Решение № 2-893/2019 2-893/2019~М-859/2019 М-859/2019 от 1 декабря 2019 г. по делу № 2-893/2019

№ 2-893/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сибай 02 декабря 2019 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Суфьяновой Л.Х.

при секретаре судебного заседания Гаскаровой В.В.,

с участием истца ФИО1, её представителя ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан о признании решения об отказе в назначении пенсии незаконным, возложении обязанности включить периоды работы в стаж, дающий право на назначение страховой пенсии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан о признании решения об отказе в назначении пенсии незаконным, о назначении и перерасчете пенсии с момента возникновения права на пенсию.

Исковые требования мотивирует тем, что имеет педагогический стаж работы. Так, решением ГУ – УПФ в г. Сибай № от ДД.ММ.ГГГГ ей было отказано в назначении трудовой пенсии по старости по причине отсутствия требуемого 25-летнего стажа осуществления педагогической деятельности в учреждениях для детей. На ДД.ММ.ГГГГ ей был насчитан стаж работы (педагогической деятельности), дающий право на досрочную трудовую пенсию по старости, который составил 23 года 8 месяцев 26 дней. Однако, в стаж работы, дающий право на назначение досрочной трудовой пенсии по старости, не включены следующие периоды трудовой деятельности: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в <данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02дн.), а всего 2 месяца 11 дней. Считает, что ГУ – УПФ в г. Сибай необоснованно не включило в стаж, дающий право на досрочную трудовую пенсию вышеуказанных периодов трудовой деятельности. Указывает, что ответчик необоснованно отказал во включении в его специальный стаж период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в <данные изъяты>. Решение в этой части мотивировано тем, что наименование учреждения и должности не предусмотрено Списком учреждений, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 № 463 и не выполняется норма рабочего времени - педагогическая или учебная нагрузка, установленная за ставку зарплаты. Согласно записям трудовой книжки она работала в <данные изъяты> в должности учителя русского языка и литературы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на полную ставку. При этом название учреждения неоднократно менялось, однако данное обстоятельство не влияло на специфику деятельности учреждения, так как оно создавалось и функционировало в период работы истца как учреждение для детей, где осуществлялась педагогическая деятельность (в том числе и истцом), что следует из учредительных документов данного юридического лица. Все педагогические работники, в независимости от изменения наименования и его организационной формы, в том числе и истец, выполняли те же трудовые функции по воспитанию и образованию учащихся детей, при этом содержание и методы работы не менялись. Указанное образовательное учреждение в периоды её работы под различными наименованиями, руководствовалось в своей деятельности Законами РФ и РБ «Об образовании», типовым положением об образовательном учреждении, уставом, где основным видом деятельности указано - образование детей, и иными актами.

Полагает, что ответчик необоснованно не включил в стаж её педагогической деятельности период нахождения на курсах повышения квалификации: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что период нахождения работника на учебе является периодом работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель производит отчисления страховых взносов в Пенсионный фонд РФ. На курсы повышения квалификации она направлялась в период работы в должностях и учреждениях, которые дают право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. До направления на курсы повышения квалификации и по возвращении из них она работала полный рабочий день.

Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит признать решение ГУ – УПФ в г. Сибай № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в установлении ей пенсии в части не включения спорных периодов страхового стажа незаконным; обязать ГУ – УПФ в г. Сибай включить в трудовой (страховой) стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, следующие периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02дн.); взыскать с ответчика ГУ – УПФ в г. Сибай в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей; судебные расходы по оплате услуг представителя - 15 000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к производству принято заявление представителя истца ФИО2 об отказе от исковых требований к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан в части взыскания компенсации морального вреда, производство по делу прекращено в этой части.

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражала удовлетворению исковых требований. Свои возражения изложила в письменном виде, приобщены к материалам дела.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39), конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

В силу пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Подпунктом 19 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста.

Из содержания оспариваемого решения об отказе в назначении досрочной трудовой пенсии по старости от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ответчик отказал истцу в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием достаточного педагогического стажа в 25 лет.

По представленным документам на дату обращения стаж работы истца составил 23 года 08 месяцев 26 дней, при этом в подсчет специального стажа, дающего право на назначение досрочной страховой пенсии по старости не включены следующие периоды работы истца, в том числе:

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в Центре <данные изъяты> так как наименование учреждения не предусмотрено Списком учреждений, утвержденного Постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 № 463;

- курсы повышения квалификации: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - периоды, не предусмотренные Правилами от ДД.ММ.ГГГГ №.

