Решение № 3А-14/2018 от 16 сентября 2018 г. по делу № 3А-14/2018

адм. д. № 3а-14/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 сентября 2018 года г. Ростов-на-Дону

Северо-Кавказский окружной военный суд в составе:

председательствующего - судьи Зари А.И.,

при секретаре судебного заседания Удовиченко Н.Б.,

с участием административного истца, ее представителя ФИО1, административного ответчика - подполковника ФИО2, представителя начальника, аттестационной комиссии Пограничного управления ФСБ России по <адрес> (далее – Пограничное управление) и должностного лица Пограничного управления, организовавшего проведение служебного разбирательства – ФИО3, а также заинтересованного лица – начальника смены ОПК «<адрес>» КПП <адрес>» старшего лейтенанта ФИО4, рассмотрев в закрытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению прапорщика ФИО5 об оспаривании действий начальника, должностных лиц и аттестационной комиссии Пограничного управления, связанных с порядком привлечения истца к дисциплинарной ответственности и проведением ее аттестации,

установил:

ФИО5 через своего представителя обратилась в суд с административным исковым заявлением, в котором с учетом уточнения просила признать незаконным:

- порядок проведения служебного разбирательства по факту совершения ею деяния 29 октября 2017 года;

- составленный в отношении нее протокол о грубом дисциплинарном проступке от 7 декабря 2017 года;

- приказ начальника Пограничного управления от 11 декабря 2017 года № 752 о применении к ней дисциплинарного взыскания в виде «строгого выговора» и обязать это должностное лицо отменить его;

- вынесенное в отношении нее решение аттестационной комиссии Пограничного управления от 23 апреля 2018 года, утвержденное начальником Пограничного управления 28 апреля 2018 года.

В судебном заседании ФИО5 отказалась от признания незаконными:

- порядка проведения служебного разбирательства по факту совершения ею деяния 29 октября 2017 года;

- протокола о грубом дисциплинарном проступке от 7 декабря 2017 года.

Определением суда от 17 сентября 2018 года производство по делу в части названных требований прекращено.

По поводу заявленных требований ФИО5 пояснила, что 29 октября 2017 года она входила в состав пограничного наряда. Перед заступлением в наряд старший смены пограничных нарядов капитан И.С. выяснял у лиц, заступающих в наряд, в том числе и у нее, состояние здоровья и наличие препятствий к несению службы. При этом она не сообщила о том, что у нее сильно болит голова, поскольку надеялась снять болевой синдром, употребив имеющиеся у нее медикаменты. Перед заступлением на пост «Часовой у трапа судна» она приняла таблетки, но головная боль не прекратилась. В 10 часов она заступила в наряд, о чем доложила дежурному смены пограничных нарядов по радиостанции. В связи с тем, что состояние ее здоровья не улучшалось, а только ухудшалось, она зашла в смотровую кабину, села на стул, положила на стол руки и склонила на них голову. При этом она продолжила ведение наблюдения за прилегающей территорией и судном. Об ухудшении состояния здоровья старшему смены пограничных нарядов она не докладывала, хотя такая возможность имелась. Около 10 часов 30 минут на пост прибыл старший лейтенант Сокович, который застал ее в таком положении. На его замечание о том, что она спала на посту, она ему возразила и сообщила, что на посту не спала, а лишь склонила голову на руки в связи с недомоганием. После этого по вызову Соковича на пост прибыл начальник смены пограничных нарядов И.С., который снял ее с наряда и препроводил в подразделение. Прибывшие медработники установили у нее повышенное артериальное давление. В связи с этим ее доставили в приемное отделение поликлиники, где она отказалась от госпитализации по личным мотивам.

В ходе служебного разбирательства по данному факту ей были разъяснены права лица, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, от нее неоднократно были отобраны объяснения. 7 декабря 2017 года ей вручена копия протокола о грубом дисциплинарном проступке. 15 февраля 2018 года она ознакомлена с аттестационным листом, составленным в отношении нее.

23 апреля 2018 года она принимала участие в заседании аттестационной комиссии. Ее ходатайство от 22 апреля 2018 года об отложении заседания аттестационной комиссии в связи с необходимостью представления дополнительных документов было необоснованно оставлено без удовлетворения. Поэтому она не смогла представить членам аттестационной комиссии документы, ее характеризующие, которые находились в ее личном деле.

