Решение № 2-71/2026 2-71/2026(2-991/2025;)~М-772/2025 2-991/2025 М-772/2025 от 3 мая 2026 г. по делу № 2-71/2026

Дело № 2-71/2026

УИД: 69RS0013-01-2025-001254-81


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

20 апреля 2026 года г. Кимры

Кимрский городской суд Тверской области в составе

председательствующего судьи Спасской Ю.Ю.,

при секретаре судебного заседания Бородулине А.Р.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО7, его представителей ФИО2, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 ФИО15 к Шустеру ФИО3, ФИО16 о взыскании компенсации за невозможность пользования имуществом, находящимся в общей долевой собственности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 (далее – истец) обратился в Кимрский городской суд Тверской области с исковыми требованиями к ФИО6, ФИО7, в которых просил взыскать солидарно с ответчиков сумму неосновательного обогащения за пользование ? долей в праве общей долевой собственности на нежилые помещения, принадлежащие ФИО5, расположенные по адресу: <адрес>, за период с 01.07.2022 по 21.01.2024.

В обоснование исковых требований указал, что по Договору купли-продажи от 28.10.2010 г. истец ФИО5 приобрел в собственность нежилое помещение №* химцеха общей площадью 784,4 кв.м., нежилое помещение №* тарного цеха общей площадью 802,2 кв.м., здание проходной площадью 12,8 кв.м., расположенные по адресу: <адрес>. На основании Договора купли-продажи доли земельного участка № 952/903 от 06.06.2011 г., Дополнительного соглашения от 04.08.2011 г. к договору № 952/903 от 06.06.2011 г., Акта приема-передачи земельного участка от 06.06.2011 г. истец приобрел 8792/8815 долю земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> общей площадью 8815 кв. м. категория земель «земли населенных пунктов», разрешенное использование «под выходную базу, для иного использования», кадастровый №*.

По Договору купли-продажи от 09.03.2011 г., заключенному между истцом и ответчиком ФИО7, истец продал 1/2 долю нежилого помещения №* химцеха общей площадью 784,4 кв.м., 1/2 долю нежилого помещения №* тарного цеха общей площадью 802,2 кв.м., 1/2 долю здания проходной общей площадью 12,8 кв.м., расположенных по адресу: <адрес>. Ответчик ФИО7 подарил 1/2 долю вышеуказанных нежилых помещений и 4398,5/8815 долю земельного участка своему сыну ответчику Шустеру ФИО3. В результате чего истцу ФИО5 и ответчику ФИО6 на праве общей долевой собственности, по 1/2 доле каждому принадлежало нежилое помещение №* химцеха (в здании литера «Д») общей площадью 784,4 кв.м, кадастровый №* и нежилое помещение №* тарного цеха (в здании литера «Д») общей площадью 802,2 кв.м., кадастровый №*, здание проходной лит. «Б» площадью 12,8 кв.м., кадастровый (условный) №*/Б, расположенные по адресу: <адрес>, по 1/2 доли каждому. Поскольку на территорию Российской Федерации ответчик ФИО6 не приезжал, все действия в отношении указанного имущества совершались его отцом ответчиком ФИО7, действовавшим по доверенности.

В 2016 году ответчиком ФИО7 было учреждено Общество с ограниченной ответственностью «Сахарное облако», ОГРН <***>, ИНН <***>, в качестве юридического адреса при регистрации общества был указан адрес: <адрес>. Однако истец ФИО5 никогда не давал разрешения на регистрацию юридического лица по адресу находящихся у него в долевой собственности помещений и на осуществление деятельности с использованием собственности истца. Договора аренды между истом и ООО «Сахарная линия» никогда не заключались. Указанными помещениями и земельным участком, в которых 1/2 доля является собственностью истца, ответчики распорядились, не спросив согласие истца, и лишив его возможности пользования принадлежащим ему имуществом и доступа в помещения и на участок. Указанное послужило причиной обращения истца в Кимрский городской суд Тверской области с иском о разделе имущества и прекращении общей долевой собственности.

