Решение № 2-540/2018 2-540/2018~М-517/2018 М-517/2018 от 10 октября 2018 г. по делу № 2-540/2018

дело № 2-540/2018 г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2018 года с. Садовое

Сарпинский районный суд Республики Калмыкия в составе:

председательствующего судьи Доногрупповой В.В.,

при секретаре Дорджиеве Н.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Акционерного общества «Россельхозбанк» к ФИО2, ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества,

установил:

АО «Россельхозбанк» (далее - Банк) обратилось в суд с указанным иском, мотивируя заявленные требования следующим.

11 октября 2012 года между Банком и ответчиком ИП главой КФХ ФИО2 заключен кредитный договор <***> на сумму 2 000 000 рублей. Ввиду образовавшейся задолженности по выплате кредита Банком в апреле 2016 года инициировано судебное разбирательство по взысканию с должника и его поручителей суммы задолженности. Вступившим в законную силу решением Сарпинского районного суда от 30 июня 2016 года с ФИО2 в пользу Банка взыскана задолженность по кредитному договору от 11 октября 2012 года в сумме 1 261 875,51 руб., а также расходы по уплате госпошлины 14 509 руб. При рассмотрении указанного дела судом 15 апреля 2016 года по ходатайству Банка в целях обеспечения иска наложен арест на имущество ответчиков, в том числе ФИО2 Между тем, в мае 2018 года Банку стало известно, что ФИО2 продал принадлежавшее ему по состоянию на 01 сентября 2016 года имущество, а именно, скотный двор площадью 510 кв.м., дом животновода площадью 93,3 кв.м., зерносклад площадью 474 кв.м., скотный двор площадью 278 кв.м., расположенное по адресу: Республика Калмыкия, Кетченеровский район, в 5 км по направлению на запад от п. Кетченеры. С 06 сентября 2016 года указанные объекты недвижимости зарегистрированы за ФИО4. Данное обстоятельство, по мнению истца, свидетельствует о том, что ФИО2 продал имущество своему брату, имея неисполненные финансовые обязательства перед Банком, в целях избежать для себя негативные последствия в виде обращения взыскания на имущество в соответствии с вступившим в силу решением суда. Таким образом, стороны договора по купле-продаже данного имущества не преследовали достижения правовых последствий, а совершили мнимую, то есть ничтожную сделку. В настоящее время, имущество по указанной сделке с 19 февраля 2018 года зарегистрировано за ФИО5, то есть ФИО4 его собственником не является, так как произвел его отчуждение по соответствующей сделке, которая также является недействительной. Ссылаясь на положения статей 166, 167, 170 Гражданского кодекса РФ, просит признать недействительными договор купли-продажи указанного недвижимого имущества, заключенный между ФИО2 и ФИО4, а также договор купли продажи, заключенный в отношении того же имущества между ФИО4 и ФИО5, применить последствия недействительности сделок.

В письменных возражениях на иск представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО3 с заявленными требованиями не согласилась, указав, что предъявление настоящего иска вызвано злоупотреблением правом Банком, поскольку решением суда о взыскании с ФИО2 кредитной задолженности в размере 1 261 875 руб. также обращено взыскание на заложенное имущество с начальной продажной стоимостью 2 274 480 руб., однако никаких действий по реализации этого имущества Банком не предпринято. Оспариваемое имущество предметом залога не являлось, и не было обременено.

В письменных возражениях на иск представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО6 просит отказать в иске, указывая, что Банк не является стороной сделки и не имеет оснований для её оспаривания. ФИО5 является добросовестным приобретателем, факт мнимости заключенных сделок истцом не доказан, стороны договоров купли-продажи при их заключении действовали законно, используя свое право на распоряжение принадлежащим им имуществом.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 заявленные требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО3 просила в удовлетворении исковых требований отказать по доводам возражений.

Ответчики ФИО2, ФИО4, ФИО5 надлежаще извещенные о времени и месте судебного разбирательства в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили, в свое отсутствие рассмотреть дело не просили.

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО6 просил рассмотреть дело в его отсутствие.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд полагает возможным рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В силу пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Заявляя требование о признании оспариваемых договоров купли-продажи недвижимости недействительными, истец ссылается на мнимость сделки заключенной между ФИО2 и ФИО4, указывает, что она не преследовала цели создать правовые последствия. При этом в подтверждение данного довода приводит то обстоятельство, что купля-продажа заключена между близкими родственниками с целью сокрытия имущества, на которое может быть обращено взыскание.