Представитель истца поддержал требования ФИО5 и обратил внимание на следующие нарушения, допущенные, по его мнению, командованием и аттестационной комиссией при привлечении истца к дисциплинарной ответственности и даче заключения об увольнении ее с военной службы в связи с невыполнением условий контракта:

-при проведении служебного разбирательства по факту совершения ФИО5 деяния 29 октября 2017 года и при аттестации командование не разъяснило ей право воспользоваться услугами представителя;

-проведение служебного разбирательства было необоснованно продлено до 10 декабря 2017 года;

-должностное лицо, проводившее служебное разбирательство, не уведомило ФИО5 об ознакомлении с материалами служебного разбирательства и приказом о привлечении к дисциплинарной ответственности совместно с представителем;

-приказ о привлечении ФИО5 к дисциплинарной ответственности и аттестационный лист был необоснованно засекречен, что воспрепятствовало получению истцом копии данных документов;

-перед аттестацией с ФИО5 не была проведена индивидуальная беседа;

-указанные в аттестационном листе недостатки несения ФИО5 службы в пограничном наряде не подтверждены документально;

-ФИО5 не предоставили возможность представить в аттестационную комиссию дополнительные характеризующие ее материалы;

-с выводами аттестационного листа согласился начальник КПП «<адрес>» подполковник Д.В., о чем в аттестационном листе содержится его подпись от 16 января 2018 года, хотя с 8 января по апрель 2018 года он числился в командировке в г. <адрес>;

-ФИО5 неоднократно привлекалась на заседание аттестационной комиссии, но заседание состоялось только 23 апреля 2018 года;

-командование имеет предвзятое отношение к ФИО5;

-подполковник ФИО2 не имел полномочий на проведение служебного разбирательства в отношении ФИО5;

-старший лейтенант Сокович не имел правомочий проверять порядок несения службы ФИО5 в пограничном наряде, в том числе с применением средств видеофиксации. К тому же он прибыл на пост в гражданской одежде и на личном автомобиле;

-капитан А.В. не имел полномочий на ознакомление ФИО5 с правами лица, привлекаемого к дисциплинарной ответственности.

-вредных последствий от действий ФИО5 не наступило.

Административный ответчик - старший офицер отдела пограничного контроля Пограничного управления подполковник ФИО2 пояснил, что по распоряжению начальника отдела полковника Д.Ю., который отвечал за организацию служебного разбирательства, он непосредственно проводил разбирательство по факту нарушения ФИО5 29 октября 2017 года порядка несения службы в пограничном наряде. В ходе разбирательства ФИО5 неоднократно находилась на больничном, что вызвало необходимость продлить сроки служебного разбирательства с целью полного и объективного его проведения. В ходе разбирательства ФИО5 разъяснялись ее права, как лица, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, от нее и от иных очевидцев были отобраны объяснения. По результатам разбирательства была установлена вина ФИО5 в нарушении правил несения пограничной службы, что выразилось в том, что она, вопреки требованиям п. 13.7 Инструкции об организации и применении средств и методов пограничного контроля при осуществлении пропуска лиц, транспортных средств, грузов, товаров и животных через границу Российской Федерации, утвержденной приказом ФСБ России от 2010 года № 493/дсп (далее – Инструкция), не осуществляла наблюдение за поведением членов экипажа судна заграничного следования. При этом на судне находился гражданин иностранного государства, которому был запрещен сход на берег, то есть было запрещено пересечение границы Российской Федерации.

Также ФИО2 пояснил, что по результатам служебного разбирательства в отношении ФИО5 он составил протокол о грубом дисциплинарном проступке от 7 декабря 2017 года. Этот протокол с решением начальника Пограничного управления о необходимости привлечения истца к дисциплинарной ответственности в тот же день был вручен ФИО5.

Представитель административных ответчиков ФИО3 просил отказать в удовлетворении требований ФИО5, поскольку ею были нарушены правила несения пограничной службы, что нашло свое подтверждение в ходе проведенного служебного разбирательства, основанного на объяснениях лица, непосредственно обнаружившего допущенное нарушение, иных должностных лиц и самой ФИО5. То обстоятельство, что у ФИО5 было обнаружено <данные изъяты> не может оправдывать ее противоправные действия, так как о плохом самочувствии она не доложила начальнику смены пограничных нарядов перед заступлением в наряд, а также непосредственно с места несения службы.

