Решение № 2А-71/2017 2А-71/2017~М-73/2017 М-73/2017 от 2 июля 2017 г. по делу № 2А-71/2017

Дело № 2а-71/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

3 июля 2017 года город Казань

Казанский гарнизонный военный суд в составе судьи Сердитого Э.А.,

с участием административного истца - ФИО11 и его представителя ФИО12, представителей административного ответчика - командира войсковой части <Номер> - ФИО13 и ФИО14,

при секретаре Фирсовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-71/2017 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части <Номер> ФИО11 об оспаривании протокола о грубом дисциплинарном проступке от 17 мая 2017 года и действий командира войсковой части <Номер>, связанных с изданием приказа от 23 мая 2017 года <Номер> о привлечении его к дисциплинарной ответственности,

установил:

ФИО11, проходящий военную службу по контракту в войсковой части <Номер> в должности <изъято>, обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором, с учётом уточнённых требований, просил признать незаконными протокол о грубом дисциплинарном проступке (далее - ГДП) от 17 мая 2017 года и приказ командира войсковой части <Номер> от 23 мая 2017 года <Номер> о применении к нему дисциплинарного наказания в виде «строгого выговора», а также обязать командира войсковой части <Номер> отменить оспариваемый приказ. Кроме этого, ФИО11 просил взыскать в его пользу судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины в размере 300 рублей.

В судебном заседании ФИО11 заявленные требования поддержал и, в их обоснование, пояснил, что в ночь с 16 на 17 мая 2017 года при следовании к месту жительства, его и ФИО1, остановили сотрудники полиции и попросили предъявить документы удостоверяющие личность, которых у него не оказалось. Для установления личности их задержали и доставили в отдел полиции. ФИО11 также указал, что на вопрос сотрудников полиции о принадлежности ФИО11 и ФИО1, находящихся рядом с ними пивных банок, он ответил отрицательно и пояснил, что пиво они не употребляли. По прибытию в отдел полиции, был составлен рапорт о распитии ими алкогольной продукции в общественном месте, с которым он не согласился. В связи с установлением его принадлежности к Вооружённым Силам Российской Федерации он был доставлен в военную комендатуру, где написал рапорт об обстоятельствах его задержания, после чего был отпущен домой.

ФИО11 также указал, что спиртные напитки 16 мая 2017 года, на улице или другом общественном месте, не употреблял и какого-либо административного правонарушения не совершал, объяснений по факту совершения административного правонарушения сотрудникам полиции не писал.

Представитель административного истца ФИО12 в судебном заседании заявленные ФИО11 требования поддержал и пояснил, что около 23 часов 16 мая 2017 года на <Адрес> ФИО11 и ФИО1 сотрудниками полиции было предъявлено обвинение в совершении административного правонарушения - употребление спиртных напитков в общественном месте, в связи с чем, их доставили в отдел полиции. После установления личности ФИО11, его доставили в военную комендатуру, где он дал объяснения произошедшему, а потом убыл домой. Привлечение ФИО11 к дисциплинарной ответственности ФИО12 полагал незаконным, поскольку в материалах разбирательства отсутствуют: - какая-либо фиксация административного правонарушения; - объяснения ФИО1 и иных свидетелей якобы совершения ФИО11 административного правонарушения; - протокол административного правонарушения; - протокол изъятия предметов с места совершения правонарушения; - фиксация факта наличия спиртных напитков в банках изъятых на месте задержания. Распитие ФИО11 алкогольной продукции не подтверждёно какими-либо объективными доказательствами. Полагая, что дисциплинарного проступка или административного правонарушения ФИО11 не совершал, ФИО12 просил заявленные требования удовлетворить.

Командир войсковой части <Номер>, уведомленный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, направил в суд своих представителей.

