Приговор № 1-3/2020 1-393/2019 от 5 февраля 2020 г. по делу № 1-203/2019

Дело № 03RS0014-01-2019-000069-93.

(Производство № 1-3/2020).


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РБ, г.Октябрьский. 6 февраля 2020 года.

Октябрьский городской суд РБ в составе:

председательствующего судьи Зарипова В.А.,

с участием государственного обвинителя Латыповой Г.М.,

подсудимой ФИО1,

защитника Тимербулатова А.А., представившего удостоверение №,

защитника, допущенного наряду с адвокатом Якуповой А.Д.,

при секретаре Котельниковой А.Б.,

а также с участием потерпевшего Потерпевший №1,

представителя потерпевшего адвоката Хасаншина И.Ф., представившего удостоверение №,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО1,

ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженки <адрес>, проживающей по адресу: <адрес>, гражданки <данные изъяты>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст.165 ч.2 п. «б» УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

Органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в том, что 22 декабря 2014 года, находясь в г.Октябрьский Республики Башкортостан, путем обмана при отсутствии признаков хищения причинила Потерпевший №1 имущественный ущерб в особо крупном размере на сумму 1449000 рублей путем реализации 1/2 доли жилого помещения, принадлежащего последнему при следующих обстоятельствах.

В период зарегистрированного брака с 16 октября 2002 года по 2 сентября 2010 года ФИО1 и Потерпевший №1 было приобретено жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, которое решением Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, вступившего в законную силу от 17 мая 2011 года, признано общим имуществом супругов, доли в котором определены равными - по ? за каждым.

Однако, ФИО1, имея прямой умысел на причинение имущественного ущерба Потерпевший №1, будучи заведомо осведомленной о решении Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, согласно которому ? доли <адрес>, принадлежит Потерпевший №1, решила реализовать данную квартиру третьему лицу, путем дарения ФИО3 №2, то есть причинить имущественный ущерб сособственнику Потерпевший №1 путем обмана при отсутствии признаков хищения в особо крупном размере.

Реализуя свой преступный замысел, ФИО1 22 декабря 2014 года, в дневное время, точное время следствием не установлено, находясь в Республиканском государственном автономном учреждении Многофункциональный центр <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, с целью причинения имущественного ущерба в особо крупном размере сособственнику 1/2 доли <адрес> Потерпевший №1 путем обмана при отсутствии признаков хищения, заведомо осведомленной о решении Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, вступившего в законную силу 17 мая 2011 года, согласно которому спорная квартира признана общим имуществом супругов ФИО1 и Потерпевший №1 и доли в котором определены равными- по ? за каждым, и последний не зарегистрировал правособственность на 1/2 долю квартиры и тем самым не сможет помешать осуществлению ее преступного умысла, безвозмездно передала жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, стоимостью 2898000 рублей, в собственность ФИО3 №2 по договору дарения квартиры от 22 декабря 2014 года.

ФИО3 №2, будучи не осведомленной о преступных намерениях ФИО1, согласилась принять вышеуказанную квартиру в дар и 22.12.2014 года обратилась в Республиканское государственное автономное учреждение Многофункциональный центр <адрес>, расположенное по адресу: <адрес>, с целью регистрации правособственности на <адрес> в 35 микрорайоне <адрес> Республики Башкортостан, свидетельство на правособственность которой получила 21 января 2015 года.

Таким образом, ФИО1, 22 декабря 2014 года, находясь в Республиканском государственном автономном учреждении Многофункциональный центр г.Октябрьский, расположенном по адресу: <адрес>, причинила имущественный ущерб собственнику Потерпевший №1 путем обмана при отсутствии признаков хищения в особо крупном размере на сумму 1449000 рублей.

Предварительное следствие обвиняет ФИО1 в причинении Потерпевший №1 материального ущерба в особо крупном размере на сумму 1449000 рублей.

Действия ФИО1 квалифицированы по ст.165 ч.2 п. «б» УК РФ- умышленное причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана при отсутствии признаков хищения, совершенного в особо крупном размере.

По результатам рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО1 в судебном заседании были установлены следующие обстоятельства дела, а именно: решением Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года были определены доли Потерпевший №1 в размере 1/2 в <адрес>. Оставшийся долг по кредитному договору № от 14 декабря 2009 года распределен между Потерпевший №1 и ФИО1 пропорционально присужденным долям в квартире № 67 дома № 21 в 34 мкр. г.Октябрьский РБ. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана ? доли платежей по кредитному договору <***> от 14 декабря 2009 года за период с 1 октября 2010 года по 31 января 2011 года в размере 18750 рублей. В иске ФИО3 №2 к Потерпевший №1 и ФИО1 об исключении из совместно нажитого имущества супругов <адрес> РБ было отказано.