Решением Кимрского городского суда Тверской области по гражданскому делу № 2-1/2023 от 16.05.2023 г., вступившим в законную силу 25.01.2024 г. были удовлетворены исковые требования ФИО5, общая долевая собственность на указанные нежилые помещения и земельный участок была прекращена, указанные нежилые помещения и земельный участок были разделены.

После раздела нежилому помещению и земельному участку ФИО6, расположенным по адресу: <адрес>, были присвоены кадастровые номера: земельному участку - кадастровый №* и нежилому помещению - кадастровый №*.

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ о среднерыночной стоимости частнопрактикующего оценщика Корольковой ФИО17 среднерыночная стоимость арендной платы за 1/2 долю нежилого помещения №* общей площадью 784,4 кв. м., химцеха в здании лит. Д, кадастровый №*, нежилого помещения №* общей площадью 802.2 кв. м., тарного цеха в здании лит. Д, кадастровый №*. расположенных по адресу: <адрес>, за период с 01.07.2022 г. по 31.12.2022 г. составляет 856 764 рубля, из расчета 180 рублей за 1 кв. м., за период с 01.01.2023 г. по 25.01.2024 г. составляет 2 947 030 рублей, из расчета 290 рублей га 1 кв. м. Итого среднерыночная стоимость арендной платы за 1/2 долю указанных нежилых помещений за период с 01.07.2022 г. по 25.01.2024 г. составляет 3 803 794 рубля.

В последующем представитель истца по доверенности ФИО1 уточнила исковые требования, изменив основание иска, просила взыскать с ответчиков в солидарном порядке 3 803 794 рубля в качестве компенсации за невозможность пользования ? долей в праве общей долевой собственности на нежилые помещения, принадлежащие ФИО5, расположенные по адресу: <адрес>, за период с 01.07.2022 по 21.01.2024 на основании статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Кимрского городского суда от 31.10.2025, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено УФНС России по Тверской области.

В судебное заседание истец ФИО5, ответчик ФИО6, третье лицо УФНС России по Тверской области не явились при надлежащем извещении.

Истец ФИО5 обеспечил участие в судебном заседании своего представителя, представитель третьего лица УФНС России по Тверской области просил рассматривать дело в свое отсутствие.

Ответчик ФИО6 извещался о судебном заседании путем передачи судебного извещения через его отца ФИО7, о чем имеется его собственноручная подпись в расписке. В судебном заседании ФИО7 пояснил, что в настоящее время ФИО6 находится за пределами Российской Федерации, посредством электронной почты ему была направлена судебная повестка, о судебном заседании он извещен.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, указанным в иске, с учетом уточнений. Указала, что в судебном заседании 02.02.2026 ответчик ФИО7 не отрицал, а подтверждал тот факт, что доступ в здание у ФИО5 отсутствовал. ФИО5 намеревался получить ключи, следовательно, он намеревался ими пользоваться, замок не был сломан. Факт смены замка без направления ключей в адрес ФИО5 ФИО7 признан в ходе судебного заседания. Также ответчиком не отрицается наличие затяжного конфликта между сторонами. Из объяснений ответчика Шустера Д. следует, что именно он намеревался осуществлять бизнес-проекты в здании, являющимся совместной собственностью ФИО6 и ФИО5, он перевез в него на трех фурах оборудования из г. Орел, а также зарегистрировал в нем юридическое лицо ООО «Сахарное облако» без согласия ФИО5 Полагала, что препятствование истцу в пользовании его долей носило совместный характер со стороны ФИО6 и ФИО7 их стороны имело место недобросовестное осуществление гражданских прав.