Порядок аттестации ФИО5 нарушен не был. 15 февраля 2018 года, то есть более чем за два месяца до заседания аттестационной комиссии, она была ознакомлена с аттестационным листом, участвовала в заседании аттестационной комиссии, имела возможность представить материалы и документы, ее характеризующие, которые у нее находились. Оснований для предоставления ей всех материалов, находящихся в ее личном деле, для их передачи в аттестационную комиссию не имелось, так как члены аттестационной комиссии имели возможность их изучить. Однако этого не потребовалось ввиду очевидности допущенного истцом нарушения порядка несения службы. Возможности участия в заседании аттестационной комиссии представителя истца порядок проведения аттестации не предусматривает. Заседание аттестационной комиссии назначалось несколько раз в декабре 2017 года и в феврале 2018 года. При этом они были отложены в связи с заболеванием ФИО5. В этот период истец имела возможность предоставить командованию свои возражения относительно предстоящей аттестации.

Заинтересованное лицо – Сокович пояснил, что 29 октября 2017 года по распоряжению начальника ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>» капитана А.В. он осуществил внеплановую проверку порядка несения службы пограничного наряда «Часовой у трапа судна». С этой целью около 10 часов 30 минут он на личном транспорте прибыл к месту швартовки <данные изъяты> под иранским флагом. Для проезда на личном транспорте ему был выдан специальный пропуск. Подходя к месту несения службы пограничного наряда, он обратил внимание на то, что в смотровой кабине находится лицо из состава пограничного наряда, которое сидит на стуле с опущенной на руки головой, что исключало непрерывное наблюдение за судном, трапом и прилегающей территорией. Данным лицом оказалась прапорщик ФИО5. На его появление она никак не отреагировала, пока он не попытался открыть дверь в смотровую кабину. После этого ФИО5 встала и на его замечание по порядку несения службы сообщила, что у нее сильно болит голова, в связи с чем она приняла названную позу. Установив данные обстоятельства, он по телефону вызвал на пост начальника смены пограничных нарядов И.С., а сам поднялся на судно с целью выяснить нахождение на нем лица, которому был запрещен сход на берег. В дальнейшем результаты внезапной проверки он доложил начальнику ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>» капитану А.В и зафиксировал их в Книге пограничной деятельности.

Свидетель И.С. показал, что 29 октября 2017 года он являлся старшим смены пограничного наряда ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>». Перед заступлением в наряд он построил личный состав наряда, в который входила ФИО5, и провел инструктаж по порядку несения службы. Также он опросил личный состав наряда на предмет наличия заболеваний или ухудшения состояния здоровья, что может воспрепятствовать несению службы. На предложение выйти из строя лицам, у которых такие заболевания имеются, никто не вышел. В 10 часов ФИО5 заступила в пограничный наряд «Часовой у трапа судна», о чем доложила по радиосвязи дежурному. Около 10 часов 30 минут по средствам связи от проверяющего порядок несения службы Соковича ему поступила информация о том, что ФИО5 спала на посту. После этого он прибыл на пост, снял ФИО5 с наряда и препроводил в подразделение. Прибывшие медработники установили у ФИО5 <данные изъяты>, после чего она была доставлена в поликлинику, но от госпитализации отказалась по личным мотивам.

Также свидетель пояснил, что при заступлении в наряд «Часовой у трапа судна» ФИО5 была выдана радиостанция в рабочем состоянии. При ухудшении состояния здоровья, препятствующем несению службы, она обязана была сообщить об этом начальнику смены пограничного наряда. В противном случае создавалась угроза проникновения на территорию Российской Федерации лица, находящегося на судне, которому было отказано в пересечении государственной границы. Однако ФИО5 не сообщила об ухудшении состояния своего здоровья, а намеренно нарушила порядок несения службы, склонив голову на руки, чем на определенное время прекратила непосредственное наблюдение за судном и прилегающей территорией, что запрещено.