19 июля 2012 года Потерпевший №1 обращался в отдел по <адрес> Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ за регистрацией права собственности на ? доли в <адрес>, где регистрационные действия были приостановлены в связи с необходимостью в получении разъяснения решения суда.

Определением Октябрьского городского суда РБ от 25 декабря 2012 года в разъяснении решения суда от 15 марта 2011 года было отказано. В последующем в совершении регистрационных действий было отказано.

15 декабря 2011 года Потерпевший №1 продал <адрес> Однако деньги, пропорционально доле в квартире ФИО1 не отдал. В связи с чем решением Октябрьского городского суда РБ от 13 декабря 2013 года с Потерпевший №1 в пользу ФИО1 были взысканы денежные средства, полученные от продажи принадлежащей ему доли в квартире в размере 296350 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 46113,29 рублей. Исполнительное производство было окончено 8 апреля 2015 года в связи с поступлением заявления взыскателя ФИО1 об окончании исполнительного производства.

22 декабря 2014 года ФИО1 договором дарения безвозмездно передала <адрес> ФИО3 №2

После получения Потерпевший №1 отказа в совершении регистрационных действий, подачи ФИО1 заявления об окончании исполнительного производства, Потерпевший №1 меры по регистрации права собственности на ? доли в <адрес>, а ФИО1 по взысканию денежных средств от продажи <адрес> не предпринимали.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании показала, что 16 октября 2002 года она вступила в брак с Потерпевший №1 Проживали в общежитии, родилась дочь, она не работала, а он работал водителем, денег не было. Ее мать ФИО3 №2 предложила купить четырехкомнатную квартиру. Для этого мать продала свою двухкомнатную квартиру за 500000 рублей, добавила 100000 рублей, они вложили в приобретение свои 100000 рублей, оформили кредит на Потерпевший №1 В 2009 году решили взять квартиру в ипотеку. Оформили ее на двоих, жили в квартире в 34 мкр. год, потом развелись. В квартире в 35 мкр. осталась мать. После развода она переехала к ней, а в квартире в 34 мкр. остался И.. И. настаивал продать квартиру в 34 мкр., заставил ее дать доверенность, сказав, что купит себе однокомнатную квартиру, а ей даст деньги. Но деньги ей не дал. Через некоторое время она взыскала деньги в сумме 365000 рублей через суд. И. просил отсрочить выплату. Затем он предложил забрать исполнительный лист, а за это он откажется от доли в квартире в 35 мкр. и оставит ее в покое. Это было в 2014 году. Договоренность никак, в том числе нотариально, не оформили. В 2014 году она с матерью решила, что подарит ей квартиру, чтобы не платить налоги. И. сам так хотел. Фактически она вернула квартиру истинному владельцу. После этого она забрала исполнительный лист. Она не знает, почему через столько лет он начал требовать свою долю. С 2012 года коммунальные платежи платила мать. И. сказал, что раз сами там живете, то сами и платите. Потом мать продала квартиру в 35 мкр. Деньги от продажи она от матери не получала. В последующем исполнительный лист о взыскании с И. задолженности от продажи квартиры в 34 мкр. к исполнению не предъявляла, т.к. была с ним договоренность.

И. обращался за разъяснением исполнения решения суда. Он сам и его юрист не явился. Она была с юристом. После этого он мог бы оформить свою долю, но не сделал этого, т.к. была договоренность.

При оформлении дарения квартиры в пользу матери в регистрационном органе решение суда о разделе не показывала. О том, что в случае предъявления решения могут отказать, не думала. Обсуждения дарственной не было, но в общем в курсе были мать, ФИО4.

Анализ данных показаний ФИО1 доказательством ее вины не является. Из них следует, что признанный потерпевшим И. первоначально предпринимал меры к оформлению свой доли в квартире в 35 мкр. в соответствие с решением суда, но в последующем от этого отказался. ФИО1 в свою очередь отказалась от исполнения взыскания своей доли от продажи квартиры в 34 мкр. Тем самым подтверждается наличие между Потерпевший №1 и ФИО1 договоренности, на которую указывает подсудимая.