Истцом ФИО5 представлены письменные пояснения по делу, в которых он указал, что им, ФИО7 и ФИО8 планировалась организация совместного кондитерского бизнеса в принадлежащих ему и ФИО7, а в последующем - ФИО6, помещениях по адресу: <адрес>. ФИО7 убедил истца в том, что сможет организовать производство, на протяжении длительного времени он нес существенные материальные затраты и делал вложения, однако совместное производство так и не было запущено. ФИО7 убеждал истца с ФИО8, что имеет современное оборудование, которое намеревался внести в качестве своего вклада в совместный бизнес. Однако после того, как выяснилось, что его оборудование морально и технологически устаревшее, при этом оценено ФИО7 многократно выше его рыночной стоимости, они потеряли такого компаньона, как ФИО8 После того, как они с ФИО7 остались вдвоем в качестве компаньонов, он продолжал требовать с истца вложений под разными предлогами, истец оплачивал, но производство так и не было организовано. В последующем, придя к выводу, что запуск совместного производства не состоится, истец нашел арендатора оборудования, но ФИО7 предложил неприемлемые условия, на что арендатор не согласился. Ключевым моментом является то, что ФИО7, как он рассказывал в своих объяснениях от 02.02.2026 г.. действительно, перевез из-за пределов региона (с г. Орел) с другой производственной площади тремя фурами свое некое оборудование и разместил его в помещениях, находящихся у истца и его сына ФИО6 в долевой собственности, после чего использование помещений для предоставления их в аренду или для иных целей стало невозможно. Истец предлагал сдать помещения в аренду, но они уже были заняты имуществом ФИО7 и освобождать помещения он отказывался, равно как и сдавать помещения в аренду. В 2020 году истец обратился к риелтору ФИО9, который нашел арендатора на половину здания, которая была без ремонта. Истец полагал, что указанная половина свободна. Но позже выяснилось, что она используется ФИО7, как гаражный бокс, что он подтвердил в судебном заседании, давая свои объяснения и поясняя, что в указанной половине нанятый им сотрудник ремонтировал автомобиль. В последующем по результатам раздела в судебном порядке половина здания без ремонта перешла в мою собственность. Поскольку ФИО7 все свое оборудование перенес в половину здания с ремонтом, истец полагал, что, тем самым, сложился порядок пользования, и что он мог претендовать на половину здания без ремонта (меньшую по площади и худшую по своим характеристикам). Однако когда риелтор и его представитель по доверенности приехали с арендатором показать ему помещения, ФИО7 чинил препятствия в осмотре и не пустил никого на территорию (по телефону, включенному на громкую связь, запретил своему сотруднику, нанятому для охраны, пускать кого-либо от меня в здание). Истец разговаривал с ФИО7, на что тот ответил ему, что решение любых вопросов по совместному пользованию возможно только после «гашения некого долга перед ним, которого фактически не существовало». Отказ пускать на территорию со стороны со стороны ФИО7 был неоднократным и систематическим. Чтобы понять, как используются здания и в каком они состоянии, истец приехал вечером, имевшиеся у него ключи от здания к нему не подошли, так как ФИО7 заменил замки и не дал ключи. Нанятый ФИО7 сотрудник, обеспечивающий охрану, истца в здание не пустил. Истец стучал и дергал за ручку двери, которая сломалась. Указанные обстоятельства ФИО7 преподнес суду как явившиеся основанием для смены очередного замка, от которого, как он признал в суде, отвечая на вопросы, ключи он истцу также не дал. Зайдя в здание, истец увидел, что в одной его половине, которая не отремонтирована, стоит автомобиль и инструмент, и она используется ФИО7 как гаражный бокс. Вторая половина здания, которая отремонтирована, была заполнена оборудованием ФИО7 При очередной попытке показать половину здания возможному арендатору, все повторилось - ключ от замка не подошел, так как ФИО7 его опять заменил, и сотрудник ФИО7, нанятый для охраны, никого внутрь здания для осмотра не впустил.

Далее истец направил ФИО7 предложение о прекращении долевой собственности и выделе долей в натуре. Предложение, было направлено на имя фактического собственника - ФИО6, однако всем на месте руководил ФИО7. позиционируя себя, как фактического собственника.

На протяжении всего гражданского дела до вступления решения суда о разделе в силу истец не мог использовать свое имущество по вышеуказанным обстоятельствам, и полагает, что имеет право на взыскание с ФИО6 и ФИО7 компенсации, поскольку их совместные действия и бездействия привели к нарушению прав истца на использование принадлежащим ему имуществом и получению дохода от его использования. Дополнительно пояснил, что никакие документы в отношении ООО «Сахарное облако» он никогда не подписывал, согласие на регистрацию его юридического адреса в принадлежащем ему здании не давал, договора аренды или пользования не заключал.

