Решение № 2-3580/2023 2-3580/2023~М-2639/2023 М-2639/2023 от 27 сентября 2023 г. по делу № 2-3580/2023

Дело №2-3580/2023

УИД 59RS0004-01-2023-003712-95


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Пермь 28 сентября 2023 года

Ленинский районный суд г.Перми в составе:

под председательством судьи Гладковой О.В.,

при секретаре судебного заседания Быстровой А.Д.,

с участием представителя истца – ФИО1,

представителя ответчика Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Пермскому краю – ФИО2,

представителя третьего лица Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю – ФИО3,

представителя третьего лица прокуратуры Пермского края – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Пермь гражданское дело по иску ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

у с т а н о в и л:

истец ФИО5 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Пермскому краю о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что являлся подозреваемым по уголовному делу, возбужденному ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. В результате незаконного уголовного преследования ФИО5 был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях. Отмечает, что он (истец) испытывал негативные эмоции, незаконное уголовное преследование привело к нарушению его личных неимущественных благ, охраняемых законом и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, в том числе права на личную и семейную жизнь, а равно причинило нравственные переживания и умалило его собственные честь и достоинство. В связи с длительным уголовным преследованием, истец испытывал стресс, все это время находился в психотравмирующей ситуации, от которой не отошел до настоящего времени. Указывает, что сильно переживал за свое будущее, на которое могло повлиять наличие у него судимости, замкнулся в себе, ни с кем не хотел разговаривать. Истец ранее не привлекался к уголовной ответственности, длительное время находился в состоянии неопределенности относительно исходя уголовного преследования. Уголовное преследование впервые несомненно причинило ему нравственные страдания.

Просит суд взыскать в пользу ФИО5 с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны РФ компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО5 не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО5 – ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Пермскому краю – ФИО2 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась в полном объеме. В письменном отзыве на исковое заявление указала, что размер денежной компенсации возмещения указанным лицам морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, должен определяться, исходя из степени и характера перенесенных физических и нравственных страданий. Истцом не представлены в адрес ответчика доказательства, которые бы подтверждали заявленный размер денежной компенсации морального вреда. Предъявление требований о взыскании в пользу истца денежной компенсации морального вреда само по себе, не будучи подкрепленным достаточными фактическими данными, не может являться основанием для удовлетворения иска. По мнению Минфина России, УФК по Пермскому краю взыскание в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. с учетом обстоятельств дела явно не соответствовало бы характеру причиненного вреда, а также критериям разумности и справедливости. Очевидно, что заявленная сумма денежной компенсации морального вреда чрезвычайно завышена. Минфин России, УФК по Пермскому краю, принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства дела, считают, что сумма компенсации морального вреда, заявленная истцом, не отвечает и требованиям ст. 1101 ГК РФ критерию соразмерности. Просит в удовлетворении исковых требований ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности в размере 1 000 000 руб., отказать.

Представитель третьего лица Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю – ФИО3 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась. Указала, что обстоятельства, усугубляющие нравственные страдания, отсутствуют. Какие-либо необратимые последствия для истца вследствие привлечения к уголовной ответственности не наступили. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих причинение морального вреда в заявленном размере. Размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, является завышенным и необоснованным.

Представитель третьего лица прокуратуры Пермского края – ФИО4 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласился в части размера компенсации морального вреда. В письменном отзыве на исковое заявление указала, что определенная истцом сумма компенсации морального вреда является чрезмерно завышенной, несоразмерна причиненным ему нравственным страданиям. Истцом не представлено суду достоверных и достаточных доказательств столь значительной степени причиненных ему страданий, которым действительно соответствовала бы денежная компенсация, в требуемом от государства размере. Требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению с уменьшением суммы компенсации.

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Пермскому краю – ФИО6 в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В письменном отзыве на иск указал, что заявленная истцом сумма не отвечает требованиям соразмерности, разумности и справедливости, является чрезмерно завышенной и недоказанной. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, обозрев уголовное дело №, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 8 и положениями статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется, каждый вправе защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.

Как следует из ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам, согласно ст. 150 ГК РФ, относятся, в том числе, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – УПК РФ) (ст. ст. 133 - 139, 397, 399).

Исходя из содержания данных статей УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17).

В силу ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5, 6 ч. 1 ст. 24, п. п. 1, 4 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

В соответствии с п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ следователем Чернушинского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Пермскому краю в отношении ФИО5 по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, возбуждено уголовное дело № (угол.дело т. I л.д. 1-2).

ДД.ММ.ГГГГ действия ФИО5 переквалифицированы сотрудниками Чернушинского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Пермскому краю с <данные изъяты> УК РФ на <данные изъяты> УК РФ (угол.дело т. II л.д. 86-88).