Обсуждая порядок подсчета специального стажа истца, суд исходит из следующего.

Суду представлена трудовая книжка истца, согласно которой ФИО1 работала в должности:

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пионервожатой в <данные изъяты>

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ учителя в <данные изъяты>

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ учителя в <данные изъяты>,

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ учителя в <данные изъяты>,

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) учителя в <данные изъяты>

- с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ учителя в Центре <данные изъяты>, <данные изъяты>», <данные изъяты>», <данные изъяты>», <данные изъяты>», <данные изъяты>, <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>.

В соответствии с п. 8 ст. 13 ФЗ «О страховых пенсиях» при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

С учетом особенностей условий труда отдельных категорий граждан, которым трудовая пенсия по старости назначается досрочно, порядок исчисления периодов их работы устанавливается отдельными правилами, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Так, Правительством РФ принято Постановление № 665 от 16.07.2014 г. «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение». В соответствии с указанным Постановлением некоторые вопросы исчисления стажа на соответствующих видах работ регулируются также Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. ст. 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 г. № 516 утверждены Правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27, 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

В силу пункта 4 названных Правил в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Трудовым законодательством, действовавшим в период прохождения истцом повышения квалификации (ст. 187 ТК РФ), предусмотрено, что в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

Исходя из приведенных норм, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, в связи с чем, они подлежат включению в специальный стаж для назначения трудовой пенсии по старости.

Таким образом, довод представителя ответчика о том, что не подлежат включению в специальный стаж периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации, не состоятелен.

Абзац 2 п. 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 27, 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 г. № 516, не содержит запрета на включение в стаж работы периодов нахождения на курсах повышения квалификации, а напротив разъясняет, что кроме периодов работы, в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков, то есть периоды с сохранением средней заработной платы, за которую работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Судом установлено и не оспаривается представителем ответчика, что в спорные периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации за ней сохранялось место работы и средняя заработная плата по месту работы, а также уплачивались страховые взносы в Пенсионный Фонд РФ.

Необходимость обучения на курсах повышения квалификации обусловлена должностным положением истца как работника, для которого обучение является обязательным и непосредственно вытекает из осуществляемой им педагогической деятельности.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2дн.) подлежат зачету в специальный стаж истца, а ответчик неправомерно отказал во включении данных периодов в специальный стаж истца, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

С учетом изложенного, решение ГУ – УПФ в г. Сибай в части не включения периодов нахождения истца на курсах повышения квалификации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2дн.) принято необоснованно.

Требования истца о включении в специальный стаж работы периодов осуществления педагогической деятельности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в <данные изъяты> подлежат включению в силу следующего.

Решение ответчика мотивировано тем, что наименование учреждения и должности не предусмотрено Списком учреждений, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 № 463.

С указанным доводом ответчика суд не может согласиться в силу следующего.

На основании приказа Министерства народного образования БАССР от 30.01.1992 № 46 <данные изъяты> преобразован в <данные изъяты>

На основании свидетельства администрации г. Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № Центр <данные изъяты> переименован в <данные изъяты>.

На основании свидетельства администрации г. Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> переименован в <данные изъяты>

На основании приказа Министерства народного образования РБ от ДД.ММ.ГГГГ № № <данные изъяты> переименовано в <данные изъяты>».

На основании постановления администрации г. Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты>» переименовано в <данные изъяты>

На основании постановления администрации г. Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № муниципальное <данные изъяты> переименовано в <данные изъяты>

На основании постановления администрации г.Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> переименовано в <данные изъяты>

На основании постановления администрации городского округа город Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> переименовано в <данные изъяты>

На основании постановления администрации городского округа город Сибай РБ от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> переименовано в <данные изъяты> городского округа город Сибай Республики Башкортостан.

Несмотря на то, что название учреждения неоднократно менялось, данное обстоятельство не влияло на специфику деятельности учреждения, так как оно создавалось и функционировало в период работы истца, как учреждение для детей, где осуществлялась педагогическая деятельность (в том числе истцом), что следует из учредительных документов данного юридического лица, в том числе устава <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому следует, что основными задачами данного учреждения является педагогическая деятельность, обучение и воспитание детей, с правом выдачи документа об образовании государственного образца.

<данные изъяты> РБ выдана лицензия, которая разрешает осуществление образовательной деятельности.

