Решение № 2-2515/2025 2-2515/2025~М-1742/2025 М-1742/2025 от 2 декабря 2025 г. по делу № 2-2515/2025

УИД 59RS0003-01-2025-003251-11

Дело № 2-2515/2025

ЗАОЧНОЕ
РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 ноября 2025 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Терентьевой М.А., при секретаре Сергеевой М.С., с участием истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ», обществу с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс» о признании недействительным кредитного договора, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности исключить из кредитной истории сведения о кредитном договоре,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» (далее по тексту ПАО «БАНК УРАЛСИБ», обществу с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс» (далее по тексту ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс») о признании недействительным кредитного договора № от 18 апреля 2025 года, заключенный между ФИО1 и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» (оформленного через ПАО «БАНК УРАЛСИБ», применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности исключить из кредитной истории сведения о кредитному договоре № от 18 апреля 2025 года.

В обоснование иска указано, что ФИО1 является клиентом банка ПАО «БАНК УРАЛСИБ», в котором у него имелась банковская карта по договору № от 15 ноября 2018 года. В приложении банка он увидел подозрительные операции, которые не совершал. Обратившись в чат поддержки ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ему сообщили, что 18 апреля 2025 года ФИО1 выдан займ, однако никаких займов он не оформлял, поскольку его кредитная нагрузка и уровень заработной платы не позволяли оформлять такую крупную сумму. Позднее понял, что стал жертвой мошенников, в мессенджере телеграмм ему прислали сообщение с содержанием «Привет. Это ты на фотографиях?» с прикрепленной ссылкой, по которой последний перешел и его данные были получены мошенниками. Он обратился с заявлением в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», в ответе от 22 мая 2025 года сообщили, что между ним и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» заключен договор потребительского займа № от 18 апреля 2025 года на сумму 500 000 рублей посредством системы ДБО и подписан ФИО1 аналогом собственноручной подписи, путем введения смс-кода в специальное поле формы. Кредит на сумму 500 000 рублей он не оформлял, денежные средства на руки не получал, никому денежные средства не отправлял, никакой покупки не совершал. Уровень его дохода составляет ....... рублей, при том, что сумма ежемесячного платежа по кредиту составляет ....... рублей. Кроме того, при переводах крупных сумм на платформу WILDBERRIES ответчики не нашли их подозрительными, не позвонили истцу, не направили смс с предупреждением и никаким образом не предостерегли клиента банка от мошеннических действий. 21 апреля 2025 года он обратился в ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми (материал проверки КУСП № от 21 апреля 2025 года). Постановлением старшего следователя ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми Н. от 01 мая 2025 года возбуждено уголовное дело №.

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивал.

Представители ответчиков ПАО «БАНК УРАЛСИБ», ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» в судебное заседание не явились, извещены, каких-либо возражений не представили.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчиков в порядке заочного производства на основании статей 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исследовав материалы дела, заслушав истца, приходит к следующему.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ).

Кредитный договор, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявления истца на возникновение кредитных правоотношений.

В пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если сделка нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела, такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 года № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 июня 2024 года №, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В соответствии с пунктом 6 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019)», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 года, согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Юридически значимым при наличии доводов клиента банка является:

- наличие воли на заключение кредитного договора (с высокой степенью вероятности действия мошенников);

- надлежащее информирование потребителя об условиях кредитования и конкретном содержании кредитного договора до его подписания;

- добросовестность и осмотрительном банка, извлекающего повышенную прибыль из облегченного распространения кредитного продукта (меры предосторожности при необычности времени, места и используемого устройства, мгновенном перечислении кредитных средств на чужой счет – способы подтверждения воли вплоть до вызова в офис банка);

- наличие у заемщика возможности исполнять обязательства в срок и порядке, предусмотренные условиями договора.

В соответствии с Положением Банка России от 17 августа 2023 года № 821-П «О требованиях к обеспечению защиты информации при осуществлении переводов денежных средств и о порядке осуществления Банком России контроля за соблюдением требований к обеспечению защиты информации при осуществлении переводов денежных средств», в целях обеспечения защиты информации при совершении операций, связанных с осуществлением переводов денежных средств, банковскими платежными агентами (субагентами), операторами услуг информационного обмена, операторами услуг платежной инфраструктуры, операторами электронных платформ может применяться ряд технологических мер, в том числе механизмов и (или) протоколов формирования и обмена электронными сообщениями, обеспечивающих защиту электронных сообщений от искажения, фальсификации, переадресации, несанкционированного ознакомления и (или) уничтожения, ложной авторизации, в том числе аутентификацию входящих электронных сообщений.

Судом установлено, что 18 апреля 2025 года между ФИО1 и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» (через ПАО «БАНК УРАЛСИБ») заключен договор потребительского займа № на сумму 500 000 рублей по средством Системы дистанционного банковского обслуживания (далее по тексту ДБО) и подписан аналогом собственноручной подписи.

Согласно п. 16 Индивидуальных условий договора потребительского займа обмен информацией между ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» и заемщиком осуществляется, в том числе, посредством смс-уведомлений на зарегистрированный (доверенный) телефонный номер. Заявителем указан номер для смс-информирования № (л.д. 16-20).