Ответчик ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал. Пояснил, что до 2013 года у него и ФИО5 были хорошие отношения. Потом ФИО5 пропал, в это время расходы по содержанию здания полностью лежали на ответчиках. Оборудование при планировании бизнеса было завезено и его, ФИО7, и истца ФИО5 Оборудование все время стояло в цеху, им никто не пользовался. Когда ФИО7 решил создать ООО «Сахарное облако», ФИО5 находился в розыске, связь с ним имел ФИО8, через которого и передавались документы для регистрации юридического лица на подпись ФИО5 ООО «Сахарное облако» не вело деятельность, не получало прибыль, сахарная линия на оборудовании так и не была запущена, юридическое лицо закрыли. Он пытался через родственников ФИО5 связаться с ним, передать ему ключи, но это оказалось безрезультатно. Потом ФИО5 появился и через риелторов предложил ему раздел имущества, но собственником имущества является сын ФИО6, который не живет в России. Пока сын думал, ФИО5 подал в суд. Охрана в здании нужна, так как неоднократно были попытки ограбления.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании пояснил, что первоначальный подход истца о взыскании неосновательного обогащения являлся неверным. Если исходить из положений ст. 247 ГК РФ, то в ней определен субъектный состав – правоотношения в данном случае возникают между участниками долевой собственности. Между тем, истец предъявляет требования к ФИО7, который таким лицом не является. Кроме того, полагал, что условием для взыскания компенсации является отсутствие возможности реального раздела долевой собственности. Вместе с тем решением Кимрского городского суда такой раздел был произведен. Полагал безосновательным подход истца к определению размера компенсации, рассчитанного по арендной плате.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании пояснил, что из показаний свидетеля ФИО9 следует, что никаких препятствий ответчику истцом не чинилось. Он пытался попасть на территорию в 2020 году, который не относится к спорному периоду. Второй раз он там был в 2023 году, видел, что в помещениях цеха находится оборудование как истца, так и ответчика.

Суд, исследовав собранные по делу доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 247 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Частью 2 ст. 247 ГК РФ определено, что участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

В судебном заседании установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО5 и ФИО6 на праве общей долевой собственности, по 1/2 доле каждому принадлежали нежилое помещение №* химцеха (в здании литера «Д») общей площадью 784,4 кв.м, кадастровый №* и нежилое помещение №* тарного цеха (в здании литера «Д») общей площадью 802,2 кв.м., кадастровый №*, здание проходной лит. «Б» площадью 12,8 кв.м., кадастровый (условный) №*/Б, расположенные по адресу: <адрес>, по 1/2 доли каждому.

Порядок владения и пользования этим имуществом сторонами согласован не был.

Решением Кимрского городского суда Тверской области от 16.05.2023 г., вступившим в законную силу 25.01.2024, по делу № 2-1/2023 право долевой собственности на вышеуказанное имущество было прекращено, произведен раздел объектов в натуре с предоставлением в собственность ФИО5 и ФИО6 конкретных помещений и частей земельного участка.

Так в собственность ФИО5 выделено следующее имущество: помещения здания (литера «Д») общей площадью 802,3 кв. м., в которую входят нежилые помещения на 1-м этаже: №* площадью 370,9 кв. м., №* площадью 13,1 кв. м., №* площадью 13,2 кв. м., №* (тамбур) площадью 4,7 кв. м., №* площадью 15,7 кв. м., №* площадью 384,7 кв. м., указанные в Приложении 2 варианта раздела нежилого строения (литера «Д»), составленного экспертом ФИО10, здание проходной (литера «Б») общей площадью 12,8 кв. м.