По порядку аттестации истца И.С. показал, что он лично по распоряжению командования составил аттестационный лист в отношении ФИО5. Выводы, содержащиеся в составленном им аттестационном листе, основаны на анализе служебной деятельности ФИО5. С аттестационным листом согласился начальник КПП «<данные изъяты>» подполковник Д.В., который поставил в нем свою подпись накануне отъезда в командировку в начале январе 2018 года.

Выслушав стороны, а также исследовав имеющиеся в деле и дополнительно представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации и приказами командиров (начальников).

В июле 2017 года ФИО5 заключила новый контракт о прохождении военной службы, в котором взяла на себя обязательство в период прохождения военной службы по контракту добросовестно исполнять все общие должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании вышеизложенного суд находит установленным, что 29 октября 2017 года ФИО5 с 10 часов заступила в пограничный наряд «Часовой у трапа судна». Около 10 часов 30 минут старший лейтенант Сокович, уполномоченный вышестоящим командованием на проведение проверки порядка несения службы в пограничном наряде, прибыл к месту несения службы ФИО5. При этом он обнаружил, что она не ведет непрерывного наблюдения за пришвартованным судном иностранного государства и прилегающей территорией, а находится в смотровой кабине с опущенной на руки головой и на его появление не реагирует. О случившемся он доложил начальнику смены пограничных нарядов и оставил запись в Книге пограничной деятельности ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>».

По письменному распоряжению начальника Пограничного управления было организованно служебное разбирательство по названному факту, что подтверждается рапортом врио начальника КПП «<данные изъяты>» от 30 октября 2017 года, которым он доложил о случившемся руководству Пограничного управления.

Непосредственное служебное разбирательство по поручению вышестоящего командования (начальника отдела полковника Д.Ю.) проводил подполковник ФИО2, что он подтвердил в судебном заседании.

В ходе служебного разбирательства на основании объяснений должностных лиц, явившихся непосредственными очевидцами содеянного истцом, а также объяснений самой ФИО5 установлено, что утром 29 октября 2017 года перед заступлением в пограничный наряд ФИО5 скрыла свое плохое самочувствие, хотя данные обстоятельства выяснялись начальником смены пограничного наряда. В период службы о своем плохом самочувствии по имеющимся средствам связи она не доложила. В период проверки Соковичем соблюдения правил несения пограничной службы она не осуществляла наблюдение за судном, трапом и прилегающей территорией. При этом на судне находился гражданин иностранного государства, которому был запрещен сход на берег, то есть было запрещено пересечение границы Российской Федерации.

Обстоятельства проведения служебного разбирательства подтверждаются имеющимися в материалах дела объяснениями начальника ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>» А.В., начальника смены пограничных нарядов ФИО6, начальника смены ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>» Соковича и объяснениями ФИО5, данными ею 29 октября 2017 года и в ноябре 2017 года.

ФИО5 была ознакомлена с правами лица, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, что усматривается из составленного начальником ОПК «<данные изъяты>» КПП «<данные изъяты>» А.В. листа ознакомления, подписанного ею. При этом мнение представителя истца об отсутствии полномочий у А.В. на совершение названных действий является ошибочным, так он являлся непосредственным начальником ФИО5.

Ошибочным является и мнение представителя истца о необходимости участия представителя при привлечении ФИО5 к дисциплинарной ответственности за совершение грубого дисциплинарного проступка, поскольку это не предусмотрено законодательством, регламентирующим порядок привлечения военнослужащих к такому виду ответственности.

Указание в п. 2 ст. 28.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих» о привлечении к участию в производстве по материалам о грубом дисциплинарном проступке в качестве защитника адвоката касается только тех проступков, за которые может быть применен дисциплинарный арест. Поэтому это положение отношение к настоящему делу не имеет.

Необоснованным является и довод представителя истца об отсутствии оснований для продления срока служебного разбирательства, так как данные действия командования были обусловлены нахождением ФИО5 на больничном с 31 октября по 22 ноября 2017 года, что подтверждается рапортом полковника Д.Ю. от 27 ноября 2017 года. Обстоятельства нахождения на больничном в указанный период подтвердила и ФИО5.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что при проведении служебного разбирательства по факту содеянного ФИО5 не было допущено нарушений требований ст. 28.6 и 28.8 Федерального закона «О статусе военнослужащих», регламентирующих порядок служебного разбирательства.