Все педагогические работники, в независимости от изменения наименования и его организационной формы, в том числе и истец, выполняли те же трудовые функции по воспитанию и образованию учащихся детей, при этом содержание и методы работы не менялись.

Указанное образовательное учреждение в периоды работы истца под различными наименованиями, руководствовалось в своей деятельности Законами РФ и РБ «Об образовании», типовым положением об образовательном учреждении, уставом, где основным видом деятельности указано – образование детей и иными актами.

С учетом изложенного, пункта 13 Правил от 29.10.2002 № 781, которым предусмотрена возможность зачета периодов работы не только в учреждениях, как это закреплено в положении подпункта 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», но и в определенных структурных подразделениях, в том числе и в межшкольном учебно-производственном комбинате трудового обучения и профессиональной ориентации учащихся, а также конкретных обстоятельств, суд считает, что в спорный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ трудовая деятельность истца носила педагогический характер, она фактически исполняла обязанности преподавателя в образовательном учреждении для детей, в связи с чем, считает возможным включить в педагогический стаж истца работу в должности учителя в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» указано, что при разрешении споров, возникших в связи с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую или лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, периодов работы в организациях, не относящихся по своей организационно-правовой форме к учреждениям, судам следует иметь в виду, что в силу пп. 19 и 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона № 173-ФЗ право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической и лечебной деятельностью предоставляется исключительно работникам учреждений. Исходя из п. 2 ст. 120 Гражданского кодекса РФ учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). При этом форма собственности (государственная, муниципальная, частная) учреждений в данном случае правового значения не имеет. В то же время при изменении организационно-правовой формы учреждений, предусмотренных пп. 19 и 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона № 173-ФЗ, в случае сохранения в них прежнего характера профессиональной деятельности работников суд вправе установить тождественность должностей, работа в которых засчитывается в стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости, тем должностям, которые установлены после такого изменения.

Суд при разрешении спора руководствуется позицией Конституционного суда РФ, который в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ.№-П по делу о проверке конституционности статей 28, 31 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», который отметил, что в сфере пенсионного обеспечения соблюдение принципа равенства, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает помимо прочего запрет вводить такие различия в пенсионных правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

Кроме того, как отмечается в Постановлении Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 года по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», принципы равенства и справедливости, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в РФ как правовом и социальном государстве, включая право на пенсионное обеспечение, предполагают, по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции РФ, правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано.

В силу ст. 55 Конституции РФ в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина. Данное положение устанавливает запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина.

Распространение действий нормативно-правовых актов, принятых позднее и изменивших условия приобретения пенсионных прав в неблагоприятную сторону, по сравнению с ранее действовавшим правовым регулированием, и придание тем самым обратной силы закону, ухудшающему положение граждан, означающее по существу отмену для этих лиц прав, приобретенных ими в соответствии с ранее действовавшим законодательством, противоречит требованиям ч.1 ст.1, ч.ч. 1-2 ст. 19, ч.1 ст. 39 и ч.ч 2 и 3 ст. 55 Конституции РФ.

Согласно Перечню учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденному постановлением Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 года № 1397 «О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства», девствующему до 01.01.1992 года в разделе «Наименование учреждений и организаций» указаны средние школы, а в разделе «Наименование должностей» – заведующие по производственному обучению.

В силу Постановления Совета Министров СССР № 662 от 23 августа 1974 года «Об организации межшкольных учебно-производственных комбинатов трудового обучения и профессиональной ориентации учащихся» исполкомам городских и районных Советов депутатов трудящихся по согласованию с министерствами просвещения союзных республик разрешено создавать с участием промышленных и сельскохозяйственных предприятий, государственных и кооперативных организаций межшкольные учебно-производственные комбинаты трудового обучения и профессиональной ориентации учащихся.

Данным постановлением установлено, что межшкольные УПК находятся в ведении органов народного образования. На работающих в межшкольных УПК педагогических работников распространены ставки заработной платы и другие условия оплаты труда, а также продолжительность ежегодных отпусков и порядок пенсионного обеспечения, предусмотренные для учителей общеобразовательных школ, а также зачета в стаж педагогической работы времени их работы на предприятиях, в организациях и учреждениях по специальности, предусмотренной для учителей труда общеобразовательных школ.