В собственность ФИО6 выделено следующее имущество: помещения здания (литера «Д») общей площадью 974,0 кв. м., в которую входят: нежилые помещения на 1-м этаже общей площадью 781,0 кв. м.: №* площадью 316,9 кв. м., №* площадью 44,3 кв. м., №* площадью 21,6 кв. м., №* (лестница) площадью 6,8 кв. м., №* площадью 11,4 кв. м., №* (душевая) площадью 3,1 кв. м., №* (душевая) площадью 3,0 кв. м., №* (туалет) площадью 1,8 кв. м., №* (туалет) площадью 1,2 кв. м., №* (туалет) площадью 1,3 кв. м., №* (туалет) площадью 1,9 кв. м., №* (ванная) площадью 3,0 кв. м., №* (ванная) площадью 3,3 кв. м., №* площадью 34,2 кв. м., №* площадью 14,7 кв. м., №* площадью 47,6 кв. м., №* площадью 23,4 кв. м., №* (коридор) площадью 61,4 кв. м., №* площадью 164,3 кв. м., №* площадью 15,8 кв. м.; б) нежилые помещения на антресолях общей площадью 193,0 кв. м.: №* (лестница) площадью 6,6 кв. м., №* площадью 80,1 кв. м., №* площадью 7,6 кв. м., №* площадью 15,1 кв. м., №* площадью 8,9 кв. м., №* площадью 8,9 кв. м., №* площадью 65,8 кв. м.

Разделен принадлежащий ФИО5 ФИО18 и Шустеру ФИО3 на праве общей долевой собственности земельный участок общей площадью 8 815 кв. м., с кадастровым номером 69:42:0070730:164, расположенный по адресу: <адрес>. В общую долевую собственность ФИО5, ФИО6 и ФИО8 из земельного участка общей площадью 8 815 кв. м., с кадастровым номером 69:42:0070730:164, расположенного по адресу: <адрес>, под зданием трансформаторной подстанции (литера «Г»), кадастровый №*, площадью 36,4 кв. м., выделен земельный участок общей площадью 172 кв. м., установлены их доли в выделяемом земельном участке: ФИО5 – 77/172, ФИО6 – 77/172, ФИО8 – 18/172.

Решение суда исполнено, права сторон на основании судебного акта зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости.

ФИО5 в обоснование заявленных требований указывает на то, что по вине ответчиков в период существования долевой собственности он был лишен возможности доступа на территорию и в помещения, которыми пользовались ответчики. Также ФИО5 ссылается на то, что без его ведома и согласия ответчик ФИО7 осуществил регистрацию общества с ограниченной ответственностью «Сахарное облако», предоставив помещения, находившиеся в долевой собственности. Он, ФИО5, планировал использовать помещения, приходящиеся на его долю в общей собственности для сдачи в аренду и получения дохода.

Оценивая изначально заявленные исковые требования о взыскании неосновательного обогащения, суд исходит из того, что согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого же кодекса.

Между тем по данному делу истцом первоначально заявлено требование о взыскании с ответчиков неосновательного обогащения, которое определено среднерыночная стоимость арендной платы за ? долю указанных нежилых помещений за период невозможности пользования имуществом, находящимся в долевой собственности сторон.

Порядок владения и пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, урегулирован положениями статьи 247 названного кодекса.

Как следует из п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, правоотношения сторон по владению и пользованию имуществом, находящимся в долевой собственности, прямо урегулированы нормами права, поэтому применение к спорным правоотношениям норм законодательства о неосновательном обогащении не основано на законе.

После уточнения исковых требований истец, изменив основание иска, просил взыскать с ответчиков солидарно компенсацию за невозможность пользования своей долей в общей долевой собственности, также определяя ее размер среднерыночной стоимостью арендной платы.

Между тем, исходя из буквального содержания и смысла части 2 статьи 247 ГК РФ, право на получение компенсации, предусмотренной этой нормой, возникает в ситуации невозможности выделения доли в натуре собственнику, претендующему на компенсацию.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством при рассмотрении спора о взыскании компенсации является установление объективной возможности либо невозможности выделения участнику долевой собственности во владение и пользования части общего имущества.

Истцом не представлены доказательства такой невозможности, напротив, решением Кимрского городского суда Тверской области от 16.05.2023 по иску ФИО5 право долевой собственности было прекращено в судебном порядке, что подтверждает возможность выделения долей собственникам в натуре и, соответственно, исключает право на получение компенсации.