Признанный предварительным следствием потерпевшим Потерпевший №1 в судебном заседании показал, что в период брака с И. купили 2 квартиры: в 2005 году в 35 мкр. и в 2010-11 годах в 34 мкр. В 2011 году они начали разводиться, разделили имущество, каждая квартира была поделена пополам. Квартира в 34 мкр. была в ипотеке. Продав ее, погасил ипотеку. Он предложил оформить квартиру в 35 мкр. в регистрационной палате, но ФИО1 не пришла. В августе 2012 года он обратился туда без И.. Ему сказали, что необходимо разъяснение решения суда или прийти с ней. В чем именно необходимо было разъяснение не сказали, сказали только, что нужно обратиться в суд. Он предложил И. сходить с ней. Она согласилась, но в назначенное время от явки уклонилась. Он обратился в суд, получил решение, что все правильно. Решение о приостановлении регистрационных действий получал. Получал ли решение об отказе в совершении регистрационных действий, не помнит. После этого он подумал, зачем делить квартиру, если она все равно достанется детям. В 2012 году договорился с И.. В 2018 году узнал от людей, что квартира продается. Когда установил правдивость информации, обратился к И.. Нашел покупателя квартиры, узнал, что тот купил квартиру за 3050000 рублей. На следствии узнал, что квартиру продала ФИО3 №2, а ей квартира была подарена. О дарении узнал только на следствии.

Квартиру в 34 мкр. продал сам, от И. была доверенность, погасил ипотеку в размере 700000-800000 рублей. Остаток около 500000 рублей оставил себе. И. сказал, что деньги отдаст. И. обратилась в суд, был выдан исполнительный лист на 400000 рублей. Он позвонил И. и сказал, что у него денег нет, имущества нет, предложил забрать исполнительный лист. И. забрала исполнительный лист. Договоренности, что она забирает исполнительный лист, а он не претендует на квартиру в 35 мкр. и о согласии переоформить квартиру на ФИО3 №2, не было. Иначе бы он не согласился.

И. деньги ему возвратила. Он считает себя обманутым. Ущерб на 1000000 рублей является значительным.

Квартиру в 35 мкр. покупал на деньги отца, документально получение денег не оформлялось. При оформлении квартиры участвовал, оформили на супругу, т.к. они находились в браке и в любом случае квартира поделилась бы пополам. Было 600000 рублей, 100000 рублей взяли в кредит. С продавцом ФИО5 расплачивался сам. Деньги для оплаты кредита давал ФИО3 №2. Квартиру в 34 мкр. купили, т.к. дети подрастали.

Коммунальные платежи за квартиру в 35 мкр. не платил, т.к. там не проживал. За проживание за свою долю деньги не брал. В суд за взысканием денег за свою долю не обращался. У И. спрашивал, что с квартирой. Та ответила, что все нормально. Сделку дарения в суде тоже не оспаривал. Он спрашивал по поводу денег, ему отказали.

В агентство недвижимости «Вердикт» ходили он, И., ФИО3 №2 и ФИО3 №4 по поводу квартиры в 34 мкр. Когда это было, точно не помнит. На улице возле агентства они ругались. Причину не помнит, возможно из-за денег. О том, что он не вернет деньги не говорил. И. не говорила, что квартиру в 35 мкр. переоформит на мать.

По совету юриста он обратился в прокуратуру для решения вопроса в уголовном порядке. Юрист не говорил о возможности решить вопрос в порядке гражданского судопроизводства.

По мнению суда показания Потерпевший №1 доказательством вины ФИО1 в совершении предъявленного ей преступления не являются, поскольку, подтверждают только приобретение квартир, их раздел, реализацию квартиры в 34 мкр. с уклонением от выплаты денег, причитающихся за долю ФИО1, обращение за регистрацией квартиры в 35 мкр., и отказ от этого в последующем с заключением устного соглашения об отказе претендовать на эту квартиру с целью обращения квартиры в последующем в собственность детей и отзыв ФИО1 исполнительного листа.