Представитель ФИО13 в судебном заседании с требованиями административного истца не согласилась, просила в их удовлетворении отказать и пояснила, что ввиду получения в ночь на <Дата обезличена> информации о доставлении ФИО11 в отдел полиции в связи с совершением им административного правонарушения, командованием было дано поручение ФИО2 и ФИО3 доставить ФИО11 в воинскую часть и выяснить причины задержания. В ходе разбирательства по факту совершения административного правонарушения было установлено, что в 23 часа 10 минут 16 мая 2017 года ФИО11 с ФИО1 за распитие алкогольной продукции в общественном месте были доставлены сотрудниками полиции ФИО4 и ФИО5 в дежурную часть УМВД России по г. Йошкар-Оле. В отношении ФИО11 и ФИО1 составлялись протоколы об административном правонарушении, но в связи с установлением места работы ФИО11 он был доставлен в военную комендатуру для проведения разбирательства. Дежурным по военной комендатуре ФИО6, в присутствии ФИО7 и ФИО8, в отношении ФИО11 составлен протокол доставления с указанием обстоятельств и причин его доставления, а также вменяемого дисциплинарного проступка. 17 мая 2017 года материалы в отношении ФИО11 направлены военным комендантом командиру воинской части для принятия решения. По результатам разбирательства в отношении ФИО11 был составлен протокол о ГДП - административном правонарушении, предусмотренном статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации, за которое военнослужащий несёт дисциплинарную ответственность.

Представитель ФИО13 полагала, что объяснениями ФИО11 от 18 мая 2017 года подтверждается как составление в отношении него протокола об административном правонарушении, так и наличие события административного правонарушения. ФИО13 также пояснила, что в протоколе о ГДП ошибочно указана дата его составления и вместо 17 мая 2017 года, верно читать - 18 мая 2017 года.

Представитель командира войсковой части 48404 - ФИО14 в суде поддержал позицию представителя ФИО13 и просил отказать ФИО11 в удовлетворении заявленных требований, поскольку разбирательство в отношении ФИО11 проведено в соответствии с требованиями Федерального закона «О статусе военнослужащих» и Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации, а вина ФИО11 в совершении грубого дисциплинарного проступка подтверждается собранными в ходе разбирательства доказательствами.

Начальник Федерального казённого учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской Республике и Кировской области», уведомленный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, просил рассмотреть дело без его участия.

Свидетель ФИО1 в суде показал, что поздно вечером 16 мая 2017 года провожая гостившего у него ФИО11, они увидели на <Адрес> дерущихся граждан. Воспрепятствовав ФИО11 вмешаться в происходящее, предложил вызвать сотрудников полиции. Прибывшие сотрудники полиции обвинили их в употреблении спиртных напитков в общественном месте, указав на банки пива стоящие рядом с ними на парапете возле дома. Однако указанные пивные банки им не принадлежали. Пиво, он и ФИО11, не употребляли, о чём заявили сотрудникам полиции на месте их задержания и в отделении полиции. Протокол в отношении ФИО11 сотрудниками не составлялся, после установления статуса военнослужащего, его передали сотрудникам военной полиции. Какие-либо действия, подтверждающие факт совершения ими административного правонарушения, сотрудниками полиции не производились.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 - сотрудник отдела БППСП УМВД России по г. Йошкар-Оле, дал показания, согласно которым 16 мая 2017 года, в порядке реагирования на поступивший вызов, в отдел полиции были доставлены ФИО11 и ФИО1 за распитие алкогольной продукции в общественном месте, что было визуально зафиксировано им на месте задержания. Рядом со ФИО11 и ФИО1 были обнаружены полупустые банки из под пива, которые были взяты для оформления документов. Медицинское освидетельствование указанных лиц не проводилось, видео или фотофиксация не производилась, протокол изъятия банок не составлялся, факт наличия в банках, изъятых на месте задержания, алкогольной продукции не устанавливался, фотографирование банок состоялось в отделении полиции.

Свидетель ФИО9, в судебном заседании пояснил, что он проходит службу в должности <изъято> УМВД России по г. Йошкар-Оле. 16 мая 2017 года сотрудниками полиции ФИО4 и ФИО5 за распитие спиртных напитков в общественном месте в дежурную часть были доставлены ФИО11 и ФИО1, которые своей вины в совершении указанного административного правонарушения не признавали, факт употребления алкогольной продукции в общественном месте отрицали. Вместе с задержанными в отдел полиции были переданы две полупустые банки пива марки «Балтика № 3», которые были им сфотографированы в отделении полиции. Наличие алкогольной продукции в привезённых банках из под пива не устанавливался. Освидетельствование ФИО11 для установления состояния опьянения не производилось. Поскольку ФИО11 являлся военнослужащим, он был передан сотрудникам военной полиции. Протокол о совершении административного правонарушения в отношении него не составлялся.