Суд учитывает, что ФИО5 не предъявлял к ФИО6 в установленном порядке требований о заключении соглашения о порядке владения и пользования общим имуществом, не добивался определения такого порядка в суде, а также не обращался в правоохранительные органы с заявлениями о самоуправных действиях ответчиков.

Факт реального препятствования в пользовании помещениями также не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Так допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 пояснил, что он в 2020 году по заданию ФИО5 приезжал с потенциальными арендаторами нежилых помещений для их осмотра, но их на территорию не пустили. Второй раз он попал на территорию в 2023 году, когда присутствовал при проведении судебной экспертизы.

Сведений о том, что ФИО5 чинились препятствия в спорный период с 01.07.2022 по 21.01.2024, не представлено. Как следует из объяснений ФИО7 в судебном заседании и письменных пояснений ФИО5, он к ФИО7, ФИО6 за выдачей ключей от помещений не обращался, а сам по себе факт наличия охраны территории о чинении ответчиками препятствий истцу в пользовании помещениями не свидетельствует.

Суд также не может согласиться с предложенным истцом подходом к определению компенсации, который был основан на величине арендной платы за ? долю в помещения.

В соответствии со ст. 607 ГК РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Эта норма не ограничивает право сторон заключить такой договор аренды, по которому в пользование арендатору предоставляется не вся вещь в целом, а только ее отдельная часть, однако по смыслу закона эта часть должна быть индивидуализирована, поскольку в соответствии с п.1 ст. 432 и п. 3 ст. 607 ГК РФ в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Согласно правовой позиции, которая изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2023 № 16-КГ23-26-К4, поскольку право на долю в общей собственности, являясь вещным правом, само по себе принадлежащую каждому из долевых собственников часть общего имущества не индивидуализирует, отсутствие конкретизации части объекта долевой собственности делает невозможным как определение порядка владения и пользования общим имуществом между его собственниками, так и взыскание предусмотренной п. 2 ст. 247 ГК РФ компенсации одним из долевых собственников, полагающим, что приходящейся на его долю в праве частью общего имущества неправомерно владеют и пользуются другие участники общей собственности, так как без определения конкретного объекта, соответствующего доле в праве, невозможно определить и неправомерное владение и пользование ею. Иное означало бы отождествление двух самостоятельных объектов гражданских прав: вещного права и вещи.

В п.п. 2,7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 г. № 64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания», также разъяснено, что по соглашению сособственников общего имущества (собственников помещений в здании) допускается передача в пользование отдельных частей дома.

Таким образом, заключение договора аренды на использование части имущества, находящегося в долевой собственности, невозможно как без конкретизации предполагаемого объекта аренды, так и без согласия других участников долевой собственности.

Суд также учитывает, что истцом не представлено доказательств реальности заключения договоров аренды. Показания свидетеля ФИО9 в этой части суд не принимает во внимание, поскольку свидетелем не названы потенциальный арендатор, сам свидетель не имел доверенности от истца на заключение договоров аренды, проекты договоров аренды им не составлялись, объявления о сдаче имущества в аренду не подавались.

При оценке требований истца о взыскании денежных средств с ФИО6 суд учитывает, что нормой п. 2 ст. 247 ГК РФ прямо предусмотрено право требовать компенсацию с других участников долевой собственности. Это положение закона является императивным и не предполагает права получения денежных средств с лиц, которые не являются участниками долевой собственности.

То обстоятельство, что ФИО7 имел доверенность от ФИО6, не свидетельствует о возникновении у него обязательства перед ФИО5, поскольку действия представителя по доверенности по общему правилу (п.1 ст. 182 ГК РФ) порождают права и обязанности у представляемого, а не у его представителя.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении требований ФИО5 ФИО19 к Шустеру ФИО3, Шустеру ФИО20 о взыскании компенсации за невозможность пользования ? долей в праве общей долевой собственности на нежилые помещения, принадлежащие ФИО5, расположенные по адресу: <адрес>, за период с 01.07.2022 по 21.01.2024 в размере 3 803 794 руб. – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда через Кимрский городской суд Тверской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 4 мая 2026 года.

Судья Ю.Ю.Спасская