ФИО3 ФИО3 №2 в судебном заседании показала, что подсудимая является ее дочерью, а потерпевшим признан ее бывший зять. В 2005 году она за 500000 рублей продала свою двухкомнатную <адрес> сестре. На работе получила премию в размере 100000 рублей. 100000 рублей были получены в кредит, оформленный на зятя. На эти деньги купила четырехкомнатную <адрес>. Квартиру оформила на дочь, т.к. болела, диагноз был плохой. Дочь была замужем и имела от первого брака одну дочь. 3 года они жили вместе. Младшая дочь проживала на Севере. С дочерью ФИО1 она договорилась, что квартира будет разделена между сестрами после ее смерти. Потом зять решил жить отдельно, они сняли квартиру по ул.Фрунзе. Вроде бы в 2009 году они оформили ипотеку, купили <адрес> и стали жить там. Она ежемесячно давала 10000 рублей. Кредит в размере 100000 рублей, оформленный на зятя, она платила сама, в квитанциях плательщиком значится она. Т.к. у дочери было трое детей, та не работала, а она сама работала в трех местах. До развода И. подал на раздел имущества. Обе квартиры в суде поделили. Вроде бы в 2010 году зять продал квартиру в 34 мкр., деньги от продажи не отдал. По этому поводу ходили в службу судебных приставов. Зять сказал ФИО1, чтобы она переписала квартиру на мать. После получения исполнительного листа дочь сообщила, что И. позволил переоформить квартиру на мать, с условием, что ФИО1 заберет исполнительный лист. Когда они ходили в агентство «Вердикт», ФИО3 №5 была свидетелем того, что зять сказал, что не отдаст деньги и, чтобы квартира была переписана на мать. Не отдал он и долг ее сестре в размере 100000 рублей. Потом зять с дочерью договорились, что квартиру в 35 мкр. переоформят на нее, зять на нее претендовать не будет и деньги за квартиру в 34 мкр. не отдаст. Письменно договоренность не оформляли, были ли свидетели договора, не знает. В 2014 году дочь подарила квартиру ей, в свою собственность квартиру она оформила в 2015 году. Она приняла квартиру в дар, т.к. это была ее квартира. В 2018 году продала квартиру за 3050000 рублей, из которых на руки получила 3000000 рублей. О продаже подавала объявление в газету «Что, где, почем?», на сайте «Авито» в течение года-полутора. По объявлениям звонили риэлторы. В квартире жила одна. Квартиру решила продать, т.к. пенсии не хватало на оплату. Зять на содержание не давал. После продажи квартиры деньги никому не давала, потратила на лечение внуков.

Данные показания свидетеля ФИО3 №2 вину ФИО1 не подтверждают, напротив свидетель указывает на договоренность между ФИО1 и Потерпевший №1 об отзыве исполнительного листа и переоформлении квартиры в 35 мкр. на саму ФИО3 №2.

ФИО3 ФИО3 №3 в судебном заседании показал, что из регистрационного дела следует, что 10 февраля 2005 года ФИО1 купила квартиру в 35 мкр. у ФИО5. Договор дарения квартиры ФИО3 №2 от 22 декабря 2014 года был зарегистрирован 21 января 2015 года. Было представлено свидетельство о расторжении брака по решению суда от 24 января 2011 года. Прошло 3 года, поэтому согласие супруга на сделку не требовалось. Для себя они определяли сроком исковой давности. Договор дарения можно было оспорить в течение 1 года. В настоящее время проверка вообще не проводится. О решении суда о разделе имущества известно не было, записей в ЕГРН не было. Какого-либо срока обращения за исполнением решения суда о разделе имущества не имеется. В последующем имеется еще сделка, совершенная ФИО3 №2, продавшей квартиру Г., зарегистрированная 28 апреля 2018 года.

По решению от 15 марта 2011 года И. обращался 19 июля 2012 года за регистрацией права на квартиру в 35 мкр. 14 августа 2012 года регистрация была приостановлена, о приостановлении И. был уведомлен. Решение не содержало о прекращении права ФИО1 на долю Потерпевший №1 7 декабря 2012 года в регистрации сделки было отказано. Потерпевший №1 должен был обратиться в суд за разъяснением или дополнительным решением. Отказ в регистрации И. не обжаловал. Также могла прийти его супруга и написать заявление о прекращении права собственности на долю.

О приостановлении выносится решение, заявителю направляется уведомление. И. уведомление направлялось заказным письмом. Сведений о получении нет. Под роспись уведомление не выдавалось, значит он не приходил. Заявление от 10 августа 2012 года на приостановление регистрационных действий И. написал. Наверное уведомление он получил. Решение об отказе в регистрации направлено заказным письмом. Сведения о получении отсутствуют. И. были представлены 2 копии решения. 10 августа 2012 года он забрал документы. Обращения фиксируются в одном реестре. В бумажном варианте каждое дело оформляется отдельно. При правовой экспертизе проверяются документы по состоянию на момент регистрации сделки и запись о праве.