Свидетель ФИО10 - командир дивизиона <изъято> войсковой части <Номер>, допрошенный в суде, пояснил, что он является непосредственным командиром ФИО11. В ночь на 17 мая 2017 года он получил доклад дежурного по воинской части, и самого ФИО11, о доставлении административного истца в отдел полиции за совершение административного правонарушения. Им было поручено ФИО2 и ФИО3 выяснить причины доставления ФИО11 и провести разбирательство по данному факту.

Начальник <изъято> войсковой части <Номер> ФИО2, в судебном заседании дал показания, согласно которым в ночь на 17 мая 2017 года по поручению командования, он вместе с ФИО3 устанавливали обстоятельства задержания ФИО11 и доставления его в отдел полиции и военную комендатуру, но административного истца в полиции и военной комендатуре они не застали. ФИО2 также пояснил, что он проводил разбирательство по факту совершения ФИО11 ГДП и брал с административного истца объяснения, по результатам разбирательства им составлен протокол о ГДП от 17 мая 2017 года.

Аналогичные по своему содержанию показания даны в судебном заседании командиром <изъято> войсковой части <Номер> ФИО3

В судебном заседании были представлены сторонами и исследованы следующие доказательства.

Из рапорта <изъято> ФИО5 и объяснений <изъято> ФИО4 следует, что 16 мая 2017 года в 23 часа 10 минут в дежурную часть УМВД России по г. Йошкар-Оле ими доставлен ФИО11, распивавший в общественном месте (<Адрес>) алкогольную продукцию из жестяной банки, с надписью «Балтика № 3».

Рапортом <изъято> ФИО7 подтверждается доставление военнослужащими военной полиции из отдела полиции в военную комендатуру ФИО11, задержанного за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации.

По рапорту дежурного по военной комендатуре г. Йошкар-Олы <изъято> ФИО6, уведомлению от 17 мая 2017 года и протоколу о применении мер обеспечения производства по материалам о дисциплинарном проступке от 17 мая 2017 года установлено, что во втором часу 17 мая 2017 года из УМВД России по г. Йошкар-Оле поступило сообщение о доставлении в дежурную часть военнослужащего ФИО11 за совершение административного правонарушения, предусмотренного статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации. ФИО11 был доставлен в военную комендатуру, в отношении него составлен протокол доставления, а командиру войсковой части <Номер> направлено уведомление о совершении указанным военнослужащим административного правонарушения.

Из рапорта ФИО11 от 17 мая 2017 года на имя военного коменданта г. Йошкар-Олы следует, что административный истец задержан сотрудниками полиции при оказании помощи гражданским лицам и доставлен в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении по статье 20.20 КоАП Российской Федерации. В дальнейшем ФИО11 передан сотрудникам военной полиции.

Сообщением от 17 мая 2017 года подтверждается направление военным комендантом г. Йошкар-Олы в адрес командира войсковой части <Номер> материалов по факту доставления ФИО11 в дежурную часть УМВД России по г. Йошкар-Оле.

В соответствии с рапортом ФИО10 от 17 мая 2017 года на имя командира войсковой части <Номер> установлено, что в 2 часа 30 минут 17 мая 2017 года дежурный по воинской части сообщил ему о задержании ФИО11 сотрудниками полиции за потребление алкогольной продукции в общественном месте и доставлении в военную комендатуру, в связи с чем ФИО10 поручил ФИО2 и ФИО3 выяснить обстоятельства доставления ФИО11 и сопроводить его в воинскую часть. Также было предложено по данному факту провести разбирательство.

Из объяснений ФИО11 от 18 мая 2017 года по факту его задержания следует, что административный истец не согласился с обвинением его в совершении административного правонарушения - распитие спиртных напитков в общественном месте.

