Решение № 2-1032/2018 2-8/2019 2-8/2019(2-1032/2018;)~М-977/2018 М-977/2018 от 14 марта 2019 г. по делу № 2-1032/2018

Дело № 2-8/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 марта 2019 г. г. Сортавала

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Кустовой Е.С.,

с участием прокурора Магомадова А.С.-М.,

при секретаре Свириной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

установил:

Иск подан по тем основаниям, что 04 мая 2018 года в период с 21 часа 45 минут до 22 часов 00 минут, в районе дома по адресу: <Адрес обезличен> со двора дома навстречу истцам выскочила собака, совершила на них нападение. Собака укусила ФИО1, повалив на дорогу. После овчарка стала кусать ФИО2, одновременно тащила через дорогу несколько метров.

ФИО1, ФИО2 обратились за медицинской помощью, фельдшер скорой помощи обработал им раны, дал таблетки, чтобы успокоиться <Данные изъяты>

05 мая 2018 года истцы обратились с заявлением к участковому уполномоченному полиции о привлечении к ответственности хозяина напавшей на них собаки. От участкового получили направление на медицинское освидетельствование. 05 мая 2018 года обратились к дежурному хирургу в г. Сортавала по рекомендации фельдшера скорой помощи, которая перевязывала раны в этот день.

07 мая 2018 года они начали лечение у хирурга в поликлинике <Данные изъяты> ФИО1 установлен диагноз: две укушенные раны <Данные изъяты>

ФИО2 установлен диагноз: кровоподтеки нижних конечностей, укушенные раны <Данные изъяты>

Все повреждения, полученные истцами, отражены в медицинской карте амбулаторного больного <Номер обезличен> ФИО1, в медицинской карте амбулаторного больного <Номер обезличен> ФИО2 Укушенные раны освидетельствованы судмедэкспертом на базе <Данные изъяты>

В период с 04 по 25 мая 2018 года ФИО1, а с 04 по 28 мая 2018 года ФИО2 в поликлинике <Данные изъяты> осуществлялась обработка укушенных ран и накладывание повязок.

29 мая 2018 года у ФИО2 на приёме у хирурга в поликлинике <Данные изъяты>» между двух укушенных собакой ран зафиксировано опухолевое образование на левом бедре: организовавшаяся гематома. Потребовалось хирургическое вмешательство: <Данные изъяты>

За период лечения укусов истцы приобретали лекарственные средства и выезжали на прием к врачу, в связи с чем понесли расходы: ФИО1 на лекарственные средства - 707 руб. 25 коп., антирабическую вакцину - 2400 руб., перевязочные материалы - 485 руб. 95 коп., выезд к врачу <Данные изъяты> на перевязки в поликлинику в <Данные изъяты> - 1500 руб. 42 коп.; ФИО2 на лекарственные средства - 1246 руб. 19 коп., на вакцину - 1600 руб., перевязочные материалы - 2021 руб. 05 коп., УЗИ мягких тканей - 500 руб., выезд к врачу <Данные изъяты> и на перевязки в поликлинику в <Данные изъяты> - 1499 руб. 69 коп.

Ссылаясь на положения ст.ст. 151, 1101, п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ ФИО4 просит взыскать с ответчика в счёт компенсации морального вреда 120000 руб., в счёт возмещения материального ущерба 5093 руб. 62 коп., расходы по оплату государственной пошлины в размере 3702 руб. ФИО2 просит взыскать с ответчика в счёт компенсации морального вреда 170000 руб., в счёт возмещения материального ущерба 6866 руб. 93 коп., расходы по оплату государственной пошлины в размере 4737 руб.

Указанные иски объединены для рассмотрения в одно производство.

Определением Сортавальского городского суда Республики Карелия от 17 октября 2018 года приняты отказы от иска ФИО1 к ФИО3 в части требования о возмещении материального ущерба в сумме 5093 руб. 62 коп., ФИО2 к ФИО3 в части требования о возмещении материального ущерба в сумме 6866 руб. 93 коп., производство по делу в указанной части требований прекращено.

ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования в части компенсации морального вреда, пояснила, что в результате произошедшего ей не только причинены физические, но и нравственные страдания<Данные изъяты>

В судебное заседание ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена, ходатайствовала о рассмотрении дела без ее участия, поддержала заявленные требования в части компенсации морального вреда.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, сообщил о невозможности явиться в судебное заседание, просил рассмотреть дело без его участия, подтверждает доводы частичного согласия с исковыми требованиями, изложенными им ранее в судебных заседаниях.

Суд, заслушав истца ФИО2, исследовав материалы дела, медицинские документы, материалы КУСП № <Номер обезличен> 04 мая 2018 года, КУСП № <Номер обезличен> от 04 мая 2018 года, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования о компенсации морального вреда заявлены обосновано, определение размера его денежной компенсации относится к исключительной компетенции суда, суд приходит к следующему выводу.

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав. В ст.ст. 20-23 Конституции РФ и ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) приведен открытый перечень охраняемых законом неимущественных благ приведен, к ним относятся жизнь и здоровье.

Положениями ст. 213 ГК РФ установлено, что в собственности граждан и юридических лиц может находиться любое имущество, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам или юридическим лицам.

Согласно ст. 137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное, т.е. животное является собственностью владельца, который несет ответственность за своего питомца.

В силу ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен предоставить сам ответчик; потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями ст. 1011 ГК РФ определено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что 04 мая 2018 года в период с 21 часа 45 минут до 22 часов 00 минут, в районе <Адрес обезличен> со двора дома навстречу ФИО2 и ФИО1 выскочила собака породы овчарка, принадлежащая ФИО3, которая совершила на них нападение. Собака укусила ФИО1, повалив ее на дорогу. После овчарка стала кусать ФИО2, одновременно тащила ее через дорогу несколько метров.

Собственником собаки породы «овчарка» является ФИО3, что не оспаривается ответчиком.

Истицы обращались с заявлением в полицию.

Из материалов проверки КУСП № <Номер обезличен> от 04 мая 2018 года, КУСП № <Номер обезличен> от 04 мая 2018 года видно, что у ответчика взяты объяснения, он не отрицает факт того, что его собака выбежал из вольера, и побежала к истицам. При этом установлено, что в действиях ФИО3 усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ст.2.3 Закона Республики Карелия от 15 мая 2008 года № 1191-ЗРК «Об административных правонарушениях».

Таким образом, бесспорным является непринятие ответчиком всех необходимых и достаточных мер для предотвращения опасного воздействия его собаки на окружающих.

В соответствии с Правилами «Об упорядочении содержания собак и кошек в городах и других населенных пунктах РСФСР», принятыми в соответствии с Постановлением Совета Министров РСФСР № 449 от 23 сентября 1980 года владелец домашних животных должен обеспечить надлежащее содержание собак и кошек в соответствии с требованиями настоящих Правил, принимать необходимые меры, обеспечивающие безопасность окружающих (пункт 2.1). Вред, причиненный собаками и кошками, возмещается их владельцами в соответствии с действующим законодательством (пункт 6).

Таким образом, ФИО3 как собственник имущества несет бремя содержания своего имущества, в т.ч. собаки, и ответственность за причинение вреда третьим лицам в результате владения своим имуществом.

Ответчик не отрицал и указанное подтверждается материалами дела, что принадлежащая ему собака породы «овчарка», которую он содержит во дворе дома в вольере, выскочила из вольера и выбежала на улицу, собака напала на истиц. ФИО3 выбежал за ней и оттащил от них.

Кроме того, в судебном заседании ответчик указывал, что прошло секунд 15, как он оттащил собаку, что она не могла тащить ФИО2 по дороге.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ответчик как владелец собаки не обеспечил безопасность окружающих людей и не выполнил обязанности владельца животного по контролю за собакой.

