Решение № 2-601/2026 2-601/2026~М-45/2026 М-45/2026 от 22 марта 2026 г. по делу № 2-601/2026

Дело № 2-601/2026

УИД 16RS0013-01-2026-000076-09


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 марта 2026 года пос.ж.д.ст.Высокая Гора

Высокогорский районный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Сабировой Л.К.,

с участием заявителя ФИО1,

при секретаре Азаматовой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО1 об отмене исполнительной надписи нотариуса ФИО2,

установил:

ФИО1 обратился в суд с заявлением об отмене исполнительной надписи, совершенной нотариусом ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированной в реестре под номером У0004998235, о взыскании с него в пользу публичного акционерного общества «Т-Банк» задолженности по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ №.

В обоснование заявления указано, что о существовании исполнительной надписи заявитель узнал только ДД.ММ.ГГГГ из сообщения банка о блокировке банковской карты, а на следующий день – от судебного пристава-исполнителя. До этого момента никаких уведомлений о задолженности, о предстоящем обращении банка к нотариусу либо о совершенной нотариальной надписи он не получал. По мнению заявителя, банк и нотариус формально направляли корреспонденцию по адресу его регистрации: <адрес>, однако данный адрес представляет собой недостроенный жилой дом, в котором никто не проживает и который не приспособлен для получения почтовой корреспонденции. Фактически заявитель со своей семьей проживает в городе Казани по <адрес>, на основании договора аренды жилого помещения.

На основании изложенного заявитель просит восстановить срок на подачу заявления об отмене исполнительной надписи нотариуса. Отменить исполнительную надпись нотариуса ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную в реестре за номером У0004998235, о взыскании с него в пользу ПАО «Т-Банк» задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании заявитель поддержал заявленные требования.

Нотариус ФИО2 в судебное заседание не явился, направил копии материалов, на основании которых была совершена исполнительная надпись.

Представитель ПАО «Т-Банк» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, возражений на заявление не представил.

Исследовав представленные доказательства, оценив их в совокупности в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заявление об отмене исполнительной надписи нотариуса может быть подано в суд в течение десяти дней со дня, когда заявителю стало известно о совершенной надписи.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между публичным акционерным обществом «Т-Банк» и ФИО1 заключен кредитный договор №, в соответствии с которым банк предоставил заемщику денежные средства в размере 2 000 000 рублей на срок 60 месяцев с условием уплаты процентов за пользование кредитом в размере 36,90 процентов годовых. При заключении договора заемщик указал адрес регистрации: <адрес>, а также контактные данные: номер телефона <***> и адрес электронной почты.

В связи с образованием задолженности по указанному кредитному договору банк обратился к нотариусу ФИО2 с заявлением о совершении исполнительной надписи. ДД.ММ.ГГГГ нотариусом совершена исполнительная надпись, зарегистрированная в реестре под номером У0004998235, о взыскании с ФИО1 в пользу ПАО «Т-Банк» задолженности по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в размере 2 518 571 рубль 45 копеек, из которых 2 000 000 рублей составляют основной долг, 518 571 рубль 45 копеек – проценты за пользование кредитом.

В судебном заседании установлено, что по адресу регистрации заявителя – <адрес> – расположен недостроенный жилой дом, что подтверждено представленными заявителем фотографиями. Данный объект не приспособлен для проживания и, как следствие, для получения почтовой корреспонденции. Фактически заявитель на момент совершения исполнительной надписи и на момент рассмотрения дела проживает по адресу: <адрес>, на основании договора аренды жилого помещения, который представлен в материалы дела.

Извещение нотариуса о совершенной исполнительной надписи в силу требований статьи 90 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате направлялось по адресу регистрации заявителя и не было им получено. Доказательств направления нотариусом извещения по иному адресу либо с использованием иных средств связи материалы дела не содержат.

О наличии исполнительной надписи заявитель узнал ДД.ММ.ГГГГ из смссообщения банка о блокировке банковской карты, а ДД.ММ.ГГГГ – от судебного пристава-исполнителя, что не оспаривается заинтересованными лицами.

Согласно штемпелю на почтовом конверте, заявление об отмене исполнительной надписи было направлено ФИО1 в Высокогорский районный суд Республики Татарстан ДД.ММ.ГГГГ. Учитывая, что десятидневный срок, установленный частью 1 статьи 310 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исчисляемый с ДД.ММ.ГГГГ (момента, когда заявителю стало известно о совершенной надписи), истекал ДД.ММ.ГГГГ, а 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10 и ДД.ММ.ГГГГ являлись нерабочими праздничными днями в соответствии со статьей 112 Трудового кодекса Российской Федерации, последним днем срока являлось ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку ДД.ММ.ГГГГ выпадало на воскресенье (нерабочий день), в силу части 2 статьи 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации днем окончания срока считается следующий за ним рабочий день – ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, заявление подано в установленный законом срок.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что установленный законом десятидневный срок на подачу заявления заявителем не пропущен.

В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом, и никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Исполнительная надпись нотариуса представляет собой внесудебную процедуру взыскания задолженности, которая допускается только при условии бесспорности требований кредитора и при строгом соблюдении установленной законом процедуры уведомления должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, при рассмотрении заявления об отмене исполнительной надписи суд не входит в проверку правильности расчета задолженности по существу, но обязан проверить соблюдение нотариусом условий совершения исполнительной надписи, включая наличие у кредитора документов, подтверждающих бесспорность требований, а также соблюдение порядка уведомления должника.

Таким образом, предметом судебного контроля по настоящему делу является не обоснованность размера взыскиваемой суммы, а законность самой процедуры совершения исполнительной надписи, в том числе надлежащее уведомление должника о наличии задолженности до обращения кредитора к нотариусу.

Статья 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате устанавливает в качестве обязательного условия для совершения исполнительной надписи представление кредитором документов, подтверждающих направление должнику уведомления о наличии задолженности не менее чем за четырнадцать дней до обращения к нотариусу. Данное требование направлено на обеспечение права должника на добровольное исполнение обязательства и на возможность заявления возражений до применения внесудебной процедуры взыскания.

Из материалов дела следует, что банком в адрес заявителя направлялось требование о погашении задолженности – заключительный счет от ДД.ММ.ГГГГ. Данное требование направлялось по адресу регистрации заявителя: <адрес>. Согласно сведениям об отслеживании почтового отправления с идентификатором 14571213445351, письмо не было вручено адресату и возвращено отправителю в связи с истечением срока хранения.

Таким образом, на момент обращения к нотариусу ДД.ММ.ГГГГ банк располагал достоверной информацией о том, что направленное им требование должником не получено. В данном случае банк не мог добросовестно полагать, что обязанность по уведомлению должника исполнена надлежащим образом, поскольку получение обратной связи в виде возврата почтового отправления свидетельствует о недостижении цели уведомления.

Суд учитывает, что при заключении кредитного договора заявитель указал не только адрес регистрации, но и актуальные контактные данные: номер телефона и адрес электронной почты. Банк является высокотехнологичной кредитной организацией, осуществляющей взаимодействие с клиентами в том числе посредством мобильного приложения, смсуведомлений и электронной почты. Несмотря на это, банк не предпринял каких-либо дополнительных мер для реального уведомления заявителя о наличии задолженности и о намерении обратиться к нотариусу. Доказательств направления заявителю уведомлений по указанному им номеру телефона или адресу электронной почты материалы дела не содержат.

Кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №, представленный в материалы дела, не содержит условия, возлагающего на заемщика обязанность в определенный срок уведомлять банк об изменении фактического места жительства или адреса регистрации.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Поскольку стороны не включили в договор условие об обязанности заемщика уведомлять банк о смене адреса, отсутствуют правовые основания для возложения на заявителя рисков, связанных с направлением корреспонденции по адресу регистрации.

При отсутствии договорной обязанности по уведомлению об изменении адреса риск неполучения корреспонденции не может быть в полном объеме переложен на заемщика. Напротив, кредитор, являясь профессиональным участником рынка, должен проявлять разумную осмотрительность и при наличии сведений о том, что корреспонденция не доходит до адресата (возврат почтовых отправлений), предпринимать иные доступные меры для установления связи с должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Поведение банка в настоящем деле, по мнению суда, не соответствует критерию добросовестности, поскольку банк, располагая сведениями о том, что направленное им требование не получено должником (ввиду возврата почтового отправления), не предпринял никаких действий для реального уведомления заявителя, хотя имел для этого все возможности. Более того, банк использовал технические средства связи для информирования заявителя о блокировке карты уже после совершения исполнительной надписи, что подтверждает наличие у банка рабочего канала связи, который не был использован для выполнения обязательной досудебной процедуры уведомления.

Такой формальный подход к уведомлению должника, когда кредитор ограничивается отправкой письма по адресу, заведомо непригодному для получения корреспонденции (о чем свидетельствуют представленные заявителем фотографии недостроенного дома), и при этом не использует иные доступные средства связи, лишает должника права на своевременное получение информации о задолженности и на возможность заявить возражения до применения внесудебной процедуры взыскания.

Правовая позиция о недопустимости формального подхода к уведомлению должника при совершении исполнительной надписи неоднократно выражалась Верховным Судом Российской Федерации. В частности, в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ20-3 указано, что направление уведомления по адресу, по которому должник не проживает и не может получить корреспонденцию, при отсутствии доказательств принятия кредитором иных мер для установления связи с должником, не может свидетельствовать о надлежащем выполнении требований закона.

Поскольку банком не было обеспечено надлежащее уведомление заявителя о наличии задолженности за четырнадцать дней до обращения к нотариусу, требование банка не может быть признано бесспорным в том смысле, который придается этому понятию в статье 91.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате. Бесспорность требований предполагает не только отсутствие спора о праве, но и возможность должника своевременно узнать о предъявляемых к нему требованиях и, при наличии оснований, представить свои возражения.

Необеспечение банком реальной возможности для заявителя получить информацию о задолженности и о предстоящем обращении к нотариусу привело к тому, что исполнительная надпись была совершена в отсутствие у должника возможности реализовать свои права, предусмотренные законом. Указанное нарушение является существенным и влечет отмену исполнительной надписи независимо от того, имелась ли у заявителя фактическая задолженность перед банком и в каком размере.

Заявитель в обоснование своей позиции ссылался на то, что не согласен с суммой задолженности, в том числе с размером начисленных процентов. Суд, рассматривая настоящее дело в рамках главы 37 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в проверку правильности расчета задолженности по существу, поскольку предметом спора является законность совершения нотариального действия, а не обоснованность материально-правовых требований банка.

Вместе с тем суд полагает необходимым отметить, что отмена исполнительной надписи не освобождает заявителя от обязательств по кредитному договору и не лишает банк права на судебную защиту. Вопрос о наличии и размере задолженности, о законности начисления процентов подлежит разрешению в рамках искового производства, если банк обратится в суд с соответствующим иском.

На основании изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что при совершении исполнительной надписи нотариусом ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № У0004998235 был нарушен установленный законом порядок уведомления должника, поскольку банк не обеспечил надлежащее и своевременное информирование ФИО1 о наличии задолженности и о намерении обратиться к нотариусу, а нотариус, в свою очередь, не проверил достаточность доказательств, подтверждающих факт такого уведомления.

Допущенные нарушения являются существенными, поскольку они лишили заявителя права на получение информации о предъявляемых к нему требованиях, на представление возражений до совершения исполнительной надписи и, как следствие, на судебную защиту в рамках внесудебной процедуры взыскания.

При таких обстоятельствах исполнительная надпись подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Заявление ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконной и отменить исполнительную надпись нотариуса ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную в реестре за номером У0004998235, о взыскании с ФИО1 в пользу публичного акционерного общества «Т-Банк» задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 2518 571 рубль 45 копеек.

Настоящее решение является основанием для прекращения взыскания по указанной исполнительной надписи, а также для отмены мер принудительного исполнения, принятых судебным приставом-исполнителем в рамках возбужденного исполнительного производства.

Разъяснить публичному акционерному обществу «Т-Банк», что отмена исполнительной надписи не лишает банк права обратиться в суд с исковыми требованиями к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору в порядке искового производства.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Высокогорский районный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Л.К. Сабирова

Мотивированное решение изготовлено 23 марта 2026 года.