Апелляционное определение № 22-341/2026 от 16 марта 2026 г.

Судья Левшина А.В. Дело № 22-341/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Иваново 17 марта 2026 года

Судебная коллегия Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи Мутовкиной О.В.,

судей Мадаминовой Ю.Б., Денисовой С.В.,

при секретаре судебного заседания Даниловской С.С.,

с участием:

осужденного ФИО1 посредством видео-конференц-связи,

защитника-адвоката Солодова Д.О.,

прокурора Фомичевой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката Солодова Д.О. в интересах осужденного ФИО1, апелляционное представление старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Иваново Худынцева Е.А. на приговор Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 декабря 2025 года, постановленный в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Мадаминовой Ю.Б., проверив материалы дела и доводы апелляционных жалобы и представления, выслушав участников процесса,

УСТАНОВИЛА:

приговором Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 декабря 2025 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, не судимый, осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к лишению свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Обстоятельства совершенного преступления подробно изложены в обжалуемом приговоре.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Солодов Д.О. просит изменить приговор, переквалифицировав действия ФИО1 на ч. 2 ст. 228 УК РФ и назначить ему наказание с применением ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ, приводя следующие доводы:

- материалами оперативно-розыскной деятельности указано лишь на перемещение ФИО1 наркотических средств, что не подтверждает факт приобретения им наркотических средств с целью последующего сбыта. Иных оперативно-розыскных мероприятий, указывающих на причастность ФИО1 к незаконному сбыту наркотиков, проведено не было, в ходе следствия и в суде дополнительных материалов не представлялось;

- показания свидетелей Свидетель №9 и Свидетель №7 не могут служить доказательствами о причастности осужденного к незаконному сбыту наркотических средств, так как они участвовали в ходе личного досмотра и подтверждают лишь сам факт изъятия наркотических средств, который стороной защиты не обжалуется;

- сторона обвинения ссылаясь на показания свидетеля Свидетель №8 о поступлении ему информации о сбыте наркотических средств не выяснила источник получения данной информации, не исследовала какие-либо сведения и документы по данному поводу, не произвела совместный с Свидетель №8 осмотр мобильного телефона, не провела компьютерную судебную экспертизу и повторно не осмотрела дополнительную информацию с Свидетель №8;

- в приговоре не содержится никаких доказательств, позволяющих сделать вывод о распределении ролей между участниками группы лиц по предварительному сговору;

- обращает внимание на то, что ФИО1 дал подробные показания по существу имеющихся операций с картой Свидетель №5 (т. 2 л.д. 32-34). В тоже время сторона обвинения ничего не подтвердила, а только лишь констатировала факт наличия указанных финансовых операций, и сослалась на то, что сторона защиты не представила опровержений;

- причастность ФИО20, о котором содержаться сведения в обоих мобильных телефонах, сведения о движениях денежных средств и т.д. органами следствия не проверялись, последний не допрашивался;

- показания сотрудников наркоконтроля о наличии информации о том, что ФИО1 занимается незаконным оборотом наркотических средств, которые ничем иным не подтверждены, не могут служить достаточным основанием для вывода о покушении на сбыт наркотических средств и совершении осужденным аналогичного преступления ранее;

- указывает, что по смыслу закона само по себе количество обнаруженного у виновного наркотического средства при отсутствии достаточной совокупности доказательств, не может свидетельствовать об умысле на сбыт указанных средств, в связи с чем уголовный закон предусматривает уголовную ответственность, в том числе за незаконное приобретение, хранение наркотических средств в крупном размере, без цели сбыта.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора Октябрьского района г. Иваново Худынцев Е.А. просит изменить приговор уточнить вводную часть приговора в соответствии с п. 5 ст. 304 УПК РФ. Суд в вводной части приговора указал, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, что не соответствует постановлению о привлечении его в качестве обвиняемого от 28 мая 2025 года и обвинительному заключению, в соответствии с которыми ФИО1 предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ

В поданных возражениях старший помощник прокурора Октябрьского района г. Иваново Худынцев Е.А. просит оставить апелляционную жалобу защитника-адвоката Солодова Д.О. в интересах осужденного ФИО1 без удовлетворения.