По результатам разбирательства по факту совершения ФИО11 административного правонарушения, предусмотренного статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации, ФИО2 на имя командира войсковой части <Номер> составлен рапорт от 18 мая 2017 года, в котором указано, что ФИО11, находясь в общественном месте, распивал алкогольную продукцию, в связи с чем, задержан сотрудниками полиции и доставлен в дежурную часть УМВД России по г. Йошкар-Оле, а позднее - в военную комендатуру г. Йошкар-Олы, о чём был составлен протокол доставления. Поскольку за вышеуказанное административное правонарушение военнослужащий несёт дисциплинарную ответственность, ФИО2 вынесено предложение о привлечении ФИО11 к данному виду юридической ответственности.

Согласно протоколу о ГДП от 17 мая 2017 года ФИО11, около 23 часов 16 мая 2017 года распивал алкогольные напитки в общественном месте, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации, в связи с чем, командиром воинской части принято решение о применении к ФИО11 дисциплинарного взыскания в виде «строгого выговора».

Приказом командира войсковой части <Номер> от 23 мая 2017 года <Номер> подтверждается, что к ФИО11 за совершение ГДП, выразившегося в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации, применено дисциплинарное взыскание - «строгий выговор».

Заслушав объяснения сторон и показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что требования административного истца подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершённого им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Частью 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что потребление (распитие) алкогольной продукции в местах, запрещённых Федеральным законом от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», к которым в частности отнесены общественные места (дворы жилых домов), влечёт наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи пятисот рублей.

Содержание статьи 2.5 КоАП Российской Федерации позволяет суду прийти к выводу, что за административные правонарушения, предусмотренные статьёй 20.20 настоящего Кодекса, военнослужащие несут дисциплинарную ответственность.

Пунктами 1, 2, 6 и 7 статьи 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» определено, что военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечёт за собой уголовной или административной ответственности. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина. Вина военнослужащего при привлечении его к дисциплинарной ответственности должна быть доказана в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами, и установлена решением командира или вступившим в законную силу постановлением судьи военного суда. Военнослужащий, привлекаемый к дисциплинарной ответственности, не обязан доказывать свою невиновность.

В соответствие со статьями 48 и 50 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, военнослужащий, привлекаемый к дисциплинарной ответственности, имеет право давать объяснения, представлять доказательства, знакомиться по окончании разбирательства со всеми материалами о дисциплинарном проступке, обжаловать действия и решения командира, осуществляющего привлечение его к дисциплинарной ответственности. При привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности выясняются обстоятельства совершения им дисциплинарного проступка и осуществляется сбор доказательств. Доказательствами при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности являются любые фактические данные, на основании которых командир, рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств совершения военнослужащим дисциплинарного проступка. Командир, рассматривающий материалы о дисциплинарном проступке, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка в их совокупности. Использование доказательств, полученных с нарушением законодательства Российской Федерации, не допускается.

Обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности также указаны в статье 28.6 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Приложением 7 к Дисциплинарному уставу Вооруженных Сил Российской Федерации и абзацем 20 пункта 2 статьи 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих» к грубым дисциплинарным проступкам отнесено административное правонарушение, за которое военнослужащий, в соответствии с КоАП Российской Федерации, несёт дисциплинарную ответственность.

Согласно статье 81 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации принятию командиром решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, которое проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка. Материалы разбирательства о ГДП оформляются только в письменном виде и заканчиваются составлением протокола. Протокол вместе со всеми материалами разбирательства предоставляется для ознакомления военнослужащему, совершившему ГДП, после чего направляется командиру для рассмотрения. Командир воинской части обязан в срок до двух суток рассмотреть протокол и материалы о совершении ГДП и принять решение либо о направлении их в гарнизонный военный суд, либо о применении к военнослужащему иного дисциплинарного взыскания, предусмотренного настоящим Уставом.

В судебном заседании установлено, что в 23 часа 10 минут 16 мая 2017 года ФИО11 был доставлен сотрудниками полиции в дежурную часть УМВД России по г. Йошкар-Оле в целях составления в отношении него протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации. После установления сведений о прохождении ФИО11 военной службы по контракту, административный истец был доставлен военнослужащими военной полиции в военную комендатуру г. Йошкар-Олы, где в отношении ФИО11 в 2 часа 17 мая 2017 года составлен протокол доставления, а также отобраны объяснения о причинах его задержания и доставления в отдел полиции.

Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами и подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Судом также установлено, что в отношении ФИО11 составлен протокол о ГДП, предусмотренном абзацем 20 пункта 2 статьи 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих». В порядке реализации указанного протокола о ГДП командиром войсковой части <Номер> издан приказ от 23 мая 2017 года <Номер> о привлечении ФИО11 к дисциплинарной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации и применении к ФИО11 дисциплинарного наказания в виде - «строгого выговора».

Таким образом, оспариваемыми административным истцом приказом и протоколом о ГДП, а также объяснениями представителей административного ответчика и показаниями свидетеля ФИО2 подтверждается, что основанием для привлечения ФИО11 к дисциплинарной ответственности послужила позиция командования войсковой части <Номер> о совершении ФИО11 административного правонарушения по части 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации, за которое военнослужащий несёт дисциплинарную ответственность, в основание которой был положен факт задержания ФИО11 сотрудниками полиции.

В соответствии с частью 11 статьи 226 КАС Российской Федерации, обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

По итогам судебного разбирательства позиция ФИО11 и его представителя о том, что административный истец вменяемое ему административное правонарушение, и как следствие грубый дисциплинарный проступок, не совершал, осталась неопровергнутой, поэтому, принимая во внимание отсутствие доказательств обратного, данное обстоятельство трактуется в пользу административного истца, признаётся достоверным и кладётся в основу принимаемого решения.

Ссылка представителей административного ответчика на показания свидетелей ФИО5 и ФИО9, а также рапорта сотрудника полиции ФИО4 и военнослужащих военной комендатуры ФИО7 и ФИО6, как подтверждение наличия события административного правонарушения, послужившего основанием для привлечения ФИО11 к дисциплинарной ответственности, признаётся судом несостоятельной по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 1.6 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

В соответствии с частью 1 статьи 28.2 КоАП Российской Федерации о совершении административного правонарушения составляется протокол, за исключением случаев, предусмотренных статьёй 28.4, частями 1, 3 и 4 статьи 28.6 настоящего Кодекса. Частями 2-6 статьи 28.2 КоАП Российской Федерации установлены требования к процедуре составления протокола об административном правонарушении, а также к его содержанию, в том числе об указании в протоколе события административного правонарушения.

Согласно Уставу военной полиции Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённому Указом Президента Российской Федерации от 25 марта 2015 года № 161, для реализации своих функций военная полиция наделена полномочиями составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, передавать материалы об административных правонарушениях на рассмотрение органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях в случаях и по основаниям, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствие с частью 2 статьи 28.3 Федерального закона «О статусе военнослужащих» не допускается привлечение к дисциплинарной ответственности военнослужащего в случае отсутствия события дисциплинарного проступка.

Таким образом, судом установлено, что вопреки требованиям Устава военной полиции и статьи 28.2 КоАП Российской Федерации должностными лицами военной полиции или органов внутренних дел протокол о совершении ФИО11 вменяемого ему административного правонарушения не составлялся и производство по делу в установленном порядке не возбуждалось, при этом основания для применения исключений, предусмотренных статьёй 28.4, частями 1, 3 и 4 статьи 28.6 КоАП Российской Федерации, отсутствовали.

Кроме этого суд учитывает, что протокол об административном правонарушении в отношении ФИО11 при принятии командиром войсковой части <Номер> решения о применении к административному истцу дисциплинарного взыскания не исследовался, не был он представлен и в судебное заседание.

Изложенные ФИО9, ФИО7 и ФИО6 обстоятельства подтверждают лишь доставление ФИО11 в отдел полиции по подозрению в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьёй 20.20 КоАП Российской Федерации, и не содержат каких-либо фактических данных, позволяющих установить наличие в действиях ФИО11 события административного правонарушения, а вместе с ним и события дисциплинарного проступка.

Показания свидетеля ФИО5 и объяснения ФИО4, осуществивших 16 мая 2017 года доставление ФИО11 в отдел полиции, не содержат каких-либо объективных данных, бесспорно свидетельствующих о распитии ФИО11 алкогольной продукции в общественном месте.