ФИО3 ФИО3 №3 подтверждает только факт обращения Потерпевший №1 за регистрацией права собственности по решению суда и отсутствие каких-либо действий по реализации своего права после отказа в совершении регистрационных действий. А также данный свидетель указывает на отсутствие необходимости получения разрешения бывшего супруга на совершение сделки по истечении трехлетнего срока с момента расторжения брака. Однако его показания свидетельством наличия вины ФИО1 не являются.

ФИО3 ФИО3 №4 в судебном заседании показала, что подсудимая И. является ее племянницей, ФИО3 №2- сестрой, у них близкие отношения, все обсуждают. Покупка квартиры и все остальное происходило при ее участии. Ее супруг купил у ФИО3 №2 двухкомнатную квартиру. Затем ФИО3 №2 добавила деньги и купила четырехкомнатную квартиру. Купля-продажа двухкомнатной квартиры была оформлена позже, чем покупка четырехкомнатной, т.к. она была на лечении. У И. денег на покупку четырехкомнатной квартиры не было, он был молодой, работал водителем, а его родители сами строили дом. Потом И. купили квартиру в 34 мкр., у нее для этого занимали 100000 рублей. Родители Потерпевший №1 говорили, что делить четырехкомнатную квартиру не будут, но суд разделил квартиру. В агентство «Вердикт» ходили она, ФИО3 №2, ФИО1 и Потерпевший №1 Они выясняли, почему деньги от продажи квартиры в 34 мкр. были переданы только Потерпевший №1 Т.к. они ругались, их выгнали. На улице И. сказал, что деньги не отдаст и, чтобы квартиру переписывала на мать. И. долг в размере 100000 рублей сразу не вернул.

ФИО3 ФИО3 №4 также подтвердила, что Потерпевший №1 дал согласие на переоформление квартиры в 35 мкр. на ФИО3 №2, а также указала на отказ Потерпевший №1 отдать деньги от продажи квартиры в 34 мкр. пропорционально доле подсудимой. Каких-либо сведений, подтверждающих виновность ФИО1, не указала.

ФИО3 ФИО3 №5 в судебном заседании показала, что квартиру в 35 мкр. купила ФИО3 №2, продав свою двухкомнатную квартиру. Она говорила, что Потерпевший №1 ничего против нее не сделает, его родители не дадут, они порядочные. Когда был суд о разделе имущества ФИО3 №2 на работе копировала документы. Она была уверена, что И. не будет претендовать на квартиру. Однажды она возвращалась из банка в свой офис, увидела ФИО3 №4 и ФИО3 №2. ФИО3 №4 попросила задержаться. Потерпевший №1 и ФИО1 ругались по поводу денег и квартиры. А. говорил, что деньги не отдаст, говорил, чтобы ФИО1 переписывала квартиру на мать, спрашивал почему не хочет этого сделать. Вроде, ФИО1 отвечала, что тоже имеет долю в квартире. Ей рассказали, что А. продал квартиру и не хочет отдавать деньги. Незадолго до подачи И. заявления, она видела А. в гостях. Подруга сказала, что И. женат на ее племяннице, что он оставил квартиру супруге и теще.

ФИО3 ФИО3 №5 также дала показания о том, что сам И. предлагал подсудимой переоформить квартиру на свою мать и отказывался вернуть деньги за проданную квартиру.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон были оглашены показания не явившегося свидетеля ФИО3 №1 (т.1, л.д.39-42), который в ходе предварительного следствия показал, что 26 апреля 2018 года купил <адрес> у ФИО3 №2 за 3050000 рублей. При оформлении купли-продажи квартиры каких-либо вопросов по факту единоличной правоспособности ФИО3 №2 на продаваемую квартиру не было. Она была собственником на основании договора дарения. О том, что ФИО3 №2 и И. являлись родственниками он знал. О решении от 15 марта 2011 года о разделе квартиры, не знал.

Указанный свидетель дал показания об обстоятельствах приобретения квартиры, оформления договора купли-продажи и отсутствия у соответствующих учреждений каких-либо вопросов, касающихся правомерности владения квартирой ФИО3 №2, то есть его показания на виновность ФИО1 не указывают.