В судебном заседании адвокат Солодов Д.О. и осужденный ФИО1 апелляционную жалобу поддержали, просили ее удовлетворить, в удовлетворении апелляционного представления просили отказать.

Прокурор Фомичева Е.А. просила приговор изменить, апелляционное представление – удовлетворить, апелляционную жалобу защитника-адвоката оставить без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования закона при постановлении обвинительного приговора в отношении ФИО1 судом первой инстанции соблюдены.

По материалам уголовного дела обстоятельств, указывающих на неполноту или необъективность предварительного и судебного следствия, на избирательный подход к оценке представленных сторонами доказательств, не выявлено. Данных, свидетельствующих о чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, не установлено.

Судом уголовное дело рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ, с учетом требований ст. 252 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания следует, что суд обеспечил сторонам равные права в предоставлении и исследовании доказательств, сторона защиты не была ограничена в возможности в ходе судебного разбирательства заявлять ходатайства, допрашивать свидетелей, представлять доказательства.

При постановлении приговора судом выполнены требования ст. ст. 307, 308 УПК РФ, описания деяний, признанных судом доказанными, содержат необходимые сведения о месте, времени, способе совершения, форме вины, позволяющих судить о событиях преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, причастности к нему ФИО1, его виновности, и доводы стороны защиты относительного не установления точных обстоятельств, связанных с приобретением осужденным наркотических средств в целях последующего сбыта, о незаконности осуждения ФИО1 за совершение указанного преступления не свидетельствуют.

Доказательствам, исследованным в судебном заседании, суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а совокупность представленных доказательств обоснованно признал достаточной для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1.

Юридическая оценка действий ФИО1 судом дана правильно по ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационной сети (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Вопреки доводам апелляционной жалобы виновность ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении подтверждается показаниями свидетелей, специалиста, заключением эксперта, протоколами следственных действий, иными исследованными в суде доказательствами, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ.

Так, признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, суд первой инстанции обоснованно сослался на совокупность представленных и исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе:

- показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, которые проводили оперативно-розыскное мероприятие «Наблюдение» участка местности в 100-200 метрах от <адрес> в <адрес>, в связи с наличием у них информации об организации там курьерами-фасовщиками интернет-магазина «Базар» оптовых тайников закладок с наркотиками с использованием интернет-мессенджера «Телеграмм», в ходе которого ДД.ММ.ГГГГ задержали мужчину — ФИО1, — занимавшегося организацией тайников-закладок наркотических средств возле <адрес>. При нём обнаружили свёртки с наркотическими средствами, мобильный телефон с фотографиями участков местности с указанием географических координат и банковскую карту. Задержанного доставили в помещение охраны ООО «Трикотаж Натали», провели его личный досмотр в присутствии понятых и составили соответствующий протокол;

- показания свидетелей Свидетель №9, Свидетель №7, являющихся понятыми при проведении личного досмотра ФИО1, в ходе которого был изъят сверток обмотанный изолентой зеленого цвета с веществом внутри и сверток обмотанный изолентой желто-зеленого цвета с веществом внутри, два пакета из бесцветного полимерного материала с «зип-лок» замками, в каждом из которых находилось вещество; мобильный телефон, в котором были обнаружены фотографии участка местности с географическими координатами; банковская карта;

- показания свидетеля Свидетель №8 на стадии следствия, из которых следует, что он приехал в Иваново ДД.ММ.ГГГГ, проживал у своего знакомого ФИО1, который предоставил ему в пользование сотовый телефон со своей сим-картой; периодически ФИО1 забирал у него этот сотовый телефон, а потом возвращал; ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в очередной раз также забрал у него телефон, что-то с ним делал, а потом вернул и ушел из дома; доступа к мессенджеру «Телеграмм» у него не имелось, он был только у ФИО1; сам он является потребителем наркотиков, курил «соль» вместе с ФИО1; со слов ФИО1 ему стало известно, что осужденный сотрудничает с интернет-магазином «Базар», где приобретает наркотики, как для себя, так и с целью сбыта; указывает, что сам ходил с ФИО1 в лесные массивы рядом с поселками Бухарово и Ново-Талицы, где осужденный с телефоном в руках искал какие-то места по карте;