Основными задачами межшкольных УПК являются: ознакомление учащихся с трудовыми процессами и содержанием труда рабочих на предприятиях, осуществление профессиональной ориентации учащихся с целью подготовки их к сознательному выбору профессии, обучение учащихся первоначальным навыкам труда по избранной профессии.

Суд приходит к выводу, что стаж работы истца в Центре образовательной, трудовой, профессиональной подготовки - школа менеджеров подлежит включению в стаж педагогической деятельности в учреждениях для детей, для начисления пенсии, предусмотренной п.п. 19 ч. 1 и ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях в Российской Федерации».

Отсутствие в перечне учреждений, утвержденных вышеуказанным Постановлением Правительства РФ наименования «<данные изъяты>», «Центр <данные изъяты>, «<данные изъяты>», не может служить основанием для не включения указанных периодов работы в стаж работы истца, имеющей право на пенсию.

Отсутствие в Списках учреждений, утвержденных Постановлением Совета министров РСФСР от 06.09.1991 № 463 и Постановлением Правительства от 29.10.2002 № 781 наименования «<данные изъяты>» не может служить основанием для отказа зачета в стаж времени работы истца в этом учреждении. Согласно указанным спискам в список включены «школы всех наименований». В связи с этим суд находит, что и наименование «<данные изъяты>», подпадает под понятие «школы всех наименований», поэтому возражения ответчика о невозможности включения в стаж времени работы в учреждении с наименованием «<данные изъяты>» не убедительны.

Наименование изменилось в связи с реорганизацией учреждения с принятием нового устава, при этом вины истца не имеется.

Положения статьи 6 (части 2), статьи 15 (части 4), статьи 17 (части 1), статей 18, 19 и статьи 55 (части 1) Конституции Российской Федерации предполагают правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимых для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано.

С учетом изложенного, решение ГУ – УПФ в г. Сибай в части не включения периодов работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.) в должности учителя в <данные изъяты> принято необоснованно.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к каковым в соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся и расходы на оплату услуг представителей, а также суммы, подлежащие выплате экспертам.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

По смыслу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя присуждаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Следовательно, правом на возмещение таких расходов будет обладать сторона, в пользу которой состоялось решение суда: либо истец - при удовлетворении иска, либо ответчик - при отказе в удовлетворении исковых требований. Возмещение судебных издержек осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, в силу того судебного постановления, которым спор разрешен по существу. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

Данная позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года № 807-О.

По смыслу статьи 104 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разрешение вопроса о распределении судебных расходов по делу может производиться судом в форме определения.

В порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона, ходатайствующая о возмещении расходов па оплату услуг представителя, должна представить доказательства несения данных расходов.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 воспользовалась услугами представителя ФИО2

Так ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО Юридическая компания «Фемида» был заключен договор на оказание юридических услуг, согласно которому поверенный обязуется совершать от имени и за счет доверителя следующие действия, именуемые в дальнейшем поручение: юридический анализ документов предоставленных доверителем; предварительные устные консультации; определение линии спора и судебной защиты; подготовка искового заявления к ГУ-УПФ РФ в г. Сибай о признании права на досрочное назначение пенсии по старости, подача иска в суд общей юрисдикции РФ; подготовка дополнительных отзывов и возражений процессуального характера, необходимых для обоснования правовой позиции с учетом доводов противоположной стороны; по взаимному согласию, стороны вправе расширить круг действий выполняемых поверенным.

Стоимость услуг по договору определена в сумме 15 000 руб. (п. 3.1 договора).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 21 декабря 2004 № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 1 статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в ст. 100 ГПК РФ, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Определяя размер подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает степень сложности данного дела, объем совершенных процессуальных действий представителем, а также принцип разумности и соразмерности, находит подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в сумме 6 000 рублей, что, по мнению суда, соответствует объему оказанных услуг.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан о признании решения об отказе в назначении пенсии незаконным, возложении обязанности включить периоды работы в стаж, дающий право на назначение страховой пенсии - удовлетворить частично.

Признать решение Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан № от ДД.ММ.ГГГГ в части отказа ФИО1 во включение в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение, периодов нахождения на курсах повышения квалификации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02дн.); работы в должности учителя в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.).

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан включить в стаж работы ФИО1, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»

- периоды нахождения на курсах повышения квалификации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (06дн.), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02дн.);

- периоды работы в должности учителя в <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (02мес.03дн.).

Взыскать с Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сибай Республики Башкортостан в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 6 000 (шесть тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Л.Х.Суфьянова