Таким образом, суд считает, что показания свидетелей виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.165 ч.2 п. «б» УК РФ, каким-либо образом не подтверждают. Их показания позволяют только сделать вывод о том, что <адрес> была подарена ФИО1 своей матери после достижения с Потерпевший №1 договоренности. Также их показания и показания самого Потерпевший №1, признанного по делу потерпевшим, указывают на то, что Потерпевший №1 после 2012 года каких-либо мер к реализации своего права, установленного решением Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, в течение длительного времени не предпринимал, бремя коммунальных и иных платежей, установленных законодательством Российской Федерации, в том числе налоговых, не нес. Данное обстоятельство также подтверждает факт состоявшейся договоренности, на которую указывают ФИО1 и свидетели.

В своем заявлении (т.1, л.д.6) Потерпевший №1 просил привлечь к уголовной ответственности ФИО1 по ст.159 УК РФ, которая путем мошенничества похитила его ? доли <адрес><адрес> РБ.

Заявление доказательством виновности ФИО1 не является, поскольку оно выражает только мнение Потерпевший №1 относительно продажи квартиры ФИО3 №1, Г. И.А.

В ходе выемки (т.1, л.д.56-59) в отделе по г.Октябрьский Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ было изъято регистрационное дело по объекту недвижимости, расположенного по адресу: <адрес> кадастровый №, которое в последующем было осмотрено в ходе осмотра документов (т.1, л.д.60-63).

Протокол выемки и протокол осмотра документов доказательством вины ФИО1 не являются, поскольку только свидетельствуют об изъятии регистрационного дела для его осмотра, его осмотре с перечислением содержащихся в деле документов.

Постановлением (т.1, л.д.64) в качестве вещественных доказательств были признаны регистрационное дело по объекту недвижимости, расположенного по адресу: <адрес> кадастровый №, решение Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, определение Октябрьского городского суда РБ от 25 декабря 2012 года.

Постановление доказательством вины ФИО1 не является, поскольку такой порядок определен ст.81 УПК РФ для процессуального оформления документов, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Справкой о заключении рыночной стоимости № 2438 (т.1, л.д.89-96) установлена рыночная стоимость <адрес> 22 декабря 2014 года в размере 2898000 рублей.

Отчетом об оценке рыночной стоимости № 14/2019 (т.3, л.д.11-69) установлена рыночная стоимость <адрес> на 22 декабря 2014 года в размере 2414000 рублей, на 26 апреля 2018 года- 2195000 рублей.

Заключением эксперта № 21-Э-2019 (т.3, л.д.98-123) установлена рыночная стоимость <адрес> на 22 декабря 2014 года в размере 2870000 рублей.

Справка, отчет и заключение эксперта не могут являться доказательствами вины ФИО1, поскольку они отражают только стоимость квартиры как на момент дарения 22 декабря 2014 года, так и на момент ее продажи Г. 26 апреля 2018 года.

Протоколы очных ставок между потерпевшим Потерпевший №1 и подозреваемой ФИО1 (т.1, л.д.117-125), потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелем ФИО3 №5 (т.2, л.д.1-5), потерпевшим Потерпевший №1 и свидетелем ФИО3 №4 (т.2, л.д.6-10), потерпевшим Потерпевший №1 и ФИО3 №2 (т.2, л.д.11-15) доказательством вины Потерпевший №1 служить не могут, поскольку они содержат только изложение показаний каждого из участников уголовного судопроизводства, анализ которым был дан выше. Проведенными очными ставками существенные противоречия в показаниях ранее допрошенных лиц фактически не устранены. То есть вышеназванные следственные действия не достигли цели, указанной в ст.192 УПК РФ.

Объектом, инкриминируемого ФИО1 деяния, является посягательство на имущество в целом- сумму охраняемых законом имущественных прав и интересов участников гражданского оборота.

Объективная сторона преступления выражена в действии, последствии, причинной связи между ними и альтернативных способах совершения преступления (обман или злоупотребление доверием).

Это преступление по способу сходно с мошенничеством, присвоением и растратой и отличается от них отсутствием отдельных признаков составов этих преступлений. К примеру, ст.165 УК РФ применяется при отсутствии предмета хищения, а также в ситуации, когда ущерб причиняется не в виде утраты имущества, а в виде неполученных доходов (упущенной выгоды).

Признаки деяния в законе не конкретизированы, это может быть любое действие или бездействие, ставшее причиной имущественного ущерба. Имущественный ущерб может выразиться в любых убытках, включая упущенную выгоду (неполученные доходы).

