (жизнь, здоровье), либо нарушающие имущественные права истца и возможность такой компенсации прямо предусмотрена законом.

Перечисленные истцом в обоснование компенсации морального вреда обстоятельства указывают на нарушение её имущественных прав, в связи с чем, ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не может регулировать рассматриваемый спор.

В материалах дела также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что действия ответчиков были направлены на причинение вреда здоровью истицы и что такой вред действительно был ей причинен.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований ФИО2 о возмещении морального вреда следует отказать.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы и расходы, к которым в данном случае относится государственная пошлина. Расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку при подаче встречного иска ФИО2 была отсрочена оплата государственной пошлины в сумме 4 863 рубля 06 копеек и в удовлетворении заявленных ею требований отказано, суд считает необходимым взыскать с ФИО2 указанную государственную пошлину в доход бюджета Вольского муниципального района.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Главного управления Министерства внутренних дел России по Саратовской области к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО2 в пользу Главного управления Министерства внутренних дел России по Саратовской области денежные средства в сумме 164 596 (сто шестьдесят четыре тысячи пятьсот девяносто шесть) рублей 54 копейки.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к Главному управлению Министерства внутренних дел России по Саратовской области о возмещении материального вреда в сумме 168 153 рубля и компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета Вольского муниципального района государственную пошлину в сумме 4 863 рубля 06 копеек.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд.

Судья С.В. Козлова