Между тем, суд полагает, что действия ответчика носят форму грубой неосторожности, чем допустил нападение своей собаки на истцов по неосторожности.

После нападения собаки в тот же день, 04 мая 2018 года, истицы обратились в медицинское учреждение.

В медицинской карте истца ФИО2 в записи от 04 мая 2018 года медицинским работником указано о причине обращения за медицинской помощью: укушенные множественные раны, также в медицинской карте ФИО1 указано о том, что 04 мая 2018 года её укусила собака.

Из медицинских карт ФИО2 и ФИО1 подтверждается, что у них имелись укушенные раны, которые могли образоваться от воздействия зубов, отражена их локализация, размеры.

29 мая 2018 года у ФИО2 на приёме у хирурга <Данные изъяты>

Актом судебно-медицинского исследования ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» № <Номер обезличен> от 07 июня 2018 года подтверждается установление у ФИО2 множественных ран на нижних конечностях.

Актом судебно-медицинского исследования ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» № <Номер обезличен> от 07 июня 2018 года подтверждается установление у ФИО1 повреждения на правой ягодице.

Таким образом, по результатам нападения собаки истицам ФИО2 и ФИО1 был причинен вред здоровью.

Оценивая доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что возникшие у истца ФИО2, истца ФИО1 повреждения здоровья находятся в причинно-следственной связи с нападением на них собаки ответчика.

Для определения степени тяжести вреда здоровью истицам в соответствии со ст. 79 ГПК РФ судом по делу назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению эксперта № <Номер обезличен> от 20 сентября 2018 года, проведенной ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» по определению суда от 21 июля 2018 года, у ФИО1 имелись раны на правой ягодице - <Данные изъяты>

Достоверных и допустимых доказательств, дающих основания сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения, ответчиком не представлено.

Заключение эксперта от 20 сентября 2018 года соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), является мотивированным и обоснованным. Эксперт имеет необходимый стаж и опыт работы. При проведении экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (УК РФ). Выводы эксперта, изложенные по результатам проведенного исследования, последовательны, непротиворечивы, основаны на материалах дела.

Таким образом, факт причинения истцу ФИО1 по вине ответчика физических страданий подтвержден.

Из заключением эксперта Сортавальского межрайонного отделения ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № <Номер обезличен> от 20 сентября 2018 года сделан вывод о том, что у ФИО2 имелись множественные укушенные раны <Данные изъяты>

ФИО2, не согласившись с выводами эксперта, заявила ходатайство о проведении повторной экспертизы в ГБУЗ РК «Бюро СМЭ», мотивируя его тем, что имеются основания сомневаться в правильности и обоснованности расчета продолжительности расстройства ее здоровья; в правильности выбора медицинского критерия определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приказ Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 года № 194н); в правильности определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью. Исходя из доводов истца, по ее мнению, эксперт Сортавальского межрайонного отделения ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» в своем заключении не принял во внимание то обстоятельство, что на фоне полученной раны образовалась гематома, которая была прооперирована 29 мая 2018 года, и далее проводилось лечение, т.е. вывод о степени причиненного вреда и продолжительность расстройства ее здоровья неверен.

Для разрешения ходатайства истца ФИО2 о назначении повторной экспертизы судом были допрошены эксперт, проводивший экспертизу, а также медицинские работники.

Д. в судебном заседании пояснила, что при проведении экспертизы посчитала, что лечение ФИО2 закончилось 18 мая 2018 года, у врача указано улучшение состояния здоровья. Поскольку из амбулаторной карты ФИО2 следовало, что после 18 мая 2018 года она лечилась с пяточным бурситом, врачом связь между гематомой и укусом собаки не описана. При проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО2 были учтены все представленные эксперту материалы. Сведений об образовавшейся в связи с раной гематоме, оперативном лечении не имелось.