Из пояснений истца следует, что он не совершал никаких действий по оформлению договора займа, 15 апреля 2025 года в мессенджере «Телеграмм» истцу прислали сообщение с текстом следующего содержания «Привет. Это ты на фотографиях?» с прикрепленной ссылкой, на которую он попытался перейти, но не смог, его личные данные были получены мошенниками. Впоследствии аккаунт, с которого поступило смс-сообщение был удален. В связи с тем, что в приложении банка появились подозрительные операции, которые истец не совершал, он обратился в чат поддержки банка ПАО «БАНК УРАЛСИБ», где ему сообщили, что 18 апреля 2025 года выдан займ. 18 апреля 2025 года кредитный договор с ответчиком он не заключал, данные кредитные денежные средства не получал, никому не переводил, покупки на платформе WILDBERRIES не совершал.

По вышеуказанному факту, истец обратился в правоохранительные органы, где в ходе проверки сотрудниками полиции установлено, что в период с 18 апреля 2025 года по 19 апреля 2025 года неустановленный преступник тайно похитил со счета банковской карты ПАО «БАНК УРАЛСИБ» денежные средства в сумме 497 564 рубля, принадлежащего ФИО1, тем самым причинив ему материальный ущерб в крупном размере на указанную сумму.

Постановлением старшего следователя ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми Н. 01 мая 2025 года возбуждено уголовное дело №, по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, где ФИО1 был признан потерпевшим.

Постановлением старшего следователя ОРПОТ Кировского района СУ Управления МВД России по г. Перми Н. 24 октября 2025 года деяния неустановленного лица по вышеуказанному уголовному делу переквалифицированы с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Как следует из материалов дела, спорный договор займа был оформлен 18 апреля 2025 года, в этот же день денежные средства были списаны со счета истца, в том числе, в счет покупок на платформе WILDBERRIES.

Запросы суда, направленные в адрес ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс», о предоставлении документов по оформлению с ФИО1 договора займа, документов, подтверждающих соблюдение требований об идентификации и аутентификации клиента, договора на оказание услуг между ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» и Банком № от 26 июля 2021 года на основании которого произведено оформление и сопровождение договора потребительского займа, правил комплексного дистанционного банковского обслуживания, письменных пояснений в части авторизации клиента в ДБО с приложением подтверждающих документов (на какой номер телефона направлялись смс коды, их количество и с какой периодичностью) остались без исполнения.

То обстоятельство, что денежные средства зачислились на счет ФИО1, открытый в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», не означает, что денежные средства были получены именно клиентом банка.

Одобряя совершение процедуры списания денежных средств через минимальное количество времени после оформления договора, банк, выступающий профессиональным участником рынка, не предпринял надлежащих мер к приостановлению движения по счету, не направив клиенту уведомления с предупреждением о возможных мошеннических действиях, либо приостановив действия по счету в одностороннем порядке, в целях предупреждения мошенничества, как того требует действующие законодательство.

Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдение не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

Таким образом, действия банка в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации нельзя признать добросовестными, указанные обстоятельства не свидетельствуют о надлежащем обеспечении и безопасности дистанционного обслуживания, поскольку применительно к спорным правоотношениям законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)»), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; указание о необходимости заключения заемщиком иных договоров; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)»).

Индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа), указанные в части 9 настоящей статьи, отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)»).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6 статьи 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)»).

В соответствии с частью 14 статьи 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Именно кредитор должен был предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что операции в действительности совершаются его клиентом.

Доказательств выполнения вышеуказанных требований ответчиками суду не представлено.

Таким образом, совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует о том, что истец не совершал действий, направленных на заключение кредитного договора, денежных средств в счет принятия исполнения обязательств по договору от кредитора он не получал. Волеизъявление ФИО1 на возникновение заемных правоотношений отсутствовало.

Сам факт оформления кредита не подтверждает волеизъявление заемщика на совершение указанной сделки, в связи с чем, договор займа следует признать недействительным, а кредитную задолженность ФИО1 перед ООО МКК «УРАЛСИБ Финанс» отсутствующей.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 2 и пункта 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы по искам о защите прав потребителей.

Частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, поэтому с ответчиков в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей, по 1 500 рублей с каждого.

Руководствуясь ст. ст. 194-199, 233-237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

признать недействительным договор потребительского займа №У01006061 от 18 апреля 2025 года, оформленный через ПАО «БАНК УРАЛСИБ», между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс».

Признать отсутствующей кредитную задолженность ФИО1 перед Обществом с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) по договору потребительского займа № от 18 апреля 2025 года.

Возложить на Общество с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) обязанность исключить из кредитной истории ФИО1 сведения по договору потребительского займа № от 18 апреля 2025 года.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью микрокредитная компания «УРАЛСИБ Финанс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 1 500 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «БАНК УРАЛСИБ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) государственную пошлину в доход бюджета в размере 1 500 рублей.

Ответчики вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения копии этого решения.

Ответчиками заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья М.А. Терентьева

Мотивированное решение изготовлено 03 декабря 2025 года.