Оснований для признания недопустимыми собранных в ходе служебного разбирательства доказательств не имеется, поскольку они содержат сведения, подтвержденные в судебном заседании лицами, участвующими в деле, а также свидетельскими показаниями и непосредственно истцом. При этом данные доказательства собраны полномочным лицом, содержат необходимые реквизиты и подписи.

По результатам служебного разбирательства в отношении ФИО5 составлен протокол от 7 декабря 2017 года о грубом дисциплинарном проступке, выразившемся в нарушении правил несения пограничной службы. В тот же день копия данного протокола вручена ФИО5, что она подтвердила в судебном заседании.

Согласно п. 13.7 Инструкции часовой у трапа судна предназначен для контроля за соблюдением правил схода на берег членов экипажа судна заграничного плавания и их возвращения на судно, а также для допуска на суда лиц, которым разрешено посещение иностранных судов. Часовой у трапа обязан, в том числе фиксировать время схода на берег и возвращение членов экипажа на судно, задерживать лиц, пытающихся проникнуть на судно или сойти с него без документов на право пересечения границы, осуществлять в установленном порядке допуск на судно бригад докеров – механизаторов, портовых рабочих и других лиц, которым разрешено посещение иностранных судов.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что служебным разбирательством правильно установлено нарушение ФИО5 требований Инструкции, поскольку то положение, в котором ее застал проверяющий порядок несения службы в пограничном наряде, исключало надлежащее исполнение ею вышеназванных обязанностей «Часового у трапа судна».

Что же касается заявления ФИО5 о том, что она осуществляла наблюдение за судном, трапом и прилегающей территорией положив голову на руки, то суд его отвергает как надуманное и не соответствующее действительности, поскольку истец не заметила прибывшего с проверкой Соковича до того, как он стал открывать дверь смотровой кабины, в которой она находилась.

Не может оправдывать допущенное ФИО5 нарушение и то, что после снятия с наряда у нее было обнаружено <данные изъяты>, так как в нарушение требований ст. 19 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации она обязана была доложить командованию обо всех случаях, которые могут повлиять на исполнение ею должностных обязанностей, но не сделала этого, несмотря на то, что во время построения перед заступлением в пограничный наряд на это было обращено внимание лицом, инструктирующим пограничный наряд.

Более того, не доложила ФИО5 об ухудшении состояния своего здоровья и во время несения службы, хотя имела такую возможность, поскольку ей была выдана исправная радиостанция для связи с дежурным подразделением, что ею не оспаривается.

Указанные действия ФИО5 противоречат требованиям ст. 356 названного Устава, в соответствии с которыми военнослужащий не должен скрывать своего заболевания. При заболевании он обязан немедленно доложить об этом непосредственному начальнику и с его разрешения обратиться за медицинской помощью.

Необоснованным является и довод представителя истца о том, что проверяющий порядок несения пограничной службы в наряде Сокович был одет в гражданскую форму и прибыл на пост на личном автомобиле, так как для проезда ему был выдан специальный пропуск, а для выполнения поручения командования по внезапной проверке порядка несения службы лицами пограничного наряда не требовалось прибытия на пост в военной форме одежды.

По результатам служебного разбирательства начальник Пограничного управления, вопреки мнению истца и его представителя, на законных основаниях издал приказ от 11 декабря 2017 года № 752 о применении к ФИО5 дисциплинарного взыскания в виде строго выговора.

В соответствии с п. 1, подп. «е» пп. 2, 3 ст. 26 Положения о порядке прохождения военной службы в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования, проводится аттестация. Одной из основных задач аттестации военнослужащих является, в частности, оценка причин, которые могут служить основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы.

Порядок организации и проведения аттестации определяется руководителем соответствующего федерального органа исполнительной власти или федерального государственного органа, в котором проводится аттестация.

Таковой Порядок изложен в Инструкции, утвержденной приказом ФСБ России от 2008 года № 3/дсп.