ДД.ММ.ГГГГ следователем Чернушинского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Пермскому краю в отношении ФИО5 возбуждены уголовные дела № и № по фактам совершения двух преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ (угол.дело т. II л.д. 93-94, 98-99).

ДД.ММ.ГГГГ уголовные дела № и №, возбужденные по фактам совершения двух преступлений, предусмотренных <данные изъяты> УК РФ, соединены в одно производство с уголовным делом № (угол.дело т. II л.д. 102).

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО5 в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался, обвинение ему не предъявлялось, мера пресечения не избиралась.

ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования уголовного дела у ФИО5 произведен отбор образцов почерка для сравнительного исследования (угол.дело т. III л.д. 73-74).

ДД.ММ.ГГГГ Чернушинским районным судом Пермского края удовлетворено ходатайство следователя об осуществлении контроля и записи телефонных переговоров ФИО5 (угол.дело т. III л.д. 156).

ДД.ММ.ГГГГ Чернушинским районным судом Пермского края удовлетворено ходатайство следователя о разрешении производства обыска в жилых помещениях, принадлежащих ФИО5, по адресам: <Адрес>; <Адрес> (угол.дело т. III л.д. 169-170, 189-190).

ДД.ММ.ГГГГ в рамках расследования уголовного дела у ФИО5 произведен обыск в принадлежащих ему жилых помещениях по адресам: <Адрес>; <Адрес> (угол.дело т. III л.д. 191-194, 197-200).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу (угол.дело т. III л.д. 223-225).

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем по ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю вынесено постановление о прекращении уголовного дела № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, и уголовного преследования в отношении ФИО5, <данные изъяты>, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 1 ч. 1 ст.27 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава преступления. За ФИО5 признано право на реабилитацию (гр.дело л.д. 6-37, угол.дело т. VI л.д. 218-249).

Таким образом, по данному уголовному делу ФИО5 в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался, обвинение не предъявлялось, мера пресечения не избиралась. Уголовное преследование в отношении ФИО5 осуществлялось в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть на протяжении <данные изъяты>.

Из материалов уголовного дела также следует, что ФИО5 ранее к уголовной ответственности не привлекался.

Оценив обстоятельства дела, представленные доказательства, суд приходит к выводу, что требование истца о взыскании компенсации морального вреда с Министерства финансов РФ за счет казны РФ подлежит удовлетворению.

Причинение морального вреда лицу, незаконно обвиняемому в совершении преступления (уголовного деяния) – общеизвестный факт и дополнительному доказыванию в соответствии со ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не подлежит.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные, заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, в также требования разумности и справедливости.

Суд соглашается с доводами ФИО5 о том, что он испытывал нравственные страдания, связанные с уголовным преследованием. При этом суд учитывает, что лица, подвергшиеся незаконному привлечению к уголовному преследованию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем, факт причинения им морального вреда предполагается. Таким образом, истцу, безусловно, были причинены нравственные страдания в результате незаконного уголовного преследования.

Вместе с тем, в силу статей 55, 56, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Определяя размер компенсации морального вреда, исследовав материалы дела, суд учитывает степень нравственных страданий истца, связанных с уголовным преследованием, и, что ФИО5 ранее к уголовной ответственности не привлекался, период времени, в течение которого осуществлялось уголовное преследование – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ является длительным и составляет <данные изъяты>, в рамках расследования уголовного дела в жилых помещениях, принадлежащих ФИО5, проводился обыск, производился контроль и запись телефонных переговоров, категория преступления, в совершении которого подозревался ФИО5 <данные изъяты> относится к тяжкому и предусматривает в качестве одного из видов наказания лишение свободы на срок до шести лет.

С учетом требований разумности и справедливости, необходимости соблюдения баланса частных и публичных интересов, считает возможным взыскать в пользу истца денежную компенсацию в размере 400 000 руб. В остальной части сумма компенсации морального вреда, заявленная истцом, признается судом завышенной. Снижая размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что мера пресечения в отношении ФИО5 не избиралась, истец не был ограничен в свободе передвижения, обвинительный приговор в отношении него не выносился, необратимые последствия для истца вследствие осуществления уголовного преследования не наступили.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

В силу п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В данном случае от имени казны Российской Федерации выступает распорядитель средств федерального бюджета – Министерство финансов Российской Федерации. Управление Федерального казначейства по Пермскому краю является ненадлежащим ответчиком.

Поскольку вред причинен истцу при осуществлении полномочий органов (учреждений), финансируемых из средств федерального бюджета, взыскание должно производиться с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в порядке статей 1070, 1071 ГК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 <данные изъяты> в порядке реабилитации компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

На решение может быть принесена апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г.Перми в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Судья <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>