Опрошенная в судебном заседании врач-хирург Н. пояснила, что ФИО2 согласно записям в медицинской карте находилась у неё на приёме 7, 11 и 18 мая 2018 года, <Данные изъяты>

Свидетель М. в судебном заседании пояснила, что она исполняла обязанности медицинской сестры с 4 мая 2018 года по 02 июня 2018 года, с 08 мая по 02 июня 2018 года делала перевязки ФИО2 после укусов собаки<Данные изъяты>

Суд, выслушав эксперта и свидетелей, не находит оснований сомневаться в достоверности их показаний, наличия какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела не усматривает и считает, что их показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

В связи с возникшими сомнениями в объективности и обоснованности экспертного заключения Сортавальского межрайонного отделения ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» № 473 от 20 сентября 2018 года определением суда от 26 декабря 2018 года по делу назначено проведение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведение экспертизы поручено экспертам ГБУЗ РК «Бюро СМЭ».

Согласно заключению эксперта № 21 от 15 февраля 2019 года у ФИО2 установлены <Данные изъяты> Все установленные повреждения в совокупности вызвали вред здоровью средней степени тяжести по признаку длительного его расстройства (с 04 мая по 18 июня 2018 года) - более 21 дня.

Суд не находит оснований сомневаться в объективности и достоверности заключения судебной экспертизы. Экспертиза проведена в полном объеме, выводы экспертов не противоречат друг другу, подтверждены исследовательской частью заключения, согласуются с другими доказательствами по делу.

Судебная экспертиза выполнена в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, в связи с чем, суд не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о проведении экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, является бесспорным факт причинения истцу ФИО2 по вине ответчика физических страданий.

Следует учитывать, что ФИО2 и ФИО1 были причинены также и нравственные страдания - испытали стресс, страх за здоровье, на период пребывания на амбулаторном лечении утратили привычный образ жизни, особенно в быту.

Из пояснений истца ФИО2 следует, что в связи с тем, что она пострадала от укусов собаки, находится в стрессе, испытывает бессонницу, ночные кошмары, страх перед животными, ее здоровье ухудшилось.

Проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что требования истиц о компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда, с учётом установленных по делу обстоятельств, принципа разумности и справедливости, принимая во внимание обстоятельства причинения вреда здоровью и степень тяжести вреда здоровью ФИО2 и ФИО1, характер и длительность перенесенных ими физических и нравственных страданий, в частности, длительность прохождения лечения истца ФИО2, восстановления здоровья, истицы были лишены возможности вести привычный образ жизни, в связи с чем не имели возможности полноценно жить и работать, также испытывали физическую боль, что причиняло помимо физических и нравственные страдания, степень вины ответчика, неумышленное причинение вреда здоровью действиями ответчика, меры, принятые ответчиком к заглаживанию ущерба, материальное положение ответчика, имеющего на иждивении троих несовершеннолетних детей, суд полагает необходимым определить денежную компенсацию морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО2, в размере 80000 руб., в пользу истца ФИО1 - 30000 руб., что, по мнению суда, являются разумными, соразмерными характеру причиненного вреда.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены признанные судом необходимые расходы.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст.96 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела 27 сентября 2018 года ФИО2 в пользу ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» оплачен счет № 000303 от 14 сентября 2018 года за проведение по настоящему гражданскому делу судебно-медицинской экспертизы на сумму 9000 руб., за проведение судебно-медицинской экспертизы ФИО1 также выплачено ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» 9000 руб. (счет № 000302 от 14 сентября 2018 года), в связи с чем суд приходит к выводу о возмещении судебных расходов в сумме по 9000 руб. в пользу каждого из истцов, а также в пользу ФИО2 расходы в размере 270 руб. за перевод денежных средств, в пользу ФИО1 расходы в размере 180 руб. за перевод денежных средств.

Также на основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу каждой истицы подлежат взысканию расходы по уплаченной государственной пошлине в размере по 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в размере 30000 руб., расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 9180 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В остальной части иска ФИО1 отказать.

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда в размере 80000 руб., расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 9270 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В остальной части иска ФИО2 отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Е.С. Кустова

Решение в окончательной форме принято 19 марта 2019 г.