- показания свидетеля Свидетель №5, которая сообщила, что имела банковскую карту, открытую в Сбербанке, которую в конце декабря 2024 года переоформила и сразу передала в пользование своему другу ФИО1, поскольку его личные карты были заблокированы судебными приставами. Карта использовалась исключительно ФИО1, а сама свидетельница ею не распоряжалась. Деньги на счету принадлежали ФИО1;

- протокол личного досмотра ФИО1, из которого следует, что у него, в том числе, были изъяты: сверток, обмотанный изолентой зеленого цвета, с веществом внутри и сверток, обмотанный изолентой желто-зеленого цвета, с веществом внутри; два пакета типа «зип-лок» с веществом внутри; мобильный телефон марки «Самсунг; банковская карта «Сбербанк»;

- справка об исследовании №и от ДД.ММ.ГГГГ и заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым объекты №–3 общим весом 1,11 г содержат наркотическое средство ?-пирролидиновалерофенон (производное N-метилэфедрона); объекты №–13 общим весом 8,79 г содержат наркотическое средство 4-хлорметкатинон (клефедрон, производное эфедрона).

- протоколами осмотров сотовых телефонов, принадлежащих ФИО1, их осмотром непосредственно в судебном заседании с участием специалиста ФИО18; в ходе осмотра телефона, изъятого у ФИО1, в котором в мессенджере «Телеграм» аккаунт «<данные изъяты>», созданный осужденным участвует в группе интернет-магазина «Bazar»; имеет диалог с аккаунтом «<данные изъяты>», содержащий две пересланные ДД.ММ.ГГГГ фотографии с координатами и описаниями мест; хранит фото участков местности с координатами в разделах «Мои заметки» и «Фото»;

- другими доказательствами, подробно исследованными в ходе судебного заседания.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, которые являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. "г" ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Оснований не доверять положенным в основу обвинительного приговора показаниям указанных выше свидетелей, считать, что последние заинтересованы в исходе дела либо оговаривают ФИО1, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам жалоб, показания сотрудников полиции Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 относимы и обоснованно положены в основу приговора, оснований для признания их показаний недопустимыми доказательствами не имеется. Указанные лица проводили комплекс оперативно-розыскных мероприятий, что входило в их должностные обязанности и допрошенные в ходе предварительного следствия и в суде первой инстанции свидетели со стороны обвинения, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Данные свидетелями в ходе предварительного следствия показания также получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Показания допрошенных свидетелей, включая Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №9, Свидетель №7, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами и в своей совокупности свидетельствуют о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления. Оснований для оговора указанными лицами ФИО1 стороной защиты не приведено и судом не установлено.

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции в качестве доказательства вины ФИО1 необоснованно учтены показания свидетелей Свидетель №1, ФИО9, Свидетель №3, Свидетель №9 и Свидетель №7 в части воспроизведения ими сведений, ставших им известными с его слов при его задержании и проведении личного досмотра.

Между тем, по смыслу уголовно-процессуального закона суд не вправе допрашивать дознавателей, к числу которых относятся и сотрудники полиции, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, что является одной из важных гарантий права каждого не быть обязанным свидетельствовать против самого себя (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ) (Определение Конституционного Суда РФ от 18 июля 2017 года N 1548-О).

