Решение № 2-595/2024 от 6 июня 2024 г. по делу № 2-595/2024

Дело № 2-595/2024

13RS0019-01-2024-000027-75


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО2 07 июня 2024 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Кожевниковой Ю.А.,

при секретаре Бажиной Е.В.,

с участием истца ФИО3,

представителя истца ФИО4, действующего на основании доверенности от дд.мм.гггг,

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о возмещении материального ущерба,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении материального ущерба.

Исковое заявление мотивировано тем, что 09.04.2023 г. в результате хулиганских действий ответчика истцу был причинен материальный ущерб. А именно, ответчик разгромил принадлежащую истцу пасеку, состоящую из 60 ульев, расположенную по адресу: Удмуртская Республика, <***>, передвинул и разрушил все улья, тем самым уничтожил 30 пчелосемей, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела.

Рыночная стоимость одной пчелосемьи составляет 5000 руб., соответственно, истцу причинен материальный ущерб в размере 150000 руб., что подтверждается справкой Администрации МО «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики».

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика причиненный материальный ущерб в размере 150000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 4200 руб.

В судебном заседании истец ФИО3 на исковых требованиях настаивал, суду пояснил, что 09.04.2023 г. утром ему позвонил сосед С. из д. <***> и сообщил, что на его участке перевернуты ульи. После этого он приехал по адресу: д. <***>, где обнаружил, что его пасека разгромлена: ульи перевернуты, сломаны, рамки вывалились, пчелы погибли. Со слов Ф. ему стало известно, что между ФИО5 и его племянником произошел словестный конфликт, после чего в ночь с 08 на 09 апреля 2023 г. Санников разгромил его ульи. Сосед С. заверил его, что ущерб ему будет возмещен. Всего у него в хозяйстве было 60 пчелосемей, осталось после происшествия живых 30 пчелосемей, другие – погибли от холода, т.к. температура окружающей среды составляла -90.

Представитель истца ФИО4 поддержал исковые требования, суду пояснил, что вина ответчика в причинении ущерба истцу доказана материалами дела, подтверждается показаниями свидетеля ФИО7. По причине конфликта между ответчиком и племянником истца, ФИО5 повредил имущество истца, в результате чего погибли пчелы и истцу причинен материальный ущерб.

Ответчик ФИО5 исковые требования не признал, суду пояснил, что 08.04.2023 г. его пригласил в д. <***> Ф.Д.В. отметить рождение дочери, он приехал в деревню на своей машине с Ш. около 14 часов, затем около 16 часов он помылся в бане и в 17-18 часов зашел в дом, где находился вместе с Ш.А.А., Ф.Д.В., Ф.С., имен других присутствующих – не помнит. После этого из дома не выходил, уехал из деревни днем 09.04.2023 г. За время пребывания в д. <***> конфликтов у него ни с кем не было. Племянник у истца приходил к ним, с кем-то ругался, но он участия в этом конфликте не принимал. С племянником истца он не знаком. Примерно через неделю Ф. позвонил ему и сообщил, что написал в полиции о том, что Санников сломал ульи. Полагает, что Ф. не разобрался в ситуации и ошибочно сообщил, что Санников сломал ульи на участке истца.

В письменном отзыве на исковое заявление ответчик также указал о том, что истец не доказал сам факт причинения ущерба и его размер. Единственным и обязательным доказательством того, что у истца была пасека, и сколько там было пчелосемей, является ветеринарно-санитарный паспорт пасеки. Такого паспорта истец в подтверждение причиненного ущерба не представил. Кроме того, стоимость пчелосемей зависит от породы пчел, а в данном случае этого не установлено. Осмотр места происшествия не проводился, факт гибели пчелосемей, количество погибших пчелосемей не зафиксированы. Погибшие пчелы с места происшествия не изымались, не известно, по какой причине и когда они погибли, исключить их гибель от инфекции или неправильного зимнего хранения нельзя. В своём объяснении от 09.04.2023 г. ФИО3 собственноручно написал, что ущерб отсутствует. В последующем истец сообщил сотруднику полиции, что у него погибло 5 пчелосемей, что следует из запроса начальника полиции. Выписка из похозяйственной книги датирована 2020 годом, поэтому были ли пчелы по состоянию на апрель 2023 г. никто сказать не может. В выписке из похозяйственной книги от 17.04.2023 г. указано 70 пчелосемей, в выписке от января 2024 г. – 70 пчелосемей, следовательно, ни одна пчелосемья не погибла и ущерба у истца нет. Сколько реально было ульев с пчелами на 09.04.2023 г. и сколько погибло установить не возможно. Доказательств противоправного поведения ФИО5 в материалах дела не имеется. Истец его в д. <***> не видел, ФИО7 отрицает факт повреждения ульев ФИО5. Рапорт участкового уполномоченного об опросе ФИО5 по телефону надлежащим доказательством не является. Сам ответчик факт повреждения ульев отрицает. Таким образом, доказательств противоправных действий ответчика и причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением ущерба в материалах дела не имеется, поэтому обязанность по возмещению ущерба истцу у ответчика отсутствует.

Заслушав явившихся участников процесса, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В ночь с 08 на 09 апреля 2023 года по адресу: Удмуртская Республика, <***>, в личном подсобном хозяйстве ФИО3 в результате повреждения ульев погибло 30 пчелосемей.

Согласно справке главы муниципального образования «Муниципальный округ Можгинский район Удмуртской Республики» от 28.04.2023 г., по состоянию на 26.04.2023 г. рыночная стоимость одной пчелосемьи составляет 5000 руб.

Полагая, что указанный вред причинен в результате действий ответчика ФИО5, о чем указано в постановлении старшего участкового уполномоченного полиции межмуниципального отдела МВД России «Можгинский» В.А.А. от 19.04.2023 г., истец обратился в суд с рассматриваемым иском.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), в соответствии с которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст.1064 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или является лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ущерб истцу был причинен в результате действий ответчика.

Свидетель С.Н.Ф. суду пояснил, что в апреле 2023 года он проезжал мимо пасеки ФИО3 и увидел, что улья валялись на земле перевернутые. Он подумал, что это мог быть медведь и сообщил о происшествии ФИО3. Через некоторое время приехал ФИО3, вызвал сотрудников полиции. Как выяснилось позднее, кто-то из гостей Ф.Д. разгромил пасеку. Ф. подошел к ФИО3 и сказал, что «это мои» сделали, они договорились решить вопрос по мирному. Сколько было повреждено ульев, сказать не может. Кто конкретно это сделал, ему не известно, очевидцем не являлся.

Свидетель Ф.Д.В. суду пояснил, что в апреле 2023 г. в дневное время отмечал с друзьями (ФИО23) праздник. Под вечер к ним пришел племянник истца в нетрезвом состоянии, вел себя он не очень хорошо, поэтому они его попросили уехать. Племянник уехал на мотоцикле. На следующий день он возвращался с ночевки в другом доме, увидел, что у ФИО1 на участке сломаны улья. Ш. сказал: «это, похоже, Ваня всю пасеку сломал», поэтому он подумал, что это сделал ФИО5. В связи с этим, он с ФИО6 подошел к ФИО1 и сообщил, что это сделал Санников. Последний уехал утром и перед отъездом они не общались. Дней через 5-6 он разговаривал с ФИО5, тот сказал, что он ничего не ломал, ульи не трогал. В полиции в объяснении Ф.Д.В. указал на ФИО5, как на причинителя вреда, т.к. в тот момент полагал, что это он сломал ульи.

Свидетель Ш.А.А. суду пояснил, что в апреле 2023 г. отдыхал с друзьями, мылся в бане, к ним подъезжал племянник у соседа. С ним они пообщались, потом племянник ушел, а он ушел ночевать к соседу Виктору. Утром вернулся, увидел, что ульи на участке истца разрушены, предположил, что это сделал его пьяный племянник по имени «Иван». Он сказал Ф.Д.В., что, возможно, это сделал Иван. А Ф. подумал, что это сделал С.И.Г.. Домой он уехал с С.И.Г. около 7-8 часов утра. Кто разрушил ульи на участке истца, ему не известно.

Свидетель П.И.Б. суду пояснил, что истец ФИО3 приходится ему дядей. В апреле 2023 г. его знакомый ФИО7 отмечал рождение ребенка неподалеку от пасеки дяди. Он решил поздравить Дениса, но с его друзьями произошла словесная перепалка и он уехал. На следующий день со слов ФИО3 узнал, что пасека разрушена, друзья Дениса признались и пообещали возместить ущерб. Он сам повреждения ульев не видел и на месте происшествия не был.

Свидетель В.А.А. (старший участковый уполномоченный полиции ММО МВД России «Можгинский») суду пояснил, что ему в производство был передан материал проверки по факту обращения ФИО1. Подозреваемым в причинении ущерба был ФИО5, которому он позвонил по телефону и тот ему сообщил, что, затаив обиду, перевернул ульи, не зная о наличии там пчелосемей. С.И.Г. пообещал возместить ущерб в полном объеме. В связи с загруженностью на работе, объяснение с ФИО5 он не отобрал, составил рапорт о телефонном разговоре. На место происшествия 02 августа 2023 г. он не выезжал, протокол осмотра места происшествия составил со слов ФИО3 и по представленным фотографиям.

Свидетель М.М.Н. (оперуполномоченный полиции ММО МВД России «Можгинский») суду пояснил, что в апреле 2023 г. в дежурную часть поступило сообщение о повреждении имущества ФИО3. Совместно с участковым уполномоченным Ч. он выехал на место происшествия, где во дворе одного из домов они увидели перевернутые ульи. Соседи сообщили, что у одного из мужчин были гости из Татарстана. Присутствующие на месте мужчины договорились между собой об урегулировании инцидента, поэтому осмотр места происшествия не проводился, были отобраны лишь объяснения от присутствующих на месте лиц.

Анализируя изложенные показания свидетелей, суд приходит к выводу, что никто из допрошенных лиц факт разрушения ульев ответчиком не видел, очевидцем каких-либо с его стороны противоправных действий не являлся. При таких обстоятельствах, оснований для возложения на ответчика ответственности за причиненный истцу ущерб в результате гибели пчел не имеется.

Постановление старшего участкового уполномоченного полиции от 19.04.2023 г. об отказе в возбуждении уголовного дела, содержащее вывод о наличии вины в действиях ФИО5, не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего гражданского дела в силу положений ст. 61 ГПК РФ.

Выводы постановления основаны на беседе участкового уполномоченного В.А.А. с ФИО5 по телефону, а также объяснениях Ф.Д.В.

При этом Ф.Д.А., как указано выше, факт причастности ответчика к причинению имущественного ущерба истцу в судебном заседании не подтвердил, а свои ранее данные показания объяснил тем, что он неправильно понял ситуацию.

Изложение участковым уполномоченным В.А.А. в рапорте содержания телефонного разговора с ФИО5 не является доказательством подтверждения вины, т.к. объяснения ФИО5 получены не в рамках процессуального законодательства.

Осмотр места происшествия в порядке ст. 176 УПК РФ сотрудниками полиции, выезжавшими на место происшествия, не проводился. Как пояснил ст. участковый уполномоченный В.А.А., протокол осмотра места происшествия был составлен со слов ФИО3 02 августа 2023 г. (за пределами срока проверки сообщения о преступлении), к протоколу приложены фотографии, представленные истцом, сам он на место происшествия не выезжал.

Таким образом, обстоятельства, причины, сам факт гибели пчел, вина ответчика достоверно не установлены, что исключает установление всей совокупности условий возникновения на стороне ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения ущерба. В связи с чем, исковые требования ФИО3 к ФИО5 о возмещении материального ущерба не подлежат удовлетворению.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, судебные расходы на оплату госпошлины в силу ст. 98 ГПК РФ не подлежат взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 (СНИЛС №***) к ФИО5 (паспорт гражданина РФ №*** выдан дд.мм.гггг Отделом УФМС России по <***> в <***>) о возмещении материального ущерба, расходов по уплате государственной пошлины – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 17.06.2024 г.

Председательствующий судья- . Кожевникова Ю.А.

.