Позиция представителя административного ответчика о признании ФИО11 в его объяснениях от 18 мая 2017 года факта составления в отношении него протокола об административном правонарушении отвергается судом, поскольку свидетельскими показаниями сотрудника полиции ФИО9 подтверждается, что после установления сведений о прохождении ФИО11 военной службы последний, в соответствии со статьёй 27.3 КоАП Российской Федерации, был доставлен в военную комендатуру.

Оформленный 17 мая 2017 года дежурным по военной комендатуре в отношении ФИО11 протокол доставления - принудительного препровождения военнослужащего в служебное помещение военной полиции, вопреки мнению представителей административного ответчика не свидетельствует о совершении ФИО11 вменяемого ему правонарушения и не может подменять протокола об административном правонарушении, поскольку в соответствии со статьёй 28.7 Федерального закона «О статусе военнослужащих» меры обеспечения производства по материалам о дисциплинарном проступке применяются к военнослужащему в целях пресечения данного проступка, установления их личности, а также подготовки материалов о дисциплинарном проступке и обеспечения своевременного и правильного их рассмотрения.

Указание представителей административного ответчика на отказ ФИО11 17 мая 2017 года от направления на медицинское освидетельствование для установления состояния опьянения, не опровергают установленных по делу обстоятельств, поскольку в силу диспозиции части 1 статьи 20.20 КоАП Российской Федерации объективной стороной данного правонарушения является не нахождение лица в общественном месте в состоянии опьянения, а употребление алкогольной продукции в общественном месте, в связи с чем, установление состояния опьянения лица не требуется.

Позицию представителя административного ответчика о том, что датой составления протокола является 18 мая 2017 года, а указанная в протоколе дата является опиской, суд признаёт голословной и отвергает её, поскольку какие-либо доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства, суду не представлены, описка не устранена, иной протокол в судебное заседание не представлен, и не составлялся. Кроме этого, суд полагает, что данное обстоятельство не может повлиять на правильность рассмотрения данного дела судом, поскольку, именно этот протокол был положен в основу принимаемого решения.

На основании вышеизложенного, поскольку представленными в судебное заседание административным ответчиком доказательствами не подтверждена причастность ФИО11 к потреблению (распитию) алкогольной продукции в общественном месте и наличие события вменяемого ФИО11 административного правонарушения, суд признаёт протокол о ГДП от 17 мая 2017 года в отношении ФИО11 и приказ командира войсковой части <Номер> от 23 мая 2017 года <Номер> о применении к административному истцу дисциплинарного взыскания - «строгий выговор», незаконными, и считает необходимым обязать командира войсковой части <Номер> отменить свой приказ от 23 мая 2017 года <Номер> о привлечении ФИО11 к дисциплинарной ответственности.

Кроме того, суд считает необходимым возместить ФИО11 затраченные им денежные средства по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, которые согласно статьям 103 и 111 КАС Российской Федерации являются судебными расходами и подлежат взысканию с Федерального казённого учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской Республике и Кировской области» в пользу административного истца.

Руководствуясь статьями 175-180, 227-228 КАС Российской Федерации, военный суд

решил:

Административное исковое заявление военнослужащего войсковой части <Номер> ФИО11 об оспаривании протокола о грубом дисциплинарном проступке от 17 мая 2017 года и действий командира войсковой части <Номер>, связанных с изданием приказа от 23 мая 2017 года <Номер> о привлечении его к дисциплинарной ответственности, удовлетворить.

Признать протокол о грубом дисциплинарном проступке от 17 мая 2017 года в отношении ФИО11 и приказ командира войсковой части <Номер> от 23 мая 2017 года <Номер> о применении к ФИО11 дисциплинарного взыскания «строгий выговор», незаконными.

Возложить на командира войсковой части <Номер> обязанность отменить свой приказ от 23 мая 2017 года <Номер> о привлечении ФИО11 к дисциплинарной ответственности.

Обязать административного ответчика сообщить в суд и ФИО11 об исполнении решения суда в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с Федерального казённого учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Республике Марий Эл, Удмуртской Республике и Кировской области» в пользу ФИО11 судебные расходы по делу, связанные с уплатой государственной пошлины в размере 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приволжский окружной военный суд через Казанский гарнизонный военный суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 7 июля 2017 года.

Судья Э.А. Сердитый