Кроме того, по смыслу закона понятые, участвовавшие в проведении следственных и процессуальных действий, могут быть допрошены по обстоятельствам их проведения при решении вопроса о допустимости доказательств. Показания такой категории свидетелей о сведениях, ставших им известными в ходе следственных и процессуальных действий из беседы с подозреваемым, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости исключения из приговора суда показаний свидетелей Свидетель №1, ФИО9, Свидетель №3, Свидетель №9 и Свидетель №7 в части воспроизведения ими сведений, ставших им известными со слов ФИО1 при его задержании и проведении его личного досмотра. Данное уточнение не влияет на правильность выводов суда о виновности осужденного.

Довод жалобы о том, что суду следовало отнестись критически к показаниям свидетеля Свидетель №8, которые он давал на стадии предварительного расследования, несостоятелен, поскольку указанные показания свидетеля полностью согласуются с иными доказательствами, свидетельствующими о виновности ФИО1 в содеянном и даны Свидетель №8 на стадии следствия с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Оснований для оговора данным свидетелем ФИО1 судом обоснованно не установлено, убедительные выводы тому в приговоре приведены.

Как видно из материалов уголовного дела судом были приняты исчерпывающие меры по обеспечению явки свидетеля ФИО2 в судебное заседание, его неявка в судебное заседание обусловлена заключением контракта на прохождение военной службы и отправлении для участия в специальной военной операции, его последующим самовольным оставлением воинской части и нахождением в розыске. Очевидно, что при таких обстоятельствах в судебном заседании суд принял обоснованное решение об оглашении показаний данного свидетеля, данных им в ходе предварительного расследования. Оспорить же показания свидетеля ФИО2 осужденный имел возможность на досудебной стадии уголовного судопроизводства при проведении между ними очной ставки.

С учетом полученной достаточной совокупности доказательств, позволившей суду верно установить фактические обстоятельства, а также с учетом осмотра в судебном заседании сотовых телефонов осужденного с участием специалиста, оснований для проведения компьютерно-технической экспертизы мобильных телефонов ФИО1, не имелось.

Оценка исследованным доказательствам судом первой инстанции дана в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для разрешения данного дела. В основу приговора положены доказательства, которые были непосредственно исследованы и проверены в ходе судебного разбирательства, при этом суд в приговоре привел полное обоснование своих выводов о признании данных доказательств достоверными. Каких-либо не устраненных противоречий в исследованных судом доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении, не имеется.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом, не является безусловным основанием для признания состоявшегося судебного решения незаконным и не влечет за собой его отмену или изменение.

Оснований для переквалификации действий ФИО1 на ч. 2 ст. 228 УК РФ, о чем просит сторона защиты, не имеется.

Об умысле осужденного на сбыт наркотического средства свидетельствует количество приобретенного наркотического средства, его масса, размещение в удобной для сбыта упаковке, содержащаяся в сотовом телефоне информация о местах закладки наркотических средств. Кроме того, согласно исследованного в суде первой инстанции протокола осмотра выписки о движении денежных средств из ПАО «Сбербанк» по банковской карте на имя ФИО3, но находящейся в пользовании осужденного, который не был трудоустроен, в период с 20 ноября 2024 года по 27 января 2025 года, по день задержания, ему осуществлялись множественные переводы от различных лиц, на общую сумму 270320 рублей.

Вопреки мнению защиты, по смыслу закона под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию, в том числе продажу, дарение, угощение и т.д. Ответственность лица за сбыт наркотических средств наступает независимо от отсутствия сведений по использованию весов и расфасовки этих средств.

Версия осужденного о его непричастности к совершению преступления, об отсутствии умысла на сбыт наркотических средств, была проверена судом и обоснованно отвергнута как не нашедшая подтверждения.

Полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий доказательства являются допустимыми и свидетельствовали о наличии у осужденного умысла на незаконный сбыт наркотического средства, который сформировался у него независимо от деятельности оперативных сотрудников органа внутренних дел.

Утверждения осужденного о невиновности в совершении преступления, за которое он осужден, опровергаются и фактом обнаружения в изъятом у ФИО1 мобильном телефоне географических фотоизображений участков местности, в том числе сделанные на камеру изъятого к ФИО1 телефона, а также с координатами тайников с наркотическим средством.