Обман понимается так же, как и при мошенничестве. В отличие от мошенничества ущерб при этом не связан с утратой имущества и переходом его к преступнику.

В соответствие с п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 51 от 27 декабря 2007 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от мошенничества следует отличать причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения (статья 165 УК РФ). В последнем случае отсутствуют в своей совокупности или отдельно такие обязательные признаки мошенничества, как противоправное, совершенное с корыстной целью безвозмездное окончательное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или пользу других лиц. При решении вопроса о том, имеется ли в действиях лица состав преступления, ответственность за которое предусмотрена статьей 165 УК РФ, суду необходимо установить, причинен ли собственнику или иному владельцу имущества реальный материальный ущерб либо ущерб в виде упущенной выгоды, т.е. неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено путем обмана или злоупотребления доверием.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной только в виде прямого умысла, когда виновный осознает общественную опасность своего деяния, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления.

Таким образом, по смыслу закона имущественный ущерб причиняется вследствие непередачи виновным, удержания у себя имущества (в том числе неуплаты денежных средств), которое в соответствии с законом, иным правовым актом, договором должно поступить потерпевшему.

Судебным следствием не установлено, что ФИО1 была обязана передать имущество- долю в квартире Потерпевший №1 либо, что она удерживает у себя его имущество, право на которое было признано решением суда.

В соответствии со ст.14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной только в виде прямого умысла, когда виновный осознает общественную опасность своего деяния, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления.

Суд считает, что у ФИО1 на момент оформления сделки дарения квартиры в 35 мкр. своей матери ФИО3 №2 22 декабря 2014 года, с учетом достигнутой с Потерпевший №1 договоренности, и вследствие этого отсутствия с его стороны реальных активных действий, направленных на реализацию решения суда от 15 марта 2011 года, а также с учетом отказа Потерпевший №1 от несения бремени коммунальных и иных платежей, установленных законодательством Российской Федерации, в том числе налоговых, в объеме соразмерном своей доле, отсутствовали основания осознавать общественную опасность своих действий, предвидеть возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий, тем самым отсутствовали и основания желать их наступления. Поэтому умысел ФИО1 на совершение инкриминируемого ей деяния не установлен.

Кроме того, следует отметить, что право Потерпевший №1 по вопросам доли в квартире может быть восстановлено путем оспаривания сделок либо взыскания стоимости своей доли в денежном эквиваленте в порядке гражданского судопроизводства. Следовательно, спор между Потерпевший №1 и ФИО1 носит гражданско-правовой характер и не может быть объектом уголовно-наказуемого деяния.

Фактически органы следствия вмешались в гражданско-правовой спор между супругами, не выяснив все детали их взаимоотношений и договоренностей по имуществу.

Исходя из изложенных обстоятельств, суд не усматривает в действиях ФИО1 умышленного причинения имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана при отсутствии признаков хищения, совершенного в особо крупном размере и за отсутствием состава преступления, предусмотренного ст.165 ч.2 п. «б» УК РФ на основании ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ она подлежит оправданию.

Гражданский иск Потерпевший №1 о взыскании с ФИО1 материального ущерба с учетом уточнения в судебном заседании в размере 1435000 рублей следует оставить без рассмотрения, поскольку он может быть разрешен только в порядке гражданского судопроизводства. В связи с этим гражданскому истцу разъясняется его право на предъявление гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.305, 306, 309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1 признать невиновной в совершении преступления, предусмотренного ст.165 ч.2 п. «б» УК РФ на основании ст.24 ч.1 п.2 УПК РФ, и за отсутствием в ее действиях состава преступления оправдать.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении И. отменить.

Разъяснить ФИО1 право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием в порядке главы 18 УПК РФ.

Исковое заявление Потерпевший №1 к ФИО1 о взыскании материального ущерба в размере 1435000 рублей оставить без рассмотрения.

По вступлении приговора законную силу вещественные доказательства- регистрационное дело по объекту недвижимости, расположенного по адресу: <адрес> кадастровый №, хранящееся в отделе по г.Октябрьский Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ, хранить там же, решение Октябрьского городского суда РБ от 15 марта 2011 года, определение Октябрьского городского суда РБ от 25 декабря 2012 года, хранящиеся в уголовном деле, хранить в уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в Верховный суд РБ в течение 10 суток с момента его оглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Зарипов В.А.

Документ набран на компьютере 6 февраля 2020 года.