В отношении ФИО5 данный Порядок существенно нарушен не был. Так, в отношении истца был составлен аттестационный лист, с которым она ознакомлена 15 февраля 2018 года, то есть более чем за два месяца до заседания аттестационной комиссии 23 апреля 2018 года. ФИО5 была уведомлена о месте и времени заседания аттестационной комиссии, непосредственно принимала участие в заседании этой комиссии, где имела возможность донести свою позицию до членов аттестационной комиссии.

Сама аттестационная комиссия осуществляла свою деятельность на основании приказа начальника Пограничного управления от 11 декабря 2017 года № 346/ДСП. Состав аттестационной комиссии, изложенный в названном приказе, соответствует составу комиссии, указанному в выписке из протокола заседания аттестационной комиссии от 23 апреля 2018 года.

На заседании аттестационной комиссии детально изучена служебная деятельность ФИО5. При этом, учитывая наличие у нее двух неснятых дисциплинарных взысканий (приказы от 31.07. и 11.12.2017 г.), одно из которых применено за совершение грубого дисциплинарного проступка, аттестационная комиссия пришла к обоснованному выводу о невыполнении ФИО5 условий контракта и необходимости ее досрочного увольнения с военной службы, Обэтом дано заключение от 23 апреля 2018 года, утвержденное врио начальника Пограничного управления 28 апреля того же года.

То обстоятельство, что командованием не была проведена индивидуальная беседа с ФИО5 перед ее аттестацией, что предусмотрено пп. «б» п. 11 Инструкции от 2008 года № 3/дсп, не может свидетельствовать о необходимости признания названного заключения незаконным в целом, так как истец заблаговременно была уведомлена о предстоящей аттестации, проведение которой откладывалось в связи с ее заболеванием, имела возможность высказать свои возражения относительно предстоящей аттестации.

Необоснованным является и довод истца и ее представителя о том, что ФИО5 не предоставлено право воспользоваться услугами представителя при ее аттестации, так вышеназванными нормоположениями, регламентирующими порядок аттестации военнослужащего, такая возможность не установлена.

Отсутствовали основания и для отложения заседания аттестационной комиссии, о чем просила ФИО5 22 апреля 2018 года, поскольку надобности в выдаче ей всех материалов ее личного дела для их представления в аттестационную комиссию не имелось, так как члены аттестационной комиссии могли при необходимости ознакомиться с личным делом, находящимся в соответствующей службе Пограничного управления.

Что же касается содержащейся в аттестационном листе подписи начальника КПП «<данные изъяты>» подполковника Д.В., то в судебном заседании на основании показаний свидетеля И.С. установлено, что свою подпись Д.В. поставил в начале января 2018 года до убытия в командировку. Поэтому постановка под его подписью даты 16 января 2018 года не препятствовала рассмотрению данного аттестационного листа на заседании аттестационной комиссии.

Согласно п. 2.18.4 приказа ФСБ России от 2015 года № 0120 «Об утверждении Перечня сведений, подлежащих засекречиванию в органах федеральной службы безопасности», подлежат засекречиванию сведения, раскрывающие принадлежность военнослужащего, в частности, к пограничным органам. Поэтому оспоренному приказу и аттестационному листу, в которых содержатся сведения в отношении ФИО5 как военнослужащей Пограничного управления обоснованно присвоен гриф «секретно».

Для привлечения ФИО5 к дисциплинарной ответственности за нарушение правил несения пограничной службы наступление вредных последствий не требовалось. Достаточно было установления факта нарушения названных Правил, что имело место в отношении истца. В случае же если нарушение указанных Правил повлекло вредные последствия, то в отношении военнослужащего может наступать иной вид ответственности, предусмотренный ст. 341 УК РФ.

В судебном заседании имеющиеся в деле и дополнительно представленные доказательства непосредственно исследуются судом и оцениваются в порядке, предусмотренном ст. 84 КАС РФ. При этом оснований для признания доказательств недопустимыми, в том числе представленных истцом и его представителем, подтверждающих обоснованность изданного в отношении ФИО5 приказа о привлечении ее к дисциплинарной ответственности и данного аттестационной комиссией заключения, не установлено.

Не установлено в судебном заседании и предвзятого отношения к ФИО5 со стороны командования, а мнение представителя истца об обратном не основано на имеющихся в деле материалах.

Таким образом, в удовлетворении административного иска ФИО5 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации через Северо-Кавказский окружной военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.И. Заря