Какие-либо неустранимые противоречия между доказательствами, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Вопреки доводам жалобы данных о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, по делу не установлено.

Оперативно-розыскное мероприятие "Наблюдение", завершившееся пресечением преступной деятельности ФИО1, проводилось сотрудниками правоохранительных органов на законных основаниях, в соответствии с целями и задачами, предусмотренными Федеральным законом от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности". При этом, как следует из материалов уголовного дела, данное оперативно-розыскное мероприятие проводилось путем наблюдения за участком местности, расположенном в 100-200 метрах от <адрес> в <адрес>, где по имеющейся оперативной информации осуществляется сбыт наркотических средств бесконтактным способом, в ходе которого противоправные действия ФИО1 были выявлены и пресечены.

С учетом изложенного задержание и личный досмотр ФИО1 сотрудниками полиции в ходе наблюдения за участком местности были осуществлены на законных основаниях, а доводы жалобы о незаконности оперативно-розыскных мероприятий являются несостоятельными.

Вопреки мнению стороны защиты, наличие определенного промежутка времени между задержанием ФИО1 27 января 2025 года в 15 часов 45 минут и его личным досмотром в этот же день с 17 часов 53 минут до 18 часов 30 минут, само по себе не свидетельствует об оказании на него «морально-психологического» давления со стороны сотрудников полиции, каких-либо объективных данных, указывающих на оказание какого-либо давления в отношении ФИО1 со стороны сотрудников правоохранительных органов суду не представлено и в судебном заседании не установлено.

Довод осужденного о том, что он не вступал в предварительный сговор с неустановленным лицом на совершение преступления, опровергается совокупностью исследованных доказательств.

Как правильно установлено судом, согласованность действий подсудимого и неустановленных лиц, направленных на достижение единого преступного результата, обнаружение и изъятие наркотического средства, обнаруженная в телефоне подсудимого информация, связанная с незаконным оборотом наркотических средств, которая велась путем использования интернет-мессенджера, и свидетельствующая о взятых на себя обязательствах, распределение ими ролей при совершении преступления, указывают на то, что квалифицирующие признаки «группой лиц по предварительному сговору» и «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть "Интернет")» нашли свое подтверждение в ходе судебного следствия.

Утверждение стороны защиты о том, что обвинительный приговор по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст.228.1 УК РФ в отношении ФИО1 основан на предположениях и домыслах, является надуманным и опровергается содержанием состоявшегося 22 декабря 2025 года судебного решения.

Довод стороны защиты, сводящиеся к утверждениям о том, что изъятое сотрудниками полиции наркотическое средство лишь перемещалось осужденным, и не подтверждает факт приобретения им наркотических средств с целью последующего сбыта, судом первой инстанции проверялись и обоснованно отвергнут, надлежащие мотивы чему в приговоре приведены. Оснований для иной оценки указанного довода судебная коллегия не находит.

Одна лишь последовательность показаний ФИО1, отрицавшего свою причастность к незаконному сбыту указанного наркотического средства, вывод о достоверности данных показаний не обуславливает.

Учитывая изложенное в своей совокупности, отсутствие сведений об изъятии у осуждённого приспособлений для расфасовки, упаковки наркотических средств, выводы суда о совершении ФИО1 при указанных в приговоре обстоятельствах покушения на незаконный сбыт наркотических средств не опровергают.

Судом первой инстанции верно установлено, что преступление не было доведено ФИО1ым до конца по независящим от него обстоятельствам, а именно, вследствие их пресечения сотрудниками полиции и его задержания.

С учетом заключения проведенной по делу комиссионной судебной психиатрической экспертизы, адекватного поведения ФИО1 на следствии и в судебном заседании, судом первой инстанции сделан верный вывод о его вменяемости и способности подвергнутся уголовному наказанию, в соответствии со ст. 19 УК РФ и ст. 300 УПК РФ.

Вопреки доводам сторон, назначенное оспариваемым приговором ФИО1 наказание за содеянное требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ соответствует и смягчению, на чем настаивала сторона защиты, не подлежит.