В качестве законного интереса, защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по оспариваемой сделке, истец ссылается на возможность обращения взыскания на имущество должника ФИО2 в пользу Банка.

В соответствии со статьей 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

При разрешении спора суд руководствуется тем, что о мнимости договора купли-продажи свидетельствует наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о мнимости оспариваемого договора, лежит на истце.

Согласно 2 статьи 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 551 Гражданского кодекса РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Пунктом 2 статьи 223 Гражданского кодекса установлено, что в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В силу изложенных норм правовым последствием договора купли-продажи недвижимости является переход к покупателю в установленном порядке подлежащего государственной регистрации права собственности на приобретаемое имущество и получение за него продавцом обусловленной денежной суммы.

Как следует из оспариваемого договора купли-продажи от 02 сентября 2016 года, заключенного между ФИО2 и ФИО4, он имеет силу передаточного акта, денежные средства в счет оплаты за отчуждаемые объекта недвижимости переданы продавцу до подписания договора.

Из материалов дела следует, что на основании указанного договора произведена государственная регистрация права собственности ФИО4 на объекты недвижимости а именно: скотный двор площадью 510 кв.м., с кадастровым № 08:04:010201:359; дом животновода площадью 93,3 кв.м. с кадастровым № 08:04:010201:360; зерносклад площадью 474 кв.м. с кадастровым № 08:04:010201:361; скотный двор площадью 278 кв.м., с кадастровым № 08:04:010201:362, расположенные по адресу: Республика Калмыкия, Кетченеровский район, в 5 км по направлению на запад от п. Кетченеры. Из указанного следует, что стороны договора достигли желаемого результата.

Поскольку право собственности на указанные объекты недвижимости зарегистрировано за покупателем в установленном законом порядке, то есть, осуществлен переход данного права, оспариваемая истцом сделка, породила именно те правовые последствия, которые соответствуют намерениям сторон при заключении договора купли-продажи.

Доказательств, свидетельствующих о формальности договора и отсутствии правовых последствий его заключения, истцом суду не представлено.

То обстоятельство, что сделка совершена между родственниками (братьями) не свидетельствует в рассматриваемом случае в силу положений гражданского законодательства о свободе договора о её мнимости. Покупатель по сделке ФИО4 получил реальную возможность осуществлять права собственника приобретенного имущества, о чем свидетельствует его последующая продажа ФИО5 по соответствующему договору, то есть прежний собственник имущества утратил над ним контроль.

Как следует из пояснений представителя ответчика ФИО6, в настоящее время ФИО5 реально владеет и пользуется приобретенным по оспариваемой сделке имуществом, право собственности на него надлежащим образом зарегистрировано.

Таким образом, факт заключения оспариваемых договоров исключительно с целью создать видимость сделки, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, своего подтверждения в судебном заседании не нашел.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия ответчиков по заключению договоров купли-продажи недвижимости относительно пределов осуществления гражданских прав в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса РФ, суд, с учетом всех установленных обстоятельств, не усматривает обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении ими правом.

Отчуждение ФИО2 своего имущества другому лицу, при наличии долговых обязательств перед Банком, само по себе не может рассматриваться как заведомое нарушение закона. Наличие обязательств перед Банком, установленным решением суда от 30 июня 2016 года не препятствовала собственнику продавать свое имущество.

Доводы истца о нахождении спорного недвижимого имущества под арестом в период совершения сделок своего подтверждения не нашли.

Меры по обеспечению иска, принятые определением Сарпинского районного суда от 15 апреля 2016 года, в виде наложения ареста на имущество должника ФИО2, которые решением суда от 30 июня 2016 года постановлено сохранить до его исполнения, без конкретного указания арестовываемого имущества, сами по себе не являются запретом на распоряжение именно спорным имуществом. Судебным приставом-исполнителем в порядке статьи 80 ФЗ «Об исполнительном производстве» постановление о наложении ареста на имущество должника, с указанием на состав имущества, на которое налагается арест, на вид и объем ограничений прав должника, не выносилось.

В связи с чем, ссылку истца на данное обстоятельство, как основание недействительности оспариваемых сделок, нельзя признать обоснованной.

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемых сделок недействительными у суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований Акционерного общества «Россельхозбанк» к ФИО2, ФИО4 и ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества – отказать.

Меры по обеспечению иска, принятые определением Сарпинского районного суда Республики Калмыкия от 09 августа 2018 года, по вступлении настоящего решения в законную силу - отменить.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Сарпинский районный суд Республики Калмыкия.

Председательствующий подпись В.В. Доногруппова

<данные изъяты>