Каких-либо обстоятельств, указывающих на несправедливость вынесенного в отношении осуждённого приговора, назначение ему наказания, не соответствующего тяжести совершённых преступлений, его личности, а равно сведений, свидетельствующих о чрезмерной суровости назначенного наказания, по мнению судебной коллегии, не имеется. Все представленные в распоряжение суда первой инстанции юридически значимые по делу сведения, влияющие на определение вида и размера наказания, а равно сведения, характеризующие личность ФИО1, в ходе судебного заседания исследованы и учтены при назначении ему наказания за содеянное.

Сведений о наличии по делу обстоятельств, которые в обязательном порядке признаются в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание, но которые применительно к ФИО1 не были признаны таковыми, в распоряжение судебной коллегии не представлено. Оснований для признания в качестве смягчающих наказание осуждённого иных, нежели указанных в обжалуемом приговоре, обстоятельств в соответствие с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, как не усматривает их и судебная коллегия.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному ФИО1 судом обоснованно не усмотрено.

Санкцией ч. 4 ст. 228.1 УК РФ предусмотрен единственный вид основного наказания - лишение свободы. По своему сроку назначенное ФИО1 за совершенное преступление лишение свободы чрезмерно суровым либо чрезмерно мягким не является.

Правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, а за совершение покушений на преступления, кроме того, и правила ч. 3 ст. 66 УК РФ, при назначении ФИО1 наказания судом первой инстанции учтены.

Оснований для назначения осуждённому за содеянное наказания с применением правил ст. 64 и 73 УК РФ судом обоснованно и мотивированно не усмотрено, не находит таких оснований и судебная коллегия.

Исходя из фактических обстоятельств содеянного и степени его общественной опасности, соглашаясь с соответствующим мотивированным выводом суда первой инстанции, оснований для изменения в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ категории какого-либо из совершённых осуждённым преступлений на менее тяжкую судебная коллегия не находит.

Оснований для назначения осуждённому за совершённое преступление дополнительного к лишению свободы наказания в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определенной деятельностью, штрафа суд первой инстанции не нашёл, мотивированное, со ссылкой на конкретные фактические обстоятельства, решение чему приведя в вынесенном 22 декабря 2025 года приговоре. Не находит таких оснований и судебная коллегия, отмечая, что достижение предусмотренных ч. 2 ст. 43 УК РФ целей в отношении ФИО1 возможно и в случае назначения ему только основного наказания. Приведённые в приговоре фактические обстоятельства преступлений и сведения о личности осуждённого не обуславливают необходимость назначения ему наряду с лишением свободы также и штрафа.

Наказание в виде лишения свободы осуждённому назначено отбывать в исправительной колонии строгого режима, что соответствует требованиям ст.58 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства принципы судопроизводства, в том числе и указанный в ст. 14 УПК РФ - презумпции невиновности, председательствующим судьей нарушены не были. Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства, в том числе, процессуальных прав осужденного во время рассмотрения дела судом первой инстанции, либо обвинительного уклона допущено не было.

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор подлежит изменению, и в его вводную часть должны быть внесены соответствующие представлению изменения.

Каких-либо иных нарушений требований уголовного закона и уголовно-процессуального законодательства, которые могли бы повлечь отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Октябрьского районного суда г. Иваново от 22 декабря 2025 года, постановленный в отношении ФИО1, изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания свидетелей Свидетель №1, ФИО9, Свидетель №3, Свидетель №9 и Свидетель №7 в части воспроизведения ими сведений, ставших им известными со слов ФИО1 при его задержании и проведении его личного досмотра как доказательство вины осужденного;

- уточнить вводную часть приговора указанием на то, что ФИО1 обвиняется в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В остальной части приговор - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката – без удовлетворения, апелляционное представление - удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок, со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу. В случае пропуска этого срока, кассационные жалоба и представление могут быть поданы непосредственно в суд кассационной инстанции и рассмотрены в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи